Мгновение против вечного

Келус не выбирал свою профессию. Быть охотником за стеллароном было интересно, и он ничего против такой работы не имел. Каждая миссия — возможность узнать что-то новое, познакомиться с интересными людьми, ну и хорошенько дать кому-нибудь по морде. Правда, с коллегами приходится синхронизироваться и находить общий язык, что Келусу не всегда удаëтся… Он сидит на лавке в углу, как нахохлившийся воробей, и искоса глядит на высокого широкоплечего мужчину, что навис над ним ястребом. По сравнению с этим охотником, Келус едва ли похож на того, кто мог бы представлять какую-то опасность. Конечно, когда рядом с тобой стоит шкаф с убийственным выражением лица и глазами цвета кровавого зарева, тут волей-неволей на задний план отойдëшь. Келус ловит на себе раздражëнный взгляд и опасливо прижимает к себе замотанную бинтами руку так, будто опасается, что Блэйд может еë прям на месте оттяпать. А он бы с радостью, судя по настроению. Рука сильно болит, но сравнению с тем, какую гамму эмоций Келус видит в глазах Блэйда, это просто мелочи. — Зачем ты туда полез? На этот вопрос Келус ничего не отвечает, хоть и знает ответ. Оправдываться перед охотником он не хочет. Молчание принимается как признание собственной вины, но Блэйд продолжает смотреть так, будто хочет дыру прожечь. — Ты в итоге и мне не помог, и сам ранение получил, — он продолжает свою суровую тираду. Келус искренне не понимает, с чего охотник так раскочегарился: обычно Блэйд равнодушно относится к косякам коллег, если они случаются… Мда, раз в год и палка стреляет. Келус не считает, что его провинность заслуживает особого внимания, но тот факт, что ему ненароком удалось развести одного из самых опасных членов организации на эмоции, немного приободряет. Оказывается, разозлить Блэйда — задача не такая уж и невыполнимая. Чувствует ли Келус себя виноватым за это? Сложно сказать. Скорее нет. — Не будь с ним так строг, Блэйди, — шелестит Кафка и мягко проводит ладонью по плечу, будто это может в мгновение смахнуть весь негатив, как назойливую муху. — Он ведь ещë учится. Блэйд грозно молчит, ничего не добавляет. Посчитав, что долгая словесная расправа отменяется, Келус встаëт и под пронзительным взглядом уходит в свою комнату на космическом корабле: отдыхать после миссии. Он запирает дверь и с размаху садится на кровать, опуская раненую руку так, чтобы она не болела так сильно. Келуса ранили чудовища фрагментума. Он неверно рассчитал силы. Такое случается, куда деться… Келус невесомо касается пальцем бинта там, где он пропитался кровью, и уходит в раздумья. И вдруг кое-что вспоминает. Келус шарит рукой по поясу и с досадой вздыхает. Часы на цепочке пропали. И всë бы ничего, он бы мог без проблем купить новые, вот только те часы ему подарила Кафка. Наверняка потерял в битве и не заметил. Что ж. Ещё один бонус в копилку этого замечательного дня. Размышления обрывает настойчивый стук в дверь. Келус неохотно поднимается с кровати. Тело так и просит завалиться обратно, да провалиться в дрëму на пару часиков. Келус открывает дверь, но Блэйд в проходе будто не сулит ничего хорошего. Первая мысль, проскользнувшая в голове, — сейчас гость продолжит незаконченную нотацию, мол, ты куда собрался, я не договорил. На удивление, Блэйд приходит вовсе не для этого. Он лишь протягивает руку. На ладони лежат круглые часы на цепочке с золотистой крышкой. — Ты обронил их в драке, — коротко говорит Блэйд, но уже без следов раздражения. Келус рад, что часы нашлись, да ещë и так быстро. И практически нисколько этого не скрывает. Его взгляд задерживается на длинных пальцах, которые осторожно сомкнулись на поцарапанном корпусе часов. Келус забирает часы и кладëт на тумбочку. Позже он прицепит их обратно. — Спасибо, — Келус едва