И лишь в одном счастье

Запах спелого винограда и груши перебивался с розами и лавандой, которые росли в здешних прекрасных садах. Проходя мимо кустарников, под которыми прятались белоснежные кролики, и мимо деревьев, с которого падали золотые плоды, Женя видел лишь одно. То, ради чего он продолжает посещать это место и засиживаться в нём часами, безудержно вздыхая. Вернее та, ради которой он всё это делает. Мужчина не в силах оторвать взгляда от её белоснежной кожи, что накрыта лишь тонкими слоями тканей, может часами разглядывать голубые глаза, что подобны двум кианитам на свету ясного солнца. Он каждый раз приносит ей золотые украшения, всё более сложной и кропотливой работы. Бережно уберёт мягкие волосы и застегнёт ожерелье на плече. Золотистое, оно так прекрасно подходит её молочному оттенку кожи. Марина улыбается, самой яркой и красочной улыбкой, в которой Женя может полностью позабыть себя. Такая нежная и недоступная. Он готов часами слушать её истории и гулять с ней по прекрасному саду. Наслаждаться мелодичным пением, что окутывает и не позволяет уйти, лишь сильнее впутывая в свои сети. Женя не верит своему счастью, когда Марина обнимает его и одаривает драгоценными поцелуями, ведь каждый из них на вес золота. Они намного дороже тех украшений, которые висят на шее девушки, они не стоят никаких денег. Это настоящий дар Божий, ласковый и дурманящий. Как ей это удается? Евгений каждый раз улыбается, видя девушку за новым занятием. Он счастлив видеть её старания и желание открыть для себя что-то новое, он всегда готов помочь ей. Всегда поддержит, чтобы она продолжала, всегда утешит, если всё таки ничего не выйдет. Её слёзы резали без ножа. Крупными бусинами они спадали по покрасневшим щекам, и доставляли мужчине невероятные муки. Он всегда крепко обнимал Марину и прижимал к своей груди, шепча сладостные молитвы ей на самое ухо, чтобы больше ни одна живая тварь не смогла услышать их. Ведь он предназначал их для одной единственной, которая сидела у него на руках. И как бы долго это не продолжалось, Женя никогда не оставлял Марину одну. Он приходил всё на то же место, целуя её изящные руки и восторгаясь всё новым и новым волшебным рассказам, помогающим забыть обо всём на свете. Без доли сомнений, она - его муза. И только она, способная радоваться мелочам, она, сочиняя восхитительные поэмы, от которых душа трепетала и была готова покинуть тело, лишь бы вдоволь насладиться её дивным голосом. Она, своей красотой затмевая всех богов и богинь вышестоящих, она, искусно играющая на любых музыкальных инструментах, завораживая каждым движением. Любые струны под нежными женскими руками становились волшебными. Музыка казалась сладостной, а ткань как никогда приятной на ощупь. Что за прелесть? Каждый сшитый Мариной наряд был похож на работу самой талантливой швеи. Женя готов был радоваться вместе с ней, ронять горькие слёзы рядом, веселиться подобно маленьким детям на просторных лугах. Только Марина вызывала в его сердце дрожь и волнение, до одури приятные, которые становились подобно запретному плоду для Жени. И никакая болезнь, никакая ненастья ни за что не разлучит их. Сами души переплелись, и друг на друга они смотрели с необузданной любовью и страстью. Но даже в самом ясном небе обязательно появятся грозовые тучи. И теперь столь любимая и прекрасная девушка бездыханно лежала на его сильных руках, не шевелясь. Безжизненные глаза были устремлены высоко в небо, бездумно наблюдая за пролетающими мимо облаками. Женя впервые ронял слёзы, полные отчаяния. Он был безутешен и лишь прижимал холодное тело к себе. Больше никогда он не сможет почувствовать её телпа и нежных губ, качающихся его щёк, не услышит её пленительного пения, не придет на это место. Ведь Марины тут больше не будет. Никогда. Она была замечательной. И красота сгубила несчастную юную деву, вызывая ревность у своих сверстниц. Шепча молитвы чтобы упокоить почившую душу, Женя похоронил её в одиночестве, долго сидя на могиле и разглядывая некое подобие надгробия. Марина покинула его так рано. И сердце в тот момент будто затвердело, перестав биться вовсе. Оно покрылось мерзкой угольной коркой, затмив беззаботный разум сгущающимися тучами мрака и ураганов. Но никто больше не посмеет ступить на эти земли и занять её место. Он просто не позволит этого сделан, когда кровью девушки была пропитана земля, по которой лишь недавно она бегала босиком и смеялась во весь голос…