Уединение

      Дверь закрылась с характерным щелчком. Потолочные лампы были отключены, а единственным источником света была небольшая солевая лампа, расположенная над диваном. Лу тихо выругалась, пытаясь находу стянуть с себя бесящие каблуки. Очередной рабочий день выдался тяжелым и не без сюрпризов. Опять прием, ещё одно покушение. Началось всё с разлитого в спешке кофе, который чудом не попал на светлое платье. Хорошо, что Баретти не заметил “аккуратности” девушки, ведь с самой их встречи то и твердил о важности приёма. Не забыл также напомнить о представлении на вечере у Сарду, из-за чего Лу потребовалось сохранить самообладание, чтобы не сказануть в сторону начальника какую-нибудь колкость. Работа ей ещё была нужна.              Туфли наконец-то приземлились на пол, а силуэт девушки направился в сторону кухни. Послышалось шуршание включенной воды, а после звон уже пустого стакана о столешницу. К привыкшей для глаз темноте снова вернулась тишина. Мысли очередной раз нарисовали перед глазами зал залитый холодным освещением. Мебель была перевернута, разбитая люстра разлеглась на кремового цвета паласе, а стены в некоторых местах повреждены. Противный гул в ушах через который периодически доносились встревоженные голоса; легкий запах крови, что вызывал легкую тошноту. Подрагивающее от адреналина тело, и ноги заплетающиеся между собой, отказывающиеся держать в вертикальном положении. Клюнуть носом в кафель не дает только сильная рука крепко сжимающая плечо.              Лу резко возвращается в реальность. Яркий свет режет глаза, заставляя зажмуриться. Псионичка не заметила, как повернулась спиной к кухонному блоку, а когда напарник успел включить свет и подойти к ней так тем более. Его обеспокоенный взгляд скользит по бледному лицу девушки. Темные брови невольно хмурятся, образуя небольшую складку; уголки губ опускаются вниз. Тишина в квартире уже не кажется такой страшной. По крайней мере, Лу улавливает спокойное дыхания парня. Мужская рука слегка сжимает плечо, а большой палец аккуратно скользит по контуру платья. Успокаивает.              — Ты устала, — данная фраза больше была утверждением. Девушка полностью сфокусировала взгляд на Кее.              Было ощущение, будто все силы покинули её ещё в зале у незнакомого ей советника, поэтому она молчала и не шевелилась. Да и эмпатику это не нужно было — он улавливал её состояние даже без касаний.              Кожу обожгло неприятным холодом в том месте, где только что была рука парня, когда он двинулся в сторону спальни. Лу полностью возвращается в реальность не сразу, но тогда Кей уже исчезает в глубине комнаты. Ноги автоматически движутся в ту же сторону, но в один момент резко замирают. Тонна лака на волосах и макияж на лице яро кричали о том, что нужно от них избавится, так что псионичка сменила курс в сторону ванной.              Вода несильным потоком билась об умывальник, создавая тихие звуки. Надетое ранее платье растеклось лужицей на сером кафеле недалеко от входа в комнату. На тумбе небрежно валялась стопка использованных ватных дисков, на которых можно было разглядеть остатки вечернего макияжа.              Лу наконец-то закрыла кран. Посмотрела на себя в зеркало. Наступила резкая неприятная тишина. Если в гостиной был слышен шум ночного города, то тут даже он стих. Казалось, стоит всего лишь застыть на месте, как услышишь пульсирующую в ушах кровь и биение сердца. Девушка мотнула головой и снова вернула взгляд на своё отражение. Красноватые от умывания и усталости глаза, растрепанные после прически кончики волос, корни всё ещё прилизанные плотным слоем лака для волос. Лу усмехнулась. Хоть усталость и отдавала в каждой части тела, она знала — после окунется в тепло рук, ставших ей очень родными.              Пальцы вновь скользнули по волосам в попытках хоть чуть распутать их, но быстро оставили эту затею. Кружевное белье легко скользнуло по плечам и бедрам, а после приземлилось рядом с лежащим платьем. Лу еще раз взглянула на себя в зеркало, скользнула с лица к плечам, а от них к аккуратной груди и чуть подтянутому животу. Не задерживаясь дольше, прошла в душевую кабину и закрыла стеклянную дверь.              