Только не он

Вечером Баффи решила, что пора перестать жалеть себя и всерьез взяться за дело. Если она хочет помочь друзья, и закрыть этот чертов портал, им со Спайком необходимо сблизиться. Проблема была в том, что Истребительница не имела ни малейшего представления, о том, как это можно сделать. Вообще мысль о сближении с блондинистым вампиром вызывала в ней смешанные чувства. С одной стороны, ее невероятно раздражал тот факт, что придется лицемерить и делать вид, что его общество ей как-то приятно. С другой, ее пугала неизвестность. А что будет после? Смогут ли они вновь вернуться к привычным вражеским ролям после того, как немного… ммм... пообщаются? Ведь этого от нее хотел Джайлз. Этого от них, видимо, хотела Вселенная. Баффи вспомнила, как наблюдатель говорил, что будет уже хорошо, если между ними появится что-то помимо ненависти. Но что? После того, как он бесконечно врал, манипулировал и похищал ее друзей, доверять она ему точно не сможет. Понимать его тоже вне ее возможностей. Она не понимала, почему он любил сумасшедшую Дрю, не понимала, почему вернулся сюда, зная, что она в любой момент может распылить его, хотя мог отправиться в любую точку земного шара. Может он и искал смерти? Мысль о возможном самоубийстве Спайка заставила ее неприятно поежиться. Нет, если уж этому кретину и суждено умереть, она хочет быть той, кто забьет последний гвоздь в крышку его гроба. Баффи лениво потянулась, вставая с постели, за окном уже смеркалось, должно быть, вампир уже проснулся. Сегодня Баффи точно решила перестать жалеть себя и всерьез взяться за дело. Может, если она просто узнает его любимый цвет, и не будет грозиться распылить его каждую секунду, им удастся создать какое-то скудное подобие приятельской беседы? Натянув свою самую доброжелательную улыбку, Истребительница вышла из комнаты.

***

Вечером Спайк всерьез решил, что пора перестать жалеть себя и всерьез взяться за дело. А дело на ближайшие дни было запланировано у него одно – достать Истребительницу. За то, что по милости ее дорогих и безмозглых друзей он оказался запертым с ней в одном доме на хуевы две недели. Он пытался быть с ней милым, видит Бог (или дьявол?), пытался. Просто потому что…английская вежливость в нем, видимо, сильнее сотни лет убийств и насилия. А он должен быть вежлив с ней, потому что теперь от нее зависело его выживание. Но один факт не давал покоя вампиру с того самого момента, как Истребительница протянула ему чертову чашку полную собственной крови. Какого хрена ей не все равно? Почему ей вдруг не до пизды ссохнет он от голода или нет? В конце конца, да, две недели без крови - так себе развлечение, но это бы его не убило. Он знал это. И она знала. Тогда какого черта она помогает ему как гребанная Мать Тереза? Вряд ли ее охватила внезапная вспышка милосердия. Спайк не дурак и понимал, что она бы ни за что не дала ему своей крови по доброте душевной. Есть какая-то причина, по которой он нужен ей. И он любой ценой должен выяснить какая.

***

Баффи совершенно не представляла, с чего начать. Что она скажет ему? «Привет. Как дела? О чьем убийстве мечтаешь сегодня?». Истребительница медленно закатила глаза и раздраженно вздохнула, не спеша спускаясь по лестнице. Ноги были ватными, казалось, все ее тело противилось предстоящей встрече. Но долг истребительнцы заставлял вновь и вновь переставлять ноги, спускаясь все ниже и ниже. Это глупо. Глупо. Бесполезно и глупо. Твердил разум, но что она могла сделать? Баффи никогда бы не простила себе того, что она даже не попыталась помочь друзьям. Попытка – хорошее слово. Оно означало, что совершенно не обязательно, что ее авантюра сработает, и они со Спайком станут лучшими друзьями. Оно означало, что даже если у нее ничего не получится – это будет не ее вина. Ведь она пыталась. В последний раз сделав глубокий вдох, она выдохнула и вошла в гостиную, где ожидаемо на диване расположился Спайк. Его небрежная поза раздражала. Он лежал на диване прямо в ботинках, закинув одну ногу на подлокотник, а вторую опустив на пол. Он был в до чёртиков надоевшей Баффи черной футболке, которая, на ее взгляд, уж слишком облегала его грудную клетку и ..