Одно равнодушие на двоих

Сигарета дотлела до фильтра, но Нил Джостен даже не притронулся к ней. Он нуждался в едком запахе, который напоминал ему о матери и о секретах прошлого, которые всплыли наружу. Смесь едкого дыма и воспоминаний вызывала отвратительный привкус во рту. По позвоночнику пробежала колкая дрожь. Нил выбросил окурок под ноги и растоптал его носком поношенных кроссовок. Он взглянул на небо и вспомнил звезды, на которые он смотрел поздней ночью на пляже, пока неподалёку окончательно не потух огонь. Одноко сейчас в мощном свете прожекторов звезды поблекли. Он впервые задался вопросом: а могло ли быть всё иначе? Ответ был один: нет. Мать не сделала бы ничего просто так и не сбежала, если бы всё было так легко. Скрип двери вывел его из задумчивости. Нил крепче взялся за ремень сумки и обернулся. Оставив дверь раздевалки открытой, тренер Эрнандес присел рядом. —Как тебе сегодняшняя игра? Думаю, от этих недоумков ждать ничего не нужно, — сказал он. —Думаю, вы правы. — ответил Нил. —Не желаешь вернутся в спорт обратно? —Эта тема для меня закрыта. Мой ответ остаётся прежним, и ничего его не изменит. Это всё ещё нет. Кто ж знал, что та игра была последней для меня. —Так всё ещё или снова такие обстоятельства? — на ответную колкую реплику Нил решил решил промолчать, —хорошо. Я попытался, но предпологаю, что другие люди смогут хоть немного пошатнуть твое чёткое решение, —произнёс тренер и чуть отодвинулся, открывая взор на проход, из которого, вероятно, кто-то должен был появиться. Нил вопросительно взглянул на того и уже приготовился бежать, — К тебе тут пришли. Слова тренера выбили почву из под ног Нила. Сердце замерло. Они не могли найти его и так просто прийти за ним. Слова Эрнандеса прозвучали как фраза из ночного кошмара для того, кто полжизни убегал от собственного прошлого. Рывком развернувшись, он увидел в дверном проёме высокого крупного мужчину, обнаженные плечи и предплечья которого были забиты татуировками в виде кудрявых завитков пламени. Его поза была расслабленной, но взгляд карих глаз — пристальным, следящий за каждым малейшим движением. Нил его не узнал, значит, мужчина был точно не из ближайшего круга Натана. Милпорт не мог похвастаться густонаселённостью. Тут все обо всех всë знали. Страхи Нила по этому поводу, кажется, чуть притихли, пока из-за спины незнакомца не вышел Кевин мать его Дэй. Глаза Нила округлились, а всё органы внутри сделали тройное сальто. Он почувствовал приближающееся чувство тошноты. Кевин оглядел парня с ног до головы и прищурился. Могло ли это значит.. —Кхм, Нил Джостен, ведь верно? — заговорил Кевин, на что Джостен кивнул и облизнул свои губы. Прошли годы с тех пор, как Нил с Кевином находились в одной комнате; с тех пор как на их глазах отец Нила раскромсал кричащего человека на сотню кровавых ошметков. Нил знал лицо этого парня, как свое собственное, а все потому, что неотрывно следил за возрастающей популярностью Кевина, пускай и издалека. Кевин Дэй изменился во всем, и одновременно остался прежним — тоже во всем, начиная с зеленых глаз под темной шевелюрой и заканчивая вытатуированной на левой скуле черной цифрой два, одно воспоминание о которой вызывало у Нила приступ тошноты. Кевин ходил с ней и тогда, давно, просто был еще слишком юн, чтобы набить настоящую татуху. Он и его сводный брат Рико Морияма черным маркером выводили у себя на щеках двойку и единицу, а когда цифры начинали стираться, подрисовывали их заново. Нил в то время еще не понимал, что Кевин и Рико с самого детства стремились к славе. Таким образом они обещали, что станут звездами. И оказались правы. Оба играли в профессиональной команде под названием «Вороны». В прошлом году обоих приняли в национальную сборную. Оба завоевали чемпионский титул, а Нил... Нил запутался в клубке лжи и