Harry Potter and the Breeding Darkness/ Гарри Поттер и Продвижение Тьмы

Блуждая по подземельям, Альбус думал, как ему провернуть одно дельце. Благодаря знанию о всех возможных эффектах зелья, которым случайно отравился Гарри, он, возможно, смог бы внушить молодому человеку чувство доверия и получить ответы на некоторые вопросы, касающиеся слишком вольного поведения «мессии». Хоть и для этого ему придется обхитрить Северуса для несанкционированного проникновения, он думал, что легко сможет справиться с этой задачей, на крайний случай придется придумать достаточно веское оправдание, чтобы заставить этого человека впустить его, и он мог бы какое-то время побыть с Гарри наедине. Он знал, что мальчишка будет крайне недоволен его поступком. В конце концов, как и во многих других сложных ситуациях, это был тот случай, когда нужно было действовать вопреки всему, чтобы успеть воплотить план ради «всеобщего блага» до его неминуемой смерти. Нет, он не мог оставить столько незавершенных дел, сколько было сейчас. При этом он напомнил себе, что ему нужно обсудить с Биллом свое решение. Он предполагал, как и в случае со многими другими насущными вопросами, это не будет проблемой. Приближалось время, когда человек, желающий принять мантию Светлого Лорда, должен быть готовым и к принятию ответственности. Подойдя к скрытому входу в комнату, в которой находился Гарри, Альбус уже собирался произнести пароль, когда перед ним резко возник Северус с грозным видом. Нервно откашлявшись, Альбус сказал мужчине: — Я просто собирался проведать бедного Гарри, Северус. Не о чем волноваться». Выстрелив в мужчину смертельным взглядом эпических масштабов, Северус прорычал, скрестив руки на груди: — Никто туда не зайдет, Альбус, даже ты! Вы должны знать причину почему это необходимо. Могу заверить вас, что с мистером Поттером все в порядке. Я проверяю его пару раз в день, и эльфы тоже следят за ним. Оставьте его в покое. Это слишком опасно, и тебе следует это знать». Вздохнув, Альбус кивнул, зная, что через мужчину не пробиться. — Ну да, Северус, это правда. Это было больше для моего душевного спокойствия, чем для чего-то другого. Я уверен, ты это понимаешь. Учитывая все, что происходит, необходимо убедиться, что с ним все в порядке, — мягко сказал ему Альбус, взглянув на потайную дверь. — И ты ничем не сможешь помочь, если Поттер вдруг станет одержимым тобой. Как только зелье отреагирует на случайно сказанную вами фразу, уже существующие проблемы станут еще хуже, чем они есть на самом деле. Ты этого хочешь, Альбус? Северус усмехнулся, сердито глядя на мужчину. Поглаживая бороду, Альбус кивнул: — Верно, совершенно верно. Нет, мы не можем этого допустить». Вздохнув и еще раз взглянув на дверь, Альбус сказал суровому человеку: — Если возникнут осложнения, дай мне знать Северус. Увидев лишь кивок Мастера Зелий, он направился обратно в свой кабинет. Он полагал, что, если подумать, Северус был прав. Если бы он случайно произнес нужную фразу и Гарри зациклился на ней, то, когда эффект от Амортенции пройдет, молодой человек стал бы доверять ему меньше, чем сейчас. На данный момент проблема доверия в любом случае остро ощущалась. Ему не нужно было усугублять ситуацию сильнее, чем она уже есть. Хоть информация, которую он мог бы получить, вероятно, была бы полезной, ему не нужно портить и без того щекотливую ситуацию. Нет, лучше держаться подальше, если только он не сможет найти альтернативное решение проблемы. Возможно, именно этой задачей и стоило заняться сейчас. Размышляя о сложившейся ситуации, у него появилась надежда о реализации задуманного, пока он направлялся в свой кабинет. … Глядя на удаляющегося директора, прищурившись, Северус