хм ..очертания мускулов. Удивительно, но, кажется, вампир совершенно не заметил ее присутствия. Баффи нахмурилась. Что для него может быть важнее приближения смертного врага? Девушка подошла ближе и тотчас увидела, что взгляд вампира сосредоточен на экране телевизора. Ну, конечно, как она могла забыть, «Страсти» по CW ежедневно в 19.00, удивительно вообще, как он смог прожить так долго, учитывая, что все его внимание… - Зашла поздороваться, luv? – лениво протянул Спайк, продолжая смотреть на экран. Не оборачивайся. Не смотри на нее. Сработало. Он почувствовало нарастающее от нее раздражение. Вампир слышал, как Истребительница набрала в рот воздуха, видимо, готовясь выдать очередную ядовитую речь, в которой вновь скажет, как он жалок и ненавистен ей. Однако она выдохнула, а ядовитых слов так и не последовало. Спайка это насторожило и заинтересовало. Это и заставило его обернуться и все-таки посмотреть на нее. Что с ней не так? Выглядела девушка вполне обычно. Спайк никогда не видел ее в домашней одежде и это зрелище показалось ему достаточно… интересным. На девушке была надета простая шелковая пижама кремового цвета, от нее веяло свежестью, должно быть, перед тем, как спуститься, она принимала душ. Волосы, небрежно раскиданные по плечам, кое-где были еще чуть влажные. На ногах были пушистые тапочки в форме зайчиков, милее которых вампир не видел за всю свою человеческую и вампирскую жизнь. Но что важнее всего – от ненавистной блондинки не веяло ненастью или раздражением или отвращением. Ее лицо казалось вполне спокойным и даже приветливым. А ее аромат источал…интерес? Спайк напрягся. Все это было очень плохо. Неправильно и плохо. У него был план. Достать Истребительницу. Разозлить ее настолько, чтобы она в порыве гнева рассказала ему, какого черта здесь происходит, и почему она помогает ему. Но ее такой… невинный вид его абсолютно обезоружил. Она выглядела так беззащитно (что естественно было обманчиво), что почти захотелось притянуть ее к себе, спросить, что случилось, смахнуть ее слезы, и баюкать в своих объятиях, пока бы ей не стало лучше. Может, она опять видела в окне Ангела со своей новой пассией? Иначе, зачем ей в такой час в таком, блядски раздражающем сексуальном виде, спускаться к нему в такой час? Вампир поймал себя на том, что на протяжении нескольких минут неотрывно смотрит на нее, пытаясь взглядом пробраться под шелковую ткань. Пауза затянулась. Какого черта она молчит? - Так…зачем ты здесь? – хрипло произнес вампир, мысленно ругая себя за этот тон, пришлось откашляться. - А ты как думаешь? Пришла узнать, выбрался ли Тимми из колодца, – Баффи деловито скрестила руки на груди, указывая рукой на телевизор. Кажется, привычка язвить ему въелась ей под кожу. Вампир вопросительно изогнул бровь. Истребительница вздохнула. Соберись, Баффи, ты здесь не за этим. - Подвинься. К общему удивлению вампир тут же послушался, садясь на диван так, чтобы места хватило обоим. Баффи села в самый угол, отогвигаясь как можно дальше от него. Как будто могло быть по-другому. - Иии..? – терпение вампира было на исходе. Пришлось выключить телевизор, потому что Баффи действительно таращилась в него, даже не удосужившись посмотреть на Спайка. - Я пришла узнать о командос. Где они тебя держали? – спросила она, наконец повернув к нему голову. - В лаборатории. Пойдем, я