Тишину нарушил шум воды. Холодные капли коснулись плеч, вызывая легкие мурашки, но через пару мгновений поток стал теплее. На удивление, желания постоять под струями воды и рефлексировать совсем не было, поэтому девушка спешно приступила к мытью головы. В руке оказался нужный бутылек. Уже давно уходовая косметика, предметы гардероба и некоторые личные вещи перекочевали в квартиру Кея. Лу и сама не заметила, как это произошло. Просто в один день эмпатик прямо сказал, что так будет удобнее ей самой и больше не будет нужды в использовании его гелей для душа. Губы девушки растянулись в легкой улыбке.              Раздался щелчок закрывающийся двери. Вода стекала по волосам в пене и лицу, из-за чего веки псионички лишь на мгновение приподнялись. Сквозь мутный взгляд она сразу распознала мужской силуэт, который спокойно опирался левым плечом об дверной косяк, сложив руки на груди. Кей зашел без стука, а вода заглушила и так тихие шаги. Веки девушки вновь сомкнулись, а в голове промелькнула интересная мысль. Ладони скользнули по мокрым волосам, смывая остатки шампуня. Остановились на уровне шеи, после чего медленно легли на плечи. Кей продолжал прямо наблюдать за Лу, а его брови чуть дернулись. Уловил ее эмоции.              Кисти псионички опустились ниже. Прошлись по ключицам, смахивая оставшуюся пену. Пальцы опустились к аккуратной груди и, как будто случайно, задели соски. Затем девушка резко развернулась спиной к парню, как ни в чём не бывало.              Парень ухмыльнулся и слегка покачал головой. Послышался звук снимаемой одежды, неспешные шаги, стук двери. Прохладный воздух ворвался в кабинку и окутал тело Лу, вызывая легкие мурашки. Она ушла из-под капель воды и повернулась. Взгляд моментально зацепился за темные глаза, а следом на талии ощутились крепкие, ни чуть не холоднее воды ладони. Женские губы медленно растянулись в улыбке, в груди появилось приятное чувство легкости. Все ненужные мысли о неудавшемся приёме, перестрелке, остальных проблемах вдруг испарились. Мир сузился и в нем остались только они, душевая кабина, шум воды на фоне.              Пальцы Кея убрали прилипшие ко лбу черные волосы, оставили на нем аккуратный поцелуй. Нос уловил привычный аромат корицы с древесными нотами – Лу была не из тех, кто пользуется шампунями с запахами роз или ванили. Но парню это и нравилось в ней. Нравилось засыпать, уткнувшись в ее макушку. Одна из его подушек пахла также, что позволяло ему засыпать спокойней, когда приходилось ночевать порознь. Нравилось чуть ближе прижимать ее к себе на публике. Нравилось дольше удерживать ее в объятиях при встречах. Ему нравилась она. Нет, не просто нравилась. Было что-то большое и это “что-то” явно нечто сильное, взаимное.              Рука эмпатика вновь вернулась вниз, на талию девушки. Прижала ее прохладное тело ближе к его теплому. Не раздумывая, Лу накрыла губы Кея нежным поцелуем. В груди разлилось нечто теплое, приятное. Руки псионички обвили мужскую шею, влажные пальцы зарылись в сухие волосы. Мужские губы были мягкие, словно зефир. Вода продолжала шуршать о серый кафель, в комнате становилось душно, а прикосновения губ более развязными. Мужские ладони мягко скользнули к бедрам девушки, вызывая у той мелкие мурашки. Сквозь поцелуй, в котором уже участвовали не только губы, но и языки, девушка почувствовала легкую ухмылку. Считал.              В легких не хватало воздуха, а учащенное дыхание и горячий, влажный воздух не делали ситуацию лучше. Кей отстранился от Лу, касаясь своим носом её. Его томный, но одновременно мягкий взгляд прошелся по женскому лицу, чуть дольше задержался на голубых глазах – темные ресницы девушки слиплись после душа, щеки покрылись розоватым оттенком, мокрые волосы прилипли к скулам. Эмпатик считал легкую усталость, но также желание. Желание не секса, а близости, заботы. Нежности, смешанной с раскаленной страстью в ярком коктейле. Парень выпрямился, этим заставляя Лу вскинуть голову. Он не смотрел на нее. Скользнул по ее шее, одна рука оторвалась от бедра, убрала черные волосы с плеч и груди, открывая светлую кожу. Её тело тянуло его к себе словно магнит. Так и хотелось дотронуться, почувствовать, как возбуждение слегка кружит голову, разливаясь по венам.              