был абсолютно уверен, что ему придется присматривать за ним повнимательнее. Хотя он и сорвал эту попытку, но был абсолютно уверен, что, вероятно, будут и другие. Покачав головой, он проскользнул обратно в свой кабинет и открыл потайную дверь, чтобы войти в комнату, где находился Крауч. Увидев мужчину, сидящего на кровати и читающего, он кивнул. — Альбус только что пытался проникнуть. Я собираюсь установить чары внутреннего оповещения, чтобы гарантировать, что он не сможет пройти, если меня не будет рядом. Начинается испытание как для тебя, так и для меня. Если он каким-то образом проберется к тебе, притворись спящим или что-то в этом роде. Я также предупрежу Торфина, чтобы он мог помочь в случае чего. Опустив книгу, Барти кивнул, затем усмехнулся и вздохнул: «Мне было интересно, когда же он наконец попытается это сделать. Учитывая, какой он хитрый интригант, ты знал, что это скоро произойдет». Северус на эту фразу лишь ухмыльнулся и пожал плечами. — Пока я имею возможность получать предупреждение, со мной всё в порядке. Не беспокойся об этом. Если что, я просто притворюсь, что сплю,— сказал Барти. Оглянувшись, он понизил голос и спросил: «Есть известия о нем?» Хотя это была расплывчатая формулировка, он предполагал, что мужчина поймет о чем идет речь. Убедившись, что комната хорошо защищена и на ней нет подслушивающих заклинаний (что, как он был уверен, сделал Крауч, но хотел еще раз проверить), Северус кивнул, когда она оказалась чистой, а затем сказал: — Да. Он немного пришёл в себя. Он дезориентирован, но бодрствует. Судя по тому, что мне сказали, его состояние улучшается с каждым днём, так что скоро мы сможем вытащить тебя отсюда, и никто ничего не узнаёт». Довольный и обрадованный известиями, Барти сказал: «Хорошо. Я сильно переживал. Нам придется дать ему несколько дней, чтобы собраться с силами, и он со всем справится». Он определенно чувствовал себя лучше, зная, что Гарри выздоравливает. В конце концов, он волновался за своего друга. — Я просто хочу сообщить тебе, что все идет по плану, — сказал Северус. Увидев, что мужчина кивнул, он умчался к себе на случай, если кто-нибудь решит его искать. Все наверняка сочли бы это странным, если бы он разговаривал с невменяемым Поттером. Глядя, как мужчина уходит, покачивая головой и слегка ухмыляясь, Барти поерзал, чтобы устроиться поудобнее. Прямо сейчас у него все было хорошо, он читал или находил другие занятия. Он предполагал, что через несколько дней ему станет скучно, если ему придется продолжать в том же духе. Хотя расслабиться от ежедневных тренировок Пожирателей было приятно, это точно! Единственное, чего он действительно хотел, — это знать, что происходит, чтобы иметь представление, чего ожидать, когда он вернется. Однако пока воздерживался от подобных вопросов. Если бы их Лорд хотел, чтобы он знал, он бы нашел способ передать ему это послание. … Не в силах сдержаться, Сириус усмехнулся, глядя на взгляд Гарри, слегка покачав головой. — Знаешь, если бы я тебя вырастил, с твоим мастерством манипулировать, ты бы смог получил от меня все, что захотел в ту же минуту, особенно, с такой внешностью, Гарри. Слегка ухмыльнувшись, Гарри снова принял упрямое выражение лица и фыркнул: — Мне нужно ему помочь. «Я думаю, тебе нужно больше отдыхать, чем помогать. Уж несколько дней Том может справится со своей работай самостоятельно, — сказал Сириус своему крестнику, присев на корточки перед Гарри, сидящим на краю кровати. Глядя на своего крестного, Гарри фыркнул: — Мне нужно ему помочь. Он хотел скрестить руки на груди, но, прежде, вспомнил об ожоге, а затем просто опустил руки в стороны, сжав их в кулаки. Он изнывал от тоски и не думал, что