Блеск янтаря в темноте

Дым выдыхаю. Пальцами зарываюсь в черные волосы и массирую кожу. Волк довольно урчит, жмурясь. -Дикий зверь, а ластишься. -Я привык к твоей руке. -Но ведь съешь в итоге. -Нет. -Почему? -Друзей не едят. -Хммм... Я другой рукой чай ему в чашку подливаю. Тот еще больше по руку подставляется. -Разнежился совсем. -Пригрелся. -Вот именно. - Усмехается Сфинкс, в шахматы со Слепым игравший. - Такими темпами еще уведешь к себе в Третью. -Ну уж нет! Я в этот мрачняк не полезу. Лучше пусть Историк к нам! Он с места подрывается, так что приходится придерживать чашку. -Бледный, ты ж договоришься с Большой Птицей? Утащим к себе? Слепой взгляд невидящий на нас поднимает. -Птица у нас не выживет. Слишком шумно. -Да и Стервятник в него руками и ногами вцепится. Горбач вздохнул. -Только вы самое главное забыли. Его для начала спросить. Невесело усмехаюсь. Волк никогда не задумывался о том, что хотелось другим. Еще в детстве это стало ясно. Мальчик с торчащими в разные стороны черными, как смоль, волосами и белой челкой. Негласный лидер Чумных дохляков и вечный заводила слушал сначала свои хочу, а потом уже чужие. Сейчас же больше не волчонок, а взрослый волк с острыми зубами и глазами, цвета янтаря. -Неважно. -Хэй! -Я обещал рассказать тебе про янтарь. Волк обратно заваливается. Чашку забирает и быстро ее осушает. -Ладно. Давай уже свою лекцию. Я киваю. -Во все времена люди верили, что янтарь обладает магическими свойствами. Он уберегает владельца от нечистой силы. Так же ему приписывают свойство помогать творческим людям — дарить им вдохновение. Обладает и лечебными свойствами. Украшения из янтаря забираю на себя болезни. От того и темнеют. -Хммм... А глаза мои так могут? -Они же не янтарь. Пусть и цвета такого. -Ы-Хы-Хы. Нет. Дайте попробую полечить лапы Сфинкса. Он переползает к старой кошке и тычется в плечо. Потом гипнотизирует граблю, но, ясное дело, ничего не выходит. В итоге с ним заваливает, заливисто смеясь. Улыбки не могу сдержать. Чай в подставленную Горбачом чашку доливаю. -Ты бы хотел с нами обитать? -Прости, но и правда бы не смог постоянно тут быть. Мне покой нужен, все же. -Как ни странно, я это за тобой еще тогда замечал. -Тогда это тогда или тогда, когда тогда? -Тогда, когда еще Чумными были. Убредал где-то в одиночку посидеть. Я киваю. Беру протянутый бутерброд с маслом и сахаром. Откусывив, взгляд перевожу. Волк совсем расшумелся. Уже со Сфинксом катался. Слепой вздох издал. По одной длине того понимаю, что недоволен. Взгляд мой замечает. -Доиграй со мной. -Но я же не знаю о чем там задумался Сфинкс. -Все равно. Плечами пожимаю. Перебираюсь к нему. Смотрю расклад дел. -Кто ходит? -Ты. Подумав, ход делаю. Кусаю бутерброд. Бледный замирает. Рукой тянется и уходит от моей атаки. -Хитрец... Сфинкс о таком даже не начал думать. -Я о том и говорил. Едва заметно улыбается. Зверь дикий сзади подкрадывается. -Ррр. -Не рычи. -А то что? -За ушком не почешу. -Ах ты... Шантажист! Носом в руку свободную тычется. По волосам его приглаживаю. -Наигрался? В ответ урчит. Трется щекой. Я тихо усмехаюсь. Бутерброд доедаю. Хода три делаю, прежде чем короля совсем загнать в угол. -Шах и мат. -Схлестнулись ясновидец и тот, кто мысли чует! - Восклицает Шакал. Мы его все же разбудили. -С пробуждением. -Привет-Привет, седая Птица. Какими ветрами тебя к нам занесло? -Попутными. Мимо брел — решил заглянуть. Слепой