Мужские губы мельком прошлись по щеке, скуле, задержались на шее. Ладони снова вернулись на бедра, а большие пальцы начали рисовать круги на влажной коже. Расслабленное горячей водой женское тело ещё больше таяло от ленивых ласк, периодически покрывалось мурашками. Желание прижаться ближе, вновь ощутить этот пряный аромат, который приятно щекотал нос, росло.              Кей коснулся живота, поцелуем прошелся по аккуратному плечу. Чувствовал горячее дыхание Лу на своей щеке, а ее губы изредка скользили по кончику уха. Его темные волосы пахли пенкой для укладки, а шея мужским парфюмом. Эмпатик продолжал свои неспешные ласки руками, очерчивая фигуру псионички. Лу схватила парня за правое запястье, направляя его кисть вниз, но он остановил её. Затылком почувствовал недовольный взгляд, но когда отстранился от женских ключиц, то разглядел только недоумение. Пси-эмпатией же чувствовал возбуждение, нежелание останавливаться сейчас и покидать душевую кабинку.              — Развернись.              По спине Лу пробежала приятная дрожь от того, насколько низкий, твердый был голос Кея. Он явно доминировал над ней в этот момент, и девушке, на удивление, до безумия нравилось это. Она не заставила долго ждать, повернулась к парню спиной, в то время взгляд уперся в запотевшее стекло. Эмпатик сделал небольшой шаг вперед и лопатки практически сразу ощутили прикосновение мужской груди, а бедра его возбуждение. До ушей Кея донесся шумный выдох. Его руки обхватили талию, ещё больше прижимая к себе. Правая ладонь моментально скользнула вниз, другая накрыла грудь, срывая этим ещё один вздох с розоватых губ.              Лу откинулась на плечо эмпатика, а влажные волосы упали на его спину. Кончики её пальцев слегка немели от каждого прикосновения к животу и бедрам. Девушка не знала, куда деть руки – одну вернула на мужское запястье, другой же скользила по шее к затылку периодически путая волосы. Дыхание у обоих окончательно сбилось. Ласка стала чуть более активной, но всё равно продолжала быть размеренной, медленной. Не хотелось никуда спешить, особенно после столь напряженного дня; хотелось подольше побыть наедине в приятной для ушей тишине прерываемой только приятным шумом воды и ночного города за приоткрытым на проветривание окном.              Ладонь Кея скользнула между ног девушки, выбивая полу стон. Лу сжала волосы парня в руке, но почти сразу ослабила хватку. Голова полностью легла на крепкое плечо, а шея почувствовала прикосновение мягких губ. Воздух стал ощущаться ещё более горячим, душным. Медленные движения пальцев внизу заставляли мурашки бегать по коже, а возбуждение разливаться по телу. Эмпатик считывал, как ей больше нравится – ускорялся, увеличивая давление, но после замедлялся, уделяя внимание другим частям тела. Наблюдая за тающей от его прикосновений девушкой, на губах появилась ухмылка. Лу периодически приоткрывала глаза, но видела лишь темный потолок и расплывчатое тусклое освещение. Она терялась в ощущениях: пальцы Кея внизу доводили, вторая рука мягко сжимала грудь и ласкала твердые соски, губы оставляли влажные следы на шее и за ушами.              Комната заполнилась стонами и шепотом, которые перебивали включенную воду. Лу, уткнувшись в шею парня, шептала его имя. Её тело льнуло к нему желая большего. Он же специально не ускорял ласку, а лишь замедлял движения пальцев, не позволяя девушке достичь конца. Ему нравилось смотреть, как она извивается в его руках словно змея, но при этом больше жмется, полностью отдавая тело и душу в его руки – ей не нужно было переживать, что Кей навредит ей. Ему нравилось замечать ее красные щеки, слышать сбитое дыхание и хриплые стоны, ощущать дрожащие от возбуждения ноги и пальцы рук.              В один момент движения стали стремительно замедляться. Кей убрал руку, слушая недовольный стон девушки. Между ног Лу всё горело, ногти впивались в мужские плечи от неполученной разрядки. Эмпатик очертил ее бедра руками, слегка подталкивая вперед. Дабы не упасть, псионичка рефлектно выставила руку и уперлась ладонью об вспотевшее стекло. На нем остался отпечаток, а вода скопилась в капли, которые медленно потекли вниз прокладывая дорожки. Парень прижался бедрами к девушке и она почувствовала его возбуждение, мужская рука прошлась вверх, остановилась на спине и слегка надавила.              — Прогнись немного. И обопрись лучше, так удобнее, — голос Стоуна был у самого уха, опаляя его горячим дыханием. Он четко считал, как Лу в его руках напряглась от ожидания. Её пальцы сильнее нажали на стекло, а плечи подались немного вперед, заставляя псионичку выгнуться и еще больше прижаться к бедрам Кея. Локти слегка соприкоснулись с запотевшим стеклом, оставляя два новых отпечатка. Ладонь эмпатика скользнула вниз по позвоночнику, вызывая дрожь по всей спине. — Умница.              Лу шумно выдохнула. Бедром она продолжала чувствовать крепкую руку парня, которая сильно сжимала не позволяя шевелиться. Вторая же вновь поднялась вверх по спине изучая плечи и шею. Эмоции девушки смешались с эмоциями Кея, заставляя его тяжело выдохнуть ей в затылок. Прелюдия были не нужны — оба были достаточно возбуждены. Желание бурлило и разливалось внутри, будто лава из проснувшегося вулкана. Влажный воздух мешал свободно дышать, каплями оседая на волосах и вспотевшей коже. Эмпатик остановился на затылке и пальцами захватил черные, как смола, волосы, крепко сжал их в руке и аккуратно, нежно оттянул назад. Лу опрокинула голову, вслед за движениями Кея, а мутный взгляд быстро окинул потолок. После веки девушки сомкнулись, а ресницы продолжали подрагивать.              Кей чувствовал — он нужен ей сейчас, как и она ему. Неимоверно сильно хотелось превратить напряжение прошедшего дня в страсть, желаемую близость. Не заставляя девушку больше ждать, помогая себе рукой, парень плавно вошел в нее. Женский стон заполнил душевую кабинку, а волна возбуждения пробежала снизу вверх по спине. Голова шла кругом от его прикосновений и ощущения заполненности. Толчки были размеренные, неспешные, но и этого хватило, чтобы комната заполнилась тихими стонами и рваным дыханием. В этой позе он чувствовался непривычно приятно, заставляя ноги только сильнее дрожать. Лу пыталась зацепиться, но пальцы лишь скользили по мокрой поверхности, оставляя дорожки. Рука Кея с каждым толчком всё сильнее сжимала волосы Лу, продолжая оттягивать, тем самым доставляя легкую боль. Она же не чувствовала ее, полностью отдаваясь горящей внутри страсти и растекающемуся в груди теплу.              Движения становились всё более учащенные и резкие. Кей оставил волосы девушки в покое и накрыл ладонью ее руку, тем самым прижимая больше к стеклу. Соски мельком коснулись холодной поверхности, срывая прерывистый стон. Эмоции Лу перетекали к Кею, словно по невидимым ниточкам. Они оглушали, заставляя голову идти кругом, а мысли испаряться. Мышцы натянулись струнами, кожа горела словно трава под палящим солнцем.              Оргазм взвился током вдоль позвоночника. Накрыл сильной волной, оглушая. Эмпатик изо всех сил прижал девушку к себе, пока мышцы той сильнее сжимались вокруг него. Крупная дрожь распространилась по всему телу, а воздух в легких напрочь закончился. Ноги ослабли и если бы не мужская рука, то Лу бы лужицей растеклась на каменной плитке. Мир вокруг будто стих и исчез, оставляя их вдвоем, разгоряченных и удовлетворенных.              Кей отстранился только, когда страсть полностью стихла, а приятная усталость заняла ее место. Не размыкая объятий, пара переместилась под душ, который всё это время оставался включенным. Прохладные капли воды приятно окутали тела, помогая полностью остыть. Мужские губы еле прикасаясь, будто Лу фарфоровая статуэтка в его руках, оставляли невесомые поцелуи на лбу и висках. Своей пси-эмпатией он считывал ее умиротворение, которое расслабляло и успокаивало. Кей любил так делать, особенно после пребывания в высшем обществе. Слишком много неприятных эмоций — ложь, обман, отвращение — выливаются на него огромным потоком, выматывая. В такие моменты только Лу становилась спасением. Ему нравилось лежать с ней в обнимку, слушать ее ровное дыхание и чувствовать ее безмятежность; нравилось чувствовать изящные пальцы в своих волосах, слушать ее голос. Да что уж тут, ему просто нравилось быть с ней, даже в тишине.              Дольше нужного они в душе не задержались. Покинув душную кабинку, пару сразу окутал прохладный воздух. Усталость всё больше ложилась на плечи, а веки становились тяжелыми, припоминая этим раннее пробуждение. Взгляд Кея зацепился за еле виднеющиеся следы их близости на стекле душевой — его точно придется помыть после такого. Дальше парень посмотрел на Лу, которая стояла совершенно нагая возле него. Она была невероятно красива, освещенная тусклыми лампами теплого света. Белоснежное полотенце уже несколько минут скользило по ее темным волосам с характерным шорохом, вытирая лишнюю влагу. За это время Кей успел надеть нижнее белье и убрать использованную одежду в дезинфектор.              