Эдди Мансон Уилер

Уилл влюблён в лучшего друга и спит с его старшим братом. — Майк не узнает об этом, ну же Уилли. — Эдди ласково треплет Уилла по волосам. Только он называет его так. Это первое, что он говорит ему после того, как неоднократно ловит его изучающий взгляд на себе и решает сделать первый шаг. Он просит его остаться ненадолго после общей игры, и когда все расходятся, прижимает к столу. Уилл не сопротивляется. Он лишь краснеет и закрывает глаза. Эдди мажет своими губами по его, цепляя клыками мягкую кожу. Резинка для волос, которую Эдди одолжил у Майка, неприятно давит ему на запястье. А Уилл проводит по ней пальцами снова и снова, касаясь руки Эдди. Тогда Эдди ловит первые звоночки. Уилл никогда не называет его по-имени, иногда «Уилер» — почти отстраненно. Но так кажется только со стороны. На самом деле Байерс течёт, называя его Уилером каждый раз, когда они флиртуют и распаляется от этого только сильнее. Эдди быстро запоминает это и использует каждый раз, когда хочет заставить Уилла сиюминутно возбудиться. Ему достаточно сказать что-то вроде: — Снова твои фетиши, Байерс... И Уилл не замечает, как ведется: — Это ты мне говоришь, Уилер? А потом он тает, растекается и плывёт, оказываясь, в конце концов, у Эдди в руках. Эдди очень заботливый и внимательный, Эдди всегда укутывает его в плед и делает ему горячий жасминовый чай с лимоном и медом. Эдди любит обниматься и говорить ласковые слова. Иногда он чересчур болтлив даже во время секса. Но это не грязные разговоры, а настолько нежные и осторожные, что становится пошло. А Уилл никогда не может удержаться от ролевой игры. Он подхватывает сразу же и цепляется почти за каждое слово, вынуждая Эдди превратить всё в игру. Специальную игру только для Уилла. — Иногда нам всем не хватает немного волшебства. — Шепчет Эдди, подходя со спины и хватая Уилла за задницу в очередной раз, когда они убирают всё со стола после общей игры с ребятами. — Тебе нужна моя песнь клинка, бард*? — Уилл ухмыляется, довольный вниманием, и сжимает яйца Эдди прямо через ткань домашних трусов-шортов, не оборачиваясь. (В D&D Эдди — бард, он спасает команду своей музыкой, но и у волшебника, которым является Уилл, есть приём «песнь клинка», который он может использовать для направления магии на поглощение урона) — Очень нужна, волшебник Байерс. — Эдди скользит ладонями по его груди, задевая соски наглыми пальцами, оглаживает живот и спускается к паху, сжимая член, прозрачно намекая на конкретный клинок. Уилл всё ещё стоит к нему спиной, не оборачиваясь, и отпускает себя в его руках, опираясь на широкую грудь. Уилл никогда не разрешает Эдди снимать футболку клуба Адского пламени. Когда Эдди цепляет её за ворот, чтобы стянуть через голову и снять, наклоняясь над его бёдрами в постели, Уилл треплет его по волосам, останавливая. — Не снимай. — Просит он, стыдливо поджав губы. — Я тоже не буду, если хочешь. — Он ведёт пальцами по руке Эдди от плеча до самой ладони и берёт его за рукав, сжимая ткань. Они избавляются от всей одежды, кроме футболок клуба, и каждый раз с самого первого дня трахаются только так. А когда Уилл кончает, прыгая на бёдрах Эдди, забывая себя, он почти рвёт ткань на его спине, сильно сжимая её и растягивая. Когда он смотрит на это во время игры с ребятами, подмечая свои следы на футболке Эдди, он краснеет и отводит взгляд, а Эдди слегка давит ему пяткой на член под столом, пока другие не видят. Когда у Майка ход и он читает свои клятвы, член Уилла становится твёрже и Эдди чувствует это кожей. Уилл никогда не говорит об этом сам. О том, что он, блять, влюблён в ёбанного Майка. — Я же знаю, что ты представляешь его на моём месте. Не думай, что я такой дурак. — Эдди смеётся сам себе и ставит чайник. Он больше не может игнорировать всё это. И хотя между ними ничего серьёзного — только игра и свободный эксперимент по обоюдному согласию, Эдди не может