Панацея

Темнота определяла её спокойствие. Девушка чувствовала себя умиротворённо, скрываясь под плотными, словно ткань, слоями теней. Самые малоосвещённые уголки залов с детства завораживали её, становясь спасательным кругом на шумных вечерах. Сумрачный покров мрака надёжно скрывал слизеринку от лишних взглядов, которые были прикованы к ней в дневное время. Но сейчас даже темнота этой спальни не успокаивала её. — Ты знаешь где она? — Спросил волшебник, сидящий на кровати одной из слизеринских спален. В комнате не было никого кроме их двоих, а это придавало разговору лишь бóльшей важности. Внутри разлилось волнение. Оно бушующими волнами омывала стенки живота, не давая как следует сосредоточится. С чего вдруг парень решил заговорить с ней на эту тему? Разве он может всерьёз, беспокоится о девушке? — Даже если бы знала какая разница? — Вопросом на вопрос ответила волшебница. Она подошла ближе, студентка ища ответ долго всматривалась серые глаза, но в них были только самые ужасающие чувства. Страх. Боль. Пустота. — Он всерьёз ей заинтересовался после побега. — Слизеринец встал, начиная нервно блуждать по комнате. — Тёмный лорд не сможет найти Венди. — Уверенно произнесла Пенси. Её подругу действительно отыскать будет невозможно, она спряталась слишком хорошо. Прямо под носом у пожирателей, там, где искать не станут или просто не додумаются. Паркинсон понятия не имела как такая рискованная идея пришла в голову Поттер, но это не имело особого значения, да и к тому же, зная характер девушка, удивляться тут нечему. Главное, что Венди спряталась, а не осталась на виду у сторонников Волан-де-Морта. Хотя сейчас она к ним даже ближе чем могла оказаться раньше, даже если не брать во внимание Тео. Пенси просто искренне надеялась, что подруга знает, чтó делает. Раньше промахи Поттер были слишком незначительны, но если она в чём-то ошибётся сейчас это может закончиться смертью. — Ты ведь поддерживаешь с ней связь? — В его взгляде мелькнула надежда. — Пожалуйста, предупреди Венди. Он очень сильно хочет убить её. Либо просто сделать заложницей. Поттер придёт если его сестру начнут пытать? Девушка пожала плечами и покачала чёрными локонами волос. — Вот и я не знаю, а Он захочет проверить. Ей нужно быть аккуратнее. *** Холодный ветер обдувал разгорячённое тело, но благодаря алкоголю в крови Оливия совсем не замерзала. Тёмной ночи не удавалось заволочь всё безлюдной тишиной. В эти выходные было, словно затишье перед бурей, весёлое времяпровождение у всех волшебников. Никто не прятался от нависшей угрозы. Никто не бежал домой как только стемнеет. И никто не боялся шуметь, громко общаясь со старыми знакомыми. Все казались беспечными людьми, проживающими свою тихую, спокойную жизнь. Такими выглядели не только волшебники. Но и пейзаж вокруг, кажется, лишь на сегодня скрыл своё уныние и радовал последним теплом. Даже дома в деревушке стали выглядеть жизнерадостнее. Хотя и Оливия не может это увидеть в потёмках ночи, но она всем телом ощущает такую перемену в мире. Непонятно по какой причине, но эти предпоследние выходные сентября наполнены лишь беззаботностью. Рози, естественно, нравился такой расклад, и даже приближающиеся суровые месяца впереди не заботили её. Может это всё лишь картинка, которой помог спроецироваться алкоголь. Возможно в Хогсмиде всё было не таким жизнерадостным, как сейчас кажется волшебнице. — Тео, ты уже пьян. Хватит. — Смеясь, упрекала девушка. — Тебе так только кажется. — Ответил слизеринец, губами припадая к горлу бутылки. Парень взял одну бутылку на двоих для прогулки, но при этом бóльшую часть выпил сам. А ещё если взять во внимание то, сколько жидкости поглотили в себя Оливия и Тео в Трёх мётлах... Рози шутливо погрозила пальцем. Им обоим уже действительно пора заканчивать на сегодня и с напитком, и с прогулкой, которая длится несколько часов. Точно девушка сказать не может, потому что уже давно потеряла счёт времени рядом