Встречи в автобусе

Лань Чжань репетировал перед зеркалом в репетиционном зале свою новую хореографию. Его тело уже двигалось на автомате, исполняя сложнейшие хореографические па. Шаг сменялся бегом, руки рвались вверх и тут же ниспадали наземь в попытке вывернуть все свое естество наружу и донести до зрителя свои чувства и мысли. Снова шаг и снова наземь. А вот он уже гонится за кем-то незыблемым, пытаясь дотянуться до него. Вновь падает на пол, пытаясь встать, но его словно придавливает каменной плитой, из-под которой не выбраться, но он не перестает тянуться, не перестает бороться, ведь сдаваться не в его духе и именно это он хочет сказать, именно это он показывает, ведь он танцор и в данный момент он создает свою реальность с помощью своего тела и чувств. Он создает пространство вокруг себя, которое при беглом взгляде не заметишь с первого раза. Нужно долго и тщательно всматриваться в его глубину. Не моргать и не отвлекаться на внешний мир, затаив дыхание, настолько, насколько позволят легкие, сделать быстрый вдох и снова не дышать. Но сколько бы он ни старался оставить себя наедине с танцем, он никак не мог перестать наблюдать за ходом минутных и секундных стрелок, у них тоже был свой танец, не прекращающийся столетиями. Этот танец был жесток, наивен, беспокоен, раним и все еще продолжался. И вот он новый прыжок, а Чжань, вместо того, чтобы найти удачное место для приземления, снова устремляет свой взор на циферблат, мгновение разбивается на тысячи мелких до и после, и он неудачно падает, подворачивая ногу. Чжань, осматривая свою лодыжку думал лишь о том, чтобы не было вывиха. Поначалу болело не так сильно, и приложив лед он надеется на лучший исход, ведь впереди у них с Ином репетиция и он просто не может себе позволить перенести ее, потому что близится день свадьбы. Тут он слышит негромкий стук и оборачиваясь видит Ина, беззаботно оперевшегося на дверной косяк и лучезарно улыбающегося ему. Лань Чжань, подарив ему ответную улыбку, подзывает его к себе. — Слушай, давай ты сначала отрепетируешь один, а я посмотрю, как ты движешься? — спросил Лань Чжань. — Ну хорошо, давай. А что случилось? — удивившись, спросил Вэй Ин. — Да так, ничего серьезного, я слегка стукнул ногу, — посмеиваясь, сказал Лань Чжань, дабы не раздувать из мухи слона. — Покажи, — поддавшись вперед и пытаясь рассмотреть ушиб поближе, обеспокоенно произнес Вэй Ин. Лань Чжань, тут же отреагировав на его движение, отодвинулся от него и скомандовал начать репетицию, ведь они именно за этим здесь и собрались. Немного расстроившись внезапному появлению серьезного Лань Чжаня, Вэй Ин, понурив голову, недовольно поплелся репетировать. Скинув с плеча сумку, он достал телефон и подключившись к колонке, смиренно ждал вступления. Музыка полилась ручьем из мощных динамиков, оглушая, но в то же время пробирая до самых костей. Вэй Ин слушал не только ушами, но и всем своим телом. Дрожь, исходившая от звуковой системы, так четко расползалась в замкнутом пространстве, обволакивая собою всю комнату и людей, находящихся в ней. Вэй Ин и Лань Чжань, ощущали эту дрожь, но ничего не говорили, а только пристально смотрели друг на друга исподлобья. Как только проигрыш подошел к концу, Вэй Ин резко вздернул руки и установив их в положении для танца, начал мысленно считать шаги, очерчивая невидимые круги, кружась так, как если бы он хотел тут же упасть в обморок. Один круг, второй, третий, но взгляд непрерывно проскальзывал по лицу Лань Чжаня. Лань Чжань спокойно сидел на полу и сосредоточивал все свое внимание на движениях Вэй Ина, словно был слеп к его взглядам. И лишь спустя минуту, он почувствовал легкое щекочущее