Сок, что явился ко мне во сне

Часы методично тикали, в комнате был мрак. Я протер лоб, он весь был в поту, собственно как и все тело. Встав с кровати, одев валяющиеся недалеко шорты, натянув футболку я пошел вперед. В коридоре на втором этаже было темно – “тут так же как и всегда” – протянул я, испуг от кошмара все еще полностью не исчез Пройдя еще дальше в глубь, я нащупал дверную холодную ручку, прокрутил её в бок, она издав в какой-то мере приятный скрип, раскрыла дверь, по ту сторону которой подул холодный ветерок, приятно потрепав мои потные волосы. Кафель был стылый, а за распахнутым окном виднелся лес уходящий вдаль. Кроны деревьев под покрывалом ночи были черными и страшными, кое-где изредка шевелясь, словно какой-то неупокоенный дух, бегал по лесу туда и сюда пытаясь найти выход из него. Я закрыл окно: пение кузнечиков прекратилось, сейчас лишь методично стучал бачок туалета, да билось сердце у меня. А между тем глаза понемногу стали привыкать к темноту и вот уже мрак рассеивался на своем месте оставляя синие очертания предметов. Я подошел к зеркалу, взглянул на себя: “как всегда, хмурый как туча” прокомментировал я и попытался улыбнуться, но вместо улыбки на лице появилась вымученная физиономия, которого словно пытками заставляли улыбаться: “ну и не надо!” буркнул самому себе я и пошел к выходу из ванны “Моя мама говорила мне, что те, кто совершил самоубийство не попадут в рай или ад, они будут вечно скитаться по чистилищу в поисках душевного успокоения” – бродя по дому рассуждал я – “конечно глядя на тяжеленное построенние мира, на то насколько все взаимосвязано, насколько все филигранно, невольно задумываешься, что, кажеться, этот мир совсем не сотворил один человек, словно этот мир появился сам по себе, по чистой случайности и не имеет какого-то замысла, следовательно и создателя, который мог бы внести в этот хаос хоть частичку смысла” – я бродил по дому ища сам не зная что: спускался вниз вспоминая что-то, но на полпути забывая об этом, огорчившись шел обратно, а потом сам того не понимая как, оказывался на кухне “Значит и моя жизнь, вместе с жизнью миллиарда людей лишена смысла: они лишь получились в результате хаоса, и закончаться так же” – я сидел на ступеньке, пытаясь уловить ход своих мыслей, что на мгновение показывали мне что-то страшное, что-то, что я пожелал забыть. Я уверенно встал, побрел вперед, завернул в бок и оказался возле деревянной двери, протянул руку вперед: “Если вселенная бесконечна, а жизнь бессмысленна, то почему я боюсь чего-то, что сам попытался скрыть в глубинах своего беспорядочного сознания?” – я сам не зная, что находиться по ту сторону двери, распахнул её и мне в нос ударила пыль, отчего я резко отвернулся и закашлял. Непонятное чувство накапливалась внутри меня, мне казалось, что кто-то стоит за мной, кто-то очень важный для меня. Я возбужденно повернулся, мне показалось, что эта встреча перевернет мне жизнь, на пол поворота я перестал дышать: настолько я был переполнен волнением от грядущей встречи, а когда уже полностью повернулся, то напротив меня показалась девушка в длинном белом платье, хотя скорее это была ночнушка. Её черные волосы доходили ей до талии, а лицо было скрыто в черных прядях волос. Она вытянула руки пытаясь меня обнять, но я от испуга, который совсем не понимал с чем был связан, закрыл глаза и резким движением ударил вперед, а после с закрытыми глазами попятился назад. Я не почувствовал ничего, мой кулак ударил по воздуху: “не попал” – с ужасом заметил я. Моё сердце начало бешено колотиться и спустя секунду сам того не осознавая стоял на улице, наблюдая за входной дверью, словно ожидая будто кто-то из неё выйдет. Кажется я понемногу начал успокаиваться: сердце приходило в порядок, а одышка исчезла. Повернувшись, в мой взор упала моя улочка: длинная и уходящая ровной линией вдаль, а по середине которой стоял перекресток. Фонари в такое позднее время уже не светят, а значит мой путь освещает только далекое звездное небо и огромная луна Не секунды не раздумывая, я побрел вперед. Прохладный летний ветер приятно дул мне в лицо, пока я проходил дом своего друга - Кела: из окна его дома выходил яркий разноцветный свет, что постоянно менялся, а если смотреть на него долго, то начинают показывать глаза — веселяться — прокомментировал я, пытаясь как можно быстрее забыть про это, сам того не