безысходности, сбежав от своего прошлого. Кевин не мог его узнать, это факт. Слишком много воды утекло, теперь между ними целая пропасть. Кроме того, Нил маскировался при помощи темной краски для волос и коричневых контактных линз. Но тогда с чего вдруг Кевин Дэй явился на него поглазеть? Ни одна университетская команда не падет так низко, даже «Лисы». В личном деле Нила указано, что он играл в экси чуть меньше годя, кося под чайника, а потом и вовсе бросил. Неужели он где-то прокололся? Неужели предыдущий опыт, о котором он умалчивал, все-таки вылез наружу? Как вышло, что, несмотря на все свои старания держаться в тени, он привлек внимание Кевина Дэя? Если Кевин высмотрел его с такой легкостью, то для людей отца Нил Джостен, должно быть, и вовсе живая мишень. А для людей Ичиро он давно уже весит на поводке, который стремительно тянут назад, приближая свою цель и не прилагая никаких усилий. Реплику Дэя прервал мужчина, решив договорить самому. —Нам нужен нападающий, и мы выбрали на эту роль тебя. —Вы это и вправду всерьёз? —Ещё как. К тому же, мы дико торопимся. Стать членом университетской команды для Нила — значит не просто застрять на одном месте, а оказаться в центре внимания. После означает, что ему заранее нужно выкопать себе могилу и побыстрее себя зарыть туда. На этот раз люди не только Натана, но и Ичиро не будут медлить, и Нилу просто не выжить, разрываясь между двумя жестокими людьми. Контракт — верный билет в будущее, которое ему не светит, либо же светит, но будет полно насилие и жестокости. Нельзя ему возвращаться на поле и не стоило делать этого ещё тогда. Говорила же мать, чтобы он не высовывал свой нос, а он не послушал. —Понимаю, что это неожиданно, но ты нам нужен сегодня. Дальше Нил слушать не стал рванул вверх по трибунам - к раздевалке. Дребезжание металла под ногами не заглуши- ло удивленного оклика Эрнандеса. Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался. К черту окончаниешколы, к черту Нила Джостена. Он удерет сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы. Он опоздал. Слава всём молитвам, произнесенным в тот момент, но это оказался не его начинающийся самый страшный кошмар. Светловолосый парень ростом всего-то под метр пятьдесят два упёрся рукой ему в грудь, призывая остановиться. Нил оглядел его с ног до головы. Коснувшись пальцами виска, Эндрю с улыбкой отсалютовал Нилу: —Ничего, в другой раз повезет сбежать. —Пошёл ты. — Отозвался Нил. —Господи, Нил, ты как? Воспитание у нашего Эндрю слегла хромает, он не покалечил тебя? —Я в порядке. Тренер, мне надо идти. Пустите . —Мы еще не закончили, — возразил Ваймак. —Тренер Ваймак...— Начал тренер Эрнандес, но тот его перебил: —Я недолго, хорошо? Эрнандес перевел взгляд с коллеги на подопечного, затем отпустил его. — Подожду снаружи. —Не надо было вам приезжать, — возразил Нил. —И все же я здесь, — парировал Ваймак. Ручку дать? —Нет, — ответил Нил. — Я не буду играть за «Лисов». —Я ослышался? — Вы взяли Кевина. —А Кевин предложил взять тебя, так что... В помещение зашёл Кевин и устроился на телевизионной тумбе у задней стены. Телевизор он заранее сдвинул на край, чтобы освободить для себя побольше места, и с обеих сторон обложился бумагами. Судя по невозмутимому взгляду было понятно, что его не впечатлил ни спектакль Нила, ни его слова. —Что ты тут делаешь? - процедил Джостен сквозь онемевшие губы. — А ты чего рванул? - задал вопрос Кевин. —Я первый спросил. —Тренер тебе уже ответил, — с легким раздражением произнес Кевин. — Мы ждем, когда ты подпишешь контракт. Хватит уже тратить наше время. —Нет, —сказал Нил. — Ты слишком туп для мировой звезды. Слушай, тысячи нападающих только и мечтают о таком предложении. Может, лучше к ним обратитесь? — Мы просмотрели все анкеты, — вступил в разговор Ваймак, — и выбрали тебя. —Я не