оставаться от всего этого в стороне. Уилл ему очень нравится, и он буквально знает, что его младший брат теряет. Они сидят на кухне в его съемной квартире. Иногда они устраивают здесь вечер игр со всеми ребятами. А иногда Уилл приходит сюда, чтобы получить то, что он не может получить больше нигде. Валидацию. Валидацию, принятие своих чувств, себя, своей беспомощности и жалкости и просто вместе с тем себя как человека, желающего любви, и не способного справиться с собственными мыслями и чувствами. Эдди открытый гей. Эдди справился со всем, через что Уилл только пытается пройти. Эдди не хранит надежды в сердце и не держит его под замком. Эдди дарит любовь тем, кто в ней нуждается так, как когда-то этого было нужно ему самому. Эдди ничего не ждёт от других и отдаёт ровно столько, сколько получает. А получает от Уилла он достаточно хорошо. Только Уилл так послушно делает всё, что он ему скажет. Только Уилл так податливо ластится к его рукам, стыдливо, но искренне отдавая себя. Только Уилл может далеко зайти в фантазиях Эдди, потому что он сам плывет в собственных. Фантазиях о Майке, которые у него получается скрывать от всех остальных, но от Эдди скрыть не получается. — Ты обещал, что он не узнает. — Первое, о чём беспокоиться Уилл, глядя на него с надеждой и нервно рисуя пальцами круги по краю кружки. Он не ожидал, что Эдди решит развернуть такой разговор. — Да. Но я сейчас не об этом. — Эдди подходит к нему с чайником и наливает кипяток в кружку. Уилл не успевает убрать пальцы и несколько капель кипятка больно обжигают кожу, отрезвляя. — Блять, малыш. Прости, задумался. Ты в порядке? Больно? — Эдди убирает чайник в сторону и берёт руку Уилла в свою, стирая горячие капли и массируя кожу. — Всё нормально. Перестань. — Уилл прикусывает нижнюю губу и смотрит стыдливо. Когда Эдди называет его так, он быстро заводится. Хотя это вообще никак не связано с Майком. В этих свободных отношениях с Эдди Уилл открывает что-то новое о себе каждый грёбанный день. — Нормально? — Эдди мягко улыбается, приподнимая брови в немом намёке. Он ведёт ладонью по бедру Уилла, задевая почти незаметное напряжение в его штанах. — Пожалуйста… — Уилл отводит взгляд, но не убирает его руки от себя, не отталкивает. — Пожалуйста — что? — Эдди замирает в наигранном ожидании. Эдди ужасно любит играть. И это не только про настольные игры. Про любые. Игры со своими чувствами, эксперименты в отношениях, игры в постели, игры с Уиллом и его дурацкой влюблённостью в его дурацкого младшего брата. — Может быть, наконец, назовёшь меня по имени? Или хочешь звать меня Майк? — На этих словах Эдди крепко сжимает его член, надавливая большим пальцем на головку. Уилл знает, что это игра затеяна не с проста. Чёртов Мансон-Уиллер снова что-то задумал. Ещё с того момента, как всё началось. Уилл должен был признаться сразу. Но у Уилла не хватило смелости признаться в этом даже себе, стоя там перед Эдди и почти чувствуя его язык у себя в горле. Кудрявые волосы, высокий рост, футболка клуба адского пламени. Закрывая глаза, Уилл шепчет имя Майка у себя в голове каждый раз, когда ловкий язык Эдди ласкает его. Каждый раз, когда просит его не снимать футболку. Каждый раз, когда трогает его волосы и чувствует шампунь Майка. Эдди играет на струнах его души очень банально, очень откровенно и нагло. Если бы Уилла попросили дать определение их связи, он бы точно ни за что не назвал это отношениями, зато шоковой терапией — запросто. — Пожалуйста, перестань ковырять у меня в сердце. — Уилл знает, что для того, чтобы что-то решить с Эдди, придётся говорить откровенно. Иначе переубедить его невозможно. — Уилли, ты мне правда очень нравишься. Ты даёшь мне то, что нужно. Мне нравится, как ты пахнешь. Мне нравится нести ответственность за твою безопасность и комфорт, когда ты рядом, но сразу забывать об этом и не иметь перед тобой никаких обязательств, когда тебя рядом нет. Мне