Букет сожжённых тюльпанов

      Следующий день наступил быстрее, чем я успел увидеть сон. Видимо, переутомился вчера. Первая мысль в голове это выпить таблетки, потому что пообещал себе и Эллиоту вернуться к регулярному приему. Еще очень сильно хотелось помыться. Вчерашние поцелуи и объятия теперь вызывали легкое отвращение, поскольку я до сих пор грязный.       Поднявшись с кровати, я направился к холодильнику. Он был пуст. В целом, я не удивлен, все же вчерашние ингредиенты Эллиот принес и потратил на блюдо. А что я ел вообще? Думать трудно. По-старинке выпил таблетки на голодный желудок, запив выветренным энергетиком.       Все тело покрылось мелкими мурашками, как только из какой-то щели дома начинало поддувать. Точно, я же болею. Со всей этой суматохой забыл начать беспокоиться о своем здоровье. Как обычно, кратко говоря. Хотелось дождаться Эллиота, чтобы он наконец принес мне лекарства и помыл. Стоит построить душ прямо на участке, а не ходить к океану.       Долго ждать не пришлось. Буквально через десять минут ко мне в дверь постучались. Разумеется, это Эллиот. Однако позади него я заметил какую-то девушку.       — Доброе утро, ты уже поел? — я не успел открыть рот, чтобы сказать о том, то я до сих пор голоден, как меня перебили.       — Это Робин. Она поставит тебе душ на участке, я всё оплачу. Уже вечером сможешь нормально помыться. — Эллиот указал на девушку позади себя. Я ей приветливо кивнул и пропустил парня к себе домой. Робин улыбнулась и, не заметив ответной реакции от меня, удалилась работать. Я скорее всего выглядел как жуткий призрак, мало напоминающий человека.       — Ты поел? — Уже серьезно спросил мой возлюбленный, на что я нехотя отрицательно махнул головой. — У тебя пустой холодильник… Я забыл, черт.       Промычал ему в ответ. Горло свело болезненным спазмом при попытке что-то сказать.       — Я принес таблетки, тут немного, но температуру сбить можно. Как ты себя чувствуешь? Таблетки пил? — Эллиот осторожно усадил меня на кровать. Я особо и не сопротивлялся. В голове пустота и непривычная тишина.       — Рафаэль, ответь мне. — Попросил он, но я будто бы в миг забыл, что Эллиот от меня хотел. — Ты пил таблетки?       — Пил. — сухим охрипшим голосом подтвердил я.       — Как себя чувствуешь?       Провожу рукой по горлу, указывая, что оно болело. Причем неожиданно сильно. Эллиот понимающе вздохнул и достал из кармана шуршащий блистер с таблетками. Вытащил одну из них и протянул мне. Я послушно положил в рот, вздыхая. Нос был забит, горло болело… Какой кошмар.       — Будем тебя выхаживать. Плохо, что ты себя так запустил. — Эллиот сел рядом со мной и погладил по спине, — Может я с тобой поживу, пока ты не выздоровеешь?       Меня трясло от озноба, поэтому я без раздумий кивнул. Почему возвращаться в обычный график жизни настолько трудно? Какого черта всё снова свелось в сплошной кошмар? Разве не от этого я бежал?