прикосновение на своем лице. Не веря своим чувствам, он коснулся лица рукой, дабы убедиться, что на него ничего не приземлилось. Убедившись в этом, и стряхнув с себя это чувство, он посмотрел на Ина, который все это время смотрел на него, продолжая танцевать. Лань Чжань снова ощутил это вроде бы приятное, но незнакомое чувство, как будто его щеки щекотал задорный весенний ветерок, или же голову покрыла тонкая шелковая вуаль. Настолько мягкого и приятного чувств он не испытывал никогда. Сердце с каждым ударом наращивало скорость, крича во все свое маленькое тельце, что именно с ним сейчас происходит, но Лань Чжань, подобно упертому ослу, гнал эти мысли прочь, стараясь не взращивать и толики слабой и хрупкой надежды. Он прекрасно помнил, что надежда - самая ненадежная вещь на земле и не собирался расплескивать свои чувства понапрасну. Вэй Ин, повторив танец от начала и до конца три раза подряд, запыхавшись поплелся к Лань Чжаню, удобно расположившемуся на полу, и вытянувшему ноги вперед. — Ну как тебе? Уже лучше, чем в прошлый раз? — улыбнувшись и сощурив глаза, спросил Вэй Ин. — Неплохо, но ты все еще немного путаешься в последовательности. Может ты сам и не замечаешь, но ты на миллисекунду впадаешь в ступор и путаешь часть, где надо отстраниться от партнера, вместо этого, ты, наоборот, смыкаешь руки в замок. Это движение идет ближе к кульминации, а ты его протискиваешь в самое начало — выдохнув, подытожил Лань Чжань. — Понял тебя, постараюсь больше не путаться. Но с тобой танцевать легче, хоть ты и сказал, что в танце веду я, но такое ощущение, что без тебя, я вести попросту не могу и сливаю все наши усилия куда-то не туда — расстроено и все еще тяжело дыша протараторил Вэй Ин, попутно протягивая руку к Лань Чжаню и жалостливо выпрашивая у него бутылку воды, лежащую в одной куче с их вещами. — Да, конечно, можешь попить, — поспешно отвечает Лань Чжань. Вэй Ин, получив одобрение, легкой трусцой побежал к вещам и, сделав пару жадных глотков, наконец вдохнул полной грудью. — Я не думаю, что все настолько плохо, как ты говоришь. Да ты сегодня впервые танцевал один, но это ничего страшного, еще пара репетиций, и ты запомнишь последовательность, не переживай — успокоил Ина Лань Чжань, — Ну-ка помоги мне встать, я попробую пройтись на своих двух — потянулся к Вэй Ину Лань Чжань. Встав на ноги и попытавшись перенести вес на ушибленную ногу, Лань Чжань не ощутил дискомфорта и сильной боли, и поэтому предложил Ину еще один раз пройтись по хореографии, но на этот раз медленнее и детальнее ее разобрав. Наказав Ину следить за своим отражением в зеркале, он начал двигаться, стараясь не тревожить больную ногу, но затея была провальной. Как только он начинал выполнять танцевальные связки, нога словно полыхала в горящем костре и отбирая оставшиеся силы, сводила на нет всю его напускную выдержку. После пятой попытки шагнуть в сторону, нога отказалась держать его, и он почти рухнул на пол, но Вэй Ин вовремя успел его подхватить и не дал ему снова травмироваться. Упрямые люди упрямы во всем. И Лань Чжань не был исключением. Зная, что травма серьезная, он тщетно пытался отмахнуться от этого, но его тело дало ему жирную оплеуху и вновь доказало, что он не всесилен. — Господи, ну что же это такое. Зачем ты вообще встал с такой ногой, а? — причитая и усаживая Лань Чжаня на пол, Вэй Ин взял полотенца, висящие на станке, и направился в уборную, чтобы намочить их. Вернувшись и все еще бормоча себе что-то под нос, он подскочил к Чжаню и вытер пот с его лица, льющийся градом и приложил мокрое полотенце к ушибу, который начинал потихоньку краснеть, всем своим видом показывая, что Лань