заметно улыбается и кивает, на что Блэйд усмехается в ответ. Он уходит не сразу, какое-то время смотрит на парня, будто чего-то от него ждëт, а потом резко разворачивается, спохватившись чего-то. — Ладно, я пойду. — Постой. Блэйд не успевает и шага сделать. Негромкий голос заставляет его остановиться. Келус понимает, что должен кое-что сказать охотнику. Желание хоть как-то выплеснуть эмоции через слова жжëт грудную клетку изнутри. — Прости. Я… Не должен был тогда путаться у тебя под ногами, — он проводит ладонью по затылку и слышит тихий вздох. — Я немного вышел из себя не из-за этого, — Блэйд качает головой. — Я всë ещë не услышал ответа на свой вопрос. Зачем ты полез в то полчище монстров фрагментума? В мыслях роится настойчивое желание. Бьющееся чаще обычного сердце до безумного жара требует выпалить правду. — Тебя ранили, хотя ты мог этого избежать. Ещё повезло, что ты легко отделался. Думаешь, организации будет в радость потерять исполнителя? График выполнения работы… — Да потому что я волновался за тебя! Келус резко замолкает, будто сказал то, что не следовало бы говорить. Он шумно выдыхает, пытаясь справиться с эмоциями. — Тебя окружили чудовища. И что мне в моëм положении надо было делать? Стоять в стороне и ждать, пока они тебя раздербанят? — уже тише спрашивает и хмурится. — Я бессмертен. Они бы мне ничего не сделали, — Блэйд скрещивает руки. — А тебя можно не только ранить, но и убить. Келус криво усмехается. Бессмысленно… Его беспокойства бессмысленны. Что ж. Это, очевидно, правда. Блэйд бессмертен. Что ж за него волноваться… — Я говорю это не от лица интересов организации, — строго замечает Блэйд и, немного погодя, добавляет: — Я тебе говорю это как товарищ товарищу. Именно за эти слова Келус и цепляется. Пытливо смотрит прямо в глаза Блэйда, пытаясь понять, что у него на уме, а тот лишь кивает, причëм с довольно серьëзным видом. Нет, Блэйд практически всегда серьëзен. Но в этот раз… Особенно. — Я очень надеюсь, что ты меня понял, — Блэйд наклоняется и почти шепчет, будто не желая, чтобы его услышал кто-то ещё. Келус не пытается уйти, как-то увеличить дистанцию, но замирает на секунды. Он ловит на себе изучающий взгляд, и с некоторым вызовом смотрит в ответ, пытаясь скрыть своë замешательство. Между ними растёт напряжение, как никогда ощущается разница в росте. Келус чувствует, как у него подскакивает пульс, ему становится жарко, а вот коллега, похоже, даже в лице ничуть не изменился. — Если будешь и дальше косячить похожим образом, в твою сторону будут применены санкции. — Санкции? — Проще говоря, накажу тебя. Келус не сдерживается, уголок губ дëргается, выдавая неоднозначный ход мыслей, а Блэйд в ответ щурится, мол, что это за ухмылка на твоëм лице? Несмотря на неудачное выражение, близость эта мимолëтная. Блэйд с неохотой отстраняется и уходит, оставляет Келуса. Парень хочет поймать Блэйда за руку, заставить объясниться за свои провокационные действия, но тот ускользает прежде, чем Келус решается сказать что-то ещё. Это немного раздражает. Есть ощущение, что между ними всë не так просто, как кажется. Келус берëт часы в руки и потирает большим пальцем крышку, не понимая, почему Блэйд так себя ведëт. Вроде как и пытается держаться поближе, а когда подходит слишком близко, до пролетевшей перед глазами искры, он сам отстраняется. Да, Келуса и Блэйда связывают рабочие отношения, им приходится порой работать вместе, но видно, что старший охотник хочет чего-то большего, однако по какой-то причине на это не решается. Или просто дразнит. Во время совместной миссии на Сяньчжоу Келус надеется немного прояснить ситуацию. Пытается спровоцировать напарника на диалог, пока они возвращаются в гостиницу. Келус так увлечëнно болтает, что случайно спотыкается. — Осторожно, не