играл в экси уже значительное количество времени. Тем более я не буду играть с Кевином, — пробурчал Нил. —Будешь, — сказал Кевин. Ваймак равнодушно пожал плечами. — Ты, наверное, не понял, но мы не уйдем отсюда, пока не добьемся твоего согласия. Кевин считает, что ты нужни команде, и он прав. —По-хорошему надо было выбросить письмо твоего тренера не читая, продолжал Кевин. Твоя анкета полное убожество, и мне салага в команде не нужен, тем более который бросил экси к нашему приезду. Это идет вразрез с нашими планами на новый сезон. По счастью, твоему тренеру хватило ума прислать не статистику, а видеозапись игры, так что мы увидели тебя в деле. На поле ты бьешься не на жизнь, а на смерть, и сможешь возобновить всё свои старания, и вспомнить прежние умения. Салага? Если бы Кевин его узнал, то понял бы, что сведения в анкете сплошное вранье. Он ведь знает, что Нил играл в Малой лиге, и не мог забыть тот жесткий матч, прерванный из-за убийства и нареканий Ичиро. —А, вот в чем дело, — тихо произнес Нил. От облегчения у него едва не скрутило живот. Значит, Кевин его не узнал и все это — просто дурацкое совпадение. Вероятно, таким способом мир показывает ему, что может произойти, если он будет чересчур долго засиживаться на одном месте. В следующий раз за ним придет не Кевин. В сле дующий раз придет отец, а если ещё сильнее не повезёт, то — Ичиро. Нил снова всмотрелся в лицо Кевина: может, все-таки узнал? — Это плохая идея, — сказал он, — я не играл уже долго время. — Твое мнение принято к сведению, — сухо сообщил Ваймак, — об этом можешь не беспокоиться. Кевин и труп заставит играть. Еще вопросы или подпишем уже наконец бумаги? Лучший выход, который был на данный момент — исчезнуть. Стереть с земли себя и всё воспоминания. Даже если Кевин его не узнал, затея все равно хреновая. «Лисам» и так уделяют в новостях много внимания, а с переходом Кевина станут уделять еще больше. Нилу попадать в фокус ни к чему. Надо разорвать контракт Ваймака на мелкие кусочки и валить побыстрее, пока до Кевина не дошли обрывки дества и схожести во всей этой ситуации. Сбежать значит выжить, но ведь Нил и без того занят исключительно выживанием. Его жизнь это постоянная смена имен и мест, постоянное бегство без оглядки. Как только где-то осел — мигом собираешь вещи и подрываешься. А в позапрошлом году, когда умерла мать, он остался в полном одиночестве и с тех пор просто бесцельно плыл по течению, не зная, куда его вынесет. Не знал он и того, сможет ли в третий раз так легко отказаться от экси. Игра — единственное, благодаря чему он ощущал себя живым. Контракт с Ваймаком даст возможность играть и притворяться нормальным еще какое-то время. Ваймак сказал, это на пять лет, но Нилу необязательно оставаться на весь срок. Он может смыться, как только пожелает, так ведь? Нил снова посмотрел на Кевина. Тот его не узнал, но, возможно, где-то в подсознании вспомнил мальчишку, с которым был знаком много лет назад. Его прошлое заперто на замок в памяти Кевина. Это доказательство существования Нила, как и экси. Кевин — подтверждение реальности Нила и, пожалуй, самый верный ориентир: если Нил будет находиться рядом с ним, если они будут играть в одной команде, он не пропустит момент, когда Кевин начнет что-то подозревать. Как только пойдут лишние вопросы, косые взгляды или ассоциации, Нил исчезнет. —Ну так что? - поторопил Ваймак. Инстинкт самосохранения ожесточенно боролся с желанием, и эта борьба повергла Нила в бессильную панику. Всё это было до жути неправильно. —Я должен подумать. Ждите меня в машине. —Нет.