потягивается и сгребает фигуры с доски. -Пойду я наверное. Пора в Гнездо. -Бывай, Птица. Заходи еще. -Обязательно. -Снимаю. Делаю снимок Дорогуши, Ангела, Красавицы и Дракона. Дорогуша сидел в обнимку с Ангелом. Рядом Красавица. В руках держал свой заветный апельсин. У Летунов заказали. Только недавно принесли. Дракон же был рядом на своем стальном коне, уткнувшись в книгу. Нужно пользоваться тем, что фотоаппарат смогли у Рыжего взять. До того успел Вожака запечатлеть на его царственном насесте. Кальян курил. -Все? -Ага. -Здорово... -Теперь тебя! -Нет. - Отрезаю порыв Птенца. Не люблю фотографироваться. В одиночку тем более. Красавица с Ангелом на пару вздохнул. Дракон усмехнулся. -Будто другого ответа ожидали, ей Богу. -Ууу. -Кто-то не с той ноги встал. Ко мне Дорогуша подобрался и по щеке погладил. -Не пугай так Птенцов. Не хочешь — никто заставлять не будет, милый. -Простите... Я вздыхаю. Состайник меня еще пару раз приглаживает. -Кого еще заснять? -Нас. Взгляд перевожу на Дронта. -Дай угадаю, с Гупи? Тот кивает. -Ну садитесь. -Ура. - Радостно выдает Гупи. Дронт с ним усаживается. К себе на колени берет. Фотографирую. Киваю, когда все. Укладываюсь прямо так на полу, фотоаппарат в стороне оставив. Усталость все же взяла надо мной верх. Третьи сутки не сплю. Дорогуша надомной склонился. Убрал с глаз кудри седые. -Что такое? -Спать хочется... -Не усни прямо на полу. - За плечи обняв, поднимает. - Уложу тебя, раз уж так сил нет. -Не надрывайся. -Не переживай. У кого-то недовес больше. -Я просто питаюсь святым духом. Вот и не толстею. -Пауки так однажды запрут на месяц. -Это уже будет потом, а не сейчас. Я рукой опираюсь о плечо Дорогуши. С ним добираюсь до своего места. -Хороших снов. -Спасибо. Укладываюсь лицом в стене. Надеюсь, мне ничего снится не будет. **** -Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене. И я вижу свежие шрамы на гладкой, как бархат, спине. Мне хочется плакать от боли или забыться во сне. Где твои крылья, которые так нравились мне? -Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? -Когда-то у нас было время, теперь у нас есть дела. Доказывать, что сильный жрет слабых, доказывать, что сажа бела... Мы все потеряли что-то на этой безумной войне. Кстати, где твои крылья, которые нравились мне? -Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? -Я не спрашиваю, сколько у тебя денег, не спрашиваю, сколько мужей. Я вижу, ты боишься открытых окон и верхних этажей. И если завтра начнется пожар и все здание будет в огне. Мы погибнем без этих крыльев, которые нравились мне. -Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? Я пытаюсь отдышать. Валет нам похлопал, как и еще несколько Псов. Слепец кивнул одобрительно. Опять Волк вместе петь утянул. Еще и не в стайной, а в Кофейнике. -Птичка, ты как? -Нормально. - Тихо усмехаюсь. - В следующий раз буду брать за такое гонорар. -Это еще чем? -Деньгами. Я тебя разорю. -Хе-Хе. А натурой не возьмешь? Глаза закатываю. Ну и шуточки. От Рыжего перенял? -Если это означает, что будешь за меня дежурить, то да. -Хэй! -Птица тебя коварно обманула. - Смеется Песий бард. -Да вообще... Гитару себе на колени укладывает. Берет чашку с кофе и выпивает за раз. Я кольца на пальцах перебираю. -Еще по одной? -Нет. Дальше без меня концерт. -Кааак хочешь. Валет? -На меня даже не смотри. -Какие вы. За троих будут отдуваться тогда. -Уж извини. Слепец рукой тянется