Иллюзии

Энакин, который сидел в защитной капсуле, защищающая его от чужих глаз и лишнего внимания, смотрел на звёздное небо. Пусть оно было искусственным, созданное компьютером, но бывший джедай все равно мог найти в нем утешение и желанную свободу. Дарт Вейдер взял вверх над ним, а следом за ним Энакин погрузился во мрак, холодный и давящий, до изнеможения пугающий, а костюм лишь усиливал эффект. Скайуокер слишком многое потерял: Падме, свою ученицу Асоку, верного друга Оби-Вана, своих ещё нерождённых, как он думал, детей. Энакин думал, что сможет все изменить, если дать тёмной стороне силы власть, но она лишь приблизила боль и печальный конец. Кожа была покрыта засохшими ранами, а глаза горели алым пламенем. Но было в этих глазах не только отчаяние, но и желание избавиться от оков, которыми джедай сам связал себя. А что, если бы он не повёлся на ложь императора? В голове сразу же появилась картина иного, светлого будущего: они с Падме воспитывали бы ребёнка на Набу, как того она и хотела, а Асока и Оби-Ван навещали бы их, играли с младшим Скайуокером. Они проводили бы уютные вечера за смешными историями, вскользь вспоминая страшную войну. Галактика не погрузилась бы во мрак Империи, не стала бы обителем злобы и ненависти. — «Имею ли я права желать о другой жизни? Мог ли я стать наконец то свободным от собственных оков?» По щеке прокатилась слеза. Энакин — мальчик, который был рабом, юноша, который потерял мать, мужчина, который разочаровался в мире и в самом себе, дав тьме власть над собственной душой. Но там, в глубине, теплился свет. Тот, в который верили все, кто знал Энакина. И пока живы те, кто верит, Скайуокер никогда не будет на стороне зла…