Коты, вороны и темная комната

Когда первогодки Карасуно шли на свои места, все взгляды были направлены на шею Хинаты. Кто-то, как, например, Танака, Нишиноя или Ямамото были удивлены, а кто-то, как Кенма или Сугавара довольны, что они наконец-то вместе. Куроо первый пришел в себя. – Ну что ж! – он снова запустил руку в шапку с бумажками, – пора выяснить наших следующих героев… И это Ямагучи и! Тадаши спокойно поднялся со своего места и с любопытством рассматривал Тецуро и остальных игроков, ожидая своего напарника. – И Цукишима! Кей, сидящий рядом с Ямагучи, недовольно цокнул. Он не рассчитывал, что его поднимут так рано. Пройдя к кладовке, он мрачно зашел внутрь, облокачиваясь на закрывшуюся за ними дверь. Когда послышались удаляющиеся шаги Куроо, Цукишима несколько раз моргнул, стараясь привыкнуть к темноте, однако это не сильно помогло. – Видел этих двоих? – парень усмехнулся, надеясь найти друга по звуку. – Трудно не заметить, – голос Ямагучи звучал откуда-то из глубины комнаты. – Но между ними в последнее время так искрило, что я не удивлен. Тут же раздалось шуршание, а затем послышался грохот падающих швабр и сдавленное чертыхание. – Кто вообще их тут поставил! Ты хоть что-нибудь видишь? Что нам тут делать? – Несмотря на то, что очки сейчас на мне, от темноты они не спасают, – заметил Кей ядовито, – думаю, мы скоро привыкнем. Оттолкнувшись от двери, он аккуратно начал движение в сторону шорохов, а, следовательно, Ямагучи. – А про их взаимоотношения ты верно заметил. Я тоже наблюдал за ними и думал: в какой момент мы попали в дораму? – Рад, что ты смотришь сериалы, которые я советую! – Ямагучи наконец-то нашел место, где можно было устроиться, и теперь активно размахивал руками перед собой, пытаясь нащупать Цукишиму. – Иди на мой голос, тут можно посидеть. Но вообще-то интересно, кто первым признался... Принимаю ваши ставки! – Ничего я не смотрю, – Кей нервно вздрогнул, когда рука Ямагучи прошла в сантиметрах от его лица. Стараясь принять безопасное положение, он аккуратно продвигался дальше, как вдруг что-то попало под ногу. По полу с грохотом покатилось ведро, а Ямагучи, испуганно пискнув, вцепился в футболку подсевшего Цукишимы. – Да успокойся ты! Я это, я! – Фух, – Тадаши облегченно выдохнул. – Когда ты рядом, спокойнее. Кажется, он не собирался расцеплять руки, поэтому Цукишима поерзал, стараясь сесть поудобнее. – Я ставлю на Хинату. Он уже давно постоянно болтал о Кагеяме, – продолжал Ямагучи. Заметив движение Кея и считав его неправильно, Тадаши вдруг спросил: – А ты вообще как ко всему этому? – К чему? – Цукишима повел плечами и наконец успокоился, приняв удобное положение. Руки Ямагучи смущали, но почему-то вовсе не мешали, – отношения других людей меня не интересуют, какими бы они не были. Это их дело. Парень замолчал на некоторое время, обдумывая слова Ямагучи. Осознание слов, пришедшее с небольшим опозданием, заставило его сердце зайтись в бешеном ритме. А в голове лишь один вопрос: почему Тадаши спокойнее рядом с ним? Стараясь отвлечься от собственных мыслей, он насмешливо проговорил: – А мне кажется, Кагеяма. Ты видел его лицо, когда Хината разговаривал с Кенмой? Я думал, он на месте взорвется. – Он всегда такой! – рассмеялся Ямагучи, чуть покачиваясь и ослабляя хватку. Сидеть вот так близко-близко, касаясь друг друга, Тадаши очень нравилось. Внутри разливалось мягкое тепло, а темнота понемногу переставала казаться такой пугающей. То ли от хорошего настроения, то ли от того, что он не видел лица Цукишимы, у Ямагучи вырвалась фраза, которую он и не думал произносить: – Тоже хочу отношения. Это была одна из тем, к которой они возвращались время от времени. После дорам и шоу, встреч с дальними родственниками или чьих-то признаний во дворе школы. Каждый раз все сводилось к тому, что в их окружении нет достойных кандидатов и ничего страшного, если они пока побудут одинокими. В конце концов, у них есть друзья, волейбол и планы поступить в престижный ВУЗ. Да только после этих разговоров Ямагучи раз за разом все яснее понимал, что не нужен ему кто-то другой – парень, девушка, небинарный человек – ему нужен один конкретный светловолосый зануда. Да только как о таком скажешь? А Цукишима замер. Почему-то сейчас эта тема вызвала у него не обычное раздражение, а удивление и какую-то неясную грусть. Он не хотел признавать этого, но ему было хорошо одному с Ямагучи, ему нравилась их дружба, и он не хотел бы что-то менять. Однако он понимал, что не вправе мешать Тадаши, даже если все изменится, когда тот найдет себе девушку. Кей был готов к этому, хотя и был против где-то глубоко в душе. – Неужели тебе кто-то нравится? – как всегда это бывало, неуверенность в себе и в своих чувствах вылилась в ядовитую усмешку и насмешливый голос. Хорошо, что Ямагучи понимает, что он не со зла, и не обижается, – ну и кто эта счастливица? Неужели Ячи-сан? А может кто-то из нашего класса?.. – Да, есть