Нелюбимый сын. Мидгард

      Боевая троица постепенно приживалась в Мидгарде. Им нравились неторопливость и скромность уездного Гринхилла. Он был идеальным местом, чтобы отдохнуть и набраться сил перед новым путешествием. По утрам Локи ходил в ближайшее кафе за свежей выпечкой на всех и каким-нибудь необычным жутко сладким кофе для себя, на который не находилось иных любителей. Тор изучал историю мира, которым в Асгарде интересовались постольку-поскольку, проскакивая на уроках. Земля оказалась намного занятнее, чем он представлял. Даже рассказы Никки о родном мире не могли показать всего того разнообразия культур, что существовали на этой планете. Сиф увлеклась техникой и частенько проводила время в гараже, разбирая и собирая по винтику старый «Форд» мистера Смирнофф, и, освоив учебники по физике и нескольким смежным дисциплинам, штудировала работы по робототехнике за авторством некоего мистера Т. Старка.       Джейн и Дарси, убедившись, что пришельцы удобно устроились, решили вернуться в Нью-Мексико, чтобы продолжить свои изыскания, иначе им грозило прекращение финансирования от университета. Но девушки звонили каждый день, чтобы поделиться новостями и узнать, что нового в Гринхилле.       После обеда Локи, Сиф и Михаил Александрович устраивались в гостиной и погружались в занятие лечебными процедурами. Всего за две недели маги смогли заметно поправить здоровье старика. Тело подопечного окрепло, перестало ломить суставы. Даже плечи расправились и распрямилась спина, исчезли самые глубокие морщины. Теперь ни за что нельзя было догадаться, что Михаилу больше девяноста лет. Но Локи и Сиф всё равно нужны были ингредиенты для зелий, которых в Мидгарде было не достать. А без декоктов они не могли перейти к более глубокому лечению недугов.       Несколько раз друзья выбирались в заброшенные карьеры неподалёку от города, где Тор нарабатывал владение новым навыком — призывом молний. Пока что у молний частенько просыпалась своя воля, пару раз они даже не всерьёз жалили хозяина, сразу же игриво отлетая в сторону, будто были ни при чём. Но с каждым разом призыв и управление «змейками», как Тор их ласково называл, давались асу всё лучше.       Однако, как и стоило ожидать, тихая жизнь быстро наскучила троице, не привыкшей сидеть без дела. Хотелось повязать на пояс верный меч, закинуть за спину походный мешок и отправиться в путь. Да и было несколько дел — та же покупка ингредиентов для зелий — которые откладывать в долгий ящик не следовало. Поэтому люди и не совсем люди, привыкшие считать себя семьёй, собрались на совет.       Основная проблема заключалась в том, что асгардцы не знали, что творилось в Девяти мирах после их бегства. Один был страшен в гневе и очень упрям, потому логично было ожидать от него подлянки. Не стоило и гадать, зол ли он на сына за самоуправство, потому что ответ был однозначный — очень. Значит, надо было перестраховаться.       — Нам нужно изменить внешность, — решительно заявила Сиф. — Не стоит лезть в пасть льву, не приняв минимальные меры предосторожности.       — Простой иллюзии не хватит на долгий срок. Тут остаётся только делать артефакты, — добавил Локи, главный мастер по магии иллюзий.       Михаил Александрович, председательствующий на совете на правах самого взрослого и мудрого, постучал пальцами по столу.       — Магия, это, конечно, хорошо, — согласился он, — но что будет, если артефакт потеряется? Резкая смена внешности привлечёт ещё больше внимания, чем ваш истинный облик, да и времени изготовить новый может не быть. Я бы посоветовал сходить в ближайший салон красоты и перекрасить волосы для начала. А там можно и домагичить что-нибудь.       — Имена стоит тоже сменить, — добавила Никки. — И начать обращаться друг к другу по ним уже сейчас, чтобы не ляпнуть случайно на людях.       — Хорошая идея, — похвалил внучку мистер Смирнофф. — Имена можно выбрать из сборника мифов. Что-нибудь распространённое в Девяти мирах.       — В интернете тоже должно быть полно статей, — добавил Локи, уже зарывшийся в новенький старкфон, купленный под чутким руководством Дарси.       — Вам, молодым, лишь бы по интернетам лазить, — шутливо пожурил Михаил Александрович, пряча улыбку в пышных седых усах.       Молодые люди обсудили совет Михаила и решили ему последовать. Локи записал всех троих в салон на следующий же день. Женщины в салоне повосхищались фактурной внешностью посетителей и азартно взялись за дело. Вскоре Тор щеголял рыжей шевелюрой ниже плеч и такой же рыжей бородой, которую он удачно не подстригал с момента прибытия в Мидгард. Заплетя бороду в косы и украсив её парой железных бусин, ас остался полностью доволен своим новым внешним видом. Локи попросил перекрасить себя в менее претенциозный каштановый и отпустил лёгкую щетину. Волосы он собрал в высокий пучок, оценив удобство мидгардских резинок для волос. Сиф же долго раздумывала и в итоге осталась дома, не присоединившись к друзьям. Она особым заклинанием, которому научил её мастер Осмунд, изготовивший её золотые локоны, отсоединила волосы от головы и сложила их в шкатулку, оставшись совершенно лысой. Также она сняла с лица иллюзию, скрывающую шрамы, что оставил ей пещерный зверь в Хельхейме. Следы ужасающих когтей не сводились никакими заклинаниями и даже магии иллюзии поддавались нелегко.       Стоит ли говорить, что все трое совершенно перестали напоминать самих себя и были больше всего похожи на бандитов с большой дороги, особенно альвийка? Некогда изысканная принцесса, теперь лысая и со шрамами через всё лицо, она производила непередаваемое впечатление. Добавьте к этому то, что Сиф вся обрядилась в кожу, вдохновившись местными байкерами, и образ будет завершён.       — Да, детки, теперь вас только я, как мать родная, и узнаю, — хохотнула Никки. — А неплохо получилось. Пара мелочей, и можно отправляться.       Артефакты всё-таки решили делать. Из всех возможных украшений для основы выбрали серьги, так как их сложнее всего потерять. Тору и Локи Сиф проколола и залечила заклинанием мочки, а сама решила не останавливаться и к уже имеющимся двум проколам добавила несколько на каждом ухе, вдоль всего хряща. Сказала, чтобы артефакт иллюзии было сложнее найти, но все поняли, что альвийке просто понравилось, как это выглядит.       По итогу Тор стал рыжим, бородатым и сероглазым, со сломанным и неправильно сросшимся носом. Локи — шатеном с бледно-голубыми глазами и ямочкой на подбородке. Сиф выбрала себе карие, почти жёлтые глаза и круглые уши, как у асгардцев и мидгардцев.       — Детки, теперь можно отправляться в путь, не боясь, что вас заподозрят в связях с семейством асов. Выглядите по-настоящему дико, — довольно постановила Никки.       Первым делом, как и договаривались ранее, отряд решил отправиться в Ханахейм, чтобы сладить себе новые, более неприметные доспехи и одежду, а также зайти к мастеру Синдри, чтобы тот доработал Мьёльнир. Тор упомянул, что у него были идеи на этот счёт, но пояснять отказался, заявив, что друзья сами всё увидят, если цверг сумеет исполнить его задумку.       Портал, благодаря подаркам Хелы, открылся легко, будто во вселенной не было колдовства проще. Сиф довольно подкинула на ладони светящийся камень, сияние которого чуть померкло из-за траты энергии, и кивнула, показывая, что проход стабилен и безопасен (насколько это возможно при таком рискованном заклинании).       В Ханахейме было привычно шумно и многолюдно. Стража без проблем пропустила путешественников, не признав в них царевича Асгарда и его друзей, часто бывавших у цвергов и водивших со многими из патруля дружбу. Улицы подземного города были переполнены существами всех рас. Можно было увидеть кого угодно и найти что угодно в бесчисленных лавках, заполняющих улицы и ярмарочные площади.       