покажу ход, через который мне удалось выбраться. А, стой, не выйдет, ведь по твоей милости мы заперты здесь до второго пришествия. - По моей милости? Ты думаешь я в восторге от того, что мы попали в извращенную версию «Друзей», где Рейчас заперта с…Гантером! - Я не влюблен в тебя, luv, – максимально спокойно проговорил вампир, лукаво улыбаясь. Сердце Баффи пропустило удар. Свет в гостиной был приглушен, но Спайк заметил, как Истребительница покраснела. Ему это понравилось. - Конечно, нет. Ты вряд ли способен беспокоиться о чьей-либо заднице, кроме своей. - Почему это, что касается задних частей тела – взгляд вампира красноречиво задержался на ягодицах девушки, прежде чем он произнес – некоторые могут заставить меня… скажем так…волноваться. Язык парня выразительно очертил линию губ. Он не знал, зачем делал это. Зачем провоцировал ее. Зачем нарывался. Конечно, он понимал, что вряд ли где-то под этим очаровательным нарядом спрятан кол, но, тем не менее, он видел как минимум дюжину случаев, когда она распыляла его друзей, используя другие деревянные подручные средства, которые, если бы захотела, могла найти и здесь. Но остановиться он уже не мог. - Ты животное, Спайк, – хотелось, чтобы голос звучал раздраженно, на деле вышло чуть скомкано. Баффи была не в своей тарелке с тех пор как вошла в комнату. Хотя скорее, с тех пор, как он начал на нее смотреть. Изучающе, пристально, и главное, не отрываясь. Будто увидел впервые, будто пытался что-то разглядеть. А еще в его глазах читалось едва скрытое вожделение. Нельзя сказать, что Баффи не считала себя привлекательной девушкой, просто она никогда не думала, что может быть интересна ТАК ЕМУ. Конечно, не то, чтобы это ее волновала, пусть хоть дырку прожжет в ней своими блядскими голубыми глазами, ей будет все равно, она здесь не для этого. Раздражало то, что ее тело или гормоны, или что-то еще внутри нее, мешающее мыслить здраво, казалось, совершенно не против этого странного флирта со смертельным врагом. Надо выбираться из этой трясины. - Спайк, ты жив только потому, что можешь быть полезен. Но если мы поймем, что ты ничего не знаешь или ты слишком долго будешь играть в партизана – я распылю тебя в тот же миг. - Да? А я думаю, что есть еще одна причина для моего «нераспыления». Я для чего-то нужен тебе, Истребительница. Поэтому мы заперты здесь. Поэтому ты дала мне сегодня свою кровь – он взглядом указал на шрам на ее руке, который уже почти затянулся, благодаря ускоренному исцелению Истребительницы. - Чушь. Ты знаешь, почему мы оказались здесь, а насчет крови – тяжело будет допрашивать иссохшую мумию, - уверенно проговорила девушка, хваля себя за искусную ложь. - О, а ты собираешься меня допрашивать? – игривая ухмылка на лице вампира заставила девушку поежиться. – Уже нашла подходящие наручники? - Если придется, – тихо проговорила Баффи. Он был с чипом и не мог причинить ей абсолютно никакого вреда, все козыри были в ее рукаве, но почему-то именно она чувствовала себя сейчас загнанным зверем. - Что ж, предлагаю сыграть в игру. - Не слишком ли ты стар для игр, Уильям? – Баффи получала поистине райское наслаждение, видя, как улыбка сходит с его лица. - О, luv, я уверен, оно того стоит, – опять этот обжигающе соблазнительный взгляд, и вот уже она начинает злиться. - Я не играю в азартные игры, Спайк. - Обижаешь, pet, заставлять леди играть в карты – ниже моего достоинства. - Напомни, когда ты им обзавелся? – удивлённо спросила Баффи, широко раскрыв глаза и невинно хлопая ресницами. Сучка. Тебе не удастся разозлить меня и заставить передумать. Сегодня я прижму тебя к стенке. - Может, отложим обмен любезностями и перейдем к делу? Баффи устало вздохнула. Ты должна сделать это ради них. - Так, что за игра?

