На балу

Это не твой праздник И ты на нём безупречней всех Твоя походка меня дразнит Один взгляд помешался на тебе Играет музыка и танцы А я стесняюсь подойти Преодолеть эту дистанцию Нужно, иначе такую мне не найти

Сапфировые, в меру позолоченные стены, отражающие теплый рассеянный свет старинных люстр; мраморные плитки, грамотно уложенные на полу; панорамные, витражные окна, сквозь которые просачиваются лунные лучи. Фоновая, простенькая партия музыки без особых элементов, придававшая элегантного шарма, выступала в роли разогрева перед полноценной композицией. Иссиня-темноволосая девушка не находила себе места в таком роскошном бальном зале. Вся эта напыщенность — юбилей семьи Буржуа, на который были приглашены все знакомые семьи. Будучи незаинтересованной в подобных вещах ничто не могло переубедить пекаршу прийти. Ничто, кроме её лучшей подруги Сезар и надежды на танец со школьной любовью, Адрианом Агрестом. Но, как на зло, среди всех слащавых парочек не было и похожего на модель человека. Все бурно обсуждали что-то, дегустировали высшие сорта алкоголя и патетично поздравляли виновников торжества. Удручающие чувство окутало юную дизайнершу: она не была любительницей подобных вечеров. Все её знакомые были заняты своими делами: кто-то пустился в пляс, кто-то раздавал автографы и держал на поводке крокодила, кто-то выпивал. Голубоглазой оставалось лишь одиноко облокотиться на громоздкий подоконник и с долей зависти наблюдать за присутствующими. За все пару часов, что она здесь провела, она осилила лишь опустошить один едкий бокал сухого вина да кротко поболтать с другими гостями. Простенькая симфония плавно перетекала в гармонично медленную, пронизанную сменяющейся с каждым тактом мелодией скрипки романтичную композицию Штрауса, конфликтующую с шумными разговорами людей на фоне, заполняя всё пространство и призывая всех присутствующих к танцам. Скопление людей разделилось на пары, что синхронно начинали двигаться в ритм музыки. Взгляд главной героини зацепился за такие до боли родные блондинистые взъерошенные волосы, что выделялись среди всех в толпе. Брови несильно приподнялись, а в глазах мелькнула надежда. Сердце предательски ускорилось, а дыхание стало обрывистым. В момент танцоры увеличили дистанцию между собой, позволяя Маринетт разглядеть парня детальнее. На светловолосом красовалась черная, сделанная из латекса маска, а на макушке два кошачьих уха. «Это всего лишь Кот Нуар, никакой не Адриан» — разочарованно, с некой досадой подумала про себя Дюпен-Чен. Уже собираясь отвернуться, её любопытство заставило рассмотреть зеленоглазого: девушка подмечала каждый угол рельефа скрытого за тканью лица, слегка вырисовывающиеся скулы в верхней части щек, мягкие изгибы челюсти, острый, V-образный подбородок, от природы длинные ресницы, аккуратный прямой нос, губы нежно-розоватого оттенка. Небрежно спадавшие пряди пшеничных волос; притягательные, глубокие глаза, как зеленая яшма — такие же редкие и изумительные. Дополнением к его великолепной внешности, выступал черный готический фрак и такие же темные, идеально выглаженные брюки. Костюм сидел на его фигуре как влитой, подчеркивая достоинства тела, выделяя стройный торс и худые конечности. «Хотя… Признаться честно, он ничем не хуже Адриана» — кокетливо думала голубоглазая, отвергая тот факт, что каким бы глупым и несерьёзным казался напарник, он определенно не был обделен природной харизмой и очаровательной внешностью. С неким огорчением леди водила пальцем по поверхности подоконника, напоминая уставшего ревизора. Как ни крути, ей безумно хотелось пригласить старого приятеля на танец, но, вот дилемма, она ведь не в образе Леди Баг, так что шанс отказа необычайно велик. Лишь мысли о нем крутились в голове девушки: «Нет даже смысла пытаться. Я же неуклюжая растяпа, которая заикается при виде небезразличного человека. Лучше-ка выпью еще немножко и забуду про эту дурную затею с котом.» Кот Нуар вяло отвечал на вопросы фанатов и журналистов, которые