Блуждающий в лесу, тонущий в океане

На дворе второй час ночи. Арсений должен спать. Арсению завтра на пары. Но Арсений не спит. Он мучается от громкой музыки в соседней квартире, но даже когда она заканчивается, и парень выдыхает с облегчением, долгожданный сон не приходит. Вскоре на улице начинается потасовка. Несколько парней громко ругаются матом, а потом явно начинают драться. Попов закатывает глаза, проклиная всех на свете. Ну почему на придурков всегда везет ему? В какой-то момент ему все надоедает. Он гневно скидывает одеяло и встает с кровати, от возмущения даже не ощущая прохлады — все-таки осень, но он привык спать только в домашних штанах. Арсений выходит на балкон и обращается к двум парням, которые совершенно не обращают на него внимания. Это раздражает. Хотя ненадолго Попов все-таки засмотрелся, разглядев высокого кучерявого парня. Ему и раньше встречались сильные люди. По-настоящему сильные: не просто те кто занимался своим телом, а бойцы. И сейчас он наблюдал за ним, за этим самым кучерявым, с мыслями, что есть те, кто рожден для драки. Их переполняет веселое жаркое бешенство или холодная жажда победы. Но такого яростного боя, Арсений не видел никогда. Это походило на пробуждение стихии. Казалось, асфальт вот вот треснет и вздыбится, получив импульс от этой рассвирепевшей махины, а следом волной пойдет дорога, перекатывая как игрушки машины и с треском взрывая стены домов. Кучерявый двигался с ошеломляющей скоростью. Уклонялся, парировал удары, и все время наступал. Но у Попова не было большого желания смотреть на все это посреди ночи. А так как парни было слишком заняты друг другом, он спешно ушел в ванную, где набрал огромное ведро воды, и вернулся на балкон. Арс окликнул парней, давая им последний шанс, но они все еще были исключительно поглощены дракой. Тогда Арсений с чистой совестью облил обоих водой, даже с неким злорадством посмотрев на нарушителей спокойствия, когда они в полном шоке посмотрели на него. — Ты блять охуел? Кучерявый, очень даже симпатичный парень с рассеченной губой, одетый во все черное и массивные берцы, смотрел на Арсения с явной неприязнью. Попова это ничуть не смутило. — Нахуй идите отсюда, придурки! Он фыркнул и отпустил ведро на пол, сложив руки на груди: жест вроде бы гордый, но на самом деле просто было прохладно. Надо было хоть майку накинуть. А кучерявый уже подозрительно долго на него смотрел, как бы пожирая глазами. Арсений увидел в этом взгляде огонь и энергию, и совсем нелегкую ненависть. Такой может сейчас и к нему в квартиру вломиться, чтобы продолжить разборки уже с ним. — Что смотришь? Пиздуйте отсюда, пока я ментов не вызвал. Арсений готов был поклясться, что увидел презрительную усмешку на губах кучерявого парня. Но тот больше ничего не сказал, бросил неприязненный взгляд на своего оппонента и прошел по улице, скоро скрывшись между домами. *** С инцидента прошла неделя. Арсения не подкараулили в переулке, не вломились в квартиру, а значит все прошло для него без последствий. Любитель каламбура может сказать, что он вышел сухим из воды, в отличие от тех двух парней. Но Попов уже и думать забыл об этой ситуации — подумаешь, какие-то придурки под окном подрались. Кончилось же все хорошо. Здесь нужно сказать, что Арсений с семи лет рос только с матерью, которая упахивалась на работе, чтобы удержать их маленькую семью на плаву. Чтобы её сын ни в чем не нуждался, не чувствовал себя по сравнению с другими детьми каким-то неполноценным. Уже около полугода Татьяна работала поваром в доме у каких-то там Шастунов, чему Арсений был рад — женщина приходила не такая убитая, а зарплата была в разы больше. Сам он, хоть и учился, подрабатывал, ведь просто сидеть на шее у матери ему не хотелось. Тем более, что жил он в отдельной квартире с другом, поближе к универу. Можно подумать, что он подрабатывал в ресторане официантом, или доставщиком, может быть но… не совсем. Видите ли, на такой работе много денег не заработаешь, да и много работать Арсений не особо любил. Зато ему нравилось танцевать. И нравилось, когда им восхищались. Работа в стриптизе была не совсем идеальной, конечно, и нужно сделать одно уточнение: это не был мужской стриптиз для женщины. Скорее для другого мужчины. Ну а что? Запросы у всех разные, а за такое платят больше всего! И не надо сразу думать, что он со всеми подряд трахался. Его воротило от большинства из этих мужиков, но вот некоторые… Конечно, можно осудить за такое, и Попов иногда сам думал на эту тему, но особо не заморачивался — во-первых, иногда ему даже нравилась его работа, во-вторых, кто его осудит, если никто не знает? Вот тут то и оно. О такой работе, конечно, Арсений не стремился распространяться, так что никто об этом не знал, особенно, упаси боже, его мать. Или сокурсники. Это было бы совсем ужасно. Попов работал по вечерам и ночам, так что сегодня после учебы он поехал к матери, точнее, в тот самый богатый дом, где он был пару раз. Как