***

- Правда или действие? Ты в своем уме? Это же игра для девственников, чтобы развести своих пьяных подружек на секс. Пока Баффи начинала закипать, Спайк оставался полным холодной решимости и спокойствия. - Успокойся, pet, мы не пьяны. А ты, насколько я знаю от Персика, уже давно не невинна… - Вампиру казалось, что она точно сейчас вонзит что-то деревянное ему меж ребер, но она почему-то молчала. - Тем более, секс с тобой, – парень театрально поморщился, - не думаю, что я настолько пал. Скотина. Бездушная, бессердечная скотина. Баффи хотелось столько всего ему сказать сейчас, а как чесались руки сломать ножку рядом стоящего стула и покончить с этим раз и навсегда, но она держалась, молча помня о своем долге и наблюдая за тем, что он будет делать дальше. В глубине души Баффи понимала, что он просто злит ее. Что ему просто хочется, чтобы она разозлилась, побила его и в процессе, возможно, ему бы удалось узнать все, что его интересует. И, да, так было бы намного проще. Не сегодня, гаденыш. Тем не менее, его слова ее задели. Какое он вообще имеет право упоминать Ангела и думать, что она могла бы с ним… Мысль о том, как можно проучить его, пришла быстрее, чем она сумела проанализировать последствия, к которым могут привести ее действия. - О, милый Спайки… - ее голос вдруг стал необычайно ласковым. Вампир настороженно уставился на нее, когда она медленно приподнялась и стала двигаться ближе к нему: - …выпей я хоть весь скотч в этом доме, а поверь мне, Джайлз не из тех, кто держит всего одну бутылочку про запас.. Вампир инстинктивно начал наклоняться на спинку дивана, пока Истребительница не оказалась сверху, проводя рукой по его футболке, играя пальцами с напряженными мышцами, все это время пристально смотря на него. -… будь я даже последней нимфоманкой, мечтающей только о том, чтобы постоянно трахаться… Она провела другой рукой по его джинсам, пройдя в опасной близости от привставшего члена. – …все что тебе бы когда-нибудь перепало… Она наклонилась и прошептала над самым ухом парня, вызывая дрожь по всему телу: - …это… Следующее действие не входило в план, но Баффи не удержалась и слегка лизнула прохладную мочку уха вампира. -… смотреть, как я трахаюсь с другими. Последний раз вдохнув его аромат, Баффи резко отстранилась, возвращаясь на свою сторону дивана. Она видела, как Спайк ошарашенно смотрит на нее, тяжело дыша, потом, с трудом, берет себя в руки и также возвращается в свое прежнее положение. Баффи ждала, пока он что-нибудь скажет, минуты шли мучительно долго. Пожалуйста, давай только не будем это обсуждать, я и сама не понимаю какого черта сделала это. - Что ж, видимо тогда мы можем начать игру, – наконец собравшись с мыслями, проговорил вампир. - Угу, – кивнула головой Баффи. - Итак, правда или действие? – просто начал вампир, желая как можно скорее отвлечься от приступных образов, терзающих его сознание с тех пор, как ее руки оказались на его теле. - Правда, - уверенно ответила девушка. - Ты еще что-то чувствуешь к Ангелу? Баффи совсем обескуражил этот вопрос. Она готовилась к: «Почему мы здесь? Кто на самом деле нас запер? Почему ты меня еще не убила?» и т.д. Конечно, во всех этих случаях ей пришлось бы врать, но цена за правду была слишком высока. Но к ответу на этот вопрос она никак не была готова, поэтому пришлось отвечать честно. - Что-то - да, - прямо ответила девушка. - Ты еще любишь его? - Эй, моя очередь задавать вопросы! – Баффи на секунду задумалась. – Коль мы заговорили об этом. Ты все еще любишь Друзиллу? - Почему тебя это интересует, luv? – спросил Спайк, самодовольно ухмыльнувшись. - Нельзя отвечать вопросом на вопрос, Спайк. Вампир обреченно выдохнул. - Думаю, что нет, не люблю. - Думаешь? – Баффи вопросительно вскинула брови. - Эй, передайте микрофон, леди, и ждите своей очереди. Девушка раздраженно выдохнула, затем обреченно кивнула. - К черту Персика. Тот парень, за которым ты увивалась, когда я… - Спайк замешкался. Какого черта я не могу произнести это? - В очередной раз пытался убить меня? – за него продолжила Истребительница. - Именно. У вас с ним что-то есть? - Нет. Мы расстались, – резко ответила девушка, но Спайк расслышал в голосе очевидно еще незажившую рану. - Мне жаль, – вырвалось у него быстрее, чем он смог подумать. Ну и нахуя? Баффи, к счастью, не стала комментировать его внезапное сопереживание. Ей