сможет выдержать простое пребывание в комнате весь день, поскольку привык все время быть занятым. Он хотел хотя бы попытаться помочь. Закатив глаза, не зная, что делать, Сириус сказал: — Как бы ты себя хорошо ни чувствовал, я не думаю, что решение серьезных политических проблем поспособствуют скорейшему восстановлению сил. Просто оставайся здесь и попытайся расслабиться. В любом случае ты заслужил немного отдыха». "Нет!" Гарри зарычал. У него все еще были «неясные мысли», и он до конца не мог сосредоточиться или сформулировать то, что он хотел сказать. Громко вздохнув и покачав головой, Гарри придал как можно больше невинности в своем тоне: «Я могу немного попробовать». Еще больше хихикнув и закатив глаза, Сириус понял, что битва была проиграна, толком еще не начавшись. «Как насчет такого — мы пойдем на компромисс. Я помогу тебе спуститься в кабинет и останусь с тобой. Если он скажет, что ты можешь остаться и помочь, мы так и сделаем. Если он скажет тебе вернуться сюда, мы так и сделаем. Согласен, Гарри? Подумав об этом, Гарри произнес: "Согласен." Встав, Сириус сказал ему: «Позволь мне принести тебе мантию и кольцо. Я помогу тебе. Просто... не пытайся все сделать самостоятельно. Ты будешь держаться за меня. Если ты вдруг упадешь, кто-нибудь обязательно швырнет в меня проклятие за то, что я позволил тебе пораниться». Это было то, с чем Гарри готов был смириться, поэтому он кивнул. Покачав головой, Сириус пошел искать то, что ему нужно. … Перебирая кучу бумаг на своем столе, Том мысленно взвыл. К счастью, сегодня утром у него не было встреч. Также радовал факт того, что тренировки были отменены до возвращения Барти. Это облегчило ему и так большую нагрузку. Пока Гарри снова не сможет помогать, ему придется взять основную часть этого на себя, поскольку он никому больше не мог доверять столь важные вопросы, учитывая недавно произошедшие события . Отбросив в сторону пергамент со списком потенциальных законов, которые ему действительно нужно было перепроверить, чтобы понять, какие из нововведений поддержать, а какие убедиться, что они не прошли, он был сильно удивлен стуком в дверь. Нахмурив брови, он откинулся на спинку стула и разрешил войти, а затем стал ждать. Глаза расширились, когда дверь открылась и Блэк помог Гарри пройти в кабинет, он встал и спросил: «Что происходит? Ему следует отдыхать». Твердо взглянув на Гарри, он повторил: — Тебе стоит оставаться в постели и набираться сил. Глядя на Тома угрюмо, когда тот тяжело оперся на Сириуса, Гарри твердо выпалил: «Я хочу помочь!». Приподняв бровь, Том сказал: «Я не думаю, что ты сможешь сильно помочь». Взглянув на Блэка, у которого было смущенное выражение лица, он вздохнул и покачал головой, а затем заметил: «Я так понимаю, ты не смог устоять перед этим взглядом». — Ага, да, — сказал Сириус, почесывая затылок и выглядя виноватым. Покачав головой, Том сказал, вызывая стул и ставя его рядом со своим: — Помоги ему сесть сюда. Я не знаю, сколько работы ты сможешь выполнить, но я могу тебе зачитывать документы вслух». Зная Гарри таким, какой он был, Реддл был уверен, что даже просто находясь здесь с ним и слушая его комментарии к документам, он почувствует себя лучше. Опускаясь на свое кресло, Том наблюдал, как Блэк помог Гарри сесть в соседнее и вызвал еще одно для себя. Еще раз покачав головой, он сказал: «Если устанешь, ляг на диван. Не нужно переусердствовать». — Я так и сделаю, — заверил его Гарри, просматривая бумаги, разбросанные на столе. Вздохнув, он покачал головой, а затем спросил: «Что насчет школы?» — С этим разбираются, — успокоил Том. — Барти там вместо тебя, и Северус из кожи вон лезет, чтобы никто не смог увидеться с поддельным "тобой". Как только твое состояние улучшится настолько, чтобы выстоять и разобраться с Альбусом, ты вернешься к нашему обычному расписанию. Гарри на это лишь кивнул, а затем потер глаза, пытаясь сосредоточиться. — А что насчет Хвоста? — Он может подождать еще немного, — твердо сказал ему Том, откидываясь назад. — Когда ты почувствуешь себя лучше, мы выясним, почему, во имя Мерлина, он затеял все это, тогда я позволю тебе разобраться с ним любыми методами. Взглянув на Блэка, он вздохнул, а затем добавил, понизив голос: «Я думаю, что он целился в Титуса, исходя из того немногого, что он пролепетал». — Почему я не удивлен, — пробормотал Сириус, прикрывая рукой глаза, чувствуя, как чувство вины сводит его желудок. Сама мысль о том, что Гарри оказался в смертельной опасности из-за того, что кто-то затаил на него, Сириуса, обиду, была отвратительной. — Потому что он идиот, — усмехнулся Том, его красные глаза были в ярости. «Это не имеет значения. Его судьба будет решена, когда Гарри будет готов. — Я разберусь с ним, — твердо сказал Гарри с решительным выражением лица. Покачав головой, пытаясь избавиться от дезориентации, которая, как он знал, никуда не денется, он спросил: «Что-нибудь еще, что мне нужно знать?» — Нет, ничего, — сказал Том, покачав головой. «Все остальное — это наша обычная рутина. Я сообщу тебе, когда будет что-то срочное, требующее твоего непосредственного участия. Завтра, если ты будешь в лучшей форме, я попрошу Нарциссу заняться с тобой лечением ожога. Мы нашли способ, что можно использовать, пока нельзя применить к нему гламур или другое заклинание. Для этого тебе придется быть более сосредоточенным, чем сейчас». Тихо фыркнув, он сказал: «Она использовала Титуса как подопытного кролика. На это было довольно забавно смотреть, особенно когда она стучала его палочкой по голове». Ухмыляясь этой мысли, Гарри посмотрел на Сириуса, который отвел свой взгляд вниз, почесывая подбородок, а затем спросил: «Правда?» — О да, — подтвердил Сириус, посмеиваясь. «И я предупреждаю тебя сейчас: какую бы магию вуду она ни использовала, это щекотно». Ухмыльнувшись ещё больше, Гарри покачал головой. Глядя на своего возлюбленного, Том сказал: «Если завтра ты будешь готов, я хочу, чтобы ты хотя бы один раз совершил свой обычный обход вместе со мной. Таким образом, все смогут увидеть тебя и знать, что все в порядке. Конечно, тебе не обязательно оставаться и что-либо делать, просто нужно чтобы тебя увидели. Ты можешь положиться на Титуса, он будет прикрывать тебе спину». Мысль о том, чтобы вернуться в «колею» была положительно воспринята, Гарри кивнул, а затем сказал, улыбнувшись: «Конечно я это сделаю. Пусть все видят, что меня так просто не убить». «Только не торопись сразу кидаться решать все проблемы, — предупредил Том. — Я не буду, — сказал ему Гарри. Посмотрев на стол, он спросил: «Что ты сейчас делаешь?» «Просто просматриваю эту стопку, пытаясь решить, что нужно урегулировать, а что нет», — сказал ему Том со вздохом. Взяв следующий пергамент, он тихо рассказал Гарри о том, что здесь написано, вставляя свои комментарии. Он не был уверен, что его любимый в должной степени сможет проанализировать сказанное, но для них это было чем-то сродни ежедневному ритуалу, вот так работать сообща, поэтому он собирался продолжить. … Сидя на Астрономической башне и выкуривая очередную сигарету перед обходом префекта, Драко смотрел в небо. Долгое время это место было его спасением от ежедневных небольших трудностей, которые продолжались до того, как на него обрушился беспорядок куда больших масштабов. Здесь было время отдохнуть в одиночестве и подумать о проблемах, которые накопились в его жизни. Сегодня вечером — все было не так. Вместо этого он продолжал поглядывать на сиденье рядом с собой, то самое, которое уже продолжительное время занимал Поттер . Только после всего случившегося он понял, что Поттер был действительно хорошим другом, с которым ему нравилось общаться. Теперь, когда его не было рядом, он скучал. Вздохнув, посмотрев вниз, он покачал головой и задался вопросом, когда это успело произойти. Вместе с ним росло беспокойство. По сути, он мельком знал, что происходит; знал, что Поттер принял на себя какое-то серьезное проклятие прямо в грудь, что вызвало массу проблем. Что это было за проклятие и в чем заключались эти проблемы, он не знал. Наряду с этим он был осведомлен, что изолированный в комнате рядом с кабинетом его крестного человек был не Поттером, а кем-то под Оборотным. Теперь он всерьез обеспокоился. Если произошедшее было настолько плохим, что Поттер выбыл из строя и им пришлось придумать что-то вроде этого плана, это было действительно ужасно. И он хотел подробностей, но не знал, как их получить и у кого спросить. С одной стороны, это правильно, что все собирались хранить молчание о том, что происходит, чтобы информация о случившемся не просочилась, но он был обеспокоен. Резко приземлившись на трансфигурированный стул, он откинулся назад и закрыл глаза, пытаясь все обдумать. Но все было в пустую, мыслей не было. Немногие знающие люди, у кого можно было спросить, были те, кто ничего ему не сказал или, вероятно, знал не намного больше, чем он сам, по данному вопросу. И, честно говоря, если бы они что-то знали, то все равно бы ничего не сказали, так как боялись бы, что это вытечет наружу. Их он мог понять. Единственное, что пришло на ум, — это написать отцу, чтобы узнать, что тот знает. Однако не стал, поскольку сов можно было легко перехватить. Поскольку это не было какой-то чрезвычайной ситуацией, он не хотел использовать другие средства связи, которые у них имелись. Все это означало, что ему придется сидеть и ждать, как и всем остальным. Он ненавидел это. Вздохнув, он покачал головой, закурил еще одну сигарету и глубоко затянулся. Надеясь, что скоро что-нибудь да узнает. … Той ночью, сидя в постели, положив голову Гарри на колени, пока он спал, Том провел пальцами по волосам молодого человека. Честно? Он был счастлив, что его возлюбленный был так полон решимости вернуться в строй сегодня. Это доказывало, что Гарри серьезно относился к их совместной миссии и собирался продолжать стараться, несмотря на то, что произошло буквально пару дней назад. Хорошо. Улыбаясь, глядя на Гарри, он вздохнул. Предстояло еще так много сделать, и он понятия не имел, когда Гарри будет готов к этому и вернется ли его возлюбленный в ту форму, в которой был до покушения. Судя по их экспериментальной птице, он предполагал, что Гарри скоро вернется в прежнее состояние, но присутствовал небольшой страх, учитывая то, каким потерянным Гарри все еще казался, что он полностью не оправится. Это означало, что ему пришлось бы планировать неизвестное и действовать по ситуации. То, что он так сильно ненавидел делать. Однако предугадать дальнейшие действия было невозможно, поэтому оставалось только плыть по течению и убеждать себя, что все под контролем. Он просто надеялся, что решимость Гарри вернуться к его обычному повседневному графику, ускорит процесс. В конце концов, он больше, чем кто-либо другой, знал, насколько решительным был Гарри, когда ему чего-то хотелось. Вздохнув, прислонившись головой к стене, Том закрыл глаза. Все уже было настолько сложно, что только от одной мысли о проблемах начиналась мигрень. Он надеялся, что Северус сможет обеспечить, чтобы Альбус держался подальше от Барти. Сама возможность