(Не)обычный день Рины

Можно было с самого начала предсказать, что не пронесёт. Идя к нужному кабинету по пустому коридору, Рина и сама слышала, сколько шума делают её каблуки. Конечно, само по себе это не несло угрозы, но удача от неё отвернулась... Зато к ней повернулась Алла Максимовна, завуч и большой специалист по всем правилам школьной дисциплины. - Арина! Ты почему не на уроке? Сколько ребят в школе просыпались в поту, если во сне вдруг слышали этот почти доисторический крик. - Я как раз тороплюсь туда, Алла Максимовна. - «Тороплюсь»? Ты когда-нибудь словарь открываешь, Клёнова? Кроме тебя больше никто так не торопится. После того, как учитель запишет тебе замечание, на переменке ко мне с дневником. - Я поняла, Алламаксмна. - Вам вообще нужно запретить использование слова «поняла», вы ничего не понимаете. - Эпикфейл, Алламаксмна. – Это уже был удар ниже пояса, так как «Алламаксмна» не терпела тинэйджеровских англицизмов. Видимо, Рина и правда переборщила, потому что та (убедившись, что в коридоре, кроме них, никого не было) неожиданно сказала: - Go to hell, Klenova. Знала бы она, как подставилась. Когда учительница географии Марфа Константиновна повернула к Рине вопросительный взгляд и спросила: «Где ты была?» у девочки само по себе вывернулось: - In hell, Марфа Константиновна. - Ад как раз тебе будет здесь, Клёнова, - подытожила рассерженная Марфа. – Дневник на стол – и никакой мне болтовни на уроке! Ну, такого, конечно, случиться не могло, ведь Рина непременно станет болтать со своей подружкой Машей! Они, конечно, став большими специалистками по тихой болтовне, умели удовлетворить своё стремление без особых нареканий. Вот и сейчас уголками ртов тут же стали обмениваться мнениями о жизни. Маша Финогенова была среди чемпионок класса по оценкам, поведению, прилежанию, опрятности и вежливости. Её обожали все учителя, а она обожала больше всех свою подружку Рину, с которой единственной могла быть грубой, циничной и пошлой. - Ты чё так? – начала она необычно сдержанно. - Колбасик в клинике, - коротко ответила Рина. – Дядя Владик. – Маша была в курсе всего, так что особых пояснений не требовалось. На уроках они легко переходили на телеграфную систему общения. Красивая и аккуратно одетая девочка с милым личиком охарактеризовала дядю Владика точно, кратко и непечатно. С полным согласием Рина повторила её мат. - Денег до фига? У Маши был один недостаток: её семья богатой не была. Помочь она никак не могла, особенно если объёмы помощи будут подразумевать операцию. Может, позже даст денег на таблетки, и то будет здорово. Рина только кивнула в ответ. - Саша? – Финогенова была человеком дотошным и общительным – а на уроках она всё равно всё знала. - Разве что за секс, - уголком рта оттелеграфировала светловолосая. - Секс много. Минет, - последовал ответ. - Пошёл он... Его уже бросать пора, пусть ищет себе дырку-трахалку. Рина завелась и на этот раз выдала много и громко, так что на этом месте Марфа Константиновна сделала ей резкое замечание. В другой раз это не прошло бы без дерзкого ответа, но сейчас школьнице было не до перепалок с учителями. Она дождалась конца гневного всплеска. - Шучу, - пояснила подруга. - А я – нет, - вздохнула Рина. - Опять одна останешься? Не обидно? - С тобой спать начну, - бросила в ответ светловолосая. В их общении участвовали и такие шутки, так что Маша спокойно ответила: - Наконец-то решилась. – И, опережая гневный взгляд учительницы, громко заговорила: - Марфа Константиновна, можно задать Вам вопрос про Сибирь? Что это была за легенда, будто там некогда существовала древняя страна? Довольная учительница начала с интересом пересказывать сибирские легенды. На следующем уроке гром разразился. Только он начался, в кабинет явился дежурный старшеклассник с красной повязкой на рукаве. - Клёнова кто? Дневничок гони, Алла Максимовна тебя как человека попросила, а ты... - Да иди ты... - Гони, говорю. Он ущипнул девочку за щеку, получил немедленно по руке и принялся вырывать у неё дневник. - Клёнова, отдай дневник! – это в бой вступила «предик» Галина Брониславовна. – Что за манеры! - Какие могут быть манеры у того, кто про минет думает... – буркнула школьница, пряча дневник за спину. И «предик», и дежурный на мгновение застыли. - Ты что такое говоришь? – взметнулась Галина Брониславовна. – Ты в школе, разуй глаза! - А что в школе? Думаете, он от минета откажется? – Рина вскочила, помахивая своим дневником за пределами досягаемости долговязого дежурного. – Кстати, дылда, ты бы сколько за минет заплатил? Галина Брониславовна побагровела. - Клёнова! А ну немедленно сама с дневником к завучу! - Я, между прочим, действительно, может, хочу знать... Класс уже неудержимо ржал, Галина Брониславовна кипела, как чайник, дежурный бросился за Риной вокруг парты. Маша внешне не позволила себе улыбнуться, но украдкой показала подруге большой палец. Но силы были неравны, и через минут пять «хулиганка» была отправлена в кабинет завуча.