захотелось быстрее покончить с этим: - Моя очередь. Спайк махнул рукой, мол «валяй». - Почему тебя так интересует моя личная жизнь? Вопрос поставил вампира в тупик, и он задумался: и правда, какого черта его это интересует? Спайку очень хотелось бы сказать, что интересуется просто для того, чтобы достать ее или позлить, но хотя бы с собой он всегда старался быть честным. А правда была в том, что причины этого внезапно возникшего интереса к Истребительнице он не знал. А главное, когда этот интерес появился? Может, когда он увидел ее плачущей рядом с тем окном и впервые пожалел, что они заперты в этом доме, не потому что очень хочется скорее покинуть его, а потому что он не может пойти и набить морду Ангелу за то, что тот стал причиной ее слез. Или может, когда он впервые попробовал ее кровь и понял, что после этого любая другая будет казаться ему пресной и безвкусной жидкостью. Или может быть, сегодня, когда один ее вид в пижаме заставил член тут же стоять так, будто перед ним оказались десять обнаженных амазонок. Честно сказать, он планировал задавать другие вопросы. Те, что действительно были важны и полезны для него. Почему же рот тогда, против его воли, старался узнать, о ком же грезит Истребительница? Точно не о тебе, идиот. - Я не знаю, – честно ответил блондин, потупив взор. - Эй, так не честно, это не ответ! – несколько минут Баффи с нетерпением и волнением ждала, что он скажет и это все, что он смеет выдать ей! - Слушай, это правда, ясно? Я правда не знаю, зачем спрашиваю это. Баффи чувствовала, что он не врет, но не могла смириться с поражением. - Хорошо, тогда действие. Спайк игриво улыбнулся: - Если хочешь увидеть меня голым, только… - Ты отведешь меня в лабораторию командос, – голос Истребительны звучал холодно и расчетливо. – Когда мы выйдем отсюда. И никаких уловок, Спайк! Дай слово. Баффи ожидала услышать очередную сальную шутку, но вместо этого вампир серьезно произнес, глядя ей прямо в глаза: - Я проведу тебя к командос. Когда мы выйдем отсюда. Даю слово. Баффи невольно поежилась от его честного пристального взгляда, почему-то захотелось чем-то укрыться. Она отвернулась. - Хорошо, теперь моя очередь, – победно заключил Спайк. Он хотел что-то спросить, но задержал взгляд на ее лице. Она выглядела слегка взволнованной, раскрасневшейся, вампир прислушался к ритму ее сердца: бьется быстрее, чем обычно. Он оставил свой взгляд на щеке, которой касался еще вчера, вспоминая, какая удивительно нежная у Истребительницы на ощупь кожа. Почему-то до чертиков захотелось повторить это прикосновение. Взгляд скользнул ниже к пухлым и выразительным губам. Баффи тут же инстинктивно слегка их облизнула. Спайк еле сдержался, чтобы не застонать. Интересно, какого это - поцеловать Истребительницу? Где-то на окраине своего затуманенного сознания вампир понимал, что это очень и очень плохо, но ее присутствие, такое близкое, такое, что протяни руку и вот она – горячая, живая сводили с ума, и он перестал слушать голос разума. Реши она распылить его здесь и сейчас, он бы с радостью согласился, лишь бы вот так смотреть на нее, лишь бы слушать ее дыхание, лишь бы вдыхать ее аромат. Вампир продолжил зрительную экскурсию по ее телу. Волосы уже высохли, она оправила их назад, открывая нежную шею. Спайк бы отдал сейчас все на свете, чтобы впиться в нее. Совсем не для укуса, нет, он бы лизал ее, нежно покусывая, а потом снова лизал, слегка втягивая нежную кожу, пока бы она выстанывала его имя. Взгляд, наконец, оторвался от шеи, двигаясь ниже, к небольшому вырезу на груди, когда вампир заметил, то, чего не замечал раньше, что и заставило его, наконец, задать свой вопрос: - Ты без белья, Истребительница? – хрипло проговорил вампир, выразительно рассматривая ее соски, выглядывающие из-под пижамы, хотя в комнате было совсем не холодно. - Что? – Баффи все это время находилась в каком-то оцепенении, она видела, как вампир выразительно разглядывает ее, но почему-то не могла найти в себе сил, чтобы остановить его. Конечно, до того как он задал свой дурацкий вопрос. - Кроме этих милых тапочек и пижамы на тебе больше ничего нет? – игриво протянул Спайк. Баффи, наконец, заметила, куда он смотрит, и, тут же, став пунцовой, прикрыла грудь рукой. - Я не собираюсь отвечать на подобные вопросы, ублюдок, – гневно прошипела она. - Что ж, luv, тогда, я полагаю, что