* * *
Чуть позже, уже ближе к вечеру, к слову, когда настроение так и не поднялось, я отправилась к Финроду. Все-таки, нужно с ним увидеться, приличия ради. Удача сопутствовала мне, в покоях он присутствовал — играл что-то на арфе. На стук, однако же, не замедлил ответить, впустив меня внутрь. — Леди Ася, я, признаться честно, не ожидал вас увидеть, — отметил он, — Чаю? — король Нарглтронда, как любезно, кивнул на чайничек, уже наполненный чем-то. — Нет, спасибо, — я присела на указанное место — достаточно мягкий пуфик, правда, низкий, перед кофейным столиком, — Как прошла эта ваша вылазка? — поинтересовалась, чисто формально, я. — Мне казалось, что Финьо уже рассказал вам… — В общих чертах, — и откуда он только прознал? Хотя, может, просто увидел или сам Фингон говорил об этом. При мысли о том, что нолдоран мог выдать вообще все, сердце, как я предположила, болезненно кольнуло. — Что же, тогда неплохо. — заметил Фелагунд, бросив взгляд на кружку чая, но, видимо, не желая ее брать, раз отказалась я, — Между прочим, спустя несколько дней после отъезда мы заметили ворону. Не вы? — Ну, — я задумалась, действительно ведь летала, да и Фингона видела, но, может, он что-то спутал? Да и стоит ли, вообще, о таком говорить? — Я пролетала над вами, — наконец, выдала я. — Вот как, тогда ясно, — некоторое время мы молчали, тишину нарушила я, опять же, больше из приличия: — Я слышала, отряд встретил орков, — собеседник кивнул, — Вы не пострадали? — Нет, благодарю, — так же любезно ответил он, одарив меня не самой честной улыбкой, — Мне жаль, вы, наверное, не слишком довольны. — Да нет, с чего вы взяли, я отнюдь не желаю вам зла, — возразила я, раздумывая, стоит ли оскорбиться или простить Финарфиниону предрассудки. — Я говорю об орках. — пояснил он, снисходительно. — А, тогда вы правы, — согласилась я, решив уточнить: — Вы, случаем, никого по имени Шарку не знаете? — в ответ на отрицание, я, немного разочарованно, произннсла: — Что ж ладно. Просто, это один мой хороший друг, не хотелось бы, чтобы его убили, ну, или по крайней мере, оставаться в неведении. — Прошу прощения, но орки мне не известны по именам, — как все вежливо, но в тоже время ужасно фальшиво, впрочем, это не отменяло, что мужчина достаточно мил ко мне, для знающего о моем происхождении. — Полагаю, описание тоже не поможет? — предположила я, надеясь все же, что Шарку не был среди тех орков. — Нет, наверное, — и опять пауза, в течении которой третьедомец все бросал тоскливый взгляд на остывающий чай. — Лорд Финдарато, могу я задать вам один странный вопрос? — идея назрела у меня в голове, но, на всякий случай, решила уточнить. — По-моему, ничего страннее нашего с вами договора и обстоятельств его заключения просто уже быть не может, — усмехнулся он, — Задавайте. — Каково это, любить? — уже тянувшийся за чашкой Фелагунд одернул руку, с несколько мгновений удивленно глядя на меня, то собираясь что-то сказать, то отказываясь от этой затеи. — Ан нет, я, кажется, ошибся, — наконец, выдал он, одарив меня улыбкой, Финрод тяжело вздохнул, видимо, собираясь с мыслями, — Уж не думал, что мне придется объяснять такое кому-либо. — Поверьте, я тоже до сего момента не представляла, что стану спрашивать. — Итак, любовь. — немного выждав, он все же продолжил: — Любовь. Понимаете ли, очень сложное чувство. Это когда… когда вы на все готовы ради кого-то, даже отправиться к Намо, — король Нарготронда глянул на меня, — Ну, в вашем случае, лишиться телесного обличия или что там считается наихудшим