того, что этот обман выйдет наружу, ему не нравилась, и к такому исходу не было возможности подготовиться. Нет, в таком случае он просто собирался доверить этим двоим разбираться самим с тем, что там происходит. Аккуратно приподняв Гарри с колен, слегка улыбнувшись недовольному ворчанию своего возлюбленного, когда его сдвинули с удобного положения, Том лег набок позади молодого человека и обнял его, притягивая к себе. Завтра они увидят, насколько лучше Гарри, и будут действовать исходя из этого. Это сработает, все просто обязано сработать как надо. … Сириус размышлял, попивая пиво, развалившись в удобном кресле в комнате рядом с той, которую его крестник делил с Томом. Вся эта история с Хвостом — да, именно это его больше всего беспокоило сейчас. На самом деле он знал, что Питер скорее всего сделал то, что сделал на чистой ненависти к нему, Блэку, и не продумал до конца план. Черт возьми, любой, у кого есть хотя бы полмозга, поймет, что нельзя проделывать такой глупый трюк в комнате, полной людей. Было еще более безрассудно бросить Аваду Кедавру в него, поскольку Хвост был бы первым подозреваемым. Хотя это был Петигрю. Теперь он чувствовал себя виноватым из-за того, что его крестник так сильно пострадал от предназначенного для него проклятия. Он не мог избавиться от этого бремени, как бы ни старался. Однако он работал над этим. Оставаться с Гарри и помогать ему определенно улучшало состояние Сириуса. Кроме того, ему нравилось нынешнее положение, поскольку он мог проводить много времени со своим крестником, как никогда раньше. Обдумывая все это, попивая пиво, он покачал головой и посмотрел в окно. Он знал, что Гарри захочет отомстить за все, и что бы ни задумал его крестник, вероятно, это было бы ужасным зрелищем, но он мог понять и не сказал ни слова о будущих пытках экс-мародера. Учитывая это дерьмо и предательство его родителей, он не стал бы винить Гарри ни в чем из того, что тот сделает с крысой. Черт, он был удивлен, что Питеру удалось так долго прожить с Гарри под одной крышей. Честно говоря, он тоже хотел возмездия. Он с удовольствием сам отомстил бы крысе за тот ад, через который ему пришлось пройти, а не просто быть наблюдателем того, как Питера целует Дементор. Выпив остатки из бутылки и выбросив пустую в мусорное ведро, он полностью откинулся назад и закрыл глаза. Часть его, обдумав многое из того, о чем говорил его крестник и что он видел до сих пор, задавалась вопросом, все ли у Тома в порядке с контролем агрессии. В конце концов, многое из увиденного имело смысл. Нет, ему по-прежнему не нравились многие методы Темного Лорда, это точно, но он мог понять, почему тот так поступает. Из-за предубеждения, что все связанное с Темной магией, покрыто клеймом вселенского зла, им не удастся ничего исправить обычными мирными способами. На самом деле, если бы они попытались начать переговоры со Светлыми, вероятно, возникла бы массовая истерия. Это означало, что им пришлось пойти другим путем. То, что делали Том и Гарри, работало. Он полагал, что в конце концов, только результат имел значения. А судя по тому, что он видел, Светлая сторона не была такой невинной, как они заявляли. Альбус был живым доказательством порочности светлых. Покачав головой, он встал и потянулся. Он собирался лечь, хотя знал, что сон не придет. Направляясь в ванную, чтобы переодеться, он вздохнул, когда строчка «Свет становится тьмой» проносилась у него в голове. Нет, сон не собирался приходить, но ему нужно было попытаться. Что-то подсказывало ему, что, черт возьми, что бы ни значило это пророчество, он должен защищать своего крестника даже больше, чем сейчас. И для этого ему необходимо постоянно быть настороже.