ты выбираешь действие? – улыбка не сходила с уст вампира, что ужасно злило Баффи. Какого черта он такой довольный? - Да! – слишком быстро выпалила она, не успев толком раскинуть все за и против. - Хорошо. Дай мне укусить тебя. Баффи думала, что у нее сейчас отвиснет челюсть. - Что? Да как ты…. - от переполнявшего ее гнева воздуха стало предательски не хватать – Да как ты смеешь вообще просить о таком?! - О, pet, я тебя прошу, не строй из себя невинную овечку. Ты знаешь, что я не смогу всерьез навредить тебе. А также ты знаешь, что я по какой-то причине нужен тебе и если ты не хочешь сейчас же рассказать мне обо всем или – он вновь выразительно посмотрел на ее грудь – поведать мне о том, что же скрывается под твоей пижамой, пожалуй – он невинно развел руками – укус - меньшее из зол. Баффи старалась думать как можно быстрее, но затуманенный мозг, который почему-то думал лишь о том, что ей вновь очень хочется, как полчаса назад, также приблизиться к вампиру и вновь ощутить приятную прохладу его кожи, изучая руками каждый его мускул, каждый напряженный нерв, и также пройтись рукой по джинсам и наконец ощутить ладонью его возбуждение… - Хорошо, – пауза затянулась, и уже надо было что-то отвечать, поэтому Баффи ответила первое, что пришло на ум. Спайк не верил тому, что слышал. Он никак не ожидал, что Истребительница согласится. Кровавый ад, он даже мечтать о таком не мог! - А твой чип? – тихо спросила она, надеясь, что это спасет ее. - Молчит, если я не хочу причинить боль и если ты… - пришлось сглотнуть, прежде чем продолжить… - согласна. В конце концов, Баффи решила, что это действительно меньшее из зол, кровь ее он уже пробовал, убить он ее не сможет, да и это не будет первый раз, когда ее кусает вампир. Ей не нравился рой мыслей в голове, который стал кружиться от его близости, поэтому она надеялась, что это станет последним заданием их дурацкой игры, после которой она спокойно сможет пойти спать. - Хорошо, – она собрала волосы назад и наклонила голову, призывно открывая шею, чуть слышно прошептав, - я согласна. Вампир одурманенный ее согласием, стал медленно приближаться к ней. Он не хотел, чтобы она видела его в вампирском обличие. Поэтому сначала, нависая над ней, он приблизился к шее, глубоко вдыхая носом ее аромат. И только потом, поменяв облик, когда она закрыла глаза, неспеша прокусил ее нежную кожу. Спайк старался не торопиться, старался пить ее очень и очень медленно, но он чуть с ума не сошел, как только первая капля крови попала ему в рот. Потому что она была совершенно не такой, какую он пил утром. Это кровь взывала к нему, требовала еще, в ней была страсть, жажда, желание, похоть, поэтому, чем больше вампир пил, тем сильнее возбуждался и прижимался к Истребительнице. Он и сам не заметил, как она, сначала смирно лежащая, положила одну руку ему на затылок, еще сильнее притягивая к себе, а когда с ее губ сорвался первый вздох, и она о боже сама потерлась бедрами о его набухший член. Он вдруг оторвался от нее. Быстро поменяв облик, он, опершись руками о диван, чуть приподнялся глядя ей прямо в глаза. Он ожидал увидеть там все, что угодно: ненависть, гнев, отвращение, но вместо этого там плескался такой огонь разожжённой им страсти. Вампир подумал, что если она не перестанет на него так смотреть, он трахнет ее прямо здесь и сейчас, едва успев разорвать шелковую ткань. Затем его взгляд опустился на шею, рассматривая следы недавнего укуса. Кровь еще немного бежала, но уже начинала останавливаться. Почему-то нестерпимо захотелось залечить ее рану, извиниться за то, что причинил ей боль, пообещать, что больше никогда он не посмеет сделать ничего подобного. Но Спайк лишь опустил голову, медленно приходясь языком по недавнему укусу, слизывая последние капли крови. Зачем, когда он понял, что кровь уже не идет, он продолжил исследовать языком изгибы ее шеи, слегка покусывая нежную кожу. Баффи не понимала, что они делают. Вообще понимание происходящего покинуло ее, когда Спайк начал кусать ее. Сначала она вся сжалась от резкой боли, но когда его сильные руки нежно обвили ее тело, а помимо острых зубов она стала ощущать движение губ и языка на своей коже, боль сменилась волной расслабления, а затем и нарастающего возбуждения. Она чувствовала закручивающийся тугой узел внизу живота с каждым новым его глотком. Несмотря на то, что он прижимался