с Тео. Давно уже Оливию не накрывало такое ощущение. — Нет, я серьёзно, уже около двух часов ночи, а нас ещё Блейз на день рождение завтра приглашал. — Волшебница начала пытаться отобрать бутылку из рук слизеринца, но тот смеясь отражал все её старания. — Сегодня. — Поправил Нотт. — Его день рождение уже сегодня. Устав отбиваться от девушки, волшебник пьяно плюхнулся на уличную лавочку, которая дрябло покосилась на одну сторону и теперь стойко пыталась не согнуться под весом парня. Развалившись сам, слизеринец похлопал по свободному месту рядом, приглашая сесть и Рози. Девушка цокнула языком и осталась стоять, оглядывая представшую картину в виде молодого аристократа, растянувшегося на холодной скамье. — Тогда пошли поздравлять его. — Затуманенным голосом рассмеялась Оливия. Она присела на скрипящую лавочку и в попытке спрятаться от знойного ветра прижалась к парню. — Думаю, он уже празднует. — С излишним пафосом ответил волшебник. Но когда рыжеволосая приподняла голову с плеча Тео, чтобы он увидел её ничего не понимающие глаза, Нотт пояснил. — С Джуд или как там её зовут. — Джун вообще-то. — Хмыкнула Оливия. В ее взгляде сверкнули озорные огоньки, а на лице расцвела полуулыбка. — Думаю Блейзу нравятся её старания на праздник. — Кто бы меня так поздравил. — Усмехнулся юноша. Он прищурился и посмотрел на девушку. — Что? — До одурманенного сознания волшебницы, скрытый смысл фразы дошел не сразу. — Как тебе не стыдно намекать на такое? — С уже полноценной улыбкой, в которую расползлись пухлые губы, завопила Рози. Её глаза удивленно округлились, но никого осуждения в них не было. Нотт только растянул губы в наглой усмешке ещё больше. Он обыденно пожал плечами и правой рукой притянул слизеринку к себе, возвращая её в прежнее положение, когда голова Оливии ещё лежала у него на плече. Большим пальцем он мягко провёл по руке волшебницы, заставляя ту расслабиться, но действие произвело совсем обратный эффект и Рози напряженно поелозила по скамье, садясь удобнее. Она неодобрительно покачала головой, хотя зелёные глаза, обрамлённые пушистыми, но не такими тёмными, как были у Поттер, ресницами, все ещё выражали другое, а потому Тео не воспринял угрожающий взгляд волшебницы всерьёз. — А когда у тебя день рождение? — Успокоившись, выдохнула девушка. — Четырнадцатого октября. — Вяло ответил волшебник. Листья на деревьях зашуршали тихим гулом в тон Тео. Но Оливия не обратила на это внимание. Она самозабвенно уткнулась носом в плечо парня, прячась от холодного потока воздуха, дунувшего в лицо. — Что насчёт тебя? — Спросил Тео уставшим голосом. Он запрокинул голову наверх, вглядываясь в беззвёздное и мрачное небо, застланное пеленой плотных облаков. — Три.. — Девушка запнулась, она уже так привыкла отвечать на этот вопрос день рождение брата. Пьяный разум не давал быстро мыслить. Но все же слизеринка вовремя остановила себя. Она задумалась о том какую дату ей назвать, и решив, что реальное число дня рождения Венди нет смысла скрывать в роли Рози, сказала заплетающимся языком. — Двадцать первое июня. Это был второй человек, которому девушка назвала свое день рождение. Ранее был только Гарри. Знал дядя и Дамблдор, Александр наверное, но им эту информацию Оливия не распространяла, каждый из мужчин знал по истечению неких обстоятельств. А теперь она доверила Нотту. Чертовому Нотту, с которым студентка пьяная гуляет под ночными тучами, рассказывает все, что ей вздумается и кладет свою голову на плечо. Чертовому Нотту, который только около недели назад встретил Рози и повел ее на Астрономическую башню, ещё тогда девушке хотелось ощутить его губы, но она прогнала ту назойливую мысль, а сейчас, вспоминая краснеет, как розоватое солнце на рассвете. Чертовому Нотту, который, кажется с ужасающей быстротой проник в ее жизнь слишком прочно для фиктивного парня. Этот факт, а может догадка, навеивает страх. — У моей мамы тоже был в этот день. — Тихо промолвил