улети. А то мне не хватало тебя по частям собирать, — беззлобно ворчит Блэйд, заворачивая в переулок. — Кто бы говорил. Кого тут ещё чаще по частям собирают, — парирует Келус. — Ух, когда-нибудь ты у меня договоришься. — Кстати, хотел тебя спросить. Не хочешь поиграть во что-нибудь, когда будет свободное время? Блэйд по привычке хочет выпалить своë классическое оправдание, но потом вспоминает, что ему предложение делает не Серебряный волк. — Хмм… Возможно. — О, круто, — Келус улыбается: возможно — это уже прогресс. — У тебя есть какие-нибудь предпочтения? — Мне без разницы… В процессе разговора Блэйд морщится, но причиной этому вовсе не вопрос Келуса. — С тобой всë хорошо? — тихо спрашивает он, на что Блэйд сначала поджимает губы и отмахивается, но по взгляду и пальцам, сжавшимся до следов от ногтей на ладонях, видно, что его мучает резкая головная боль. Келус знает про недуг Блэйда. И во всех бедах подозревает именно его. На всякий случай он отправляет сообщение Кафке, предупреждая о самочувствии Блэйда. Лучше перебдеть, чем недобдеть, особенно с учëтом того, насколько мара опасна. Знакомые до боли улицы лишь усугубляют ситуацию. — Пойдëм. Облачная переправа, конечно, не самое многолюдное место, но нас тут облачные рыцари могут накрыть, рядом патруль, — Келус пытается осторожно вернуть Блэйда в реальность. Охотник решительно поднимает голову и прибавляет шаг. Вдруг Блэйд останавливается и опирается об грузовой ящик, немного ссутулившись. Он медленно и глубоко дышит, смотрит куда-то в землю. Келус начинает не на шутку волноваться. В один миг Блэйд дрогнувшей рукой пытается оттолкнуть Келуса от себя. — Отойди. Прошу. Келус не возражает и немного отходит, чтобы не раздражать своей суетой или не мешать, а сам пытается поторопить наставницу, отправляя новое сообщение. — Главное: дождись Кафку, — отчëтливо говорит он, пряча телефон. — Я не шучу, Келус. Сейчас же отойди подальше… — шипит Блэйд и пытается не смотреть на напарника, вцепляется рукой в холодный металл. Его тело пробирает дрожь. Договорить Блэйд уже не в состоянии. Келус следит, чтобы их никто не обнаружил. Поблизости ни души, но осторожность не помешает. Однако удар приходит оттуда, откуда он совсем не ждëт. Келус, едва понимающий, что происходит, отскакивает назад, выхватывает биту и чудом успевает отразить клинок, что секунду назад грозился перерезать ему шею. Плечо пронзает резкая боль, но Келус не изменяется в лице, его мысли заняты совершенно иным. Перед ним стоит Блэйд. С окровавленным мечом в руках. Взгляд у того… Мутный. Будто пустой. Келус думал, что самый страшный взгляд у Блэйда бывает, когда он злится. Когда он разгорается, как лесное пожарище. Но подëрнутые пеленой тумана глаза кажутся теперь куда страшнее. Блэйд какое-то время стоит неподвижно, как каменная статуя. Келус замирает, надеется, что всë обойдëтся, и напарник придëт в себя. Но чуда не происходит. Блэйд смертоносной тенью срывается с места, взмахивая мечом. Свист клинка тихий, но сейчас для Келуса это предвестник смерти, как и звериное рычание, что доносится из дрожащего горла. — Блэйд, успокойся! Это же я! Повышенный голос не заставляет Блэйда протрезветь. Келус собирает силы в руку — и по бите проскальзывают десятки искр. Сражаться таким оружием против меча сложно. Единственное, что спасает Келуса от дождя ударов — физическая сила, вертлявость и то, что он знает, на что способен Блэйд и как он сражается. Но драться против Блэйда… Тяжело. Морально. Келус не хочет причинить ему ещё больше боли. А вот поражëнный марой Блэйд не думает ни о чëм. Бой не продолжается долго. Келус открывается, и Блэйд делает подсечку, из-за чего парень теряет равновесие и напрягает мышцы, готовясь к атаке. Удар кулаком приходится в грудь. Он нанесëн вслепую, но