к ней всем телом, ей почему-то хотелось быть еще ближе, поэтому она не сдержалась и притянула его голову к себе, зарываясь пальцами в обесцвеченные пряди. Она почувствовала его возбуждение практически сразу, и так предательски захотелось ощутить его, взять его в руки и медленно водить вверх-вниз, доводя до исступления, а потом ввести в себя и…Баффи сама не заметила, как потерлась бедрами о его член, желая воплотить свои мысли в реальность. А затем он остановился. И Истребительница чуть обиженно не хмыкнула от этого. Она боялась, что он сейчас отстранится, скажет, что получил от нее все, что хотел, и где-то в глубине души она думала, что так было бы правильней… Когда он вновь потянулся к ее шее, Баффи думала, что ее ожидает очередной укус. Но вместо этого она ощутила новую волну жаркого возбуждения, когда почувствовала, как вампир выводит невидимые узоры языком и губами на ее коже. - Хочешь, чтобы я вонзил в тебя не только клыки, Истребительница? Баффи в ужасе распахнула глаза и оттолкнула его с такой силой, что Спайк перелетел через диван, врезавшись в несущую стенку. Девушка тут же соскочила, начав оттягивать сбившуюся одежду. - Не смей. Даже. Думать. Ни о чем. Подобном. Ты понял? – гневно отчеканила она, сверля его взглядом. Все еще сидя на полу, Спайк покрутил головой, проверяя, насколько сильно он ударился и не сломал ли чего. Боль в голове казалась не такой сильной, как боль в паху от неснятого напряжения. - О чем, luv? О том, что ты хочешь меня? – спросил Спайк, самодовольно ухмыльнувшись и поднимаясь на ноги. Баффи готова была поклясться, будь рядом кол – она бы распылила его в ту же секунду. - Еще одно слово, Спайк, и я, клянусь Богом, я… - угрожающе начала она, когда он вновь стал приближаться к ней. - И ты что? Убьешь меня? Смени пластинку, pet, эту мы уже слышали, – в тон ей ответил вампир, продолжая подходить все ближе и ближе. – Да и что здесь такого? Двое привлекательных, свободных…мммм…. – Спайк наконец подошел достаточно близко, и провел рукой по волосам, пальцем играя с ее локоном - …друзей. - Мы не друзья, Спайк – сказала Баффи, выдыхая, когда рука вампира оставила ее волосы, начала нежно поглаживать щеку. - Верно – спокойно ответил Спайк, скользя тыльной стороной ладони по ее щеке, опускаясь к губам и проводя по ним большим пальцем, раскрывая их - …хочешь, чтобы мы стали любовниками? Вампир смотрел на нее и не понимал, сколько еще сможет продержаться, прежде чем наброситься на нее. - Нет, – чуть слышно прошептала Баффи, когда он начал наклоняться к ней. - Что ж, – выдохнул он ей почти в самые губы. – Я тоже. С этими словами он накрыл ее губы своими, нежно раскрывая их своим языком. Истребительница не сразу ответила на его поцелуй, но когда она почувствовала уверенное движение его языка у себя во рту, сил сопротивляться уже не было. И она с силой притянула вампира к себе. Спайк в ответ крепко прижал ее к себе, чуть приподнимая за бедра. Она тут обхватила его талию ногами, запрыгивая на него и становясь еще ближе. Он слегка потерся о ее живот возбужденном членом. Смотри, Истребительница, чувствуй, что ты делаешь со мной. Баффи не смогла сдержать стон, почувствовав его. Ее руки беспорядочно блуждали по спине вампира, стараясь стянуть с него футболку, наконец, когда он на миг оторвался от ее губ, ей это удалось. Девушка не сразу притянула его обратно, давая себе возможность рассмотреть рельеф его мышц, она прошлась руками по крепким плечам, остановилась на мускулистой груди, слегка задевая пальцами соски, вызывая его глухой стон. Она победно улыбнулась, продолжая экскурсию по его телу, спускаясь к напряжённому прессу, чтобы завершить путешествие на… - Подожди, милая, не так быстро, – выдохнул Спайк ей куда-то в шею и перехватывая ее руки, заводя их куда-то наверх. Он медленно начал покрывать короткими поцелуями шею и лицо, доводя ее до исступления, одновременно с этим сделав пару резких шагов, впечатывая ее о, как он и мечтал в ближайшую стену. Когда она застонала, оказавшись прижатой, и начала призывно покачивать бедрами, скользя по его члену, сквозь разделяющую их ткань, он чуть не послал свою выдержку к чертям. Но ее было мало, так невероятно мало, что он уже стал ненавидеть разделяющую их пижаму. Он вернулся к ее губам, а руки в это время стали быстро расстегивать пуговицы на рубашке. Вообще сначала он хотел просто