нравится, что мы оба связаны игрой и у нас есть своё собственное продолжение, о котором никто не знает. — На этих словах Эдди оставляет несколько невесомых поцелуев на его руке, поднося запястье к своим губам. — И не узнает. — Обещает он, заглядывая Уиллу в глаза. — Но знаешь, я всё больше времени провожу с Майком по выходным. Когда вы, ребята, ни хрена не видите. И если раньше я просто хотел помочь тебе понять себя и признаться хотя бы себе, то сейчас я понимаю, что Майку это тоже нужно. Имя Майка из уст Эдди горячо режет Уилла под рёбрами, заставляя чувствовать боль в животе. — Он что-то говорил обо мне? — Надежда в глазах Уилла разбивает сердце Эдди на куски. Каждый раз видя, как тело Уилла отзывается на его ласки, но понимая, что это реакция не на него, а на мысли о его младшем брате, Эдди мечтает почувствовать это снова и снова от того, кто будет искренне хотеть только его. Это желание появляется только из-за Уилла. Эдди привык гнать любовь как можно дальше, понимая собственные потребности и непостоянность, но то, как Уилл произносит имя его брата. Это все заставляет внутри Эдди переворачиваться. Но лишь со временем это ощущение становится очень ясным и оформляется в цельную мысль: «Я хочу, чтобы кто-то любил меня так. Я хочу почувствовать, каково любить так же в ответ». И Эдди хочет быть заботливым с чувствами Уилла, но он отлично знает, каково это — не любить и не принимать самого себя, поэтому знает, что, если Уилла не подтолкнуть, он сам не позаботится о себе. И лелеять его страхи перед признанием, создавая для него иллюзию Майка, в этом случае проигрышный вариант. — Нет. Не совсем. В последнее время он много болтает о моей ориентации и даже просился взять его с собой в группу для поддержки лгбтк-людей в эти выходные. — Майк думает, что он гей? — Уилл выглядит как рыба, которую подцепили на крючок — почти болтается в воздухе, раскрыв рот. Он встаёт из-за стола. — Нет, я не думаю, что он думает, на самом деле. Возможно, ему нужна помощь. Но точно не от меня. — Эдди подмигивает ему и отстраняется. Он понимает, что чем ближе Уилл становится к Майку, тем дальше он сам становится от Уилла. — Подари мне последнюю ночь, Уилли. Можешь называть меня его именем. Я не против, правда. Иногда в этой дыре так одиноко, ты же сам понимаешь. Я бы хотел, чтобы у вас всё получилось, но я буду скучать. — Эдди ловит его пряди пальцами, массируя кожу головы. — Малыш. — Шепчет, наклонившись к уху Уилла. — Майк, пожалуйста, не называй меня так. — Уилл принимает правила игры. — Да? Я думал, что тебе это нравится, малыш. — Эдди резко подхватывает его под бёдра, притягивая к себе, и усаживает на стол. Вставший член Уилла через штаны приятно мажет Эдди по животу. Уилл влюблённо перебирает его кудри, игнорируя напряжение между ними. Ещё чуть-чуть и он полностью провалится в свои фантазии и будет совсем не здесь. Как и Эдди. — Ма-а-йк. — Тянет Уилл, зажмурив глаза, и раскрывает шею. Эдди тянется к его коже, оставляя мокрые следы от губ и языка. Уилл ощущается мягким и податливым, и Эдди особенно любит это в нём. — Малыш, я так давно думал о тебе. Я так сильно тебя хочу, я просто не понимал этого. Я хочу быть хорошим другом для тебя. Ты позволишь мне сделать это? — Эдди играет в его палладина, буквально накладывая руки* ему на член. (*В D&D Майк — палладин, одна из способностей персонажей этого класса «наложение рук», означающее, что его прикосновение может вылечить раны) — Эдди, пожалуйста, я хочу почувствовать тебя внутри. Я хочу твои пальцы. Я хочу делать всё, что ты скажешь. Я хочу быть твоим мальчиком. Эдди? — Уилл выпаливает это так неожиданно, но так уверенно, будто он сотню раз прокручивал это у себя в голове или вообще написал где-то на бумажке и выучил заранее. Эдди не ожидает такого от него и удивлённо замирает. Неужели, Уилл понял? Уилл ловит его реакцию ртом и целует в уголок губ, обнимая за