Мой сладкий принц.

Do you understand the things that you've been dreaming?

– Как тебе? – Йосано выходила из примерочной модельной походкой в десятый раз, любуясь на себя в зеркало, пока уже вымотанный Рампо говорил ей множество комплиментов, лишь бы поскорее это закончить. – Прекрасно, как и прошлые девять платьев тоже, между прочим, – заметил детектив, сидя на стуле возле примерочной и беззаботно болтая ногами, разворачивая очередную конфету. Только благодаря условию, что ему купят сладостей, он и согласился на эту томительную авантюру. – Тогда я беру это и пойдём уже, – пожала плечами девушка, вновь скрываясь за шторкой в примерочной. Когда все покупки были оплачены, а Рампо и Акико выходили из торгового центра, у последней зазвонил телефон. – Дазай? – Привет, ты срочно нужна мне в агентстве! – Но сегодня же вы... – Выходной, да, я знаю, но это о-о-очень важно! – Умоляюще протянул шатен. – Ладно, ты у меня в долгу, – подметила Йосано и отключилась, замечая на себе заинтересованный взгляд зелёных глаз. – Что-то случилось? – Нет, Дазай опять что-то придумал, просит приехать в агентство. Я останусь тут и словлю такси, а ты можешь идти домой, спасибо за компанию! – Но так нечестно! Я поеду с тобой тогда! – Воскликнул детектив, по-детски надувая губы. – Нет-нет, ты уже и так устал сегодня, иди отдыхать. Упрямый детектив все-таки не одержал победу в этом споре и был вынужден под победное "Давай-давай!" от Акико пойти в сторону пешеходного перехода.

***

Особняк. Что, простите? Между совершенно обычных домов чуть поодаль на невысоком холме был виден чёртов самый настоящий особняк. Каким образом детектив вообще успел сюда забрести? Он попал в мрачный узкий переулок, где почти не горели фонари. Что-то подсказывало ему, что стоит пойти обратно, но любопытство взяло верх и детектив зашагал прямиком к высокому таинственному зданию. Подойдя ближе, он смог разглядеть тёмное навевающее ужас строение в свете луны. Чёрный острый забор ограждал его от внешнего мира, показывая, что незваных посетителей там не ждут. Шпили крыши тоже были тонко отточены и как будто разрезали своими остриями небо. Силуэт замка в лунном свете навевал ужас. Рампо подумал, что этот замок давно заброшен, но тусклый свет в нескольких окнах убеждал в обратном. Пройдя через калитку и глубоко вздохнув, детектив постучал в дверь, замирая. Ему открыл высокий седовласый мужчина с моноклем на правом глазу. – Добрый вечер.. я, кажется, заблудился, не могли бы вы подсказать мне дорогу? – Рампо рассматривал этого человека, сразу вычислив, что это точно не хозяин дома, и он оказался прав. – Кто там, Хироцу? – Послышался голос за спиной человека с моноклем, и детектив заприметил высокого стройного мужчину, который, похоже, заинтересовался нежданным гостем. – Простой прохожий, который заблудился, Господин. – Так проявите гостеприимство, впустите его внутрь, – хозяин особняка тоже появился на пороге за плечом своего слуги, – сегодня прохладно, вы не замёрзли? Могу я вам предложить чаю? Рампо потерял дар речи от такого неожиданного предложения, признаться честно, эта ситуация доверия ему не внушала, но он всё же неуверенно кивнул, соглашаясь. – Как ваше имя? – Эдогава Рампо, я детектив из вооружённого детективного агентства. – Эдгар Аллан По, рад знакомству, – писатель улыбается уголками губ, незаметно разглядывая собеседника. – Взаимно, – в ответ улыбается Рампо, откусывая очередную печеньку и запивая её сладким зелёным чаем. Эдгар Аллан По специально уехал подальше от своего "семейства", чтобы жить жизнью, свойственной обычному человеку. Он перестал пить людскую кровь, обходился лишь иногда кровью зверей и птиц, покупал свое любимое красное полусладкое вино и подолгу сидел ночами за написанием новелл и различных детективов. Стоит заметить, что помимо красного вина и писательства он ещё любил своего енота по имени Карл. Хоть и человеком он был нелюдимым, но очень вежливым и любезным. К слугам он относился доброжелательно, взял себе правило не грубить и не возвышаться над ними лишь потому, что является их господином. О своём смутном прошлом в рассказе Аллан не упоминает. Про себя детектив отмечает, что владелец мрачного таинственного особняка является таким же мрачным и таким же таинственным, но в этом есть какой-то шарм. У Эдгара чёткие аристократические черты лица, острый подбородок, хорошо выраженные скулы, мраморная идеальная кожа, и.. клыки(?). У этого таинственного любителя енотов были белоснежные идеально отточенные острые клыки. Единственное, что из-за густой чёлки, которая скрывала половину лица, совсем не было видно его глаз. Это немного разочаровывало детектива, так как он обычно много чего мог понять, просто взглянув в глаза человеку. На удивление для детектива, они стали хорошими друзьями. Часто пили чай или вино вместе, По читал ему свои новые романы или расспрашивал с неподдельным интересом про его очередное с ловкостью раскрытое дело, после чего восхищенно хвалил, что, чего уж таить, льстило детективу. Эдгар нередко заглядывал в агентство, принося для своего друга мешочек с его любимыми сладостями, после чего желая удачного дня. Некоторые в агентстве уже подшучивали над Рампо, потому что от их глаз не укрывалось, как детектив краснеет, когда Аллан трепет его по голове, нежно улыбаясь тому, или наклоняется к его уху, пока брюнет сидит за своим столом, чтобы сказать что-то.

