Мы обречены

      Туман часто опускается на тихие улочки различных городов по утрам. В ранее время он всегда скрывает самое сокровенное, будь оно счастливым или же наоборот. Люди, снующие по утрам в разных направлениях, никогда не обращают на него внимания. Не придают ему никакой ценности. Туман всегда скрывает самое сокровенное, а Драко Малфою это было известно куда лучше, чем другим.

***

      Они знали, что их отношения долго не продержатся. Знали, что каждый грёбаный ученик школы волшебства смотрел на них взглядом полным презрения. Знали, что каждый шепчется за их спинами, когда они вновь проходят по общим коридорам, держась за руки. Но, несмотря на все сплетни, неправильные взгляды и вечные ставки на то, как долго это продлится, Драко и Гермиона никогда не обращали внимания.       Слизеринский принц и главная "заучка" Гриффиндора. Старосты школы и любимчики профессоров считали все глупые слова в их сторону настоящим бредом. Ходили сплетни, что Малфой лишь пользуется и играет гриффиндоркой, а та ему слепо верит, но как же все они ошибались.       Два месяца лучшие ученики школы провели вместе не обращая внимания ни на кого. Два месяца они узнавали друг друга всё лучше и лучше, влюбляясь всё больше, хотя казалось бы, куда ещё?       Драко и Гермиона старались не задумываться о совместном будущем, хотя, признаться честно, очень хотелось. Каждый из них ощущал неведомую тягу друг к другу, но при этом в груди всегда оставалось мерзкое чувство чего-то липкого и неприятного. Юные волшебники не понимали этого, но старались забыть и со спокойной душой жить дальше.       Слизеринец и гриффиндорка никогда не говорили об этом вслух, но всегда держали в голове. Конечно не думать о будущем получалось не всегда и так или иначе, оба думали о том, что у них всё может быть хорошо, хотя нечто на подкорке сознания не давало заходить далеко. Нечто очень сильное останавливало все мысли. На их будущее будто бы с самого начала опустилось огромное облако тумана, стойко закрывая всё от посторонних глаз.

***

      Драко навсегда запомнил самый ненавистный день в своей жизни. Запомнил день недели и обязательно запомнил бы время, не будь он так увлечён.       Это было 15 декабря. Суббота. Матч по квиддичу между двумя факультетами. Слизерин и Когтевран.       Все ученики и профессора были взбудоражены. Каждый игрок волновался, даже если умело скрывал и Малфой был не исключением. Но в отличие от других это были не те переживания вроде, выиграет или же проиграет их факультет. Нет. Это было нечто новые, ранее неизведанное и Драко совсем не понимал, на что оно направлено. Ему казалось, что это такой же обычный матч по квиддичу как и другие, хотя какие-то сомнения больно впивались призрачными пальцами в грудки, после чего, будто пробирались до самого сердца сжимая его в своих тисках, с искренним желанием раздавить.       Он мало, что помнит с той игры. Все мысли были сосредоточены только на этом странном, пожирающем изнутри чувством. Он не помнит того, как пытался найти чёртов золотой снитч. Не помнит, как часто кидал пропитанный неясным беспокойством взгляд на гриффиндорку, что тогда сидела в кучке слизеринецев со счастливой улыбкой на лице, источающей настоящую поддержку. Та выкрикивала неразборчивые кричалки, направленные на поднятия духа всей команды, но смотрела только на него. А он сам того не понимая, то и дело возвращал внимание именно на неё.       Малфой вовремя заметил снитч, парящий высоко в небе и не раздумывая ринулся за ним. Ловец когтеврана, конечно, не упуская возможности ринулся хвостиком за Драко.       Непонятное чувство в груди всё нарастало, а сердце своими быстрыми толчками будто отсчитывало секунды до чего-то неизбежного. Блондин искренне не понимал, что сегодня происходит, пока собственными глазами не увидел.

***

      Вдох. Сильнее сжал руки на метле. Выдох. Глазами вновь отыскал золотой мячик. Вдох. Сощурил глаза, что бы рассмотреть его через снег. Выдох. Заскользил за мячиком ниже к трибунам. Вдох. Вытянул руку, готовясь словить. Выдох. Секундной перевёл глаза на учеников и обомлел.       Бладжер с бешеной скоростью нёсся прямо к трибунам Слизерина. Прямо к Гермионе. Прямо к той, кто совсем его не замечал.       Все зрители были увлечены просмотром игры, в частности, наблюдением за двумя ловцами. Никто из них не заметил, что тупой загонщик Слизерина промахнулся и направил ужасно тяжёлый, почти что убийственный мяч на его Гермиону. А она даже не видела этого, во все глаза наблюдая за действиями блондина, который вдруг сменил курс и направлялся прямо к ней. Она не понимала, что тогда Драко хотел успеть отбить этот мяч.       Он ускорил метлу на максимум. Надеялся, что успеет. Надеялся, что поможет.       Но увы, не все надежды и мечты сбываются.       Гермиона без сознания упала на руки какого-то слизеринеца, успевшего среагировать. Лоб её был разбит, а из него тонкой струйкой вытекала кровь. Бладжер уже улетел в другую сторону. Игру остановили. Все замолчали, хотя тут и там слышались восторженные охи и ахи. Целительница мадам Помфри уже прибежала с другими профессорами и начала левитировать Грейнджер в больничное крыло. Малфой без раздумий ринулся за ними, в надежде быть в такой сложный момент рядом со своей любимой. Сердце его обливалась кровью. То самое чувство уже прошло, но на замену ему пришло новое чувство. Отчаяние. Он не знал, что будет с Гермионой, но искренне надеялся, что ничего серьёзного. Даже тогда он ошибался.

