Скорее все звёзды погаснут

Глупый, болезненно-бледный, раненный, отчаянный до безумия любовник не выпускает Зена из объятий уже несколько часов. Гарденца потряхивает от усталости, у него даже не стоит, но он принимает Зена в себя; целует в губы горячо и глубоко, не давая времени на размышления, насаживается на бёдра дарийца с такой жадностью, будто от этого зависит его жизнь. Забери Зена - и он умрёт, распылится на электроны и развеется на тысячи направлений вселенной, будет стёрт из бытия, перестанет существовать. Между ними огромная чёрная дыра из причинённой друг другу боли и непримиримых разногласий, которая безжалостно затягивает в себя звёздное вещество, всё то светлое, что ними не случилось, существовавшее лишь где-то в паралельной реальности, в далёкой невообразимой перспективе. Что могло бы быть между ними, будь они по одну сторону. Чего не может быть, ведь они никогда не были и не способны быть по одну сторону. Слишком много противоречий, слишком глубока пропасть культурных различий, слишком разные ценности; чёрная дыра поглощает свет несуществующего солнца. Повязка на бедре Сатори мокрая, пропитанная ярко-алой кровью из открывшейся раны. Кровь пачкает белые простыни. Зен пытается его вразумить, мягко оттолкнуть, чтобы позаботиться... Кё в ответ рычит, стискивая его запястья. Глаза у Сатори бешеные, чёрные в полумраке каюты принца, бездонные, поглощающие, как скопление чёрных дыр, миллиарды лет не видевшее звёздного вещества, голодных и неистовых в своей естественной потребности в расщеплении и переработке материи. * * * * Первое что Кё увидел, придя в себя в плену - прозрачный гроб с мертвецки-бледным телом любви всей своей жизни. Он сбил руки в кровь о непробиваемое стекло; на его безумные крики ненависти к себе сбежался весь персонал медотсека дарийского корабля. Не сразу Кё спутанным, заторможенным от пережитого стресса и сильнодействующих лекарств сознанием смог осознать, что то был не гроб, а камера регенерации и находящийся в ней тяжёлый пациент, его опаснейший враг, его мучительная любовь, "Белый Демон", общепризнанный гений военной стратегии, Его Высочество Зен Дарийский, жив. * * * * Спихнуть его с себя удаётся только с четвёртой попытки и, к большому сожалению Зена, приходится применить силу. Принц пытается подняться с постели, чтобы, во-первых, оценить масштаб бедствия и принять меры. Его стратегически планирующий разум быстро выдаёт пункты плана действий: - осмотреть Кё; - сменить пластырь и повязку на раненой ноге пары; - сменить безнадёжно испорченные, порванные в нескольких местах и пропитанные кровью любовника простыни; - вколоть обезумевшему гарденцу, который, похоже, решил покончить с собой посредством секса, двойную дозу успокоительного и снотворное. План намечен, но от его воплощения Зена вдруг удерживают холодные дрожащие руки, до синяков вцепившиеся в его предплечье. Такую хватку мягко с себя не снять; только если снова применить силу, чего Зену хотелось бы избежать. Зен переводит взгляд на лицо гарденца. В черных глазах напротив чёрная дыра дожирает последние атомы сердца оранжевого гиганта. - Пожалуйста, не уходи... не оставляй меня, умоляю... - в голосе Сатори слышен такой надлом, что невозможно не прислушаться. Зен решает, что его план может и подождать несколько минут, несколько минут - это не критично. Зен остаётся на постели, с максимальной осторожностью обнимает одержимого им любовника. Кё не верит своим ушам, когда на свою жалкую, позорную, больше подходящую рабу и совершенно недостойную нитто-кайса гарденской армии мольбу, слышит уверенный, предельно серьёзный ответ: - Никогда не оставлю. Скорее все звёзды погаснут. Теперь Зен может себе позволить себе передышку; их корабль держит курс на одну из центральных планет. Фанатичный военный агрессор проиграл главную битву войны Кругу Распределения.