***

Come a little closer, then you'll see.

– Рампо-кун, здравствуй! Проходи. – Эдгар отходит в сторону, пропуская детектива в дом. Сегодня они решили посмотреть восхваленный тем, что он очень "запутанный", детективный фильм. Рампо с первых секунд определил убийцу, начиная объяснять другу, как он это понял. По слушал его с тем же восхищением, что и всегда, наблюдая за активной жестикуляцией его рук, задумчиво улыбаясь краешками губ чему-то в своих мыслях. Когда Рампо вновь успокоился, опуская голову на плечо Эдгару и прижимаясь к нему ближе, продолжил с самым скучающим видом смотреть фильм. По в свою очередь положил подбородок на макушку брюнета и приобнял его одной рукой, накрывая пледом детектива, который как-то умудрился замёрзнуть. Когда на экране показались титры, Эдгар поднялся с дивана, чтобы выключить телевизор и отнести кружки на кухню. Рампо зачем-то поплёлся за ним, над чем-то задумавшись. Когда Эдгар заметил озадаченного детектива, который стоял в проходе кухни и смотрел прямо на него, он решил поинтересоваться, всё ли хорошо. – Почему ты никому не показываешь своих глаз? – Я.. они.. мне не нравятся мои синяки под глазами... да! Вот! – Выдаёт тот первое, что приходит в голову. Тогда Рампо подходит ближе и тянет того за рубашку, заставляя наклониться, чтобы брюнет мог осторожно коснуться мягких волнистых волос Эдгара, убирая их с лица и заправляя за уши. Сам Эдгар наблюдает за его действиями и рвано дышит, не понимая, почему всё ещё не отстраняется, вообще почему позволяет делать с собой такое. Их лица сейчас находятся слишком близко. Рампо смотрит в его глаза несколько минут как околдованный, не отрываясь, разглядывает слегка расширенные зрачки и насыщенно-рубинового цвета радужку. Это завораживает. – Не скрывай от меня своих глаз, – очень тихо, почти шепотом приносит детектив, – мне нравится в них смотреть. В эту же секунду он делает спонтанное и необдуманное действие: берёт Эдгара за щёки, притягивая ещё ближе к себе, и вовлекает в неловкий короткий поцелуй, после чего быстро отстраняется, а его лицо вмиг заливается краской. По резко притягивает того за подбородок обратно, впиваясь своими губами в его губы. Он целует детектива чувственно, пылко, жадно, именно так, будто ждал этого момента очень долго. Неожиданно Рампо чувствует, как его запястья прижимают к стене, тонкие дрожащие пальцы ослабляют его галстук и расстёгивают пару пуговиц на рубашке. На секунду По замирает, а детектив шумно и испуганно выдыхает, смотрит широко раскрытыми глазами на человека напротив в ожидании дальнейших его действий. Холодные пальцы Эдгара снова берут его за подбородок и приподнимают, а когда в шею впиваются два тех самых острых клыка, Рампо жалобно взвизгивает, морщась от боли. В эту же секунду По отпускает его и в ужасе отходит на пару шагов, закрывая лицо руками. Брюнет переводит взгляд то на Эдгара, то на свою рубашку и левое плечо, которые были все в крови. Но он почему-то плюёт на это и, замечая, как писатель присаживается на пол, все ещё закрывая руками лицо от стыда, подходит, опускаясь на корточки подле него. – Ну ты чего.. – Детектив берёт его за запястья и убирает их от лица, пытаясь поймать его глаза, но они смотрят в пол. Тогда, всё ещё пребывая в тихом шоке, по правде говоря, он двигается ближе и крепко-накрепко обнимает писателя. Эдгар несколько секунд сидит неподвижно, а после обнимает его в ответ, утыкаясь в плечо, чтобы заглушить свои тихие всхлипы. – Всё нормально, правда, – шепчет Рампо на ухо, поглаживая по спине, – я уже догадывался. – Нет-нет-нет, я сделал тебе больно, ничего не нормально. – Эдгар же поклялся себе больше не пить человеческую кровь. Но он не смог сдержаться, когда перед ним такой сладкий и искренний детектив. Сразу появляется желание укусить, почувствовать, какая у него кровь на вкус. Он ведь уже очень давно никого не кусал из людей. И сейчас ему стыдно. Стыдно. Стыдно. Стыдно. Он причинил ему боль. Он не смог сдержаться. Рампо мягко накрывает губы Аллана своими и чувствует привкус собственной крови.

***

Детектив уже привык, что в некоторые моменты Эдгар мог просто подойти и укусить его, а потом долго извиняться, помогая обрабатывать след от укуса и клеить пластыри, после чего виновато целуя того в щеку. Кровь Рампо на вкус сладкая, и Эдгар не в силах совладать с собой перед этим сладким мальчиком. Его. Сладким. Мальчиком. Только его, потому что делить его с кем-то он не сможет. Да, это было больно, укусы заживали иногда неделями, иногда месяцами, но почему Рампо тогда позволял снова и снова делать это?.. Он никогда бы не признался, но, кажется, ему это нравилось.

My sweet prince.

Never thought you'd make me perspire.

Never thought I'd do you the same.

Never thought I'd fill with desire.

Never thought I'd feel so ashamed.