Мой Ромео.

Серость и туман за окном клонили в сон. Чонгук, сидя на парах, пытался держать глаза открытыми, и это единственное что ему удавалось. Смысл речи, которую воодушевленно толкал преподаватель, терялся в сонной голове альфы. Пол ночи он ворочался и не мог уснуть, мысли вечно улетали к омеге. Его волосы, его глаза, его губы… Они так прекрасно провели вместе субботу, не вылезая из постели, что воскресенье казалось теперь пустым. Гуку хотелось ещё, ему казалось, что так будет всегда, что всегда будет не хватать Чимина, всегда будет его мало. Такая проблема за пределами университета решалась просто, люди съезжались вместе, ну, или могли спокойно приехать друг к другу. Тут же, из-за стеснённых условий, аппетит разгорался ещё больше. Уже мелькала мысль, упросить брата, чтобы он как-нибудь способствовал их совместному проживанию. Но альфа уже знал, что Чим будет против, так как он был жуткий зануда в отношении правил. Мысли об омеге текли среди скучной лекции. Планы рисовали шикарные картины совместного времяпрепровождения. Казалось, что все эти мечтания начинают обретать реальный характер. Даже такой знакомый нежный запах со свежей горчинкой проникает сквозь туман воображения. Чон потянул воздух, чувствуя, как аромат омеги становится ярче, насыщеннее. И тут замер. Боль, паника тяжелым шлейфом тащились следом. Альфа открыл совершенно чёрные глаза. На шее вздулись вены. Рядом с запахом Чима был чужой аромат, жёсткий, властный, гнетущий, запах… альфы. Казалось, что этот сгусток тягучей обжигающей силы подталкивает горчинку омеги, заставляет его идти дальше. - Мистер Чон, сядьте пожалуйста на место! Лекция ещё не закончились! – как сквозь вату услышал возмущения сонсэннима Чонгук . Он сам не понял, как уже оказался у входной двери. Невидящим, глубоким взглядом он посмотрел на преподавателя, тот охнул и упал на стул, закрывая нос и рот. Студенты зашуршали, с ужасом вскакивая с мест и стараясь отодвинуться от альфы как можно дальше. Запах доминанта, исходивший от Гука, заставил всех закрыть рты. Ноги сами несли его в то направление, откуда шёл запах омеги. Чем ближе альфа приближался, тем острее ощущалось, как Чимин пытается сопротивляться, но тот, кто был рядом, всё же сильнее. Он просто заставлял распространять феромон, при этом, сам же глушил его так, что ни каждый смог бы почувствовать. Мелькнула мысль, что это сделано специально для него, для Чонгука. Но что тогда хочет этот ублюдок? Зачем это представление? - Гук! – окрик, но парень его не заметил. Он просто влетел на лестничный пролёт и помчался наверх. Пара секунд, густой запах чужого альфы стал просто невыносим. Но парень не собирался терпеть его. Он сам отодвигал эту давящую ауру чужих феромон. Совершенно не заметив двух альф в нескольких шагах от кабинета проректора, Гук решительно подошёл к двери. Толкнул, закрыто. Улыбка-оскал. В груди что-то заклокотало. Запах омеги уже был не первопричиной, в парне проснулся животный азарт. Этот неизвестный альфа решил устанавливать правила на его территории, но так не пойдёт. Шаг назад. Запах самого Чонгука сильнее. Ладони сжаты в кулаки. Удар ногой, дверь дрогнула. Запах омеги тут же исчез, будто кто-то скрутил ароматную тонкую ленту. Зато чужой альфа, почуяв того, кого так усиленно завлекал, выставил шипы. Просочившийся через барьер собственных феромон, аромат чужака больно резанул горло, но Гук только хмыкнул, и ещё один удар выбил дверь в кабинет проректора. Влетев внутрь, парень ощутил укол в шею. Инстинктивно, он протянул туда руку и нащупал какой-то металлический шип. Сморщив нос, альфа выдернул его и отбросил в сторону. Чёрные глаза, в которых плескалась животная ярость, уставились на двух людей у бежевого стола. Низкий мужчина в белом деловом костюме опустил пистолет из которого, видимо, и был выпущен это шип. - Какого хрена? – в ужасе округлив глаза, он отшатнулся к окну за столом. - Мистер Кан? – это уже с дрожью в голосе проговорила девушка, тоже в таком костюме, стоявшая рядом с мужчиной. Оба человека стояли и смотрели за спину альфе, но тот не повернулся, прекрасно ощущая, кто за ним. Громкий рык, шаг вперёд и, схватившись за край стола, Чонгук перевернул его. Женский визг, треск и звон разбитого стекла наполнили комнату. Разворот, взгляд скользнул на тело проректора, лежавшее у стены. - Интересно, - хрип, пытающийся быть уверенным, но в нём просачивалась паника. Чёрные глаза Гука уставились на высокого мужчину с волосами цвета пудры. Острый взгляд, оскал на тонких губах. Он стоял рядом с диваном, на котором, в полулежачем положении, находился омега. Как электричеством пробило Чона, когда он увидел молочную кожу обнажённой груди и живота своего парня. Ремень на брюках тоже расстегнут, но сами штаны не тронуты. Взгляд поднялся вверх и столкнулся с тёплыми, блестящими