Банальный интерес

Укун думал, что если бы чистилище было местом, то это был бы ебаный бал. Не то чтобы он имел что-то против самого концепта подобного — хотя кого он обманывает? — ещё, как имел. И предпочёл бы быть где угодно, но не здесь. Среди этих мерзостных тел и маслянистых рож в масках. Даже выпивка была дерьмовее самого отсосного пойла. Хотя Укун уже не разбирал вкуса. Всё срослось в какую-то бестелесную кашу — мысли, ощущения — на голову давило железом. Кажется, ему нужен был воздух. Укуна уже третий раз приглашали на танец, и в четвёртый он отказывал. Женская упёртость искренне пугала, как и концентрация богатых людей в одном месте. Укун не любит многолюдность, даже если — ирония — сам устроил всё это. Разве плохо, если хозяин празднества просто плюнет на всё и свалит в ночи? В конце концов причина тут находиться была лишь одна. Он сидел и ждал ту, пока часы сменяли друг друга, а количество выпитого алкоголя превышало общепринятые моральные нормы. Было так паршиво, что соблазняло повиснуть на слишком роскошной для этого вечера люстре, бьющей в глаза. Может, тогда бы эта вечеринка стала поинтересней, обратившись кровяным пиром. Укун сделал глоток, и в горло отдало премерзким шампанским. Он пригубил снова — и взгляд зацепился за силуэт. Парень в алой маске. Он отражался в бокале неразборчивой тенью. И, опустив руку, Укун смог увидеть, тонкое тело, облачённое в безвкусный костюм с чёрной, смольной водолазкой. Он не вписывался в этот слишком намыленный вечер. Тем и привлёк скучающий взгляд золотой пары глаз. — Приветствую, мистер Сунь Укун, рад видеть вас на этом вечере, — бархатисто поприветствовал он, поклонившись в дань уважения. Укуна насмешил его взгляд. Такой неискренне позорный, натянутый и ухмылка, что напоминала промёрзший оскал. Он сам подошёл, что уже внушало большой интерес. — Не помню, чтобы видел вас раньше, — Укун отложил стакан на фуршет, подарив всё внимание. Незнакомец в маске на то хохотнул. Так бездушно и незатейливо, что у Укуна вскипала кровь в венах и било в висках. От азарта. — Может, это повод познакомиться поближе? Ему протянули ладонь в перчатке из кожи. И Укун заранее знал, что то не сулит не каплю хорошего. Поэтому принял. Его уволокли прочь — от скуки, душных тел, скошенных танцами и подальше от света, что держал его в центре глаз. Туда, где ещё слышалась музыка, но были лишь двое в затхлом коридоре поместья. Что заметил Укун — у этого парня были фиолетовые глаза. И танцевал он отточено, будто учился всю жизнь. Уводил за собой змеем, в путах которого Укун утопал без колебаний. Потому что жертвой сегодня выступит точно не он. — Так как вас зовут? — Укун вздёрнул взгляд через маску, сложил их руки и развернулся. Они поменялись местами. — Вы можете звать меня Шэдоу. Шаг вперёд. Они слились в танце — снова и снова, переступая через друг друга, пока одного не схватили. Там, где люди их не увидят — во власти теней коридора, пока Укун прижимал руки незнакомца к стене. — А настоящее имя, — он склонился, утыкаясь губами в чувствительные три уха, — шпион? У Макака дрогнул кадык. Укун ждал её саму — его проблемную соперницу Леди Костяной Демон, но та опять предпочла не пачкать ладоней. Как всегда низко и жалко, но ожидаемо. Укуна провели, как дешёвку, разменяв на одну из её псин. Он рассмеялся в душе. А затем мстительно впился губами в другие. Макак был податливо вязкий и глиняный — испытывал терпение рук Укуна на открытой, нетронутой коже. Тот выбросил в сторону бесячий пиджак, опустившись вниз по обтягивающей таз водолазке. Словил усмешку. Тело Укуна вжималось в другое. И кровь пеклась по кончикам пальцев, смявших задранный верх. Глаза петляли хмельным интересом, а Макака то до безумия забавляло. — Вы нетерпеливы, мистер Сунь Укун. Он оторвался от неумолимых губ, чтобы упасть на колени. Рукой обвести изнанку бедра и губами подцепить молнию. Укун был восхищён. И приложил пальцы к лицу, чтобы скрыть нетерпеливую улыбку восторга. Щёки горели от всколыхнувшего ниже экстаза. Укун медленно простонал, когда молния свистнула вниз. Макак накрыл его член языком и губами — взяв больше, чем на наполовину. У Укуна продрогло тело от подступившего удовольствия. И ладонь пробралась в волосы. Укун откинул голову назад с позорным, жалобным вдохом. Влажно, вязко и горячо. Глаза Макака сверкали во тьме, а лицо по-прежнему скрывала алая, глупая маска. Укун протянул руку, касаясь пальцами шершавой поверхности. И сомкнул их, так не решившись на большее. Макак прикрыл веки. Глубже, ещё, движенье — и белое семя красиво окропило верх маски, стекая на покрасневшие губы. Укун всхлипнул. — Ты прекрасен, шпион.

***

Эта встреча с Леди Костяной Демон отличалась от прочих. Укун собирался разобраться с ней в ближайшее время, и лучше даты было, пожалуй, не найти. Погода была безупречна. Леди выглядела также превосходно, как и всегда. Но в этот раз её сопровождали двое, что находились всегда на шаг позади, как верные псы. — Доброго дня, мистер Сунь Укун, — она поклонилась. Они обменялись поверхностными приветствиями, полными фальши. Укун скучающе обвёл взглядом её и двух слуг позади. Остановившись на том, что носил безвкусный костюм и глядел на него в полуулыбке. Их взгляды метнулись друг другу, и у Укуна щекотно набухло меж рёбер. — Меня зовут Макак, — он склонился, приложив руку к груди. — Буду рад вам угодить.