Тор, Локи и Сиф неуютно чувствовали себя без привычных кожаных одежд и доспехов, которые привыкли носить постоянно везде, кроме дома. В простых штанах и рубахах они ощущали себя едва ли не голыми. Спокойнее всего было Сиф — байкерская черепаха давала некоторую иллюзию защиты.       Первым делом друзья обошли Одëжный и Доспешный кварталы. Кожаные костюмы под броню они раздобыли быстро, привередливо проверив швы на прочность. Куртки с железными нашивками и штаны из мягкой тщательно обработанной кожи сели как влитые. Благо Локи, бывший модником в мирной жизни, в походе становился на редкость непривередлив. Парни сразу почувствовали себя комфортнее, а вот Сиф подумала и решила остаться в уже привычной черепахе, потому что та была сходна по качествам, а выглядела намного интереснее за счёт многочисленных молний и креплений на липучках.       Если с одеждой разобраться было просто, как и с ингредиентами для зелий, то вот с доспехами было сложнее. Тор и Сиф оставили свою привычную броню дома, потому что та была уж больно приметна, с клеймами королевских оружейных мастерских и не самыми нужными украшающими элементами. Локи же в его доспехах попроще видели все асы на Биврëсте и могли запомнить. Но купить первые попавшиеся кольчугу и шлем означало фактически подписать себе смертный приговор на будущее, если доспехи от непроверенного мастера окажутся плохого качества. Так что троица уверенно направилась на хорошо знакомую улицу к мастерам Ивальди, а также Синдри.       Ивальди, сотворившие невероятно тонкую работу, изготовив золотые волосы, также славились на все Девять миров как отличные оружейники. Они нередко ковали оружие для королевских дворов Свартальфхейма и даже Асгарда. Их же извечный соперник Синдри был не так популярен, но от этого не менее талантлив. Он редко изготавливал оружие, но каждое созданное им было настоящим боевым артефактом. Оттого и было у него мало покупателей, что упрямый цверг ковал оружие только по руке будущего хозяина и только тем, кто ему пришёлся по душе. Тору тогда невероятно повезло, что Локи умудрился втянуть цвергов в соревнование и раззадорить азарт переборчивого мастера.       Около мастерских друзья разделились. Локи и Сиф отправились к Ивальди, а Тор — к Синдри. Поначалу ни один мастер, ни два других не признали частых гостей, но после того, как все трое сняли иллюзии и пояснили, что волосы перекрашены, расхохотались и похлопали молодых людей по плечам. Ивальди искренне опечалились тем, что Сиф сняла волосы, но потом признали, что те были уж больно приметны.       Слухи о бегстве царевича Тора и принцессы Сиф уже разлетелись по Девяти мирам, о чём мастера сразу же рассказали гостям. Благо знакомство, давно превратившееся в дружбу, троица с цвергами-мастерами водила немало лет и оттого могла доверить им тайну своей новой внешности и имён.       — Меня теперь зовут Исольв, — улыбаясь, представился Локи, вставляя обратно в ухо серьгу с иллюзией.       — Ледяной волк? — хмыкнул Осмунд, делая мерки для нового доспеха юноши. — Тебе подходит, парень. А тебя как кликать, красавица?       — Брунхильда, — отозвалась Сиф, что перебирала кинжалы, лежащие на столе. — Или просто Хильд.       — «Воительница» она «воительница» и есть, — кивнул мастер, отходя от Локи и доставая из сундука кинжалы получше. Те хищно блеснули голубыми лезвиями на свету, и глаза Сиф мечтательно загорелись. Была у всех них троих слабость к хорошему оружию, что уж тут скрывать. — А откуда шрамы взялись?       — Да это мы погуляли немного… — хитрая Сиф выдержала паузу, подогревая любопытство, — в Хельхейме. Вот там и прилетело немного.       — Если расскажете всю историю, доспехи отдам даром, — тут же отреагировал цверг, едва не подпрыгивая от желания узнать подробности. Не каждый день услышишь рассказ очевидца о самом таинственном из девяти миров. — А где друг-то ваш, кстати?       — Тор теперь Бьёрн, — пояснил Локи, рассматривая шлемы, расставленные на столе вдоль стены. Ему приглянулся один с не самыми практичными, но красивыми загнутыми назад «рогами». — Он сейчас у Синдри. Как зайдёт, посмотрите, какая рыжая разбойничья морда получилась.       Ивальди синхронно хохотнули, признавая, что было в рослом и мощном царевиче что-то от медведя.       В это время Тор общался с Синдри и Броком. Друзьям он не признавался, но на самом деле его до сих пор по ночам преследовала картина того, как Локи падает в бурлящее озеро в Хельхейме навстречу верной гибели. Вот беглый принц и рассудил, что раз Мьёльнир мог летать и возвращаться к нему в руку хоть через полмира, то, возможно, молот смог бы также переносить его самого. Помимо этого, молот был уж больно приметным, и хотелось бы, чтобы его можно было скрыть и достать, не прибегая к помощи Сиф или Локи по открытию пространственного кармана. Синдри, внимательно выслушав идею, азартно потëр руки и взялся за дело, гоняя по мастерской племянника. Новая задача и возможность сделать прекрасное оружие ещё идеальнее воспринимались цвергом как вызов его талантам, так что Тор был уверен, что мастер сделает всё возможное и невозможное.       Синдри самолично отобрал материал, из которого будут выкованы дополнительные руны. Выбор пал на лунное серебро, редкий металл, который можно было найти только в Сварте в самых глубоких штольнях. Дороже и реже был только уру, скрывающийся в сердцах астероидов, но с этим металлом работали только на Нидавеллире, расположенном на спутнике Свартальфхейма. Там были горны, нагреваемые напрямую светом звезды. И ещё пока что в сторонку мастер отложил широкий железный наруч, сказав, что его черёд придёт чуть позже.       Синдри, покрикивая племяннику, чтобы тот не ленился и поддувал побольше воздуха в печь, отлил руны и взялся прилаживать их в уже существующую цепочку символов. Дело было непростое, потому что надо было рассчитать постановку рун правильно, чтобы они не конфликтовали друг с другом, нарушая тем самым действие боевого артефакта. Обычно рунные цепочки плелись раз и навсегда, но цверга такие вещи не волновали. Когда руны встали в ряд, цверг положил сверху на молот наруч и ударил сверху кувалдой. Наруч засветился и впитался в металл молота, будто и не было.       Когда молот остыл достаточно, чтобы взять его в руки, Тор забрал поданный цвергом Мьёльнир и ласково провёл пальцами по новым рунам. Те тепло блеснули, отражая цвет пламени в печи и выпуская остаточную магию.       — Попробуем? — азартно предложил цверг и потащил Тора на улицу, не дожидаясь ответа. — Слетай-ка во-он до того тупика, посмотрим, как вышло. Чтобы придать запуск, раскрути молот.       Тор послушно последовал инструкции. Мьёльнир легко раскрутился на петле, прилаженной к рукояти, ас выбросил руку перед собой, и вот уже неведомая сила подняла его в воздух, увлекая вперёд. Опьяняющее чувство полёта нарушила мысль, что цверг не сказал, как остановиться. Тормозил Тор о каменную стену тупикового дома.       На грохот и ругательства Тора выскочили Сиф и Локи, уже одетые в доспехи, с мечами наперевес. Разобравшись, в чём проблема, двое согнулись от хохота, наблюдая, как Тор пытается выбраться из бочки с водой, стоящей у стены. Синдри честно держался, но потом присоединился к приступу неконтролируемого смеха, за ним последовали вышедшие братья Ивальди. Вскоре вся улица загибалась от хохота.       Тор гневно огляделся, раздувая ноздри, но потом махнул на дураков рукой и с удовольствием огладил молот. Главное, что летает же!       