парень. Волшебница на секунду задумалась, показалось ли ей или однокурсник действительно что-то сказал. Кое-что в этой фразе сильно смутило Оливию. В сердце едва заметно кольнуло, напоминая о не затянувшейся ране. Мама. Так Рози никого не называла. Ни разу. Она даже не хотела представлять как бы повернулась ее жизнь если бы этот родной для каждого ребёнка человек не покинул девочку в столь раннем возрасте. Обиды на маму она не держала, но каждое слово било меткой дрелью прямо в сердце, вызывая боль. — Что значит "был"? — Спросила Оливия. Оливия поправила разметавшиеся по ветру волосы. Сначала девушка даже заторможено удивилась взглянув на рыжие пряди. Но она быстро опомнилась и спрятала изумление. Слава Салазару, что Тео ничего не заметил, погруженный в свои собственные раздумья насчёт непонятно чего. — Моя мама мертва. — Все ещё шепотом произнес Нотт. Укол вины за вопрос поразил Оливию. Нет. Она не имела права спрашивать такое. Может они и в неплохих отношениях, но не настолько, чтобы рассказывать о ранах на своей душе. Он грустно усмехнулся и полез в карман, заставляя девушку приподнять голову, она постаралась заглянуть в медовые глаза, но Тео отвернулся, не давая этого сделать. В следующую секунду в руках парня вспыхнул яркий, магический огонёк, зажегся кончик сигареты, а Рози скривилась. Дым от первой затяжки юноша выдохнул в сторону, стараясь не досаждать слизеринке горьким, табачным запахом, но по выражению лица Оливии было понятно, что это совсем не помогло. — Я думала она.. — Это не родная. — Перебил девушку Нотт. Он вновь затянул сигарету. От брошенной с таким пренебрежением фразы в сердце жалостливо ранило. Рози несколько секунд сидела молча не находя слов. Она смотрела на каменные дома впереди, теперь они казались бездушными. Пейзаж будто стал более мрачным, но наверное дело в туче, которая вальяжно плывя по ночному небу, загородила молодой месяц. А может дело в изменившейся атмосфере, которая заставила всё вокруг стать апатичным. — Тео, поверь, я знаю насколько это тяжело. Но у тебя бы есть отец. Подумай об этом. — Оливия вновь попыталась заставить слизеринца повернуть янтарные глаза на себя. И в этот раз получилось. Песочные омуты столкнулись с ярким зелёным сиянием, полным надежды показать, что даже в самом тёмном, бездушном месте можно найти лучик тепла и радости, который непременно согреет и выведет на нужный путь. Глаза волшебников горят от ярких эмоций. Они сверкают, изливая потоки света. А сопереживание одно из самых сильных чувств. Поэтому глаза Тео сияли медовым оттенком от тоски, а Оливии сочным, зелёным от сочувствия. Две пары, будто наполненные разными цветами чаши, выплёскивали лучи света. Но никто из них не обратил внимание на это. А зря... — Нет, не так. Я у него есть. А его у меня нет уже давно. — Горько усмехнулся парень. Рози непонимающе моргнула и свела брови, изображая вопросительный взгляд. Пока парень выдохнул сигаретный дым ей прямо в лицо. Он вновь надел маску. Нотт спрятал все детские травмы и воспоминания не только от Оливии, но и от себя самого. Ни сейчас и никогда в будущем не найдётся удачного времени и места поговорить об этом. Наверное, они действительно недостаточно близки для подобных разговоров, похожих на запекшуюся кровь на ране, с такими же больными недрами. — Тео! — Воскликнула девушка хмурясь от ужасного запаха. Дым попал ей прямо в глаза, ядовито разъедая, будто ей сыпнули какую-нибудь пыльцу на органы зрения. В ответ слизеринец лишь мягко рассмеялся. Он расслабленно посмотрел на девушку. Во взгляде волшебника промелькнуло сожаление, скорее всего из-за отца, но через секунду глаза вновь излучали только спокойствие. А Оливия все ещё продолжала хмуриться, но на лице студентки совершенно не было злости или обиды. Она закатила глаза и цокнула. — Уже поздно. — Как будто протрезвев, заявил Тео. Он поднялся со скамейки, протягивая руку Рози. Девушка пьяно хихикнула с шутливого