Чжаню нужно к врачу немедленно. — Ну будет тебе причитать. Я понял уже, что это серьезно, так что завтра же отправлюсь к врачу — похлопывая по плечу Ина, Лань Чжань старался не выдать себя, хотя нога уже болела даже в состоянии полного покоя. — Никаких завтра, мы идем туда сейчас же — недовольно буркнув, Вэй Ин начал собирать их вещи и что-то сосредоточенно искать в телефоне. Подойдя к Лань Чжаню и подняв его, сказал — Забирайся на спину, ты не спустишься по лестнице в таком состоянии — отчетливо и громко, скомандовал Вэй Ин. Поначалу Лань Чжань отпирался и спорил, но суровый взгляд и непоколебимость Вэй Ина, заставили его на этот раз согласиться на его условия. Вцепившись в его плечи, он почувствовал, как Ин, подхватив его, быстрым и уверенным шагом направился к выходу. Пока они спускались по лестнице, медленно и осторожно, Лань Чжаня с каждой минутой все больше охватывало чувство неловкости и тревоги. — Ты же не собрался тащить меня на своем горбу до автобусной остановки? — с ноткой нервозности в голосе, спросил Чжань и будто бы стараясь его предостеречь, сказал, — Она довольно далеко отсюда. Ты дико устанешь — ожидая ответа, Чжань смотрел ему в затылок, мысленно пытаясь предугадать его ответ. — А я и не говорил, что нам на остановку. Я вызвал такси —остановившись и опустив Лань Чжаня на землю, он достал телефон и стал озираться по сторонам, — А вот как раз и оно! — радостно воскликнув, он попытался снова посадить Чжаня на спину. — В каком смысле такси? — удивленно таращась на машину, которую показал Ин, Чжань отпрыгнул от него на одной ноге и возмутился — Нет, давай на автобусе, это же дорого, ты что. — Так, ты снова за свое? — нахмурив брови и скрестив руки на груди, он медленно направился к Чжаню, которому не за что было держаться, и он едва ли стоял на одной ноге, покачиваясь из стороны в сторону. Подойдя ближе и схватив Чжаня за руки, он попытался сначала снова усадить его на спину, но тот упрямо дергался и не желал идти по-хорошему. Тогда Вэй Ин пошел на крайние меры. Чтобы переключить его внимание, он дал ему неплохой щелбан и пока Чжань отвлекся на лоб, потирая его руками, Ин схватил его на руки и побежал с ним на руках к машине, крикнув в открытое окно, чтобы водитель помог им с дверью. С трудом усадив в машину брыкающегося Чжаня, Ин пристегнул его и, пригрозив ему пальцем, плюхнулся к нему назад. — Мы пристегнулись. Можете ехать — радостно известил Ин таксиста и тут же повернулся к Чжаню — Насколько сильно болит? — с тревогой в голосе спросил он друга. — Не сильно — коротко и по делу ответил Чжань. — Ну не сердись, на автобусе бы тебе было неудобно добираться, ты и сам должен это понимать — жалостливо и виновато пробормотал Ин. — Я не сержусь, просто не люблю, когда меня ставят перед фактом — немного оттаяв, спокойно сказал Чжань, уставившись в окно, стараясь избежать зрительного контакта. Ин ничего не ответил и молчал всю дорогу, размышляя о том, каким милым был Чжань сегодня. И в то же время переживал за его травму. Он молился всем богам о том, чтобы не было чего-то серьезного. Не отводя взгляд, он пристально наблюдал за мирно сидящим Чжанем, который отвернувшись от него, наблюдал в окно проплывавший мимо, ночной город. Ин чувствовал это. Волнение, зарождавшееся в его сердце, начало пронизывать собой, словно тоненькими иголочками все его тело. Руки снова заледенели. Сознание то плавало в экстазе от легкого прикосновения, то горело синим пламенем, от понимания всей ситуации, а ноги пробирала легкая дрожь. Он не хотел это признавать и с этим нужно было срочно что-то делать, поэтому в связи с нынешней ситуацией, ему в голову пришла отличная мысль.