понимая зачем я хочу не вспоминать об этом, добавляя странности еще тем, что я чувствовал четкое ощущение моей вины в этом: — «но в этом - это в чем?» — заключил я, когда прошел мимо дом Кела Постоянно всплывающие вопросы на который я, кажется, на мгновение получал ответ, но моментально забывал - совсем утомили меня и я , кажется от того, что засыпал на ходу, за долю секунды оказался возле дома Бэзила — не знал, что стоя можно спать — вслух сказал я, зевнув во весь рот. Говорить самому себе, мне давалось легче, нежели с кем-то. Между тем во мраке левее домика, свет туда совсем не попадал из-за недалеко стоящих деревьев, послышались чьи-то шаги, после утихшие полностью, сменившись на тяжелые вздохи — кто там? — донесся знакомый испуганный голос Я пригляделся во мрак: размытый черный силуэт стоял в нем, вытянув руку вверх, словно пытаясь замахнуться. Мы так простояли еще пару секунд, после чего он положил руку обратно и пошел вперед: темный силуэт стремительно приближался постепенно превращаясь в Бэзила! – что ты тут делаешь? – испуганно начал Бэзил – я так испугался! – я пробежался глазами по нему: он был одет в зеленые шорты и белую футболку по центру которой красовалась безобразное зеленое пятно, вдруг я представил огромную красную луну, что светит на нас с ним, при её свете пятно из зеленого превратилось в красное, словно огромное пятно крови – хотя я, наверно, напугал тебя больше – его слова заботы почему-то так мерзко звучали, но одновременно отдаваясь искренней теплотой - это было очень странно, такие контрастирующие чувства были у меня в новинку – хотя может я просто все забывал? – А между тем пятно на его футболке разрасталась, оставляя все меньше белых оттенков – это я испачкался, когда работал в саду – заметив мой взгляд начал Бэзил – после смерти бабушки, я все чаще не могу спокойно уснуть – он отвернул взгляд в небо, теперь в его глазах блистали звезды – ночью засыпая, я вспоминаю последние мгновения ее жизни: то, как она лежит на койке и тихо дышит… вернее даже не она, а воздушная маска. Её вздох и выдох полностью идентичен тому, который был мгновение до этого! – его голос дрожал одновременно переходя на слабый крик – она дышала не по настоящему, ей помогала дышать воздушная маска! Последние месяцы своей жизни она провела, можно сказать уже не живя! – он протер подступающие слёзы белой рубашкой – И вот, чтобы отогнать эти мысли я хожу в свой сад, там я ухаживая за своими цветами до рассвета, а потом ухожу домой. – его резко отвернул взгляд и теперь мы смотрели друг на друга, мне стало не по себе – знаешь как мне плохо на улице? Эти люди и она, они просто звери! им нужна лишь кровь тех, кто слабее их! – вдали по улице послышались звуки приближающихся мотоциклов – Это они, прошу беги за мной! – он схватил меня за руку и побежал в дом, утянув меня за собой. Быстро закрыв дверь, мы оказались внутри дома. За дверью прозвучали звуки двигателей “стада” мотоциклистов, после уехав куда-то вбок, они затихли. – Давай останемся на время у меня? На улице сейчас не безопасно – где-то во мраке сказал Бэзил, после чего удалился вглубь, а затем раздался щелчок и мрак сменился на милую гостевую дома семьи Бэзила. Тут была все как раньше: маленький телевизор, такой же маленький диван, а то тут, то там стояли всякие разные цветы – даже пару кактусов! – мысленно прокомментировал я – я дома совсем один, мои родители уехали в отдых куда-то в восточную европу – начал Бэзил говоря с со мной возле выключателя, оперевшись на стену – они любят быть “не как все” – ему было мерзко говорить последнее слово, оно будто что-то напоминало ему – пока “нормальные” родители проводят время со своими детьми… хотя ладно, быть одному дома - прекрасно! Плюсом сейчас, на летних каникулах, я могу вообще не выходить на улицу! – его настроение скакало из одной крайности в другую: сперва он был подавлен чем-то, сейчас искренне радовался. – Правда Полли перестала навещать меня после того дня… Ты ведь там тоже был? – он подошел поближе, в его глазах на мгновение показалась истинная ярость, руки сжались в кулак, а у меня в животе появилось очень странное чувство, но потом, словно этого и не было, он остановился – В любом случае жить одному хорошо, никто ничего не скажет, никто никак не обидит. Пойдем ко мне в комнату, я покажу тебе фотоальбом. Мы полистаем его, уверен будет классно! –