Эрухабен – больше, чем Цундэрэ

      Доброго времени суток всем, кто взялся читать эту статью! Я часто видела и продолжаю видеть комментарии с содержанием вроде «Эрухабен такой цундеряша» под некоторыми главами новеллы и видео по новелле, и в этой статье мне хочется рассказать, почему Эрухабен – ни в одном глазу не цундэрэ, и эти комментарии неправы.       Дисклеймер: я понимаю, что многие могут писать подобное в шутку, но в этой статье я опровергаю не такие шуточные комментарии, а отношение Эрухабена к архетипу персонажей «Цундэрэ», которое нам пытается доказать как оригинальная новелла, описывая его таким образом, так и вики-страничка персонажа.       Эрухабен – древнейший дракон двух континентов, который характеризуется и показывает себя как терпеливый, рассудительный и спокойный персонаж, тем не менее, любопытный и открытый к новым впечатлениям. Он дорожит своими близкими и изо всех сил старается и защитить.       Определение слова цундэрэ, если верить википедии:       «Японский термин, обозначающий одновременно враждебное и чрезмерно дружелюбное отношение к кому-либо, или же человека, который язвительно-агрессивно ведёт себя с объектом собственной симпатии».       И в этом определении нет ничего похожего на Эрухабена. Теперь разбираем подробно, подкрепляя цитатами из оригинальной новеллы.       «Одновременно враждебное и чрезмерно дружелюбное отношение к кому-либо» Эрухабен ни разу не демонстрировал. Полагаю, можно было бы привести как контраргумент к моим словам этот фрагмент:       «– Я правда дракон!       Выражение лица эльфа-блондина стало ещё более странным после такого ответа. Сказать, что другой дракон не был драконом было равносильно просить драки, но этот молодой дракон ответил в дружелюбной манере.       – ... Да, ты дракон.       Слабый ответ вырвался из уст дракона, и Раон кивнул.       – Да. И ты тоже дракон. Вот почему, приятно познакомиться! Ты даже не знаешь, как здороваться?       – …Ты спрашиваешь, умею ли я здороваться?       Драконы не приветствовали друг друга. Скорее при встрече они пытались унизить друг друга язвительными замечаниями. Впервые испытав нечто подобное в своей долгой жизни эльф-блондин почувствовал странную слабость.       Раон протянул переднюю лапу прекрасному эльфу, но, посмотрев на эту лапу, тот с недоверием спросил:       – Ты хочешь пожать мне руку?       – Ага?       – Удивительно. Я никогда не испытывал ничего подобного за свою почти тысячу лет жизни.       Удивительно. Невероятно. Какого чёрта.       Золотой дракон продолжал вздыхать, с сомнением глядя на лапу Раона. После нескольких секунд молчания, золотой дракон спросил с серьёзным выражением лица, не пожимая лапу Раона:       – Эй... ты на самом деле умственно отсталый?»       Но в этом отрывке мы наблюдаем не «одновременно враждебное и чрезмерно дружелюбное отношение» или «язвительно-агрессивное отношение» к Раону, а простое неверие в происходящую ситуацию. Эрухабен ошеломлён; со всей высоты своего более чем тысячелетнего опыта он ни разу не был свидетелем такой ситуации, он поражается тому, насколько Раон непохож на других драконов, которых он встречал. Я не вижу здесь ничего, что могло бы потянуть на статус цундэрэ.       Так же спокойно Эрухабен показывает себя и во взаимодействии с Кэйлом:       «– Какой странный человек. Нет, я должен сказать удивительный?       "Я странный? Нет, удивительный?"       Кейл в замешательстве посмотрел на Эрухабена. Золотой дракон продолжил говорить.       – Как ты ещё жив после того, как приобрёл столько древних сил?       "...А?"       – Большинство людей уже бы давно взорвались и погибли.       "...Что?"»       Эрухабен в меру любопытствует состоянием Кэйла здесь и довольно адекватно беспокоится о нём в дальнейшем. Единственный момент, который действительно можно привести в качестве аргумента к «цундэрэ-Эрухабену» – это отрывок из главы 353, и сейчас я докажу, что даже он на самом деле аргументом не является.       «— Эмм, Эрухабен-ним?       Кэйл посмотрел на человека, который мгновенно телепортировался позади него, чтобы схватить его за одежду и поддержать. Древний дракон держался за одежду Кэйла с чрезвычайно холодным взглядом.       — Похоже, ты хочешь встретиться лицом к лицу с яростью дракона.       — Простите?       "Почему он вдруг заговорил о ярости?"       На лице Кэйла появилось тревожное выражение.       "Я даже захватил с собой древний артефакт".       Кэйл встряхнул кувшин, чтобы показать ему, но Древний дракон не сдвинулся с места, продолжая держать Кэйла за одежду и удаляясь от содрогающейся чёрной горы».       Контекст: Кэйл пробыл на острове ветров семь дней, при том, что ожидалось, что пробудет он там от силы дня два. Естественно, вся команда волновалась, и Эрухабен – не исключение. Как дракон, он бо́льшую часть своей жизни провёл в одиночестве, и потому понятия не имеет, каким именно образом ему стоит выражать свои эмоции. Он так же привык к тому, что все боятся драконов, и своей угрозой хотел напугать Кэйла, тем самым отговорить его от повторения таких финтов ушами и подвергания себя опасности. Всё, что сделал Эрухабен – это произнёс одну фразу и оттащил Кэйла подальше от острова, полного смертельной мёртвой маны. Я не считаю это агрессивным поведением, характерным для архетипа цундэрэ персонажей.       Можно провести куда более обширный анализ, привести и разобрать больше текста новеллы, но моей целью было показать суть – Эрухабен не относится к архетипу цундэрэ. Нормально в шутку называть его так, но мне кажется, что лучше всё же осознавать, что на самом деле Эрухабен как персонаж куда глубже и сложнее, чем типичная цундэрёха.       Я не претендую на истину в последней инстанции, и всё вышеизложенное является моим мнением, хотя я буду рады, если вы в какой-то мере согласны со мной. Буду рада почитать ваш взгляд на ситуацию в комментариях.       Спасибо за уделённое внимание.