lovely enemy

Иногда подростки бывают импульсивны. Очень импульсивны.

Погода портилась с каждым шагом, дождь хлестал всë сильнее и сильнее. Шарф сдувало с шеи, а мерзкий ветер холодил тонкую кожу. Но Минхо было не до этого. Я поцеловал Джисона. Это крутилось на повторе всë время, пока парень бежал домой. Слезы смешались с дождём, а ненависть к себе копилась комом внутри. Теперь он меня точно возненавидит. Ноги еле держали Ли на ходу, грозясь вот-вот уронить. Но долго нестись на всех парах не удалось. Хо споткнулся о первый попавшийся камень и полетел на холодный, мокрый асфальт. Вставать было тяжело: колени вдребезги, голова гудит, а слезы застилают весь обзор. Сознание постепенно затуплялось, в глазах темнело, а все звуки уходили на задний план. Пожалуйста, люби меня так, как я люблю тебя...

***

На кухне кто-то не замолкающе щебечет, но слова разобрать не получается. Глаза так же не открываются, а тело не слушается. По ощущениям проходит 10 минут, а может 20? Непонятно. Но Ли приходит в себя: он лежит в своей кровати, в своей комнате, и в своей квартире. Приподнявшись на локтях, голову простреливает боль, а тело оказывается набито свинцом, и всю тушу тянет лечь назад. В горле застрял кашель. Откашлялся не получается. Через силу, через боль, Минхо всё же встает с постели. — М. Я ещё и в уличной одежде. Просто бомба, — пробубнил себе под нос подросток. Маленькими шагами он вышел из комнаты, направился на кухню, в которой его ждал сюрприз. За столом сидел Джисон, нервно печатая что-то в мобильнике. Парень так и излучал нервозность и беспокойство, а у бедного Хо ноги снова подкосились. — Минхоша, — Хан тут же подлетел к Ли, приобнимая за талию, — какой же ты дурак. — Нет. Я просто омерзителен, — Минхо поникнул головой, пытаясь отодвинуть от себя Джисона. — Хо... — подросток лишь отмахнулся от попытки высвобождения, сжимая в полу объятиях сильнее, — Ты совсем не омерзителен. Не неси чушь собачью. — Прости... — мозг горел, как и тело, а рот выдавал всë, о чëм думал парень, — Я просто не знаю, куда девать свои чувства. — Что? — Хан медленно вëл больного к постели. — Я... — Ли замолк, пока его укладывали на кровать. — Ты? — походу люблю тебя... — как только голова коснулась подушки, сон окутал с неистовой силой. — Господи... Всё-таки, ты и вправду дурачок...