изнутри что-то жжëтся и разрывается. Келус невольно сгибается от боли, и его хватают за грудки и бьют об пол. Келус пытается вдохнуть, но не может. Накрывает паника. Одежда на плече пропиталась кровью из-за глубокой раны. Он вытаращенными глазами смотрит на то, как Блэйд сжимает в руках меч, с противным скрипом ведëт лезвием по металлу. Но даже голоса подать не получается, внутри всë холодеет. Келус старается восстановить дыхание, грудь ходит ходуном, и он, чувствуя стальную хватку цепких пальцев на собственной шее, из последних сил давит из себя: — Блэйд, хватит. Но Блэйд не останавливается. Он сжимает ладонь, сдавливая шею, и замахивается мечом. А взгляд… Всë ещë мутен. Келус извивается, хватается за руку Блэйда и трясëт еë, почти в отчаянии произнося его имя. — Блэйд! Это же я! Едва ли мускул дрогнул на лице Блэйда. Келус вжимается в асфальт, не сводит взгляда с поражëнного марой, шум в ушах оглушает, пальцы покалывает. Впервые, наверное, за всю свою недолгую жизнь Келус, не испугавшийся ни единого монстра, ловит себя на мысли, что чувствует… Страх. Когда ближний в безумии заносит меч, направленный в сердце. — Б-блэйд! Слышь, ты меня убить хочешь? Ты обалдел?! Келус кричит. Вдавливает ногти в кожу, пытается пнуть. Тянется рукой, чтобы ударить по лицу. Лишь бы хоть как-нибудь заставить напарника очнуться. Вдруг Блэйд замирает, отстранëнно глядя вдаль. Взгляд немного проясняется, и Блэйд в последний момент дëргает рукой. Меч пролетает в сантиметре от Келуса, не оставив на нëм и царапины. Блэйд разжимает пальцы и роняет клинок. Он смотрит прямо в золотые глаза. Потемневшие и напуганные до смерти. Блэйда как холодной водой окатило. — Эоны, Келус… Нет… — он отшатывается. Заносит руку, будто для удара. Келус рефлекторно ставит блок, но Блэйд хватает клинок и отбрасывает далеко в сторону. Келусу уже не до моральных дилемм — бить напарника или нет. Он пользуется замешательством, наносит мощный удар в грудь, сбрасывая Блэйда с себя, и вскакивает на ноги, сразу же хватаясь за оружие. Охотник не успевает ничего больше предпринять. Внезапно он замирает, не смея двинуться с места. — Послушай… Тихий нежный голос парализует, запрещает даже пошевелиться. Келус рвано выдыхает, будто не веря, что всë обошлось. Не сразу он понимает, как у него подрагивают и подкашиваются ноги, а рана на плече продолжает кровоточить. Сердце мечется в грудной клетке как бешеное. Келус косится на Кафку и наконец-то опускает руки, понимая, что опасность миновала. Шëпот духа успокаивает Блэйда, прячет опасную болезнь обратно за решётку разума. Кафка плетëт сеть, укрепляет еë, не позволяя маре вырваться снова. Блэйд быстро приходит в себя. Но едва ли помнит, что сделал в приступе. Оттого его застаëт врасплох вид Келуса. Тот весь потрëпанный, волосы дыбом, одежда испачкана, а на плече расползается пятно крови. — Откуда это у тебя? — Твоя работа, — без прикрас отвечает Келус и показывает на меч. Блэйд косится и хмурится, замечая, что лезвие у клинка действительно в крови. — Блэйди, что-то в этот раз ты чересчур разошëлся, — замечает Кафка с лëгким прищуром. Похоже, она ничуть не удивлена случившемуся. Охотник представляет, насколько Келус может быть на него зол. Блэйд подходит чуть ближе и осторожно тянется к нему руками, отодвигая ворот куртки, что закрывает рану. Ткань футболки распорота, мокрая от крови. В глубоком порезе Блэйд видит повреждëнные мышцы, а если присмотреться ещё внимательнее, то кажется, будто внутри что-то пульсирует. Войди клинок поглубже — повредил бы артерию. — Я мог убить тебя… — Ну… Мог бы, да, — Келус выгибает брови. — Извини. Коротко и ëмко. Блэйд касается здорового плеча, но вопреки ожиданиям, Келус не отшатывается. — Бывает. Я сам виноват, — он качает головой. — Надо было быть