Наконец-то друзья полностью снарядились и распрощались с цвергами. Мастера подобрали лучшие доспехи и подогнали их по фигуре, чтобы сидели как родные. Новая броня была скромной и неприметной, зато невероятно надёжной. Локи и Сиф, как и предлагал Осмунд, расплатились подробным рассказом о своих приключениях в мире Хелы, опустив некоторые подробности о семейных дрязгах асов, конечно. Тору же Синдри предложил расплатиться, весьма неожиданно, доставкой. Дело было в том, что у его дальнего родича Эгира, живущего на Нидавеллире, был огромный котёл, в котором родич варил отменное пиво, славившееся на несколько миров. Котёл этот был в семье уже несколько поколений, и пришла пора его немного починить и привести в порядок. Но переместить котёл в Сварту можно было только Биврëстом, настолько штука была здоровенная — она просто не влезла в стационарный портал. Но в работе Радужного моста последнее время были перебои, к тому же начали требовать мзду, чего раньше отродясь не было. А тут как раз подоспела троица, которая теперь шляется по мирам как им заблагорассудится. Вот хитрый цверг и придумал, как можно знатно сэкономить и заодно избежать общения с асами, которых недолюбливал.       — Ты не знаешь, добрый мастер, что происходит с Биврëстом? — спросил Локи у Синдри, прекрасно понимая, что Хеймдалль не стал бы требовать плату за свой труд. Тем более Страж помог сбежать Тору и Сиф, и Один не мог его не наказать. Значит, у Моста был новый Страж, а судьба Хеймдалля оставалась загадкой.       — Говорят, какой-то новый мужик появился, — огладил бороду Синдри. — Но это не страж, а так — привратник. Никак с мечом и механизмом не совладает, так ещё и денег требует со всех проходящих. А что с Хеймдаллем, дай ему небеса здоровья, так неведомо мне. Слухи ходят, мол, заключил его Один в самую дальнюю темницу, да вот только правда оно или врут — не разберёшь.       Локи, погружëнный в невесëлые думы, только молча кивнул. Строгий и справедливый Хеймдалль стал ему отцом, которого у юноши никогда не было. Тем более Локи знал, как сильно он и Никки любят друг друга. Больно было думать, что Страж гниёт в темнице, но помочь ему они никак не могли. Даже если они смогут пробраться во дворец, минуя стражу и защитные заклинания, то остаются ещё бессчëтные обеты и клятвы, что Всеотец заставил принести Хеймдалля. Одину достаточно приказать Стражу остаться на месте, и Хейм физически не сможет сдвинуться с места. Никки вообще опасалась, что Хейм не сможет ослушаться, даже если Всеотец прикажет ему не дышать.       На плечо Локи опустилась тяжёлая ладонь Тора, на другое — изящная ладошка Сиф. Друзья, как и всегда, были рядом и готовы поддержать.       — Спасибо вам, мастера, за всё, — выплыв из тяжёлых дум, чуть поклонился Локи, прижимая руку к сердцу. — Мы исполним просьбу, мастер Синдри, не беспокойтесь.       — Буду рад вас видеть, ребятня. Жду с котлом! — помахал рукой Синдри и скрылся в мастерской.       Братья Ивальди неторопливо пожали всем троим руки и тоже ушли.       — Не пора ли нам перекусить? — спросил вечно голодный Тор, потирая заурчавший живот.       — Проглот, — шутливо пихнула его в бок Сиф.       В таверне было людно, и умопомрачительно пахло жареным мясом и свежим хлебом. Друзья уселись за стол в углу и заказали себе еды и сидра.       — Всё-таки не отстал, — хмыкнул Локи, кивая головой на стену.       Там на доске висели объявления о найме и заказы для охотников за головами. Прямо по центру были прибиты три портрета, с которых на троицу смотрели их прежние версии: золотоволосые Тор и Сиф и черноволосый голубоглазый Локи.       — Доставить живыми и невредимыми Тора Одинсона и Сиф, дочь Велунда. А тебя, Исольв, можно и мёртвым. Вот же мстительная тварь, — хмыкнула Сиф, вертя между пальцами новый кинжал.