исходом. — Не важно, продолжайте, — махнула рукой я, — Формулировки формулировками, главное — суть. — Да-да, конечно. Так на чем бишь я… Ах да, еще желание, чтобы этот кто-то был счастлив, даже если не будете вы. Прошу меня простить, если я объясняю непонятно, просто любовь — это такое чувство… — Светлое, я знаю, — с раздражением перебила его я, — Только вот, лорд Финдарато, это не отменяет того, что и Темные на это способны. Я, между прочим, знаю парочку примеров. — Приношу свои извинения, не хоетл вас оскорбить, — поспешно произнес Финарфинион, — Мне не стоило так говорить, конечно же, все могут любить. — Забудем об этом, просто продолжайте, — повторила я. — Хорошо. — кивнул он, — Еще есть влюбленность, что вы, очевидно, знаете, вот это уже другое, она окрыляет, а вот любовь... Если она взаимна, то это, скорее, чувство защищенности, и, как я упоминал ранее, готовности пожертвовать чем-то ради любимого или любимой, — заметив мечтательное выражение, отразившееся на лице эльфа, я вспомнила Амариэ, невесту моего собеседника. А ведь если бы я не спасла его, то они бы уже были вместе. Может, не стоит ничего менять более? Однако, если он доживет до окончания войны, то может вернуться в Валинор и все равно с ней встретиться. Если война закончится.* * *
Девушка слушала его внимательно, может, ей действительно было интересно? А сейчас, почему-то, она как-то странно смотрит на него. Словно бы знает нечто, а от того очень уж собой горда. — Леди Ася? Все хорошо? — уточнил Финдарато. — Да, отлично, — та расплылась в коварной улыбке. Поскорее бы Темная ушла. Нет, желать это, конечно, ужасно невежливо, она же пришла специально узнать о том, все ли хорошо, даже если это было просто формальностью, а он… Впрочем, нолдо ничего не мог с собой поделать. Когда она постучалась, он как раз сочинял мелодию, в ожидании, пока заварится чай. А теперь тот остывает. Да и мотив, как назло, из головы вылетел. Если бы она хотя бы приняла предложение, то они бы могли вместе выпить чаю, и он бы не пропал зря. Так нет же, ей потребность в еде и воде чужда, майэ, одним словом. А пить самому, но в присутствии гости, до ужаса невежливо. Так что придется ждать, пока «Мориэль» соизволит покинуть Фелагунда, а после перезаваривать напиток, но тогда он будет уже не таким вкусным. И как так, вечер не заладился? Еще и невесту покинутую вспомнил. Амариэ. Как он по ней скучал, а Темная еще и масла в огонь подливает: «Каково это, любить?». Грустно! Король Нарготронда, даже в собственных мыслях привыкший быть вежливым, прервал сам себя. Нельзя так грубо, а если, не доведи Эру, Ася с помощью осанвэ все услышит? Обидится еще. — Знаете, мне, наверное пора, — девушка встала, Финдарато охватил страх, неужели она действительно все поняла? Как же неловко вышло, до ужаса. — Простите! — Что? — выглядела она поистине удивленной, — За что, собственно? — А вы что, ничего не слышали? — неммотря на то, что до собеседницы, по всей видимости, мысли его не дошли, в неловкое положение Фелагунд таки-умудрился себя поставить. — А должна? — уточнила менестрель. — Нет, конечно нет, рад был с вами увидиться! — заверил ее он. — Сомневаюсь, — впрочем, девушка совершенно спокойно и, как понадеялся третьедомец, ничуть не обидившись, распрощалась с ним и удалилась, оставив его в одиночестве, точнее, наедине с остывшим чаем и арфой. Кстати, о чае. Его, наконец, Финдарато попробовал и тут же скривился. Тот был перезаварен и давно потерял всякое тепло. Интересно, если разбавить теплой водой, это исправит ситуацию?