внимательнее. Блэйд не знает, что ещё сказать. Келус тоже молчит. В итоге тишину нарушает Кафка: — Мальчики, пойдëм? Нам тут делать всë равно больше нечего. — Угу. Исчезают охотники быстро. По приходе Блэйд утаскивает парня в свой номер, чтобы обработать рану. Келус не отказывается от помощи, понимая, что самостоятельно разобраться с плечом будет сложновато, и, сев на кровать, осторожно стягивает с себя куртку и футболку, оставаясь обнажённым по пояс. Блэйд приходит с антисептиками, бинтами и инструментами, чтобы зашить рану. В номере опять повисает тишина. Блэйд чистит порез, извлекает оттуда обрывки ткани. Быстро, но бережно. Келус пытается подобрать слова, лишь бы не молчать. — Блэйд… Имя звучит тихо. Блэйд переводит взгляд и не без удивления слышит вопрос: — Может быть… Потом как-нибудь поиграем вместе? — предлагает Келус, сжимая пальцы. — Я всë ещë не отказался бы от раунда. Блэйд усмехается. — Я напал на тебя, а ты всë равно делаешь вид, будто ничего не случилось? — Но ты ведь сделал это неспециально. Как же я могу винить тебя в том, что ты болеешь марой? Слушай… Давай закроем этот вопрос. Что случилось, то случилось. — Нет. Нам нужно кое-что обсудить. Келус выразительно выгибает брови. Почему-то кажется, что этот разговор ему совсем не понравится… — Ладно. Давай. Что ты хотел мне сказать. — Тебе следует держаться от меня подальше. То, что произошло сегодня, не должно повториться. Примерно такой фразы Келус и ожидал. В ответ он лишь хмурится. — Нам просто не повезло оказаться не в том месте, не в то время. Ранее ты так не срывался. Наверняка виной этому Сяньчжоу и люди, которых ты повстречал тут. — Но я могу сорваться снова. И что ты будешь делать? — Блэйд прикладывает руку к щеке и тянется пальцами к виску, наклонившись ещё ближе. Ведëт ладонью вниз, до самой шеи и чуть сжимает, напоминая о произошедшем. Келус невольно начинает нервничать, но быстро берëт себя в руки и решительно выпаливает: — Тогда я сделаю всë, чтобы дать тебе достойный отпор, — он хватает Блэйда за руку, отцепляя еë от своей шеи. — Ты бессмертен, но не всемогущ. Тебя можно победить. Я знаю это. — Что ж. Очевидно, тебе удалось сдержать мой натиск до прихода Кафки, — не отрицает Блэйд, накладывая швы. — Но в следующий раз тебе так не повезëт… — В следующий раз я буду готов получше. Келус смотрит на него так, будто хочет просверлить дырку насквозь. — Я буду сражаться лучше, — повторяет он, отчеканивая каждое слово. — Тренироваться ещё больше. Но я не отступлю, просто потому что один раз получил по морде, — он щурится. Блэйд прикрывает глаза и цепляет за подбородок, выдыхая в губы. Келус воспринимает это как очередную провокацию и оттого даже бровью не ведëт. — Получишь второй раз — тоже не успокоишься, да? — Второго раза я не допущу. Услышав такое заявление, Блэйд решает не продолжать свои попытки переубедить упрямого парня, мол, ладно, молодой ещë, потом обязательно до него дойдёт, никуда не денется. Он с усталым вздохом бодает его лбом в висок. Келус не успевает толком сообразить, что произошло, как охотник отстраняется и невозмутимо возвращается к работе под ошалелый взгляд, мол, а вот сейчас я точно потребую объяснений. Хотя какие объяснения… Всë итак ясно. Келус не избегает опасностей, а бежит им навстречу. И порой даже сам себе усложняет жизнь. Блэйд понимает, что рано или поздно эта черта до добра не доведëт молодого разрушителя, но такая воля не оставила его равнодушным. Но Блэйд не отходит от своего решения. Он старается свести контакты к минимуму. После завершения миссий почти сразу находит повод, чтобы слинять по делам, и становится ещё более немногословным. Из него и раньше непросто было слово вытянуть. Это расстраивает Келуса. А недовольный енот — настырный и ещё более наглый. Кафка