при видео героя моментально примчались с целым рядом вопросов. Адриан привык к такой популярности, но после всех фотосессий и раздаваний автографов, отвечать на еще и вопросы казалось невыносимым. Да и странное ползающие и неприятное чувство в спине, словно кто-то так и сверлил взглядом обладателя талисмана, так и заставляло обернуться. На мгновение обернувшись, взгляд кота встретился со знакомыми лазурно-серыми глазами, что так и горели эмоциями. Смутившись от неожиданности, парень вмиг отвернулся. Смотря на даму от силы всего пару секунд, её образ детально отпечатался в памяти. Уткнувшись в пол, блондин старался по воспоминаниям момента разглядеть образ одноклассницы. Даже будучи до смерти помешанным на своей букашке, Агрест не был настолько слеп, чтобы не заметить, насколько восхитительной всегда была перспективная дизайнерша. С каждым годом девушка, подобно вину, становилась все краше и краше. Подростковые, детские изгибы лица заметно преображались, ужесточались и ярче очерчивались, теряя приятную детскую округлость и мягкость линий; фигура становилась пропорциональнее и идеальнее. Всё это лишь добавляло изюминки и без того безупречной внешности. А что уж говорить про характер: дружелюбная, безгранично добрая и ответственная девушка с комедийной неудачей в бытовых вещах, но в тоже время имеющая стержень. Светловолосый однозначно соврал бы, если бы сказал, что никогда не представлял Маринетт в качестве своей девушки. Она особенная для него. Не просто особенная, вернее сказать, она была для него той, кто заставлял своим присутствием его быть самим собой. Лишь недавно он начал понимать, какой же изумительной была его одноклассница. «Так хочется поговорить с ней, пригласить на танец» — думал тот про себя, — «а что, если она не согласится? Я же сейчас не Адриан, а Кот Нуар. В этом образе мы с ней всего несколько раз пересекались». Воспоминания о комфортных вечерах, проведённых вместе с Дюпен-Чен на её балконе; та ночь, когда его миледи вновь не пришла, а она спасла разбитое сердце, сказав, что большая фанатка. Поцеловала его. «Хотелось бы мне ощутить это снова.» — Щеки героя покрылись румянцем, который на половину был скрыт за маской. «А, может, она думает о том же? Что, если она тоже хочет потанцевать со мной, но боится?» — думал блондин, наблюдая за тем, как темноволосая приближалась к одному из столиков с закусками, взяв с подноса у Арманда бокал крепкого напитка. «Либо сейчас, либо никогда» Рванувшись с места, небрежно расталкивая толпы фанатов и журналистов, джентльмен пробивался сквозь массовку, шагая к тому же столу, что и леди. Мадмуазель металась среди обилия различных блюд и дессертов, не в силах определиться. Злорадный смешок, раздававшийся со спины, вынудил модельера обернуться. Хлоя бы ни за что не упустила шанс поиздеваться над её любимой жертвой. Дочка мэра бок о бок с поддакивающей Сабриной в очередной раз изо всех сил намеривалась вывести из себя бедолагу. — Ох, неужели наша простачка Маринетт без пары. Кто бы сомневался, с нелепой пекаршей никто не хочет танцевать. — говорила та высокомерным тоном, гадко ухмыляясь. Конечно, тайная героиня не была терпилой и уже собиралась высказать все правдивые колкости в сторону мажорки, вот только котёнок воспринял это как шанс судьбы. Лучший момент для предложения. Подходя ближе к троице, косвенно присоединяясь к конфликту, мужчина откашлялся в кулак, смотря прямо на Дюпен-Чен, а после, протянув правую руку, в приглашающем поклоне спросил: — Принцесса, не откажите ли Вы мне в удовольствии танцевать с вами этот вальс? Кротко хихикнув в сторону задир, девушка расплылась в самоуверенной улыбке, надменно приподняв брови. Пальцами несильно задрав подол платья, она сопроводила приглашение кавалера книксеном. Наблюдая за смешной реакцией Буржуа, которая явно не ожидала того, что признанный публикой герой, имеющий тысячи, а то и десятки тысяч фанаток, которые отдали бы всё за минуту с ним, лично приглашает на танец её одноклассницу. Новоиспечённая