***

На это раз очнувшись, сердце чуть не отказало. Рядом с ним лежал Джисон, мирно посапывая и прижимая к себе Хо. Прямо как в тот раз. Внутри что-то ëкнуло. Смотреть на Хана было приятно, и так умиротворяюще. Слишком комфортное спокойствие излучал этот парень, хотелось обнять и никогда не отпускать. Но в голове крутился тысяча и один вопрос. Почему он до сих пор здесь? Почему заботиться обо мне? Почему лёг со мной? И с каждой секундой вопросов становилось только больше, но горящий, во всех смыслах, мозг не давал этому продолжаться. — Блять... — простонал Ли, отстраняясь от Джисона и хватаясь за голову. — Минхоша, тебе не хорошо? — так заботливо, так аккуратно, спросил Сон, мигом очухиваясь от сна. — Голова гудит... — про кряхтел Минхо. — Сейчас таблетки принесу, — укрыв Ли одеялом, Джисон вышел из комнаты. Спустя минуту вернулся с таблетками, стаканом воды и градусником. — Так, выпей это, — он протянул стакан и таблетку, — а после померь температуру, выглядишь неважно. Не нравится мне это. — Зачем тебе это все? — глотая лекарство, промямлил Хо, — Иди домой, завтра в школу, а времени, я так понимаю, и так много уже. — Рот закрыл и быстро померил температуру, — Хан стал серьёзнее. На это Минхо лишь выхватил градусник, тихо всунув его под подмышку. Джисон же сел рядом, ожидая. — Иди домой. — Иди нахуй, — послал Сон парня, а затем добавил, — Лучше ляг, легче будет, чем сидеть. И Минхо лëг, ожидая, что покажет градусник. И спустя 5 минут тишины, раздалось грустное. — 37.9... — подросток начал собираться, — Я немного порылся у вас в аптечке, и там нет никаких жаропонижающих, так что я быстро в магаз и приду. Тебе что-нибудь взять? — Боже, вали домой... — всë не унимался Ли, — Не помру же я здесь. — Вот упрямец, — раздосадованно выдал Джисон, а затем в глазах появился пугающий блеск. — Если я тебя поцелую, ты успокоишься? — Чего, блять? — Минхо даже на секунду забыл о пронзающей его тело боли, подскакивая и устремляя свой взгляд на Хана. — Если я тебя поце... Ловкие ручки прикрыли рот, не давая договорить. — Пиздец, — выдохнул Ли. Джисон же что-то мычал, пока Хо наконец то не отпустил его. — Ну а что? Тебе можно, а мне нельзя? Хан смотрел так, будто увидел любовь всей своей жизни, оставалось только сердечки в глазах нарисовать. Так невинно, так мило. И Минхо это нравилось. Джисон начал медленно приближаться, пока Ли замер оцепенев. Ещë чуть-чуть и мы снова... Подросток отскочил как ошпаренный, заворачиваясь с головой в одеяло. — Иди уже в свой магазин, — прошипел из-под одеяла Хо. На это Хан лишь посмеялся и вышел из комнаты. — Идиот! — крикнул в след Минхо, но квартира уже была пуста. Уличная одежда всё так же на нём, и это надо было менять. Кряхтя и опираясь обо все что можно, парень подошёл к шкафу, распахнул его, и выудив домашние вещи, кинул их на кровать. Усевшись рядом с манатками, подросток стянул с себя штаны. — Чего? Колени были обработаны и заклеены пластырем. Ли вздохнул, быстро, насколько это возможно, переоделся и лёг обратно. Лекарство помогало, и голова болела меньше, но от мыслей таблетка к сожалению не избавила. Минхо все перематывал и перематывал момент, как Джисон предлагает поцеловаться, а после тянется к нему. И без того горящее лицо начало гореть больше. — Пиздец, — промычал, откинувшись в подушку, парень. — Я пришёл! — послышалось с коридора, а затем в проëме появился Хан, — Будешь пончики? Минхо оглядел Джисона: красный от прохладной погоды нос, тяжëлое дыхание. Видимо торопился. Подумал про себя Ли, а затем ответил. — Буду.

***

— Ли Минхо! — крикнул Хан, хватая комочек лежавший на кровати, — Нужно выпить лекарство. — Та фу! Ты, блять, эту залупу сам выпей! — подросток скривился, вылезая из крепкой хватки. — Ребëнок. — Сам такой. Минхо уселся в угол на кровати. Пару минут парни сидели молча. А потом Джисон повернулся и выдал. — Либо пьëшь по-хорошему, либо, — он ехидно улыбнулся, — по-плохому. — Пф. И чо ты мне сделаешь? — по кошачьи высокомерно взглянув, Ли стал ждать. Хан взял тюбик, набрал на ложку лекарство и засунул в рот. — Че ты...? Но не успел Хо возмутиться, как чужие губы коснулись его. Язык проникнул так же быстро, а мерзкая микстура неприятно жгла, но от этого поцелуй был только слаще. Джисон отстранился, улыбаясь, будто-бы выиграл миллион. — Козлина! — налетел на парня Ли, поваливая того на кровать, нависая сверху. — Я тоже тебя люблю, Минхоша, — и опять эта улыбка. Такая родная и тёплая. — Что? — Люблю тебя, — чужие руки потянули Минхо к себе, обнимая и поглаживая волосы, — Ты такой дурашка. — Я... — чувства переполняли, а бабочки в животе походу взорвались. — М? — Между тобой и той девушкой ничего нет? Комната наполнилась хохотом. — И это всë из-за Миëн? Серьёзно? — Хан сел, пересаживая груз себе на колени. Взял личико Хо в руки и произнëс, — Она — мой друг, ни больше ни меньше. Тем более, скажу по секрету, Миëн не по мальчикам. Неловкость и стыд вмиг накрыли с головой. Ли уткнулся в шею Джисона, протяжно выдыхая. — Какой же я придурок. — Зато мой, — чмокнул Хан парня в нос. — С чего это? Официального предложения не было. — Ах так? Джисон усадил Ли на кровать, а сам поднялся. Затем медленно встал на одно колено. — Ли Минхо, станете ли вы моим парнем? — протягивая руку, спросил подросток. — Боже... — Минхо схватил Хана за руку, утягивая к себе в постель. — Эй! Ты так и не ответил! — возмутился парень. — Конечно, согласен. А теперь, я хочу спать. — Хорошо, — тихо хихикнув, Джисон обвил талию Ли руками, крепко прижимая того к себе, — Сладких снов, Минхоша. Теперь я не один. Теперь меня любят. Меня... Любят?