замечает неладное. Блэйд избегает Келуса, и последнего уже не столько это расстраивает, сколько бесит. Блэйд не в первые получает вызов на поединок. И он не отказывается. На тренировочном полигоне Келус встаëт напротив своего соперника, взмахивая битой. Невольно любуется безупречной стойкой: Блэйд стоит прямо, гордо расправив плечи и отведя вытянутую руку с клинком назад. В гробовой тишине раздаëтся негромкий хлопок, и Блэйд нападает первым. Заточенное лезвие не достигает своей цели. Взмах за взмахом, выпад за выпадом, но Келус уверенно уворачивается от ударов, будто знает каждый из них наперёд. Раздаётся звон, и бита всë-таки сталкивается с клинком, но это не отражение, а полноценная атака. Сила Келуса огромна, и по руке мечника проходит дрожь. Парень пихает Блэйда ногой, пытаясь вывести из равновесия, за что получает ответную попытку сделать подсечку. Эти танцы вокруг да около продолжаются достаточно долго, но до тех пор, пока Блэйду не удаëтся застать врасплох ложным выпадом. Келус пытается защититься от атаки, но ему в ответ подло прилетает другая, чуть ли не в лоб. А за ней и следующая. Кулаком Блэйд припечатывает к стене так, что, кажется, ещё чуть-чуть, — треснет. Предплечьем зажимает горло и наваливается всем весом, не давая выкарабкаться из западни. Пользуясь моментом, ловко заходит за спину и обхватывает тяжëлыми руками парня, что уступает по телосложению. И ростом ниже, и плечи уже. Келус весь в холодном поту, чувствует, что дышать всë труднее, а ладонь, укрытая жëсткой перчаткой, ласково зажимает ему рот. Блэйд сдавливает грудную клетку и шею, как тихий убийца, затащивший жертву в безлюдный переулок. В глазах темнеет, Келус слабеет и обмякает в руках, не в состоянии больше сопротивляться. Блэйд ослабляет хватку, посчитав, что победа уже в его руках. Но всë это лишь блëф. Келус, почувствовав, что враг ослабил бдительность, от души бьëт локтями в живот, наступает на ноги и пытается сделать подсечку, рвëтся со всей силы. Блэйд сначала шипит от боли, но потом срывается на угрожающее рычание. Руки у Келуса едва заметно искрятся, воздух трещит, и ему всë-таки удаëтся оттолкнуть соперника. Он тут же хватает биту и бьëт с разворота, на что Блэйд незамедлительно отвечает пируэтом и взмахом клинка. Царапина на щеке нисколько не останавливает раззадорившегося Келуса, а вот в следующий раз лезвие опасно проскальзывает около плеча. Того же самого, куда его ранили полгода назад. Блэйд сражается так, как если бы хотел убить. Но кровь и азарт не туманят его разум. Когда лезвие в ударе грозится поранить шею, Блэйд останавливается. Келус отскакивает назад, но им обоим уже и так понятно: по-хорошему, это можно засчитать за поражение. Келус наконец-то может позволить себе нормально отдышаться. Он опускает оружие и с наигранным грозным видом смотрит на соперника, будто так и хочет сказать: я ещë возьму реванш. Не без довольной ухмылки Блэйд прячет клинок. Он всë больше убеждается в том, что Келус слов на ветер не бросает. Всë равно собирается уйти, но Келус, ещё недавно радовавшийся своему прогрессу, бросает в спину разочарованный взгляд. — Блэйд… Ты куда? — Поединок закончился. Мне надо идти. Келус снова бесится. Он поджимает губы. — … Ладно. Как угодно. Если захочешь поговорить или у тебя будет свободное время, ты знаешь, где меня найти, — резко бросает Келус и уходит прочь с полигона. Блэйд останавливается, услышав скользнувшую у того в голосе столь редкую (оттого кажущейся нереальной) обиду. Келус старается. Очень сильно. Но не получает никакой заметной отдачи от того, ради кого это делает. Блэйд глубоко вздыхает, вспоминая золотые глаза, полные тепла. Взгляд, что из раза в раз встречает с надеждой, что хоть что-то в их отношениях изменится. Блэйду сама не в радость такая