плечи. — Думаешь, только ты замечаешь всё? — Шепчет он ласково, именно так, как Эдди сам научил его. — Я хочу, чтобы в последний раз было хорошо и тебе. — Уилл выделяет последнее слово голосом, делая его низким. Он проводит рукой по волосам, задирая их наверх, имитируя причёску Стива, и снимая с себя футболку. — Только его ты называешь Стиви. И было сложно не заметить, когда ты начал делать это со мной. С моим именем. — Уилл пародирует Харрингтона, уперев руки в бока и делая вид, что он объясняет свои детективные догадки с задумчивым лицом. Затем он, параллельно рассказывая, тянется в свой рюкзак и достаёт жёлтый свитшот Харрингтона. — Где ты это взял, чёрт возьми? — Эдди чувствует, как сердце пропускает несколько ударов, застывая. — Стиви одолжил мне его. Это было очень легко, и я так же легко сделаю для тебя то, что ты делал каждый раз для меня, когда мы были здесь вдвоём. — Признаётся Уилл, надевая свитшот. — Боже. Не делай этого со мной, Байерс. Пожалуйста. Ты хотел Майка во мне, но это… — Эдди пытается подобрать слова, но он чувствует, как глаза наполняются влагой и затыкается. — Я люблю Майка. — Уилл обнимает его, поглаживая по спине. Кофта пахнет Стивом, его одеколоном. Этот аромат прожигает Эдди горло, и он жмурится, утыкаясь в ткань всем лицом. — Это правда. Но я вижу это чувство и в тебе. — Что? О чем ты, блин, вообще говоришь? — Эдди отрывается от него и заглядывая прямо в глаза, пытаясь осознать, когда именно они пересекли последнюю черту нормальности. — Я вижу, как ты смотришь на него. Как ты хочешь его. Я вижу, как ты реагируешь. Я знаю, что ты трахаешь его. И в начале я даже немного ревновал, это правда, но ровно до того момента, пока я не понял, что ты здесь занимаешься тем же, что и я. — Уилл пожимает плечами. — Прости, я не хотел, чтобы ты чувствовал себя так здесь. Всё что происходит в игре, остаётся в игре. В пределах этой комнаты, ты знаешь. И Стиву не нужно то, что за её пределами. Со мной. — Эдди протирает глаза, размазывая влагу ладонью по щекам. — Я рядом. Я не хочу только брать от тебя, не отдавая взамен. Я всё ещё твой друг. — Уилл сжимает его плечи. — Знаю я такую дружбу. — Эдди смеется, приободрясь. — Ты хочешь поговорить? О Стиве? — Уилл нежно гладит Эдди по волосам, перебирая его кудри. Они правда очень сильно похожи на волосы Майка, только гораздо длиннее и пахнут иначе. Но когда они пачкаются, запах его кожи такой же, как у Майка после тренировки. С мыслями об этом Уилл целует Эдди возле глаз, почти невесомо. — Я не думаю, что здесь можно что-то сказать. У него просто есть требования к себе — он хочет престижную работу, дом, семью, как и все. Он привык быть нормальным, привык быть номером один среди всех нормальных. Привык быть примером идеальной гетересексуальности, к которому стремятся все неквиры в этом чёртовом городишке. А здесь… здесь он просто отпускает контроль и позволяет себе быть собой. Но в обычной жизни для него это слишком. Я понимаю. Это страшно. Страшно променять мечту, навязанную родителями, о семье, жене и детях, которые будут заботиться о тебе до конца твоих дней, на странные отношения с непостоянным квиром и его ебанутым музыкальном микробизнесом. — Эдди качает головой в неверии, что для Стива это действительно звучит именно настолько ужасно, насколько у него получилось сейчас это описать. — Ему нужно время. Ты не можешь просто так сдаться. — Уилл смотрит на него с надеждой. — Я люблю трахаться, Уилли. Я люблю играть. Мне нравится то, что мы делаем здесь. Я не думаю, что я готов видеть его лицо каждый день, готовить ему завтраки каждое утро и стирать его грязное бельё, делить с ним одну постель, только потому что больше всех мне нравится трахать именно его. Только потому, что я хочу, чтобы он любил меня так же, как ты любишь Майка. Только потому, что рядом с ним всё не так, как с другими. Я не могу обманывать его. Я не буду таким, как ему нужно. Даже