поклона юноши перед тем, как подать ладонь. Встав с лавочки волшебница горделиво ухватилась за Нотта. — Почему-то до этого тебя не волновало время. — Хмыкнула девушка. Опираясь на слизеринца, она топала в сторону Хогвартса. Пара слишком долго задержалась в деревушке, может уже и до рассвета недалеко... Оливии тут же вспомнился вечер у камина в гостиной Слизерина, тогда она, уставшая после выброса магии на Кэрроу, просидела на диване рядом с парнем до самого восхода солнца. Только Теодор никак не связывает это воспоминание с Рози. — Оно и сейчас не волнует. — Парировал Нотт. — Зачем же тогда мы завершаем прогулку? — Рози лукаво прищурилась и на секунду сморщила нос. — Потому что кому-то уже пора спать. — Терпеливо ответил слизеринец. — Пфф, не знала, что ты заботишься о своем режиме. — Девушка задорно, дразня, улыбнулась. — О твоём. — Поправил Тео. Он уже докурил и выбросил сигарету, а потому конечности не были не чем заняты, кроме маленькой ладони Оливии, сжимаемой пальцами левой руки. Нотт шутливо сжал часть тела Рози чуть больше, будто случайно. — О моем? — С наигранным удивлением спросила волшебница. — А мне казалось слизеринцы ни о чем не беспокоятся. Внутри сердце горестно рассмеялось от наглого вранья не только себе, но и Нотту. Однако несмотря на эмоции где-то в чащи души, лицо излучало такую же беспечность, что и до этого. — Неправда. Думаю, ты знаешь это не хуже меня... Действительно, ложь. Оливия, как слизеринка пеклась о многом, но признаваться в этом не хотела даже себе. Что уж говорить о Нотте? Она грустно поджала губы, смотря на дорожку, по которой шла пара. — Может быть. — Сверкнув глазами, игриво ответила Рози. — У тебя всё "может быть". — Тео цокнул языком. — А что в этом плохого? — В тебе только хорошее. — Парень усмехнулся. А в его глазах пронесся озорной демон. —Ууу. — Протянула развеселившаяся волшебница. — Мистер Нотт вы настолько пьяны, что скатились до таких банальных подкатов. Ещё и к маглорожденной. —А какая разница, если ты моя девушка. — Слизеринец лукаво усмехнулся. —Что-то я ни разу этого не ощутила. Ты как сплошная глыба льда, а не парень. Вечно с таким безразличным взглядом... Только под действием алкоголя тебя что ли можно разговорить? — Пробубнила Оливия. —Ни разу не ощутила? А что ты хочешь ощутить? — Тео остановился и силой заставил девушку тоже замереть на месте. Оливия никак не сопротивлялась, когда волшебник притянул ее к себе, свободной рукой обнимая за шею. Острые уголки губ парня растянулись в сладкой усмешке. Он вопросительно поднял бровь. Дыхание девушки сбилось и, кажется, сошло на нет. Она забыла вдыхать и выдыхать воздух, смотря в медовые глаза, которые затягивали в свою пучину, словно зыбучие пески. Нотт, удовлетворённый реакцией слизеринки, нагло хмыкнул. Он освободил ладонь Рози и провел рукой по щеке, убирая сбившиеся пряди рыжих локонов в каре. Оливия сглотнула. Сердце бешено отбивало в грудную клетку, возможно, оно решило стать барабанщиком и поэтому наносило удары страшной силы, заставляя все внутренние органы переворачиваться с ног на голову. Терпкое ожидание неизвестного будущего затянуло волшебницу в свою пучину. Тео наклонился и потянулся к губам девушки. Мягкая, розовая кожа коснулась приоткрытого рта Оливии. Нотт завладел губами девушки, втягивая её в поце... — Эй, чего ты замечталась? Думаешь о своем парне? — Спросила Милисента, попадая прямо в цель. — Твоя очередь быть эмиттером. — Но отвечать ей Рози не сочла нужным. Булдстоуд щёлкнула пальцами перед лицом студентки. Оливия и не заметила насколько сильно она заплутала в собственных воспоминаниях прошлой ночи. А плутать было в чём. После прогулки в памяти осталось множество моментов, которые девушка весь сегодняшний день, помогая Блейзу готовится к празднику, прокручивала у себя в голове. Каждый разговор с Тео походил на что-то необыкновенно родное, наверное, нечто подобное чувствуют маленькие дети, когда им читают