ситуация. Почти тысяча лет за плечами требуют проявить сдержанность. Но в этот раз Блэйд решает поступить иначе. Он встречается с Кафкой. У него есть вопрос, ответ на который был стëрт именно ей. Кафка садится на диван и расслабленно опирается об спинку, приглашая Блэйда присоединиться. — Ты видела моё сражение с Келусом? На Сяньчжоу, когда меня поразила мара? — коротко спрашивает Блэйд, на что ему едва заметно кивают. — Я застала лишь мгновения в несколько секунд, — она скрещивает пальцы. — А что тебя интересует, хм? — Как себя вёл Келус, когда я напал на него? — Ах, это. Ну, он дал тебе отпор, даже когда ты весьма порывисто придавил его к земле, чуть не задушил и не пронзил клинком насквозь. — Что он сделал. — Ему удалось сбросить тебя и пойти в ответную с битой наперевес. — Понятно. — Блэйди, ничего не хочешь ему сказать? Кафка вытягивает руки и стучит пальцами по колену. Словами цепляет, будто коготками, пока Блэйд не успел улизнуть. — Не кажется, что вам пора расставить все точки, чтобы раз и навсегда прояснить ситуацию? — Ты думаешь, я не пытался? Он едва слушает меня. — Значит, плохо пытался, — Кафка выгибает брови. — Ты не видела эти глаза. Не слышала тот голос, — бурчит Блэйд, откидываясь на спинку дивана и глядя куда-то в потолок. — Слышать-то ты его может и слышал, но действительно слушал ли? — она расправляет плечи. — Поговори с ним ещё раз. Возможно, ты тоже что-то для себя поймëшь. Блэйд хмурится, но задумывается. Может… Реально попробовать расставить всë по местам ещё раз? Что он потеряет? Разве что время, которого у него и так слишком много. Когда он приходит, Келус встречает его довольно удивлëнно. Он реально не ожидал визита. Услышав стук в дверь, так и встаëт посреди комнаты с кружкой чая в руках да в одной балахонистой футболке. — Чего такое? — он пускает Блэйда и ставит кружку на тумбочку. — Ты ведь хотел поговорить. Келус усмехается себе под нос. — Да. Может ты перестанешь от меня бегать? Я задолбался уже, это не смешно. — Ты и сам знаешь, почему так происходит. — Нет, не понимаю. Объясни, — Келус опирается плечом об стену и строит самое невинное лицо, на которое только способен. Он знает. Прекрасно знает. Но хочет услышать это лично. Ещё раз. — Ты думаешь, мне хочется навредить тебе собственными руками? — серьёзно отвечает Блэйд. — Да чего ты заладил. Это было один раз и случайность, неудачное стечение обстоятельств. — Мара опасна. — Я привык улыбаться в лицо опасности. Такова наша работа. Келус видит, что его аргумент едва убеждает Блэйда, и вздыхает, после чего хватает его за запястье. — Я хочу жить сейчас, — с некоторым отчаянием выпаливает парень. — Любая миссия может стать последней, давай говорить справедливо. И я стараюсь получить от этой жизни всë. Ты, может быть, многое увидел, многое испытал, а я… Совсем молод. Ты ведь тоже когда-то был таким. Небось сорвиголова похлеще меня. — Рисковый ты человек. Ты ведь знаешь, что поражëнные марой нападают прежде всего на тех, с кем они повязаны эмоциями? — Блэйд цепляет Келуса за талию, подтягивая к себе. — Ты реально так хочешь узнать, насколько сильны мои чувства? — он резко кладëт руку на затылок, с угрозой сжимая пряди, но не причиняя боли. — Был бы не против, если бы ты наконец посвятил меня в них, а не ходил кругами, как волк вокруг жертвы, — Келус обхватывает Блэйда руками, будто не хочет, чтобы тот опять сбежал. — А то я прям и не знаю порой, ты хочешь меня в асфальт закатать или твои желания граничат с чем-то откровенным? Кажется, глаза у Блэйда немного оживают. В них пролетает искра, что заставляет разгореться пламенем. Охотник тихо рычит, приоскаливается, будто пытается припугнуть, но Келус непреклонен. Наоборот. Кажется, его даже это заводит. Он едва заметно улыбается, нарочито провоцирует