от слез глазами. Пухлые, чувственные губы были искусанные в кровь, по бледному лицу растекались пятна румянца. Грудь тяжело вздымалась при каждом вдохе, пальцы скреблись по коже дивана, но сами руки не слушались. - Не ожидал, что ты будешь таким, - металлический голос незнакомца полоснул слух. Чонгук поднял на него взгляд, чёрный, хмурый. Два запаха альф столкнулись посреди комнаты. Казалось, что даже воздух искриться от этого. - Я тебе не враг, - немного пригнув голову, строго проговорил мужчина, не понимая, почему он не может пробить защиту этого сопляка. – Мы с тобой одинаковые. Ты, как и я, можешь повести людей за собой и спас… - Заткнись! – рык, рёв, и младший кинулся на чужака. Тот не ожидал и отлетел к стене от удара. Но, тут же очнувшись, смог отбить удар и, даже, нанести ответный. Уворот сделал нападение незнакомца скользящим. - Ты совер… , - но снова мужчине не удалось договорить. Чон налетел на него, припечатывая к стене. Враг захотел оттолкнуть, но резкий выброс феромон противника немного сбил его с толку, и оба повалились на пол, нанося уже удары не разбираясь куда. Рычание, утробное, дикое разрезало то хаотичное облако запахов, которое окутало дерущихся. Опыт чужака проигрывал перед силой молодости. Он никак не мог разобрать, как действует противник. Привыкший всё просчитывать, этот мужчина шёл к своей цели. Он смог сместить слабого директора фармацевтической компании, подставив его через его же родную сестру с этими препаратами. Он сам был доминантом, он знал, что им нужно, верил, что именно доминантные альфы должны получать всё самое лучшее, а остальные пусть довольствуются остаткам. И когда, он услышал о молодом доминанте из ЧГУС, он решил, что может вырастить отличного компаньона, с помощью которого создаст инновационное лекарство, способное подчинить всех и вся. Этот расчётливый альфа был уверен, что молодой напарник выслушает его, вот только… . Только должно было сработать снотворное и разговаривать он собирался со связанным, а не с разъярённым человеком. Что пошло не так? Руки Гука сомкнулись на шее чужака. Тот вцепился в его запястья и с ужасом уставился в черные безумные глаза. Нужно заставить этого парня отпустить, но сил на выработку феромон уже не хватало, как и воздуха. Ещё немного, и этот сопляк убьёт его. Внезапно, на плечи младшего альфы, сзади, легли чьи-то руки. - Гук… , - шепот, и снова нежный запах омеги просочился сквозь густой туман давящих феромон. Искусанные губы скользнули к уху Чона. - Отпусти его, пожалуйста, - голос тихий, нежный. Но, казалось, парень не слышал его, всё сильнее сдавливая горло врага из которого вырывались предсмертные хрипы. - Ты не убийца, ты мой Гук, мой защитник, мой нежный альфа, - руки скользнули через плечи к груди младшего. – Брось его. Я хочу, чтобы ты обнял меня, чтобы прижал к себе так, как делал это в прошлую нашу ночь. Гуки, - невесомый поцелуй в висок. – Я люблю тебя. Что-то засияло в тёмных глазах младшего альфы. Он разжал пальцы, резко развернулся и, подхватив Чима, вместе с ним поднялся на ноги. Уставившись на бледное, уставшее лицо омеги, он положил ладонь на влажную от слез его щеку. - Мини, - шёпот и младший поддался вперёд, проникая к кровоточащим губам Чимина. Тот обвил руки вокруг его шеи, прижимаясь оголённый грудью к испачканной и немного разодранной рубашке. Терпко, сладко, горячо. Это был самый яркий поцелуй, наполнявший обоих нежностью, спокойствием. Давящее действие феромон начинало стихать. Мужчина и девушка в белом, прятавшиеся за перевёрнутым столом от стычки двух альф, осторожно выглянули. Мужчина, с которого слез Чон, перевернулся на живот и судорожно кашлял. В дверном проёме появились Хосок и Намджун. Они тут же обратили внимание на избитого на полу мужчину. - Ну здравствуйте, Кан Сону, заместитель директора по торговой части, - присев рядом с чужаком, хмыкнул старший Чон. – Похоже, страсть к деньгам Вас всё же сгубила. - Это твой что ли? – злобно качнул головой в сторону целующихся мужчина. - Мой, - хмыкнул аспирант. - Так и знал, что не надо связываться с этой фамилией, - сплюнул розовый сгусток слюны Сону. Намджун пытался привести в чувство проректора, приподняв её голову и тихонько похлопывая по щекам. Та поморщила нос и приоткрыла глаза. - Ч… Что происходит? – слабо прошептала женщина. - Это у Вас надо спросить, - хмыкнул альфа. Проректор задумчиво посмотрела на него, затем её глаза расширились и она резко вскочила, чуть не столкнувшись лбами с аспирантом. - Чимин! – в ужасе воскликнула проектор, но, увидев омегу в объятиях Гука, облегченно выдохнула. В кабинет стали заглядывать другие студенты и учителя, появился ректор, охрана, но двое парней, стоявших посреди этот хаоса, ни на что не реагировали, продолжая дарить друг другу самый долгожданный и сладкий поцелуй.