порвать их, но ему так не хотелось выдать свое нетерпение, так не хотелось, чтобы Истребительница поняла, догадалась, как сильно и невероятно он хочет ее. Когда с пуговицами было покончено, он, наконец, раскрыл отвороты пижамы, оголяя грудь. Вампир не мог лишить себя такого зрелища, поэтому он не торопясь оторвался от нее, нежно проводя сначала одной, а потом и обеими руками по ее обнаженной груди. Баффи замерла, когда почувствовала, как ее оголенной кожи коснулась сначала прохлада комнаты, а затем и рука Спайка. Его лицо, изучающее ее грудь, казалось такими сосредоточенным, таким серьезным, будто впервые видело обнаженную женщину. Баффи невольно улыбнулась этой мысли. Ей нравилось, как он смотрит на нее, нравилось, как касается. Будто боясь, что она исчезнет, вдруг раствориться из его рук. Когда губы вампира захватили ее сосок, последние мысли вылетели из ее головы, и она полностью отдалась инстинктам. Спайку нравилось, как она стонет, приглушенно, сдержанно, скромно. Что ж, Истребительница, я заставлю тебя покричать. Баффи думала, что у нее полетят искры из глаз, когда парень впервые чуть прикусил ее сосок. С ее губ тут же сорвался такой яркий стон, что девушке стало даже неловко за него. Вампир тут же оторвался и, продолжая пальцем рисовать узоры на влажном соске, выдохнул: - Моя девочка… С этими словами с ее губ сорвался новый стон, когда его пальцы чуть зажали, а затем отпустили чувствительный бугорок, слегка царапая его ногтем. Ладонь Баффи тем временем опустилась ниже, к его ширинке, и легла на солидную выпуклость его штанов. Громкий стон, больше похожий на рык, вырвался из него, когда она сквозь ткань попыталась обхватить весь его ствол, затем двинулась вверх по основанию, чуть задевая головку. Понимая, что если она сейчас же не прекратит, он кончит через минуту, он опустил ее ноги, стягивая пижамные штаны вместе с трусиками. Она же в этот момент расстегивала его ремень и ширинку, намереваясь избавиться от джинс. Когда с нижними частями одежды было покончено, Баффи ожидала, что он тут же войдет в нее, но вампир почему-то медлил. Он вновь нашел ее губы, с силой притягивая ее к себе, его пальцы в этот момент прошлись по ее, уже такому влажному и готовому к нему естеству, слегка задевая клитор. Баффи толкнулась бедрами навстречу, прося, почти умоляя, чтобы он закончил эту сладкую пытку и вошел в нее. - Скажи мне, luv, – вампир оторвался от нее, и прошептал на ушко, прежде чем вновь начал покрывать поцелуями шею и грудь, – скажи мне, чего ты хочешь? Один палец вошел в нее, начиная свое медленное и мучительное движение, растягивая ее. Даже если бы хотела, Баффи вряд ли бы смогла сейчас что-то сказать, изо рта вырывалось только что-то нечленораздельное. - Милая, я жду…. - выжидающе проговорил вампир, вводя в нее второй палец. - О господи, Спайк, – она распахнула глаза смотря прямо на него, не прекращая медленно покачиваться на его руке, чувствуя как его возбужденный член скользит по ее бедрам. – Я хочу тебя. Пожалуйста, я так хочу тебя. В эту же секунду, понимая, что не сможет держаться больше ни минуты, он приподнял ее за бедра и тут же резко вошел в нее до самого основания. В ней было так влажно, жарко и охренительно узко, что вампиру понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и не кончить тут же. - Кровавый ад, Баффи, ты такая… Он не смог продолжить, потому что она начала медленно насаживаться на него, вырывая из его груди громкий стон. Он перехватил инициативу на себя, крепко сжав руками ее ягодицы, заставляя ее остановиться. Он посмотрел на нее, в глазах читалось лишь огромное желание и мольба. Пожалуйста, ни за что не останавливайся. И Спайк послушался. Он вновь начал медленно входить и выходить в нее, постепенно наращивая темп, врываясь в нее все глубже и глубже. Понимая, что сейчас кончит, он вновь опустился к ее груди, мучая оба соска языком, губами, пальцами, пока не почувствовал, как ее стенки начинают сильно сжиматься вокруг него. И Спайк тоже перестал себя сдерживать, в последний раз резко толкнувшись в нее, он излился сильнейшей волной оргазма. Волны приятной эйфории еще растекались по телу, когда он осторожно опустил ее ноги. Затуманенный разум абсолютно отказывался анализировать происходящее. Мы в полном дерьме Пронеслось в голове у обоих, когда они, наконец, отдышавшись, посмотрели друг другу в глаза.