выживание

Октябрьское солнце пробиралось сквозь импровизированные шторы. Ветер за окном приятно посвистывал, деревья от него слабо качались. В обычной жизни такое утро можно было назвать спокойным, хорошим, радостным, нежным, да любым. Но не сейчас. Не тут. Надежда на нормальную прежнюю жизни уменьшается с каждым днём, проведённым в городе с зомби. За то, парни нашли слабые места этой ходячей мертвечины. Например, сломать шею было отличным решением, но лишь с зомби-одиночками. С толпой такой приём проворачивать долго и опасно. В скопище лучше бить битой или металлической трубой, быстрее, надёжнее, проще, да и таким образом можно было убить несколько штук за раз. У зомби нет воспоминаний, они инвалиды в плане психологии. Нервная система тоже отсутствует. У них есть несколько функций : ходить, бегать, кусать, рычать и махать руками. Может ещё что-то, но это основное. Если хочется особенно поиздеваться над одиночкой, то можно попытаться задушить его, давить на глаза, бить в живот, но этого мало. Такое на зомби не действует. На отсутствие глаз им всё равно, у них инстинкты. В животе органы не выполняют свои функции, так что единственно, что будет от удара в живот - синяк или гематома. Но это не преграда для зомби, на них всё как на собаке. Парни давно не видели толп зомби, недели полторы-две точно, может и больше. Его настораживало и пугало. Может, они собираются целой армией, а может, что их начали истреблять. Но кто? Власти? Военные? Просто люди? Вопрос остаётся вопросом. на базе: Ребята уже проснулись, первым, как полагается, встал старший. Мин-мин пытался что-то приготовить, но толку было мало. Джи подошёл к нему, и посмотрел так, словно одним взглядом говорил : "Отойди, жалкий старикашка, сейчас молодёжь покажет тебе все радости готовки. Может что-то и тебе достанется. " Многословность одного взгляда пугала, как одними глазами можно сказать так много? Через полчаса у всех на тарелках была яичница. Одно яйцо, два кружкá варёной картошки, о боже, где-то Сони достал даже помидор! На тарелках покоились ещё четвертинки томата. Где-то удалось выцепить соус, маленькую коробочку, как в БК. Сырный. Не лучшее конечно, но хоть так. За едой парни успели обсудить план на день. Он был таков - Позавтракать Помыть посуду Найти 2 подушки и одеяло Сходить за едой На первом пункте все мысленно ставят галочку. Второй исполняет Чонин, остальные два все вместе. С посудой было покончено, нужно дойт... добежать до магазина тканей, там были одеяла и подушки. До этого маркета было километра два, можно было спокойно дойти и уйти обратно хоть пять раз за день. Но идти медленно, не торопясь, для лохов, подвергающих свою жизнь опасности. по пути в магазин: Парни шли очень, очень быстрым шагом. Сынмин, хоть и мог идти быстрее всех, ноги позволяли, шёл позади младших, контролируя их. Минхо и Джисон о чём-то болтали вполголоса, Чонин клеился к Джисону. В принципе, младший никогда не доставлял неудобств, с ним было приятно говорить, он мог выслушать, помочь в хозяйстве, убить зомби, не спать всю ночь, и, вышивать. Да, именно вышивать. Это являлось его успокоением в мирное(для кого как) время. Родители ругались, а сын мирно сидел в комнате и вышивал на рукаве белой однотонной футболки. Кажется, это была какая-то птичка. Через несколько минут парни вчетвером уже были около магазина. После полутораминутного осмотра здания глазами, на нахождение в нём зомби, ребята начали заходить. Сынмин, за ним Минхо, Чонин, и замыкал эту шеренгу Джисон. Заходить по возрасту было строго запрещено, для младших было опасно находится сзади. Поэтому спереди и позади шли старшие, а мелкие посередине. Благо, в этом магазине ещё хоть что-то осталось. Выудив из завалов вещей одеяла и подушку, парни принялись складывать покрывала. Одно одеяло нёс Минхо, второе Джисон, подушка оказалась у Чонина. Старший нес звание лидера и ответственность за жизни младших. на базе: Ребята обустроили расширение спальных мест. Теперь, по выбору Минхо, он спал не в спальнике, а подобно Чонину, между одеял. Одно покрывало в штабе уже было, поэтому, повторив несложную технику сбора постели из одеял, парни принялись говорить. Просто так. Ни о чëм. И ни о ком.