***

      Оставшуюся часть дня до изготовления душа, Эллиот бегал в магазин за продуктами, давал самые разные лекарства и вкусную еду, аромат которой я не ощущал. Мне нравилась его забота. Антидепрессанты заботливо глушили любые мысли о негативе.       Как только душ был готов, я сразу же вышел на веранду, довольствуясь работой умелого мастера. Следом за мной вышел мой рыжеволосый друг и заботливо накинул мне на плечи кофту. Интересно во сколько Эллиоту обошлась такая покупка? Нужно ли мне будет ее отрабатывать?       — Я закончила, принимайте работу. — Девушка утерла со лба пот и улыбнулась. Эллиот ее несколько раз поблагодарил, дал ей в руки небольшой конверт с деньгами, а после поспешил позвать меня купаться.       — Ты что, — я посмеялся с его торопливости, быстрым шагом сбегая вниз с веранды, — собрался меня мыть?       — А как иначе? Я купил тебе шампунь, чтобы ты не повторял свою ошибку. — Эллиот заботливо провел меня прямо к душу, где я начал раздеваться. Старался делать это медленно, ожидая, когда парень уйдет. — Давай быстренько, а то замерзнешь и еще больше разболеешься.       — Может быть ты отвернешься? — Выгнул одну бровь, — Я справлюсь самостоятельно.       Только после моих слов Эллиот дал мне в руки шампунь и отвернулся. Я полностью разделся, залез в душевую кабинку. Она была сделана из дерева, сверху металлическая душевая лейка, аля тропический душ, и вентиль с регулятором температуры. Дернул тонкую блёклую занавеску, закрываясь от лишней пары зеленых глаз, а затем приступил к купанию. Голову пришлось намыливать раза три, чтобы смыть всю грязь. Тем же шампунем помыл все тело, потому что геля для душа банально не было. Все же не в сказку попали, чтобы раз и всё появилось. Тем не менее, это хоть что-то и я ощущал себя в разы лучше.       — Подай полотенце, пожалуйста. — Попросил Эллиота, параллельно выжимая свои длинные черные волосы. Вскоре сквозь занавеску ко мне протянули белоснежное полотенце. Быстро поблагодарив, начал вытираться. Мысленно радуюсь, что Эллиот не стал ко мне ломиться и подглядывать. Мои личные границы были дороже какого-то детского баловства, а для меня это многое значит. Только сейчас понял насколько зудели не зажившие порезы. Поражаюсь тому, что они не загнили. Надо будет попросить Эллиота их обработать.       — Тебе принести свежую одежду? — с легким повышением тона, спросил юноша за занавеской.       — Да, в шкафу лежат футболки и штаны. Нижнее белье на нижней полке. — Проинструктировав, я молча ожидал. Все же какая Робин классная мастер. Мне не задувало, работало идеально и сделано буквально за полдня. Бедный Эллиот, пришлось меня выхаживать.. Смогу ли я дать ему достойную отдачу? Или он это делает из чувства вины и пытается меня задобрить, дабы я не подал заявление в полицию? Интересная почва для размышлений, но, к сожалению, я не успел зациклиться на этой мысли, как Эллиот протянул мне одежду внутрь кабинки.       — Спасибо, мой хороший. — Машинально вырывалось из моих уст и я начал одеваться. Понял, что натягиваю на влажное тело футболку с изображением енота. Он сам это выбрал или эта первая майка, что лежала наверху? Тихо усмехнулся и продолжил одеваться. Уже через пару минут, я вынырнул из за занавески и предстоял перед Эллиотом.       — Самому прям легче стало. — Юноша ухмыльнулся мне, а я тихо посмеялся, взявшись за его плечо. — Теперь чисть зубы и пойдем искать мне спальное место в твоем жилище.       Я послушно кинул, взял зубную щетку из рук парня и принялся прямо таки драять свою ротовую полость. Сегодня видимо санитарный день. Сплюнул пасту на землю и повернулся к Эллиоту.       — Я вс.. - Не успел я договорить, как в меня сразу же влетели поцелуем. Он ждал весь день, просто чтобы достаточно болезненно стукнуться губами? Странно, но мило. Однако, я быстро отстранился от этого странного действа, покраснел и нервно хихикнул.       — Пойдем домой, а то сейчас замерзнешь. — Эллиот подхватил меня за руку и повел в сторону моей хижины. Я не хотел комментировать произошедшую нелепую ситуацию, но мне было не шибко приятно. Надеюсь Эллиот это ощутил.       Войдя домой, я ощутил насколько же у меня много щелей в стенах. Отовсюду дул неприятный ветер и мерзко тянуло холодным воздухом по полу.       — У меня даже дивана нет.. Можешь лечь со мной, как раз меня греть будешь. — Я сказал это легко, не внося тайного подтекста в свои слова. Эллиот сразу же согласился и мы вместе направились к кровати.       — Ты успел поменять постельное белье? — Удивлено вскинул брови и посмотрел на парня. Он лишь улыбнулся и кивнул. Ладно, это приятно. После душа я ощущал себя живым человеком, а как только чистая подушка коснулась моей головы, то и вовсе растаял в удовольствии.       — Спасибо огромное за душ.       — Не за что, мне нетрудно. Все же ты мой парень.       — И вправду. Успел забыть об этом. — Ухмыльнулся.       — Голова не болит? — Эллиот лег рядом и повернулся ко мне.       — Не-а, только нос до сих пор не дышит. — Уткнулся парню в шею, вздыхая, — Спать хочу.       — Спи, солнце мое. — Он осторожно меня укрыл и обнял. Пожалуй это первый раз за долгое время, когда я засыпал в абсолютном спокойствии.

