Лекарство от болезни

Сквозь уходящую ночную темень пробивалось утреннее солнце, постепенно окрашивая мир в светлые тона. Лучи настойчиво просачивались в окна. Кому-то было всё равно, а кому-то — не очень, ведь свет бил ему прямо в лицо. Зажмурившись, он с глухим недовольством возвращался к реальности. Его комната располагалась так неудачно, что каждое утро, пока остальные просыпались под назойливый стук миниатюрной конги, его будил слепящий рассвет. Снова сильно потянувшись, он нехотя начинал покидать кровать. Поднял одну ногу, переставил с кровати на пол, потом поднял вторую и сделал то же, что и с первой. И за ногами поползло всё тело, медленно опускаясь к полу, пока оно окончательно не окажется на нём. И, как всегда, что-то мучительно промычав в пол, он постарается встать и в итоге встанет минуток так через десять. Неприятные звуки — теперь он точно встаёт. Лениво плетясь в уборную, он быстро умывается, а потом идёт на кухню, ожидая своих друзей.

***

После долгих и изнурительных тренировок, наконец проснувшись, он осознал отсутствие одного человека — Уолкера. Ещё раз осмотревшись, он подтвердил свои подозрения. Остальные, кажется, ничего не заметили: все были слишком сонными и помятыми, чтобы обращать внимание на детали. Но ему стало любопытно: куда подевался их вечный болтун? — Сэнсэй Ву! А где Джей? — решил спросить Смит. Мудрец сразу посмотрел на Кая, подзывая его к себе. Подойдя к нему, он получил развёрнутый ответ: — Дело в том, что, когда я вас будил, я несколько раз обошёл комнаты, и некоторых из вас пришлось самому поднимать. Так вот, зайдя в его комнату, я попытался его разбудить, но он чувствовал себя плохо, так что я решил оставить его в покое. Если хочешь, загляни к нему и передай лекарства, — договорил Сэнсэй Ву. Да уж, ниндзя редко болеют с такой-то подготовкой; им приходилось следить и за телом, и за здоровьем. Кай и не думал, что войдёт в такие раздумья, поэтому всё же принял это приглашение. Сэнсэй на время отошёл за какими-то лекарствами, оставив Смита в ожидании. Он успел обдумать, что же произошло с Джеем — подхватил ли он что-то серьёзное или нет? Его раздумья прервал Сэнсэй. Кай пошёл в сторону комнаты Джея, постепенно увеличивая шаг. Начала появляться некая тревожность. Он нервничал, всей душой надеясь, что с синим ниндзя всё в порядке. И вот он у цели, в нескольких шагах от кровати, на которой лежал больной. Он тихо подсел к Джею, внимательно рассматривая его на признаки болезни. Кай неуверенно поднял руку, чтобы положить её тыльной стороной на лоб, проверяя температуру. Долго держать ладонь не пришлось: его ошпарило, как кипятком. Лоб был невероятно горячим, и холодный пот начал скатываться по лицу мастера огня. Так как Джей лежал боком, он аккуратно, взяв за подбородок, повернул его лицом к себе. Брови больного были сведены домиком, рот был приоткрыт, вдыхая больше воздуха, а лицо — красное. Джей тихо застонал и приоткрыл глаза, его мутный взгляд встретился со встревоженным взглядом Кая. Он попытался приподняться, но в тот же миг волна боли пронзила виски, заставив его согнуться и судорожно вцепиться в голову. Кай моментально придвинулся ближе к Уолкеру. Эти симптомы так знакомы. Лихорадка. Нужно было выяснить её вид, но для начала — жаропонижающее. Быстро сходив за стаканом холодной воды, он дал выпить нужное лекарство. Тот блаженно улыбнулся, ощутив прохладу внутри. Эта улыбка была такой заразительной для Кая. Джей действительно был одним из самых милых личностей, которых он знал. Тот резко поменялся на более приятную личность: раньше любивший съязвить, теперь старается так не делать. Очень сильно изменился, но мнение о нём никогда не менялось. Каким бы тот ни был, если сделает что-то не то Ние — убьёт. Но если серьёзно, он всегда умел всех развеселить, просто юмор немного поменялся. Кай и не заметил, как его рука оказалась крепко сжата чужой ладонью. Взглянув на личико, он увидел, как тот начал посапывать. — Мне холодно, Кай, — резко начал говорить Джей, немного замявшись, — ты можешь меня согреть? — он уже пожалел, что такое сказал. Смит мог неправильно понять и сильно вспылить, чего ему не хотелось. Кай же обдумывал эти слова: тот хочет, чтобы его крепко обняли? Под одеялом или как? Вообще, Кай долгое время хранил в себе секрет — не настолько большой, но важный для себя. В какой-то момент он стал изнурять себя тренировками, испытывая при этом невероятное и пылающее ощущение по всему телу. С течением времени это становилось его привычкой, занимаясь так всё чаще. И он овладел удивительным умением — научился согревать себя сам. Его стихия огня аккуратно покрывала тело снаружи и изнутри. И когда все в зимние ночи закручивались в свои одеяла, он мог спокойно спать, не беспокоясь о холоде. И, кстати, давненько он научился этому, чему премного благодарен. Но Джей уже был укрыт тёплым одеялом… Кай молча опустил одеяло к ногам и лёг рядом, обняв дрожащие плечи друга. Джей аж подпрыгнул от неожиданности — Смит никогда не был сторонником тактильного контакта. Он резко почувствовал накатывающее тепло, нет, не то, которое внутри, его буквально одаривали невероятным теплом. Он