— отрезал Ваймак, — поверь мне, здесь слишком много путей отхода, которые мы не сможем перекрыть, а распластавшийся ты в виде лужицы под машиной Эндрю нам ни к чему. Нам нужен ответ сейчас. Мы можем устроить тебе переезд в Южную Каролину пораньше. —В смысле? — не понял Нил. —Эндрю с братьями остаются на каникулах в городе. В июне открывается общежитие, а до тех пор можешь перекантоваться у меня. Квартирка, конечно, тесная, зато есть диван на нем всяко мягче, чем на голой земле. Скажем, что ты на испытательном сроке. Половина поверит, половина нет, но это и неважно. В «Лисы» кого зря не берут, и всем понятно, что, будь ты посредственностью, мы бы с тобой не связывались. Подробности твоей жизни никого не касаются, а сам я не стану приставать к тебе с расспросами и, уж поверь, не стану трепаться. Обрести голос Нилу удалось лишь со второй попытки: — Зачем это вам? Ваймак с минуту молчал. —Думаешь, я сколотил эту команду ради пиара? Нет. Просто я готов дать человеку второй шанс. Второй, третий, четвертый, да хоть двадцатый. Главное — на один больше, чем тебе дадут все остальные. Нил не раз слышал, что Ваймака считают чокнутым идеалистом, однако, слушая его, сложно было не поверить в его искренность. В душе Нила недоверие смешивалось со страхом сломанного будущего. В голове не укладывалось, зачем Ваймак снова и снова добровольно обрекает себя на разочарование. На его месте Нил давным-давно бы отказался от «Лисов». Выждав короткую паузу, Ваймак спросил: —Так родителей у тебя всё таки нет? Нил понимал, что рискует, но соблазн пересилил. Кивнув, он испытал болезненный укол, который напоминал о приближающемся прошлом, которое было всё ближе и ближе с каждой секундой, и похороненом будущим, однако еще острее его кольнула усталость, проступившая во взгляде Ваймака. Это не было жалостью, которую Нил порой улавливал в глазах Эрнандеса; Ваймак словно бы понимал, что значит быть Нилом, какой ценой он заставляет себя двигаться дальше. Джостену пришлось отвернуться. —В эту пятницу, я пришлю кого-нибудь встретить тебя в аэропорту. Оставь бумаги у себя, — Ваймак снова протянул ему папку, и на этот раз Нил ее взял. — В понедельник придёшь к тренеру Эрнандесу, он вышлет мне подписанные копии факсом. И добро пожаловать в команду. Тут полагалось бы сказать «спасибо», однако Нил не смог выдавить из себя ни звука и продолжал сверлить взглядом пол. Ваймак не стал дожидаться ответа и пошел искать Эрнандеса. Задняя дверь с лязгом захлопнулась. Нервы у Нила сдали. Он метнулся к туалету и едва успел влететь в кабинку, прежде чем его вывернуло наизнанку, хотя желудок был пуст. Мать бы просто взбесилась, если бы узнала, что он наделал. Всё, от чего они так долго бежали, приближалось всё быстрее. Нил вместо отсрочки приговорил себя заранее к смертному приговору. Память о том, как она драла его за волосы, была еще свежа. Столько лет они скрывались, переезжая с места на место, и вот теперь, благодаря Нилу, все их труды пойдут насмарку. Он знал: мать ему этого бы не простила, — и потому грудь стягивало обручем еще сильнее. —Прости меня, — шептал он, давясь и кашляя, — прости.. Прости, умоляю. Спотыкаясь, Нил добрел до раковины. Прополоскав рот, поднял глаза на свое отражение в зеркале. Черные волосы, карие глаза — обычная, непримечательная внешность; в толпе не заметят, не запомнят. Именно этого он и добивался, но сработает ли маскировка против репортерских фотокамер и проворливых сотрудников Мориямы, которые мигом расколят его и притащат к Ичиро и Кенго? Слегка поморщившись, он склонился ближе к зеркалу и оттянул несколько прядей. Убедился, что светлые корни пока не отросли, облегченно выдохнул и подался назад. —Звучит как шанс на чуточку свободной жизни.. Но звучит как мечта, а на вкус как пепел. Нил дернул молнию на спортивной сумке и сунул в нее контракт. В раздевалке его ждали оба тренера. Не проронив ни слова, он направился к выходу. Взглянув последний раз на спортивный корт, он поднял голову к небо и прикрыл глаза. —Я делал всё возможное, мам. Я просто хочу жить, а не выживать.