волка. Знает ведь, что тот ему ничего не сделает. Блэйд хмыкает. Чëртов бесстыжий енот… Он по-лисьи щурится и касается Келуса губами. С осторожностью, прощупывая почву. Почувствовав долгожданное тепло, Блэйд закрывает глаза и тянет ещё ближе к себе. Неумелая попытка Келуса ответить немного забавит его, и Блэйд властно напирает, напоминает, кто здесь хищник постарше и опаснее. Едва почувствовав слабину, Блэйд углубляет поцелуй, приоткрывая рот, жадно сминает губы. Келус немного выгибается в пояснице, когда забинтованная ладонь задирает футболку и бесцеремонно хватает за бок. — Тебе ведь самому надоела беготня, — он бурчит, крепче обнимая, будто опасается, что его оттолкнут. — Прошу, перестань меня избегать. Блэйд треплет его по макушке и укрывает руками. Не хочет отпускать. Келус всë ещë доверяет ему. Сам делает немало, лишь бы в случае казуса победить бессмертного в бою. Может быть, действительно… Дать шанс этим отношениям? — В таком случае ты должен пообещать мне кое-что. — Говори, — выдаëт Келус, стиснув пальцами костюм. — Если я подниму на тебя руку, дай достойный отпор, — Блэйд замолкает на секунды, но скоро шелестит: — Просто я тоже волнуюсь за тебя. — Я понимаю. Хорошо. Обещаю, что буду осторожнее. Но соответственно ты же осознаëшь, что таскать тебя на полигон я не прекращу тем более? Келус смотрит в глаза. Твëрдо. Уверенно. Блэйд удовлетворëнно хмыкает. — Таскай, сколько потребуется, — он оставляет мягкий поцелуй на губах и отпускает парня под полный недовольства звук, но только для того, чтобы сесть на кровать у изголовья и поманить за собой. — Иди сюда, — он резким движением пристраивает Келуса себе на колени и обхватывает руками. Причëм обхватывает довольно крепко, мол, нашëл его, никому не отдам и не просите. Сжимает в медвежьих объятиях, да так, что Келусу становится немного трудновато сделать вдох. Становится ясно, насколько сильно Блэйд хотел этой близости. Он утыкается носом в шею, шумно вдыхает, отчего по коже пробегает волна мурашек. Келус жмурится, когда его треплют по волосам. Ладонь скользит от затылка, ложится на шею, щекоча у подбородка. Блэйд довольно жëсткий и сильный, но изо всех сил старается быть помягче, хоть и не всегда получается. Он трëтся щекой и впивается губами в шею, как изголодавшийся зверь, вырывая из Келуса сдавленный вздох. Прикусывает покрасневшую кожу, оставляя малозаметный след. Блэйду очень не хватало тепла. Келус чувствует это через жадные, несдержанные прикосновения. — Ай… Блэйд, не надо так сильно. Я никуда от тебя не убегу, — он недовольно мычит, когда напарник крепко кусает за плечо, что отзывается неприятным ноющим ощущением. Блэйд немного отстраняется и проводит кончиком языка по отметинам, извиняясь за резкость. — Прости, — едва слышно шепчет он и легко целует в уголок губ. Келус немного елозит, разворачиваясь лицом к Блэйду, и касается носом его шеи. Блэйд чуть спускается, принимая лежачее положение, и устраивает парня на своей груди. Откидывает голову на подушку и гладит Келуса по спине, уставившись в потолок. Блэйд немного опускает ему футболку с одного плеча, обнажая на коже едва заметный бледный след от пореза. На теле Келуса немного шрамов. И этот один из тех, что могут рассказать об опасной работе охотников. Келус бесстрашен. Так думает Блэйд. Ведь Кафка позаботилась о том, чтобы стереть из его воспоминаний мгновения травмирующего приступа. Келус… Не бесстрашен. В тот день, когда Блэйд чуть не прибил его, Келус сильно испугался. Но разве мимолëтный по сравнению с иными эмоциями страх может остановить охотников за стеллароном? Разве может зверь, известный своей наглостью, отступить и не побороться? — Ну так что… Теперь-то хоть поиграем? — Келус слепо шарит рукой и хватает с тумбы телефон. — Хмм… Ладно. Давай.