и о плечо мое упирается. -Я заснул. Усмехаюсь тихо. -Вот Сфинкса рядом нет, а то бы прилег. -Да. Глажу его по волосам спутанным. Глаза прикрывает. Волк начинает исполняя Группу крови. Голос у него был приятный баритон хоть и с рычащими нотками. Так что понимаю его желание дуэта. С моим тенером очень хорошо шел. Глаза прикрываю. К нам еще и Рыжий подсаживается, слева от меня. Растрепанный от чего то. Помада смазана на нижней губе, а рубаха не до конца застегнута. Но последнее, в принципе, не ново. -Что за вид? Будто с дуба упал. -Большая Птица меня выгнала на мороз. -Опять полез? -Чтооо? -Мог бы уже и понять, что Крыс в Гнезде не любят. -Та ладно! Папочка просто сегодня был не в духе. Я беру ему рубашку застегиваю. Бабочку поправляю. -От кого хоть прилетело? -Дронта. Он не оценил мой подкат с ангелом. Головой качаю. Помаду размазанную стираю. -Сильно там? -Нет. Только помада стерлась. -Ээх. -Горе любовник. - Усмехается бесцветно слепец. - У Крыс нет инстинкта самосохранения. -А че вы тут делаете? -Сидим. -Ну не лежите ж. Валет на гитару кивнул. -Концерт. Волк ехидно посмеялся. -Был. Пока ты разорял Гнездовище. -Жаль. Ровно усаживается. Волосы приглаживает. -Кролик, тащи коктейль! Да покрепче! -За мой счет. Угощаю. -Люблю тебя, Историк. Я усмехнулся. -Мог и просто спасибо сказать. -Спасибо! -Не за что. **** Волк ночник трясет, который стал мигать. Смотрю на это поверх книги. -Хуйня. -Он не станет лучше работать от того, что ты его ударишь. -Это старый дедовский способ! -Дай посмотрю. Хмыкает, но потягивает. Беру проводок ногтем поправляю и тот перестает мигать. Обратно на пол ставлю. -Ебаный волшебник... -Иногда все проще, чем кажется. -Ха! Я его мягко глажу по растрепанным волосам. -Что читаешь? -Гоголя. -Дохлые души? -Мертвые. -Один черт. Он рядом усаживается и подбородком мне на плечо ложит. -Хоть интересно? -Вполне. Русскую реальность мало кто так хорошо описывал, как Николай Васильевич. -Почитай что-то повеселее. -Тебе сказки Пушкина про золотую рыбку? -Издеваешься?! Ухмыляюсь вредно. -Может немного. -Ах ты... Носом тычется в шею. Берет и кусается. Дикость то какая! -Чего ты творишь?... -Рррр. -Не рычи на меня. За щеки его рукой беру. Скалится игриво. Глаза янтарные в темноте поблескивают. -На цепь тебя сажать пора. -Не удержишь. -Попробуем? Тот смехом заливается. Обнимает со спины. -Интересные у тебя игры в постели. -Я подобным не занимаюсь. -Хе-Хе. Наша ж ты целочка. -Не у всех гормоны шалят. Может я вообще фригидный? -Не гони. Сейчас у всех чешется. -Ты точно не раз в месяц моешься, если у тебя там чешется? Могу отвар из чистотела дать. -Да иди ты! Нельзя ничего сказать уже. -Что поделать? -Заткнуть тебе рот, милый. -Попробуй. Волк насмешливо ухмыляется. В губы мои впивается. Глаза приоткрываю, отвечая. Книгу откладываю. С волчьими игрищами для нее теперь нет времени ближайшие минут десять-пятнадцать. Поварачиваюсь к нему. Вырос так. На голову выше стал. -Почему именно со мной хочешь? -Я тебе уже заебался намекать. -Только про запах и говорил. Как это перевести с волчьего? -Я тебя люблю. - Урчит довольно. - Хочу, чтобы был только моим. -Собственник... Вновь целуемся. Пальцами зарываюсь в смоляные волосы. Волк с меня майку стаскивает. Потом с себя скидывает рубаху. -Худющий какой... -Так все же есть собрался? -Тут и нечего. -Ну-Ну. Пальцами приглаживаю грудь загорелую. В это лето он совсем с улицы не вылезал