пара моментально отдалилась, выходя на бальный пол. Вслушиваясь в рисунок мелодии, принцесса кладёт одну руку на его плечо, обвивая тоненькими пальцами шею, а второй сжимает чужую руку; принц, в свою очередь, скользит рукой по талии партнерши, вплотную притягивает к себе хрупкое тело, чувствуя, как тепло от прикосновений растекается по всему организму, с макушки до пят. Вкрадчиво, осторожно, с пленительным лукавством раздаются первые звуки штраусовского вальса. Под медленный темп композиции они, словно единое целое, двигались вперед левой ногой — потом правой. На счет раз-два-три шаг коробочка выходил просто идеально. Так, будто они в прошлой жизни были влюбленными из XVIII века и на интуиции, подсознательном уровне, знали наизусть движения. Их сердца чувствовали каждую смену тактов, находясь в окружении нот и аккордов. Свет люстр, как бы подыгрывая им, устремился на них двоих, выделяя из всех танцующих; а декоративная листва незряче плелась в их сторону. Но всё это не имело значение. Они думали только друг о друге. В воздухе витало ощущение того, что они в совершенно другом мире, другой вселенной. Где только они вдвоем и никто другой. Кружась с такой же воздушностью, как у пера, леди драматично изгибалась в руках её мужчины, который удерживал напарницу, не давая той упасть. В действиях кавалера чувствовалась бесконечная нежность и бережность. А вот букашечка напротив, в её языке тела читалась грация и своеобразная откровенность. Всё это напоминало искусного ювелира, который держал в своих руках ослепительный бриллиант высшей пробы. Но время шло — всему есть конец. Музыка для вальса затухала, сменяясь на простенькую джазовую мелодию с мягкими ударными, романтичным рисунком игры саксофона и гармоничными клавишными. Гости потихоньку удалялись по своим делам. С легким состоянием аффекта от резкого выброса серотонина и дофамина, вызванного прекрасными минутами танца с неотразимым героем, Маринетт вышла на закругленный балкон под навесом. И без того хорошее настроение подкрепляло умиротворяющее уединение на свежем воздухе со слабым ветерком и шикарным видом на ночной Париж при лунном свете под заглушенные стенами звуки джаза. Краешки губ так и тянулись вверх, образовывая довольную ухмылку. Агрест в своём кошачьем образе незаметно подкрался к счастливице и сбоку от неё осторожно облокотился на невысокую балюстраду. — Ты выглядела просто великолепно, принцесса. — своими коронным флиртующим, но влюблённым тоном сказал Адриан. — Ты тоже был замурррчательным, котёнок. — с безобидным смешком ответила Дюпен-Чен — Кошачьи каламбуры, насколько я знаю, это моя стихия. Темноволосая заметила, что глаза собеседника смотрели чуть ниже носа, на губы. Беря всё в свои руки, голубоглазая заботливо провела ладонью по щеке блондина. Облизнув, тем самым увлажнив пухленькие губки, приближаясь, преодолевая дистанцию между лицами, пекарша сместила взгляд с зелененьких глаз на губы парня и шумно вздохнула. Прильнув к его устам, она тягуче медленно касалась его губ своими, и он ловил эти касания, в каждый из которых вкладывалось душевное тепло; светловолосый чувствовал танинный, резкий, с ярко выраженной, но приятной кислинкой вкус выпитого вина. Джентльмен окольцевал руками девушку, заключая в объятия и прижимая ближе к себе. Темп поцелуя ускорялся по нарастающей, вызывая волновое удовлетворяющее чувство возбуждения. Уже более настойчиво иссиня-темноволосая сминала чужие губы, оттягивая их и покусывая. Протяжно ввязываясь в мяконькие уста, мужчина все сильнее приоткрывал рот; а вскоре, не сбавляя темп, добавив импульс, проник языком в рот партнерши, стараясь сплестись в единое целое. Леди, отдавая ведущую роль, впивалась пальцами в шелковые, бархатные, до безумия идеальные по текстуре блондинистые волосы, смещая руку время от времени и касаясь подбородка, шеи. спустя ряд движений губами, издавая негромкие причмокивания, двигая челюстью, голубки отстранились. — Нелепо, совершенно нелепо! — слышалось позади.