Ты сияешь ярче всех звезд на этом небе

Стемнело, яркая луна светила на безоблачном небе, в окнах зажегся свет, и фонари, один за другим, начали освещать полупустые улицы Города Сумеру. В Таверне Ламбада, как и в остальные дни, было очень шумно. Посетители все приходили и приходили, пока свободные столы не закончились и люди не начали выстраиваться в очередь у входа в заведение. На кухню каждую минуту прилетали заказы, и пока на вертеле обжаривалось мясо, по всему залу разлетался его запах, вперемешку с ароматом специй и других блюд. За столом, у окна, сидели Сайно и Тигнари. Они давно договорились о совместном ужине, поэтому оба ждали этот вечер с нетерпением. Им нравилось проводить время вместе, хоть это и случалось реже, чем им этого хотелось, ведь у обоих было много дел и работы. Да и оба редко бывали в городе. Фенек сидел с прямой спиной, положив ногу на ногу, держа в руке чашку с чаем. Сайно подпер голову рукой и любовался лесным стражем: даже в неформальной обстановке он выглядел изящно— с идеальной осанкой и скрещенными ногами, что еле доставали до пола из-за высокого дивана. Он сидел, и подпирал голову рукой, в ожидании заказанного им блюда. Его нежные черты лица были аккуратно подчеркнуты теплым, падающим на него, светом лампы. На некоторое время Сайно словно выпал из жизни и не заметил, как Тигнари убрал руку, на которую опирался положил свою, обтянутую черной перчаткой, теплую ладонь поверх его. —Эй.. У тебя всё хорошо? Рана ноет? Обеспокоено спросил тот, вытянув последнего из своих раздумий. —А…нет. Просто задумался. Рассеяно ответил он. —И о чём же? Лесной страж склонил голову на бок и вопросительно посмотрел на Сайно, вскинув одну бровь вверх. Его ухо дернулось и тихо звякнула золотая, переливающаяся на свету, сережка. —О том, как пришла любовная пара в ясновидящей… Генерал Махаматра натянул улыбку и с соответствующей интонацией начал рассказывать анекдот, решив, что это будет лучшей идеей для ответа. Но договорить его ему не дали. Сидящий напротив него юноша, одернул свою руку и, повысив голос, перебил его. —Аргх! Всё, прекрати! Сайно не смог сдержаться и прыснул со смеха. Для него всегда было умилительно и смешно наблюдать за тем, как тот, раздраженно и демонстративно, отворачивается от него; как его, свисающий на пол, хвост, начинает дергаться.. Тигнари повернулся, а затем, прикрыв рот кулаком рассмеялся вместе с ним, из-за его заразительного смеха. Сайно нравилось слушать смех фенека. Ведь на работе, и даже во время разговоров с коллегами, он всегда выглядит очень серьезно. А если и улыбается, то только маленьким детям.. или, проще говоря, искренне улыбался или смеялся он редко. Но не только он уделял внимание каждым мелочам связанным со своим собеседником. Тигнари тоже находил Сайно и его причудливые шутки по-своему очаровательными. Ему нравился его неоднозначный и обаятельный характер, чудное чувство юмора, привлекательный внешний вид и приятный запах… Но больше всего, фенеку и его обостренному слуху нравилось слышать его шаги, когда он «незаметно» приходит проведать Коллеи. И слушать его учащенное сердцебиение при виде него, при встрече их взглядов или при недолгих прикосновениях к его рукам или местам, где ему приходится помогать обрабатывать полученные в бою ранения. Хотя, последнее вовсе не доставляло ему удовольствия. Подобная неосторожность во время боя когда-нибудь сможет по-настоящему навредить Сайно, чего Лесной страж боится больше всего на свете. И тот и другой испытывали к друг другу теплые чувства. Была ли это обычная влюбленность? Или прошедшая через многие годы настоящая любовь? Но каждый боялся признаться второму в этих чувствах, хоть и были почти уверены в их взаимности. Наконец, юноши перестали смеяться и не нарочно столкнулись взглядами. Оба выглядели немного растрепанно, но искренне улыбались друг другу и, не без смущения, были рады видеть другого «таким» Вскоре, официант принес горячую еду и подбежал к соседнему столику, чтобы забрать их тарелки и отдать им счет за их заказ. За приятным разговором и вкусной едой— время пролетело незаметно. Расправившись с блюдами, молодые люди расплатились за удин и направились к выходу. Выйдя на слабо освещенную улицу, Тигнари, бросив короткое «пойдем!», схватил Сайно за руку и потянул за собой. Безлюдные улицы напоминали пустыню, ведь в Городе Сумеру всегда было много людей и ученых, а сейчас все либо