сказки на ночь и те засыпают под боком у родителя, ощущая его тепло. Так Оливия чувствовала и Нотта, как что-то, чего не хватало, как лучик света морозным, осенним днём, как что-то чего беспросветно нуждаешься в жестоком мире. Чтобы привязаться к Пенси и понять, что слизеринку действительно можно назвать подругой у волшебницы ушло четыре года. Целых четыре года их общения Рози общалась с ней также, как и с остальными знакомыми. А чёртов Нотт. И снова мысли про него. Прошло не так много времени, чтобы начать доверять ему или считать парня важным человеком в своей жизни. Но с сердцем ничего нельзя поделать, кажется, оно постепенно проникалось теплом к юноше. А этого Оливия боится больше всего на свете. Имея родных людей, девушка уже очень сильно рискует, она не допустит, чтобы этот список пополнился ещё на одного. Тео не просто какой-то мечтательный, беспечный школьник, Рози была уверена, что всю опасность их сближения, он видит достаточно хорошо. А потому, если у слизеринки, что маловероятно, не хватит духу, то Нотт сам разорвёт связь между ними. И всё-таки. Пока волшебница старалась не слишком задумываться об этом. Пока что. Как правило, в командах выбирали самых сильных игроков, поэтому Оливия сильно удивилась, когда бóльшая часть участников проголосовали за девушку. Кто-то из слизеринцев приглушил музыку, чтобы начать игру. Так как день рождение праздновал Блейз, ведущим стал тоже он. В первую команду мулат отправил Джун и сказал девушке выбрать кого она пожелает, а во второй капитаном стал Малфой. Джун сразу прибрала к себе не только Оливию, но и Пенси, а вот Нотт забрал Драко. Милисента, которая всё ещё пренебрежительно смотрела на Рози стала, участницей того же коллектива, в котором значилась Оливия. Ученики, начиная с четвертого курса, старались найти повод тоже поприсутствовать на шумной вечеринки в честь Забини, но ни их, ни студентов пятого курса в игру не взяли. — Да начнётся бойня, в которой литры вина разольются по гостиной. — С помощью волшебства, добавляя оглушительной громкости своему голосу, паясничая, провозгласил именинник. — И победит тот, кто принесёт мне заполненный кубок. — Обращаясь к Джун и Драко заявил Блейз. — Кто эмиттер в вашей команде? — Спросил парень у Джун. — Оливия. — Закричала та, устанавливая кубок с чёрной каймой возле Рози. — У вас? — Теперь Забини задал вопрос Малфою. — Нотт. Возле Тео поставили такой же кубок, как и у слизеринки, только на нём кайма была блестяще белой. Оливия встала рядом с парнем, сейчас их искупает в винной реке из палочек студентов, которые двумя кучами стояли в метрах четырёх от пары. И даже высокие кубки, стоящие перед ними не спасут Нотта и Оливию от яростного потока, который разветвлёнными лучиками будет бить точно в цель, а волшебникам предстоит отбивать его лишь одной струёй воздуха. — Ты готова? — Шепнул Тео, принимая оборонительную стойку. — А сам? — Хмыкнула девушка, вращая палочку в руках. Оливия старалась не смотреть на Нотта, которой сейчас играл роль противника. — Я всегда готов. — Оскалился волшебник, а потом вспомнив вчерашний день, добавил. — Удачи, рысёнок. — Нотт. — Рассмеялась девушка. А в голове всплыл разговор в Трёх мётлах. Продолжить фразу, в которой Рози хотела то ли спросить почему такое прозвище, то ли отругать парня за него, не получилось. — И начинаем. — На всю гостиную прогремел голос Забини. — Винумментс. — Послышался хор слизеринцев, которые направили палочки на кубки с разными ободками. Тёмно-бордовые ручьи хлынули из концов деревяшек. Пространство заполнилось радостными воплями не только празднующих старшекурсников, но школьников, которые пришли поглазеть на то, как известный своими шебутными выходками Забини отмечает день рождение. — Эреджет.