если бы он согласился. На такие отношения. — Эдди не выдерживает этого напряжения и делает несколько глотков из кружки Уилла. Они молчат, пока он пьёт его чай, и спустя мгновение эту тишину разрушает третий голос. — Гкхм. — Майк делает вид, что кашляет. Он стоит в дверном проёме и смотрит на них. — Мы договорились сегодня сходить за синтезатором! — Напоминает Майк. — Почему на тебе одежда Стива? — Обращается он к Уиллу. Эдди почти давится чаем, прокашливаясь. Он не запер дверь после того, как ребята разошлись. Блять. Он забыл про то, что обещал Майку выбрать его первый синтезатор перед днём рождения, чтобы научить его играть. Блять. Он наговорил здесь кучу всего, и неизвестно, что именно из этого Майк успел услышать. Блять. Уилл пытается незаметно затолкать пяткой свою футболку под стол. — Я пролил на себя чай и Эдди дал мне её. — Он выпаливает первое, что приходит в голову. Он чувствует, что слишком открыто нервничает, но не может с собой ничего поделать. — Ладно… — Майк задумчиво поджимает губы. Кажется, ему достаточно этого объяснения. — Так что, мы идем? Уже почти пять вечера. — Снова напоминает он, уставившись на Эдди. — Да, сейчас, прости. После игры совсем вылетело из головы. Ты положил свою наличку на карту? — Эдди встаёт из-за стола и уходит в свою спальню, чтобы переодеться. — Да. Мама дала мне свою кредитку. — Майк слегка кричит, чтобы Эдди услышал его, но при этом не отрывает взгляда от Уилла. Они просто пялятся друг на друга с минуту и молчат, пока Эдди не возвращается из комнаты, переодетый в чёрные джинсы и однотонную чёрную водолазку. Он выглядит чертовски горячо. Такой красивый, стройный, с его длинными руками и пальцами, кудрявыми тёмными волосами. Но Уилл отчетливо понимает, что его это не трогает. Только взгляд Майка беспокоит его сейчас. — Окей. Вы чего зависли? — Эдди просовывается между ними. — Байерс, ты с нами? — Он смотрит на Майка, ожидая от него согласия по этому поводу. Майк смотрит на Уилла, ожидая его реакции. — Нет. Спасибо за чай, но мне пора. — Тараторит Уилл и позорно запрыгивая в кеды, хватает свой рюкзак, и сбегает оттуда. Майк секунду смотрит на Эдди в ожидании его одобрения на то, что он собирается сделать. Эдди раздраженно смотрит в ответ, не веря, что Майку всерьёз нужно разрешение его старшего брата гея, чтобы наконец-то признаться своему лучшему другу: — Чего ты ждёшь? Ты всё слышал. — Прямо говорит Эдди. — Уилл, подожди! Уилл. — Майк не медлит ни секунды, выбегая следом. Он догоняет его возле выхода из подъезда и хватает сзади, прижимает к себе. — Я всё слышал. — Признается он, перехватывая Уилла руками поперек живота, обнимая со спины. Он морщится от запаха Стива на секунду, но не позволяет этому отвлечь себя. — Я тоже. — Это всё, на что у него хватает смелости. Но Уилл понимает его. Он поворачивается к нему лицом и обнимает в ответ. — Прости. — Шепчет Уилл ему возле уха. — Я не смог сказать тебе это сам. — Его плечи дрожат, и кожа покрывается мурашками от теплых прикосновений Майка, его ладони слишком горячие. Эдди появляется где-то за их спиной, опуская руки Майку на плечи и слегка надавливая. — Драконы не дремлют! — Эдди кривит голос, делая его наигранно устрашающим. Он пытается их раззадорить, чтобы снять это напряжение. — Все синтезаторы Америки ждут своего палладина. Ещё пару часов и магазины закроются. Придётся идти в следующий раз в конце недели. — Грозно предупреждает он и, расталкивая парней, протискивается на улицу к своей машине. *** Этим вечером они долго ходят по музыкальному магазину, Эдди помогает выбрать Майку лучший синтезатор для новичка и подходящий по цене. Уилл испытывает скручивающее чувство волнения в животе и не может перестать смотреть на Майка. Майк держит его за руку весь вечер. Они с Эдди довозят его до дома первым. Майк долго обнимает его на прощание, не подозревая, что Эдди тоже хочет обнять. И когда, наконец, Майк