спали, либо только садились ужинать. Они поднялись выше, ближе к академии. И тут, Лесной страж выпустил его руку и остановился. С этой небольшой площадки, напротив входа в здание, открывался неописуемый вид на город и его тусклые огни, за пределами которого виднелся темный и густой, словно сказочный, Лес Авидья. Он приподнял голову и прохладный порыв ветра взъерошил его темные волосы и светло-зеленую челку, заставив лязгнуть золотую сережку на длинном ухе. Помимо Сайно, ему нравилась вечерняя прохлада. Днём всегда было очень влажно и жарко, а с наступлением ночи температура падала и воздух становился более сухим и свежим. Генерал Махаматра лишь продолжал стоять чуть позади и наблюдать за этой обворожительной картиной. Он смотрел на блестящие двухцветные глаза, на растрепанную челку, на невольно поднятые уголки губ и лёгкий румянец. Тигнари снова услышал приятный, быстрый стук чужого сердца и повернулся. Он тоже, не мог оторвать взгляда от Сайно. От его развивающихся на ветру длинных, белых волос, взъерошенных коротких прядей у лица, красных завороженных глаз и пунцовы щек. Таким, грозного и наводящего ужас, небезызвестного Генерала Махаматра, никто бы и представить не смог. —Посмотри на небо, на этот город, на лес… Он посмотрел тому в глаза и продолжил: —Разве не прекрасно? Сайно поднял взгляд на небо и опешил. Никогда раньше он не обращал внимания на звезды, находясь в Городе Сумеру. Лишь в пустыне, с наступлением темноты, он изредка любовался ими. В пустыне звездное небо, казалось, было совершенно другим: звезды было четче видно и только они с луной освещали песчаную пустошь и дюны. В городе, несмотря на то, что их свет перебивали фонари, небо выглядело куда более обворожительно. А может дело было совсем не в звездах, а в том, что он смотрел на них не один. Отведя глаза от звезд, он вновь встретился взглядом с Тигнари. В блестящих лазурных глазах отражались звезды. Смотреть в них можно было целую вечность: на отражение звезд в них, на блеск в этих глазах и на то, что они без слов пытаются сказать. А глаза Сайно в этот момент могли сказать лишь одно: «—Ты сияешь ярче всех звезд на этом небе.» Тот мог сказать то же самое, смотря в глубокие алые глаза, что всегда казались холодными и пустыми, а сейчас сверкали. Оба хотели растянуть эти мгновения на целую вечность, Оба хотели наконец произнести заветные слова о своих чувствах, Оба не хотели расставаться друг с другом и ждать днями следующую встречу. —Давай сходим еще кое-куда? Там тоже красивый вид. Спросил Тигнари, не отводя от него глаз. —Конечно. Ответил Сайно и улыбнулся. —Тогда идем. Не стой, как Статуя Архонта. Фенек уже начал отдаляться, после чего, юноша его догнал. По дороге, в «кое-куда», в то место, о котором знал только сам лесной страж, юноши вспоминали их студенческие годы и разные истории из жизни. Переодически, останавливаясь, чтобы посмотреть на ночной Лес Авидья. Вскоре, начало виднеться большое дерево, на ветках и стволе которого, был построен форпост Лесных стражей. В окнах зданий горел тусклый свет, а путешественники и сами стражи уже давно спали, не думая ни о чем. Молодые люди подошли к мосту, ведущему к самому «городу над лесом»— Гандхарве. —Тихо. Нас не должны заметить. Прошептал Тигнари и направился к мосту. После чего, обогнул построенное здание и поднялся на ствол дерева. Сайно аккуратно следовал за ним. Ближе к макушке дерева, появилась лестница, по которой оба смогли забраться без всяких проблем. —Пришли. Сказал фенек и, пройдя чуть дальше, сел прямо на широкую ветку. Парень решил последовать его примеру и сел рядом, свесив, на половину босые, ноги, вниз. Оттуда открывался вид на лес, на город, на небо.. Сайно бы никогда не догадался о существовании такого места. Еще несколько минут они молча любовались живописным видом, после чего, повернулись к друг другу, чтобы перебороть свой страх и произнести то, чего не могли сказать долгие годы. Наконец, Сайно накрыл своей ладонью руку Тигнари и осмелился первым начать разговор: —Знаешь, я… Начал он. —Да, знаю. Лесной страж перебил его и улыбнулся, перевернул ладонь, сжав чужую в своей. Их обоих переполняли чувства. Они оба были рады, что наконец дали знать друг другу о тех теплых чувствах и рады от того, что чувства и впрямь оказались взаимны. Сайно приблизился и губами прошептал: —Можно? —Мы и без того много упустили. Ответил Тигнари и накрыл его губы своими.