Лу еще раз протерла кончики волос и выпрямилась. Ещё слегка влажные они рассыпались по ее плечам и спине, красиво контрастируя со светлой кожей. Голубые глаза поймали взор карих на себе, заставляя губы растянуться в слабой улыбке. Полотенце, которое всё еще было в руках у псионички, успело обернуться вокруг ее тела перед тем, как мужские руки обняли ее со спины.              — Мне понравилось. Можно будет как-нибудь повторить.              Фраза Лу вызвала у Кея небольшое недоумение. Он сначала растерялся, ведь не понял, что она имеет в виду, но после по комнате раздался тихий смех. Это заставило девушку лишь сильнее улыбнуться, спиной прижимаясь к груди эмпатика.              — Можно. Только счетчик за воду меня потом точно не порадует.              Её брови поднялись вверх. А ведь серьезно — они так увлеклись друг другом, что даже не заметили, как вода бурной струей продолжала течь с душа. Поток мыслей псионички был прерван, так как она почувствовала руку под своими коленями, а после ноги оторвались от пола. Она издала тихий писк неожиданности; одной рукой прижала полотенце к груди, вторая обвила шею Кея, который лишь сильнее прижал ее к себе.              Темную спальню Кея, как всегда, освещала лишь небольшая солевая лампа на прикроватном столике. С приоткрытого окна дул легкий прохладный ветерок и моментами доносились звуки ночного города. Голова девушки спокойно покоилась на мужской груди. Его сердцебиение было дня нее сродни колыбели, а руки на спине словно кокон, который окутывает спокойствием и расслабляет. Дыхание Лу было ровным, стабильным; веки давно сомкнулись, ресницы успокоились и перестали подрагивать. Она выглядела максимально уязвимой в такие моменты, но знала, что рядом с Кеем ей ничего не грозит.              — М, Кей…              Сонный голос вернул эмпатика с полудрема в реальность. Говорить ничего не хотелось, поэтому он мягко скользнул по её волосам, немного пропуская пряди сквозь пальцы. Лу молчала. До ушей доносились лишь ее тихие вдохи, а ключицами чувствовалось горячее дыхание. Кей повернул немного голову и оставил нежный поцелуй на темной макушке, улыбнулся. Усталость продолжала брать своё, а веки неконтролируемо опускаться, поглощая всё вокруг в кромешную темноту. Последнее, что услышал псионик перед тем как провалиться в Царство Морфея — её голос.              — Люблю тебя.                     

***

                    Темные шторы стойко защищали от лучей утреннего солнца, пока те норовили попасть в комнату. В спальне было прохладно после ночи и город за окном только начинал оживать. Пробуждение было медленным, неспешным, а сон лениво уходил. Легкая простыня приятно прилегала к телу, подушка же пахла чистотой и свежестью с легким ароматом шампуня. Лу слегка потянулась, выгибаясь словно кошка. Она чувствовала себя максимально, на сколько это возможно после тяжелых рабочих дней, отдохнувшей и выспавшейся. Руки девушки вытянулись и легли на вторую половину кровати, что заставило ее моментально открыть глаза. Место, на котором должен спать Кей пустовало и полностью остыло. Псионичка села на кровати, оглядывая комнату. На ней было лишь одно нижнее белье, хоть она и не помнила, когда успела надеть его. Повернулась, свесила ноги и замерла прислушиваясь. Полнейшую тишину нарушал лишь ветерок, прорывающийся через приоткрытое окно. Ни звука включенной воды, ни голоса с телевизора, ни работающего кухонного блока слышно не было.              Дальше ждать Лу не захотела. Схватила первую попавшуюся под руку футболку и натянула на себя. Серая однотонная ткань была ей немного ниже бедер, поэтому искать свои шорты она даже не стала. Бесшумно прошагала к двери и медленно покинула комнату. В гостиной было намного светлее за счет огромных окон, которые были полностью открыты. В нос сразу ударил запах свежесваренного кофе и какой-то выпечки, а через пару мгновений взгляд зацепился за тарелки и завтрак на них. Губы тронула нежная улыбка от такого проявления заботы, но быстро сменилась удивлением — на столе также лежал скромный букет. Небольшие голубые цветочки аккуратно прижимались друг к другу, связанные элегантной лентой. В пару движений псионичка оказалась возле обеденного стола и это, по ее мнению, голубое чудо аккуратно переместилось в ее руки. Она бережно прижала цветы к себе, а после наклонилась и попыталась уловить запах.              — Они не пахнут, — мужской голос раздался позади, разрушая стоящую тишину. Лу сразу же развернулась к нему лицом. Кей выглядел сейчас очень домашним: растрепанные волосы неряшливо падали на лоб, будто он только встал кровати, хотя бодрое выражение лица и еда на столе говорили об обратном. — Доброе утро.              Лу шире улыбнулась, а внутри разлилось привычное тепло. Вот так просыпаться и проводить утреннюю рутину вместе с парнем для нее уже входило в привычку. Редкие случаи, когда ей приходилось проводить ночь одной в квартире Термитника навевали легкую тоску и холод, что даже летнее солнце не могло разрушить. С Кеем же было всё совершенно наоборот.              — Доброе. Я думала, ты ушел куда-то, — псионичка заметила на себе немного удивленный взгляд, поэтому поспешила объясниться, — Слишком тихо было.              — Я в ванной был. Вазу протер и воды набрал.              Лу только сейчас обратила внимание на вещь в его руках. Небольшая ваза из тонкого стекла, наполненная до половины жидкостью, не была вычурной, но всё равно выглядела достаточно аккуратно. Она быстро оказалась на столе, а кончики цветов тут же окунулись во влагу, поглощая ее.              Вид открывался невероятный: солнечные лучи нежно ласкали небесного цвета букет, а волны пара медленно вздымались над чашками с горячим напитком. Лу, невольно залюбовавшись на представшую картину, даже не заметила, как рука Кея обвилась вокруг ее талии, а мягкие губы оставили поцелуй на виске. Пси-эмпатия считывала легкое умиротворение и счастье в эмоциях девушки, что только заставило Кея больше улыбнуться. Посторонние мысли ушли на второй план, оставляя в голове уютную пустоту.              — Спасибо за цветы. Необычные и красивые. Мне нравится.              Лу прижалась к боку парня, а голова удобно разместилась на его плече. Взгляд голубых глаз снова остановился на цветах. Кей часто радовал ее такими небольшими букетами, мелкими, но значимыми подарками и простыми прогулками, где они обычно отдыхали от работы и надоедливого общества. Было приятно осознавать, что рядом появился человек, который понимает тебя, как никто другой; который готов бросить все свои дела, просто сгрести в свои объятия и болтать на протяжении не одного часа. Лу часто слышала от Кея, что многие считают эмпатию в отношениях минусом и не всегда ей рады, но для нее всё было в точности наоборот. Иногда даже появлялось желание обладать такой пси, дабы чувствовать то, что бывает сложно передать словами.              — Это гортензии. Наткнулся недавно на статью о них и решил почитать. Заинтересовало.              Солнце спряталось за облаками, но через пару секунд вынырнуло, снова лаская своим теплом мир. Девушка медленно перевела взгляд со светлых цветов на темные глаза, которые необычно контрастировали с растением. Его радужки напоминали черный густой шоколад, переливающийся на солнечных лучах.              — И что вычитал?              Кей выдержал небольшую паузу, задумавшись о чем-то. Потом же посмотрел на Лу, невольно утопая в глубине ее глаз.              — Они являются символом искренности и надежды. Их часто дарят другим с целью напомнить о себе, ведь на языке цветов гортензии буквально означают “Вспомни обо мне”. Но также в некоторых до штормовых странах они были символом скорби.              Псионичка продолжала смотреть на парня, раз за разом прокручивая в голове услышанную информацию. Внутри всё трепетало, а в душе как будто порхали бабочки. Она каждый раз удивлялась этим эмоциям, ведь до Кея она ни с кем не чувствовала такого. С ним проблемы казались не такими ужасными и сложными, ведь она знала, что больше никогда не останется с ними наедине.              Ее губы мягко коснулись скулы, оставляя невесомый поцелуй. Она не умела говорить, только училась так выражать свои чувства. А пока что хватало лишь мимолетного прикосновения или понимающего взгляда.              — И, Лу, — эмпатик уткнулся носом в ее макушку, окружая себя ставшим родным запахом, — Я тебя тоже люблю.