***

      С того матча прошло три месяца. Весна начала вступать в свои права. А Драко всё не мог отойти от таких далёких, но близких событий. Вроде это было целых три месяца назад. Как сейчас он помнит, что не раз приходил к Грейнджер. Хотя лучше было сказать, уходил, ведь тот почти что ночевал на стуле у койки гриффиндорки.       Две недели девушка не приходила в себя. Её отпаивали и откармливали разными зельями и травами, меняли бинты на голове, а так же применяли заклинания.       Как сейчас он помнит тот день. День когда Грейнджер очнулась. Он был несказанно рад, а вот она явно нет. Драко помнит тот удивлённо-холодный взгляд, обращённый прямо на него, а вместе с ним и вопрос: «Малфой, ты что здесь делаешь?», после чего был задан ещё один: «И что тут делаю я?». Кажется, тогда они оба ничего не поняли.       Как сейчас Драко помнит, как перед его носом закрыли дверь и сказали прийти позже. Тогда он пришёл на следущий день в очередной раз замечая непонятый взгляд Гермионы, который чуть позже ему объяснила целительница.

Гермиона ничего не помнила.

      Хотя как сказать не помнила, оказывается она не помнила произошедшее четырёх месяцев. Её очень долго допрашивали, узнавая, что та помнит абсолютно всё, что было до тех четырёх месяцев. И их отношений она не помнила. Не помнила тех чувств, сближения. Вообще ничего. Каждый раз, когда Драко приходил к ней, в её взгляде больше не было прежней нежности. Прежней любви. Прежнего желания просто побыть рядом. Из её глаз так и сочился холод, а изо рта яд. Каждый диалог заканчивался тем, что Гермиона острила ему и выражала своё нежелание разговаривать с ним.       В конечном итоге Малфой решил оставить это дело. У него не получалось сблизиться с ней вновь и вернуть прежние отношения, даже спустя месяц после события.       Он наблюдал за ней в коридорах, большом зале, на улице и совместных уроках. Его взгляд всегда был прикован именно к ней. Глаза отмечали каждую частичку её лица. В воспоминаниях именно эти губы целовали его и дарили улыбку, глаза смотрели с нежностью, носик любил утыкаться в грудь во время объятий. Уши слизеринеца не обращали внимание на друзей, пытающихся хоть как-то поддержать, они обращали внимание лишь на голос Гермионы. Тихий или громкий. Весёлый или грустный.       Ему всегда хотелось подойти к ней и обнять за талию притянув к себе. Уткнуться носом в пушистые волосы, пахнущие сладким мёдом. А именно так они пахли, Малфой запомнил это навсегда.       Но больше он не мог этого. Она не обращала на него внимания. Больше не смотрела, не искала взглядом и не заводила диалог. Лишь один раз она сама подошла, но вопреки всем ожиданиям он услышал совсем не то, что хотел.       Гриффиндорка сказала ему, что если раньше, до так называемой амнезии они были в отношениях, то сейчас уже нет и менять она ничего не хочет. Она просила перестать смотреть на неё каждую свободную и занятую секунду, а он старался сделать так, как угодно ей, хоть и выходило не очень.       Больше она с ним не разговаривала ни разу. Как и раньше ходила со своими друзьями, общалась как ни в чём не бывало и больше не вспоминала о нём.       А он думал о ней всегда. Не было ни минуты, когда она не появилась бы в его мыслях. Каждая ночь либо была бессонной, либо сны полностью затягивались счастливой жизнью с ней. А Малфой больше предпочитал первое, ведь после снов было ужасное чувство, будто кошки скребут по душе. Он понимал, что такого никогда не будет.       Драко Малфой был искренне благодарен Туману, который заслонял их будущее. Почему же? Туман дал им целых два месяца пробыть наедине с любовью к друг другу. Они успели испытать множество чувств. Они не знали, что именно произойдет в будущем, ведь именно это скрывал Туман. Они больше отдавали себя друг другу, вместо того, что бы отдаться переживанием. Они знали, что их отношения обречены, но были искренне рады пробыть эти два месяца вместе.

      Спасибо, дорогой Туман.