***

      Такими темпами прошла неделя. Эллиот готовил мне, обрабатывал затягивающиеся раны, старался вылечить (вполне успешно), носил одежду в душ, напоминал про таблетки и запрещал пить их на голодный желудок, но при всем этом в социальные сети я так и не заходил. На работе все отнеслись к моему затянувшемуся больничному очень неприятно, но я стерпел. Привык.       Заходить в соцсети мне категорически запрещал Эллиот. Не знаю с чем связана его паранойя, но он говорил, что это хорошим не закончится. За эту неделю мне пару раз звонила мама, пыталась упросить вернуться, на что я лишь вздыхал и обещал приехать в гости, как только появится свободное время. Обычно я просто клал трубку после подобных просьб, но, видимо, таблетки наконец начали действовать и я стал адекватно относиться к просьбам родителей. Это непременно радовало.       Единственное, что было плохое это то, что посаженный мною пастернак не вырос, потому что я не поливал его две недели. Эллиот сказал не расстраиваться и то, что весной купит мне семена земляники.       Как бы то не хотелось, но поговорить с Эллиотом о травмирующем событии нужно. Я не виню его или себя в произошедшем. Это была вынужденная мера, потому что на кону стояла моя жизнь.

***

      В один из вечеров я решил, что самое время обсудить это. Эллиот сидел за столом и читал до жути смешную книгу, на обложке которой было написано: «Как правильно целоваться?». Не думал, что ему действительно нужна инструкция, потому что получалось у него более чем прекрасно. Эту книгу он прятал от меня до последнего, а когда я ее все же обнаружил, то Эллиот раскраснелся и пытался объясняться. Я сказал, что все нормально, но он до сих пор прикрывает надпись на обложке рукой. Мило. Я, пока что, бездумно валялся на кровати, не желая вылезать из теплого одеяла.       — Слушай, — начал я, — а где ты захоронил Чарли?       Мой голос был достаточно спокойным. Мне не хотелось пугать или нагнетать атмосферу, но все же это важный вопрос.       — К чему ты это спрашиваешь? — Он напрягся, откладывая книгу на стол.       — Чтобы знать, где сажать клубнику не стоит. — Ответил я с легкой ноткой юмора.       — Часть в шахте, часть в океане и еще часть у тебя в полу. — Эллиот говорил холодно. Его голос был пропитан строгой, ледяной сталью. Мне стало не по себе. В каком плане часть? Он решил его разделить на части и лишь потом захоронить?       — Понятно. — Выдал свои сомнения в слышимой дрожи голоса. — И часто ты думаешь об этом?       — О чем?       — Об убийстве.       В доме повисла мертвая тишина. Эллиот вздохнул.       — Часто.

***

      Затрагивать запретную тему больше не хотелось. В ту ночь Эллиот куда-то ушел и не вернулся вплоть до самого утра. Уже утром он протянул мне конверт, где ярко-красными буквами было написано: От тайного поклонника.