тогда прошел через черный вход для персонала, приветливо здороваясь с впустившей его горничной, и прошел на кухню. — Ой, Сюш, я думала ты попозже будешь! Татьяна засунула противень с выпечкой в духовку, отряхнула руки и потянулась к сыну, чтобы его обнять. Арсений улыбнулся, тут же обняв мать в ответ, и пожал плечами. — Как освободился приехал. — Ты не обедал что ли? Арсений замялся под мгновенно нахмурившийся взгляд матери, уже представляя, что ему сейчас устроят. — Ну я… — Вот балбес. Садись за стол давай. — Маааам, мы не дома. — Ну и что? Не волнуйся, тут продуктов не хватятся. Женщина уже усадила сына за стол и отошла к плите, наливая в тарелку грибной суп. — Первый попробуешь, зато буду знать, вкусно ли. — У тебя всегда вкусно. Попов фыркнул, подвинув к себе тарелку, которую Татьяна уже поставила перед ним. Он был действительно голодным, поэтому тут же начал есть, довольно кивнув: — Я же говорил, очень вкусно. — Ну вот и ешь значит. Арсений тихо посмеялся, ничего не отвечая матери, тем более, что через полминуты в кухню, которая явно предназначалась только для персонала и приготовления еды (хозяева дома явно ели в какой-нибудь столовой), вошел молодой человек, как будто не замечая Арсения. — Здрасьте, теть Тань. — Привет, Антошка, ты как всегда? — Да я быстро перекушу и на тренировку. Парень сел с другой стороны стола, а Арсений посмотрел на него искоса, чувствуя, как глаза расширяются от удивления. Высокий, кучерявый, с еле заметной ранкой у губы. «Антошка», как назвала его Татьяна, сидел с легкой улыбкой, и был совсем не похож сейчас на того парня, который остервенело дрался под его балконом. И он только что назвал его мать «теть Тань»? Арсений не ослышался? За этими мыслями Попов даже не слушал чужой разговор, зато вот отчетливо услышал, когда Татьяна указала на него. — Познакомься, кстати, это мой сын, Арсений. «Антошка» перевел взгляд на парня, и улыбка медленно сползла с его лица. Опять этот взгляд, которым Шастун наградил его в тот вечер… Арсению даже стало не по себе, как будто мороз по коже пробежал. Но виду он не подал. — Очень приятно, — тихо пробубнил Арс и встал со стула, помыл за собой тарелку, хотя Татьяна тут же бросилась говорить, что сама все сделает. — Маа, расслабься, лучше «Антошку» накорми. Татьяна шутливо ударила сына полотенцем по плечу, усмехнувшись. — Это для меня он Антошка, Сюш. — Я и не претендую. Попов буквально чувствовал спиной прожигающий взгляд «Антошки», но сохранял невозмутимость. — Ладно, ма, я пойду, у меня еще собеседование сегодня. — Опять? Сюш, ну ты ж не убивайся сильно… — То же самое могу сказать тебе. Все, пока, увидимся. Арсений поцеловал мать в щеку и вышел из кухни, уходя через черный ход обратно из дома. Он вызвал такси, но через три минуты заметил, как через главные ворота вышел «Антошка». Он огляделся и, заметив Арсения, криво усмехнулся, вальяжным шагом направившись к нему. Попов понадеялся, что в этот момент перед ним материализуется такси, и он быстренько уедет прямо у него из-под носа, но этого ожидаемо не произошло. — Ну здравствуй, Сюш. Попов поморщился и сложил руки на груди, всем своим видом показывая, как ему неприятно тут находиться, и как он совсем не боится этого парня. Вблизи тот оказался почти на голову его выше. — Привет, Антошка. — Для тебя Антон Андреевич. — Ты мою мать «теть Таня» называешь, какой ты мне Антон Андреевич? Много чести. Попов фыркнул, насмешливо посмотрел на Шастуна, который засунул руки в карманы штанов, глядя на него с явным интересом. — Что там за собеседование? — неожиданно спросил кучерявый, чуть наклонив голову. Попов вскинул брови, не понимая, зачем парень запомнил эту информацию и теперь спрашивает. — А тебя ебет? — Да. Хочу чтобы ты тут работал. Арсений подумал, что ему мерещится — а вот самоуверенный Антон говорил абсолютно будничным голосом, как будто не было ничего такого в этой ситуации. — У тебя? Личной горничной что ли? — Арсений усмехнулся, снисходительно глядя на парня. К его разочарованию, тот не смутился, и даже как-то задумчиво улыбнулся, как будто представил приятную для себя картинку. — Ага, наряжу тебя в платьице короткое и буду любоваться. — Пошел ты, — Попов фыркнул, тут же перестав улыбаться — чужое высокомерие его раздражало. — Да брось, это работа твоей мечты. На полдня, зарплата больше чем получаешь раза в три… — А тебе то какой с этого толк? — А я может люблю иметь власть над людьми, которые меня бесят. Смотрю сейчас ты не такой борзый. Арсений фыркнул, уже представляя, что вытворял бы этот кучерявый, согласись он работать в этом доме. Нет уж. Ни за что. Арс посмотрел на наконец подъехавшую машину, почувствовав облегчение, и подошел к ней, открыл дверь, повернувшись к Антону с усмешкой. — Всего хорошего. — А ты подумай, Попов. Предложение недолго будет в силе. Антон усмехнулся, а Арсений показал ему один неприличный жест средним пальцем, после чего сел в машину и попросил водителя уехать отсюда побыстрее.