— Крикнула Оливия одновременно с Ноттом. Из их палочек вырвались струи воздуха, подсвечиваемого одинаково зелёным отливом. На секунду Оливии это напомнило обстрел из водяных пистолетов сильной мощности. Брызги разлетались во все стороны, из-за столкновения двух стихий. Воздух разметал вино, отбивая его во всё вокруг и оно испарялось с задержкой лишь в пары секунд. Оставалась жидкость только в кубках, который заполнялись с невероятной прогрессией. Наверное, прошло около минуты, Оливия ощущала как всё её платье насквозь промокло в бордовом напитке, но старалась не обращать на это внимание, отбивая направленные струи вина в кубок. — Ну же. — Яростно кричала Джун, пытаясь загнать в серебряную чашу Тео больше жидкости, пока Рози обороняла свою от натисков команды противника. Неизвестно по какой причине команда выбрала Оливию. Слизеринке не хотелось подводить однокурсников, но не маглорождённой выигрывать чистокровного волшебника, как Нотт. Рози просто не дано так рисковать, демонстрируя свой магический потенциал, как наследницы магического престола России. Задумавшись волшебница не отбила хлынувший поток вина. Теперь в нём вымокла не только одежда, но всё лицо вместе короткими волосами девушки. — Осталось чуть-чуть. — Забавляясь, крикнул Блейз. Он с нетерпением поглядывал то на один, то на другой кубок. Его тёмные глаза с восторгом наблюдали за игрой, кажется, именинника его день рождение устраивает, также как и участвующих, и следящих за захватывающей игрой. — У тебя почти полная чаша. — Стараясь не отвлекаться от обороны, хмыкнул Нотт. Оливии захотелось придушить парня. Проигрывать и так сложно для неё, даже если делать это специально, а тут ещё и неуместно комментирующий слизеринец. — Стоп. — Взревел Забини. — У нас есть победитель. — Радостно провозгласил мулат. — Кубок перед Оливией заполнился. Это значит, что победила команда Драко. Волшебник смеясь по-детски хлопнул в ладоши. После его фразы половина слизеринцев задохнулась триумфальными криками, а другая с упрёками посмотрела на Рози. Но несмотря на радость одной команды и уныние другой все студенты дружно направились к столу, где стояли пустые винные бокалы. Затем масса хлынула к двум по разному, но почти полностью, наполненным кубкам с бордовым напитком. Каждый зачерпывал и тут же отходил. — Подожди. — К Оливии подошёл Нотт и тыкнул в девушку палочкой — её одежда и волосы мгновенно стали сухими и даже тёплыми. К себе слизеринец похоже тоже применил эти чары, потому что на его рубашке не осталась и следа от вина. — Что теперь? — Спросила волшебница, останавливаясь в углу гостиной. — Теперь Блейз по всем своим традициям вновь устроит танцы. — С ухмылкой ответил юноша и весь скривился, будто ему дали понюхать кошачий корм. Рози усмехнулась, качая головой, за последнее время девушка слишком много смеётся с его кривляний. Да, теперь Нотт определённо не вёл себя холодно. После разговора перед дверями Трёх мётел обоим стало легче. "Я никогда не говорил, что мне всё равно. Но чем дороже мне человек, тем больше опасности ему грозит" — Вчерашние слова парня всплыли у Оливии в голове и на душе стало тепло от них, будто в эту тёмную, подземную гостиную пробрался лучик света. Он не был холоден. Он просто боялся показать что-то кроме безразличия. — Красивое платье. — Прокомментировал Нотт, призывая девушку вынырнут из собственных мыслей. — Спасибо. — Ответила слизеринка, оглядывая свой наряд. Блестящее, золотистое платье с корсетом и облегающей, короткой юбкой, идеально смотрелось на девушке. На шее привычная тяжесть кулона. А на пальце серебряное кольцо, подаренное на день рождение Биллом и Флер. На лице волшебницы засияла улыбка, она бросила тонуть свой взгляд в тёплых, янтарных глазах. Но кое-что им помешало. Точнее кое-кто, из-за которого Оливия отвела взгляд. Русый школьник, похоже уже достаточно напившийся за празднование, длящиеся уже около двух часов, вскарабкался на стол. — Желаю тебе счастья, много выпивки и ещё больше девушек. — Заикаясь заплетающимся языком пропел парень, вызывая волну смеха студентов. На вид школьник был курса с пятого. Он с улыбкой посмотрел на