практически, так что кожа теперь была смуглой. Губами припадаю к ключицам выпирающим. Поцелуями от них до шеи прохожусь. -Ласковый такой. -Уж постарайся. Не один я тебя буду ублажать. Прекрасно знаешь как к эгоистичности отношусь. -Конечно! Лапой опрокидывает на матрас. Сверху нависает. Зубами впивается в шею, но в пол силы. Еще и руками начинает собственнически гулять по телу. За спину его обнимаю, подставляясь. Рвано вздыхаю. Это даже приятно было. -Кусай там где не видно. -Боишься, что Папочка будет спрашивать где такое заработал? -Не так поймут точно. -Я любого отпизжу, если посмеет просто косо в твою сторону посмотреть. -Не надо... -Желание любимой Птицы — закон. Ниже спустился. В место, где шея в плечо переходила, уткнулся. Там, судя по ощущениям, засос оставил. Штаны стянул. -Не торопись. Тише едешь — дальше будешь. -Та знаю! Рычит недовольно. Беру его за ушком чешу, успокаивая. -Ай-Ай, не тяни так. Всю шерсть вырвешь! -Нога, твою ж налево! -Прости, детка! Я не хотел! Я шиплю зло, лапу увечную распрямляя. -Не трогай. -Все. Не буду. Честно. Волк устраивается уже так, чтобы ногу не тревожить. Руками уперся по обе стороны от меня. -Будь осторожнее... -Как только могу. Тяжело вздыхаю, жмурясь. Ногтями в спину впиваюсь, чувствуя, как во мне оказывается. Слезы сами на глаза наворачиваются. Тихо хмыкаю, когда их дикий зверь слизывает. -Макияж испортишь, зверье. -Хе-Хе. В поцелуй увлекает. Отвечаю, пальцами зарывшись в волосы. В этот раз до французского довожу, так что слышу довольное урчание. -Мммх. Птица, а ты неплох. И будешь еще говорить, что никогда ни с кем не было! -Не было. -Еб твою мать... Это заводит. На это только усмехаюсь непереводимо. В спине прогибаюсь от того, что Волк разошелся. Губу нижнюю закусываю, пока опять носом тычется. Зубы об меня точет, за плечо кусая. -Х-Хааа... Хотябы вкусно? -Очень. -Рад. Усмехается и щеку лижет. Рукой одной приглаживает бок. -Не лижись. Вместо ответа один из укусов на шее зализывает. Тихо вздыхаю и глажу по голове. Что еще от такого ожидать? Волосы сжимаю, когда совсем резким становится. Лицо гореть начинает. -В-Волк... -Стони. - Рычит, глазами сверкая. - Почему ни звука не издал? -За дешевой порнографией к Рыжему. -Ах ты ж... Ммм! Лицом утыкается мне в грудь, последний рывок делая. -Черт... Черт, черт, черт, хорошо... Я лицо рукой закрываю, чувствуя, как горячая жидкость заполняет. Выдыхаю. -Теперь твоя душа довольна? -Очень. Ты такой узкий, что пиздец. -Оставь без подробностей, пожалуйста. -Как хочешь. Выходит и заваливает рядом. Закуривает. Я за майкой своей тянусь. Одеваюсь. -Ты знал, что гремучая змея может заниматься сексом двадцать три часа? -Чеее? -А ты продержался минут двенадцать. Может чуть больше. -Не наебывай! -Не обманываю. Это научно задокументированный факт. Только уже сделанный или только будет точно не смогу сказать. -Блядь... Какая-то змеюка и столько ебется?! -У нее нет сломанной ноги и такого же не самого целого позвоночника. -Тоже верно... Волк затягивается. Дым выдыхает. Укладываюсь и вновь за книгу берусь. Все же секс переоценен. -Хотябы скажи как тебе. - Урчит зверь, под боком устраиваясь. -Мне не с чем сравнивать. -Так не сравнивай. Просто скажи. -Я же говорил, что подобным не интересуюсь. -Иторииик. Страницу переворачиваю. -Было хорошо. Звуки довольные издает, одной рукой за талию обнимая. -Люблю тебя, Птичка! В шею жадно целует. Я глаза закрываю.