прижался ближе, невольно углубляясь лицом в шею Кая. Неужели Смит такой горячий? Жаркий? По Каю прошлись какие-то мурашки. Ладно. Надо было сосредоточиться на болезни. Немного отстраняясь, он посмотрел на Джея и спросил: — Рвота, боли в мышцах, а может, нет аппетита? — начал перечислять Кай. Джей замер, удивлённо вскинув брови. Тот, видимо, очень хорошо знал его болезнь. Притормозив другого, он ответил: — Тихо, — в его голосе не было грубости, лишь лёгкая растерянность, — головокружение входит в этот список? Если да, то это есть. А ещё нет аппетита и, возможно… рвота… — он неловко улыбнулся, словно извиняясь за свою слабость. После этого Кай начал что-то обдумывать, по крайней мере, так казалось Джею по серьёзному лицу Смита. — Надо бы принести тазик на случай, а аппетит… Питьё в принципе сойдёт, а головокружение — спальный режим! — Он неожиданно ткнул пальцем в нос Джея, и уголки его губ дрогнули в улыбке. — Думаю, стоит сделать всё сразу, я могу чем-то помочь? — Очень поможешь, если будешь спокойно лежать, — проговорил он, теребя чужую макушку; что ж, дурная привычка. Смит поднялся с кровати, и Уолкер тут же ощутил, как по телу пробежал холодок. Он привык к теплу Кая. Как странно это звучало… Кай направился в кухню, размышляя о своих действиях. Он обнял Джея, и по телу прошла какая-то странность. А ещё он назвал его милым?! От этой мысли он начал мотать головой, стараясь избавиться от нелепых мыслей, но стал ещё более красным. Он прикрыл лицо ладонями, пытаясь скрыть румянец, но, заметив Зейна на кухне, смотрящего прямо на него, он понял, как глупо это выглядело. Теперь он быстро подходит к нужной полке и берёт небольшой тазик, сразу же уходя в сторону комнаты Джея. Войдя в спальню синего ниндзя, Кай быстро подходит к кровати и с лёгкостью запрыгивает на неё. Кто мог подумать, что такое действие заставит Джея высоковато подпрыгнуть. Не сам, а как на батуте, когда ты сидишь или лежишь, а рядом на том же батуте резко прыгает другой человек. Какой же Уолкер лёгкий. Скорым движением он поставил тазик на пол. Стоило Каю повернуться к другу, как его одарили невероятно яркой улыбкой. На это шатен зажмурил глаза, причём из-за её пронзительной красоты. Как стыдно-то… — Кай, всё хорошо? — в его голосе прослеживалась нотка грусти и беспокойства. Ведь, честно говоря, выглядел тот совсем не очень: со странным выражением лица, так ещё и с красным лицом. Неужели Джей его заразил?! Теперь рыжий парень с печалью смотрел на друга, а потом и вовсе отвёл взгляд и что-то пробубнил под нос. — А ты чего? — с недоумением спросил Кай. Недавно это чудо во всю улыбалось, а теперь весь скрючился на кровати. Его рука сама собой легла на плечо Джея, мягко поглаживая и пытаясь заставить человека напротив посмотреть на него. — Ну? Что-то случилось? Тебе стало хуже? Честно, Джей до сих пор не понимал, почему Смит так резко ринулся ему помочь. Тот, кто постоянно пытался задеть, съязвить в его сторону, сейчас был рядом. Всматриваясь в это лицо, он лишь больше понимал, что тот действительно хочет помочь, без упрёков или ядовитых фразочек. Хотя, с этим стоит повременить; придёт время, и всё вернется на круги своя, когда Кай найдёт момент, чтобы нечаянно задеть плечом или дать щелбан за ничто. Таков этот парень — выглядит «божественно», по словам большого количества его фанаток, а на самом деле пылкий, до такой степени, что, не ища причину, он захочет что-нибудь да сжечь. Хоть Уолкера! А что было тяжело признавать, так это то, что он действительно был неописуемо красив. Его ладонь ощущалась мягкой, однако была изрезана множеством царапин и шрамов, среди которых выделялся один, проходивший от кончика указательного пальца до самого запястья. Похоже на след от неудачного захвата меча, как думал Джей, хотя настоящей истории не знал, но выглядело весьма правдиво. А ещё у этого «горячего» парня было много шрамов. Очень много шрамов. Потому что тот всегда лез напролом, не обдумывая своих действий! Зажмурив на время глаза, он всё-таки посмотрел на Кая. Боже! Что это за помидор перед ним сидел? Джей не смог сдержать смех. Красный ниндзя теперь выглядел полностью красным. Но, серьёзно, почему? Рыжик только сейчас осознал, что всё это время держал ладонь Смита и, думая о шрамах и царапинах, проводил по ним, а потом ещё и выводил какие-то непонятные узоры. Чёрт, в комнате теперь два помидора. Неловкое молчание. Однако ладонь всё ещё находилась в чужих руках. К лицу так прилила кровь, что Джею казалось, будто он вот-вот лопнет от переполненности. Щёки горели ужасно, а с ними и всё остальное лицо. И вдруг — движение. Накрыло, боже, его накрыло приятное чувство, исходящее от такого невинного поцелуя. Нежные, поистине нежные губы — сразу ощутился привкус бальзама для губ. Да это же клубника! Как вкусно! Хотелось больше, чем это прикосновение. Хотелось облизнуть губы, а потом впиться в них. Но Кай отстранился, стыдливо отводя взгляд. Джей рухнул на кровать, мир вокруг поплыл. Чёрт! Уолкер потерял сознание! Не от шока, нет — температура подскочила! Теперь только Кай спасёт свою «принцессу» от этой болезни! И расскажет ли он, что всё-таки между ними случилось?