Блейза, который тоже отреагировал положительно на выступление слизеринца. — Девушек? — Возмущённо воскликнула Джун, которая стояла недалеко от Рози. Лицо блондинки, обрамлённое завитыми локонами перекосило от гнева, она скривила ярко накрашенные красные губы и вонзила взгляд в парнишку. Даже злясь, Джун выглядела завораживающе красиво, у Блейза явно был отличный вкус. Волшебница с угрозой прищурила серые глаза. — Девушку. — Тут же исправился испуганный слизеринец и поскорее слез со стола. — Не волнуйся, это просто младшекурсник в пубертате, у таких кроме девушек на уме ничего нет. — Едко и со спокойным смехом прокомментировала Рози, смотря на Джун, но достаточно громко, чтобы услышала большая часть однокурсников. — Я и не переживаю. — Улыбнулась блондинка, одетая в длинное, тёмно-зелёное платье с разрезом на юбке и облегающем верхом, который надёжно удерживал её пышные формы. — Что-то музыка слишком тихая. — Скорее для себя произнесла девушка. — Блейз. — Крикнула она и направилась в сторону мулата. Уже спустя пару секунд песни стали звучать гораздо мощнее, и всё свободное пространство заполнилось слизеринцами. — Все вокруг танцуют, пьют и веселятся. А мы, как наказанные, в углу торчим. — Закатил глаза, до сих пор стоящий рядом Нотт. — Пошли тоже? *** — Вам, кажется, уже хватит алкоголя на сегодня. — Сказал Малфой Блейзу и Тео, присаживаясь на диван. Было где-то три часа ночи. Многие уже разбрелись по своим спальням и мило сопели уткнувшись носом в подушку. Но одна компания слизеринцев всё ещё сидела в гостиной. Помимо парней на диванах также расположились Пенси, Джун, Дафна и Оливия. Как Гринграсс оказалась в этой коалиции Рози понятия не имела, но думать об этом сейчас было бы лишней работой для пьяного, после бурного празднования, разума. — Значит, тебе просто кажется, Драко. — Затуманенным голосом ответил Забини. — Я что тут самый трезвый? — Обращаясь, очевидно, к Мерлину, потому что смотрел слизеринец в потолок, задавая вопрос, вздыхая, спросил Малфой. Оливия хмыкнула в ответ на фразу парня. Она облокотилась на рядом сидящего Нотта, а ноги вытянула на журнальный столик перед диванчиком. Девушка глумливо оглядела блондина. Тот явно не привык быть в таком обществе, когда все расслабленные и сонные, без всяких масок, такие, какие есть. Драко, конечно смотрел на всех с таким пренебрежением, будто они действительно были до невозможности пьяными, но на самом деле в стельку был только именинник, а вот допустим Тео выглядел вполне трезво. Сама же Оливия была попросту сильно утомившейся, и поэтому казалась очень вялой. Джун и Гринграсс, правда, пили немало и вот о них можно сказать, что те под куражом, а Пенси, как подобает аристократке ее статуса, была почти трезвой. — Мы можем это исправить. — Хмыкнул кудрявый парень, на котором практически лежала Рози. Держа палочку в руках Нотт прокрутил ее в воздухе и стакан, наполненный, кажется, огневиски левитировал прямо в руки Малфоя, но тот тут же со злобой поставил его на столик перед диваном. — Я просто не понимаю, почему вы такие беспечные? — Сорвался парень. —Мы не беспечные. Просто о всём можно и даже стоит иногда забывать. — Спокойно, учительским тоном ответила Оливия. Она бездумно и лениво поглядывал на камин, от которого исходил жар, доходивший до волшебницы лишь крохами тепла. Девушка сонно зевнула от уморившей её атмосферы. — Ты вообще можешь молчать. — Буркнул Малфой. Его руки нервно зарылись в светлые волосы. — Ты можешь в любой момент сбежать в свой поганый мир маглов. А у нас такой возможности нет. Ты не представляешь как сложно быть чистокровными! — Делая глубокие, частые вздохи, произнёс слизеринец. На секунду Рози даже стало жалко его, она действительно не представляет, что́ переживает однокурсник, но это не повод обвинять ее в чём-то. Пальцы Драко блуждающие между прядями блондинистых волос затряслись. Он опустил голову, но девушка видела искривлённое страхом лицо. Он нервно