один человек, – голос Тадаши на секунду дрогнул, но он продолжил, – ты даже его знаешь. Он учится со мной в классе. Он очень умный и всегда получает только хорошие оценки. Порой бывает вредным и язвительным, но в глубине души он добрый и заботливый. Он постоянно переживает за меня, даже если старается убедить меня в обратном. Еще он очень высокий. Думаю, мне пришлось бы вставать на цыпочки, если бы я его хотел поцеловать его. Еще мне очень нравятся его волосы. Они такие светлые и будто бы очень мягкие, но на самом деле они твердые как солома. А еще у него не самое лучшее зрение, и поэтому мне иногда кажется, что он не видит дальше своего носа. Но он мне нравится таким. Сердце Цукишимы пропустило удар. Всматриваясь в темноту, но видя лишь смутные очертания силуэта друга, он судорожно думал, что может ответить. К его большому сожалению, голова сейчас была абсолютно пуста и не хотела работать. Тогда он выдавил из себя тихое: «Я правильно тебя понял?» – и отвернулся, пытаясь осознать, что сейчас произошло. Ямагучи, конечно не назвал имени, но, чтобы не понять по описанию, о ком он говорит, нужно быть полным дураком. Цукишима дураком не был. Но и слов других на ум не приходило. Поэтому проговорив такой банальный вопрос, он стал ждать ответа Ямагучи. – Думаю, трудно не понять, – грустно усмехнулся тот. – Ты прости, что я так сразу на тебя... Но все так сложилось... И я подумал... И вот… С каждой фразой слова звучали тише, а паузы становились дольше. Руки, которые Ямагучи так и не убрал, теперь жгло огнем. Он попытался отпустить Цукишиму и немного отодвинуться, но ему не дали. – Кей? – это был запрещенный прием, Тадаши знал это, но волнение дало о себе знать. – Что ты?.. – Тебе не за что извиняться, – Цукишима придвинулся ближе настолько, что стал ощущать сбившееся дыхание Ямагучи на своей шее, – думаю сейчас подходящий момент, чтобы со всем разобраться, Тадаши. Его губы расползлись в хищной улыбке, а рука потянулась в сторону парня. Ямагучи вздрогнул, но не отстранился, продолжая следить за его действиями. Цукишима давно поймал себя на мысли, что хочет прикоснуться к волосам своего друга. Узнать, мягкие ли они, пропустить через пальцы, сжать и потянуть вниз, приподнимая голову... Он гнал от себя подобные фантазии, но сейчас решил осуществить задуманное. Осторожно коснувшись их, и не почувствовав сопротивления, вплел в тонкие, шелковистые волосы свои пальцы. На ощупь они действительно были приятными и гладкими. Внезапно Цукишима почувствовал, что Ямагучи толкается в руку и подставляется под ласку словно кот. Довольно улыбнувшись, он наклонился к лицу парня и прошептал ему на ухо: – У меня тоже есть человек, который мне нравится, – от Тадаши исходил приятный аромат и Кей понимал, что еще чуть-чуть и он не выдержит, – мы тоже учимся в одном классе, и он вполне может считаться равным со мной в учебе. Он заботливый и веселый, а еще очень трудолюбивый. Он пуглив, но всегда честно признает свои недостатки и готов совершенствоваться. В последнее время он стал гораздо увереннее, что меня радует. У него темные, мягкие волосы и милые веснушки. Ростом он немного не вышел, поэтому, думаю, что, если он захочет поцеловать меня, то вероятнее всего встанет на носочки. И я рад, что помог ему в средней школе, и мы стали общаться. Ямагучи почти перестал дышать, вслушиваясь в тихий шепот и подставляя голову под прикосновения. Это был сон наяву, и очень хотелось сделать что-нибудь еще. – Так получается, ты не будешь против, если мы поцелуемся? – осторожно спросил Ямагучи. Цукишима согласно кивнул, но понимая, что Тадаши не видит его, тихо проговорил: – Да. Первое прикосновение получилось почти невесомым, а нос неудачно ткнулся куда-то в очки. Кей хмыкнул, чуть приподнял пальцами подбородок Ямагучи и уже сам поцеловал его. Это было немного странно, мокро, но до ужаса приятно. Тадаши на пробу провел языком по нижней губе и был награжден шумным выдохом. А затем голова у него совсем закружилась, когда Цукишима протолкнул язык глубже и провел им по зубам. – Цукки, – проскулил Тадаши в поцелуй. – Цукки… – Не нравится? – Цукишима отстранился, самодовольно улыбаясь. Не дожидаясь ответа, который просто не мог быть положительным, он снова поцеловал Ямагучи, зарываясь пальцами в волосы и оттягивая их назад. Языки сплетались в неведомом танце, переходившем в борьбу за первенство. Руки Тадаши наконец отцепились от рубашки Кея и сомкнулись на его шее. Внезапно в дверь постучали, и Куроо объявил, что их время вышло. Отстранившись друг от друга, парни на секунду замерли, приходя в себя, а потом поднялись и пошли к двери. Всклокоченные, помятые, с красными губами они выбрались из кладовки, щурясь от яркого света. – Да-а-а, первогодки у нас сегодня... – весело пропел Куроо, делая взмах рукой, – жгут. Цукишима бросил недовольный взгляд на капитана Некомы и утащил Ямагучи подальше от него. – Ладно, ладно, Цукки… Так-с, кто там дальше?