сглотнул, пытаясь успокоить частое дыхание из-за взволнованного сердца. А ведь Малфой не знает кому он только что бездумно бросил эти горькие слова. Думает жизнь Оливии легче? Поттер каждый ёбанный день играет, носит маску покрепче, чем у каждого из присутствующих. Ей приходится лгать даже тем, кого раньше она охотно называла друзьями. Её брат неизвестно где, находится в круглосуточной опасности вместе Роном и Грейнджер, которая, как поняла Оливия теперь встречается с Гарри, а он даже не счёл нужным поведать об этом сестре. В конце концов Волан-де-Морт охотится за девушкой, желая ее смерти. Слизеринка постоянно думает о Нотте и невозможности рассказать ему правду. У неё самой уже голова кипит от всех ужасных мыслей. И это если ещё не брать бессонницу, которая стабильно с заходом солнца окутывала девушку. А Малфой при этом заявляет "Ты не представляешь как сложно быть чистокровными"? Серьезно? А что он знает о её трудностях? Правильно. Ни-че-го. Так пускай тогда молчит. Спокойно. Вдох. Выдох. Оливии нужно успокоиться. Зародившееся злость не должна сорвать маску с лица волшебницы. Перед слизеринцами всё ещё сидит Рози. А Поттер они даже не вспоминают. — Думаешь маглорождённой быть легче? Меня убьют только я выйду за порог Хогвартса. Пусть пока министерство не объявило охоты на нас. Но ты не хуже меня знаешь, что делается в мире. — С нарастающим гневом парировала Оливия. — Тогда зачем ты вообще перешла в Хогвартс? Сидела бы в своей Франции в родительском доме, не зная горя. — Оскалившись, бросил парень. Глаза остекленели. Драко не думал, но задел за возможно самое больное в сердце волшебницы. Рот неосознанно приоткрылся, потому что лёгкие требовали больше кислорода. Девушка тут же закусила губу. Она безуспешно попыталась удержать слёзы. Оливия грустно опустила голову, пряча лицо за прядями волос. — Хватит, Драко. — Сказала Пенси. Малфой поднял бессердечный, выжженный взгляд на брюнетку, но вопреки ожиданиям Рози, однокурсник послушался Паркинсон. — Мы наверное пойдём спать. — Спустя затянувшуюся паузу, сказала Джун, глядя на сонного Блейза, который был настолько уставшим, что даже никак не комментировал происходящее. Эмоции Оливии были сильными, настолько же, что и её актёрские навыки. Фраза Малфоя не могла не задеть её, но до слёз девушку таким не довести. Тео встал, вызываясь помочь подняться пьяному имениннику в спальню. Пожелав спокойной ночи, троица ушла, а Рози уже к этому времени успокоилась. В гостиной остались Пенси, Драко и Дафна. — У меня нет никакого родительского дома. — Прошептала Оливия с сочащейся желчью. — И родителей тоже. Можешь радоваться тому, что у тебя они живы. — Да, Драко. Ты не представляешь насколько это ценно. — Произнесла Гринграсс, у которой недавно погиб отец на одной из пожирательских миссий. Не сказать, что Дафна его сильно любила, но жизнь девушки потеряла одну из красок после ухода близкого родственника, поэтому сейчас она прекрасно понимала о чём говорит Оливия. Рози одарила блондинку благодарным взглядом. К Дафне она всегда относилась скорее отрицательно, чем положительно, но эти всего лишь несколько слов, перевернули виденье о слизеринки полностью. Да и к тому же после побега Поттер, Пенси начала больше общаться с Гринграсс. Пенси, смотря на друга, досадно покачала головой, будто она не ожидала от него такой фразы. Брюнетка встала с дивана, и тоже пожелав спокойной ночи, направилась к спальным комнатам. Оливия тут же вскочила и догнала подругу на половине пути. Она с грустью улыбнулась Паркинсон. — Нам нужно поговорить. — Сделав безумно серьёзное лицо, шепотом сообщила Пенси. В душе у Оливии залегло неприятное предчувствие от грядущего разговора. — Да, мне тоже нужно кое-что рассказать. — Задумчиво проговорила слизеринка. — Насчёт чего? — Нахмурила Паркинсон. — Насчёт кого, Пенс. Кажется, я слишком привязалась к Нотту. — Шепотом рассказала девушка. —Ты и влюбиться? Не могу поверить. — Я тоже.