отрывается от него, Эдди тут же прижимает его к себе и очень тихо шепчет в макушку: — Я буду скучать, Уилли. — Прости. — Уилл не находит ничего лучше, чем это. А Эдди заслуживает гораздо большего. И Уилл в эту секунду обещает себе обязательно сделать для него что-то получше позже, что-то, что будет сильнее слов. *** Через неделю Эдди возвращается после концерта своей группы и заходит в квартиру с мыслью о том, что Уилла здесь больше никогда не будет. Но это не про потерю Уилла как человека в его постели. Это про потерю того самого ощущения. Ощущения, что в него влюблены, что его хотят, что в нём нуждаются. Хотя все эти чувства даже не были адресованы ему. Никогда не были. Его голова раскалывается от этих переживаний и эхо музыки с концерта всё ещё раздаётся внутри черепа, отравляя мозг. Он не сразу слышит, как кто-то настойчиво звонит в звонок и, не успев разуться, поворачивается к двери, открывая её. — Ты меня преследовал? — Эдди шутит, скрывая за смехом стыд и неловкость от искренней радости видеть Стива на своём пороге. — Нет, я… — Стив пытается найти себе оправдание, но очень быстро сдаётся. — Да. — Выдыхает он. — Это тебе. — Он протягивает Эдди букет порнушных лилеевидных цветов разного цвета, похожих на разрезанные пенисы. В стиле Эдди любить такое. — М. Ладно. — Эдди быстро соглашается, опешив, и принимает букет. — Ты хочешь зайти? Будешь ча-? — Эдди поворачивается в сторону кухни, указывая в её направлении большим пальцем правой руки так, будто Стив никогда здесь не был и не знает, где находится кухня. Стив толкает его ладонью в грудь и целует его очень настойчиво, нагло и глубоко. Лижет по языку, по-хозяйски заталкивая свой — ему в рот. Ласкает дёсны и кромку зубов, заворачивая круги кончиком так, будто делает ему куннилингус прямо во рту. Эдди шипит и мычит ему в губы, ему хочется как-то остро отреагировать, но всё, что у него получается — это уронить цветы на пол. Стив толкает его спиной к стене в коридоре и наваливается всем телом, заставляя упасть. При этом он придерживает его руками, предотвращая удар от падения. — Эдди, пожалуйста, я хочу почувствовать тебя внутри. Я хочу твои пальцы. Я хочу делать всё, что ты скажешь. Я хочу быть твоим. — Стив говорит это слово в слово, как говорил Уилл, пытаясь притвориться им для Эдди. Эдди чувствует, как во рту резко становится сухо и темнеет в глазах. — Не говори того, что не имеешь в виду. — Хрипит он, зажмурив глаза. Стив сидит у него на бёдрах, прижимая своим весом к полу. — Не говорю. Я хочу быть твоим. — Повторяет Стив и тянется губами к его руке. Он целует его пальцы, прижимая ладонь к щеке. — Здесь ты всегда мой, Стиви. — Если это игра, то Эдди готов в неё сыграть, несмотря на колючее чувство под рёбрами. — Я всегда даю тебе то, о чём ты попросишь. Попроси ещё раз. — Нет. Я серьёзно. Эдди. — Стив произносит это очень медленно и грозно. Он убирает ладонь Эдди от лица и сжимает её своей. Он отводит взгляд в сторону, перебирая пальцы Эдди. — Я хочу отношений с тобой. Я не хочу приходить сюда только ради игры. Все… Макс, Дастин, Робин, Уилл, даже Нэнси, — все говорили мне об этом. Но я не понимал, что я могу быть собой не только когда никто не видит, но и когда я этого хочу. И я хочу быть с тобой. — Уилл? Что он тебе сказал? — Эдди сильно напрягается, его мышцы твердеют в потребности защититься, а во взгляде сверкает беспокойство. — Он рассказал мне. — Признаётся Стив, тут же придушивая Эдди одной рукой, не позволяя ему сорваться. — Не злись. — Опережает он. — Всё в порядке. Внутри Эдди закипает раствор с ядом, готовый вот-вот взорваться и растечься повсюду. Как Уилл посмел раскрыть их тайну?! Да, Майк услышал всё из-за Эдди, но это было случайно. Эдди шипит и скалится, но позволяет Стиву держать себя. — Блять, Эдди. Это не имеет значения. Это моё желание. И я знаю, что ты этого хочешь. Я хочу чувствовать твой ёбанный член внутри и знать, что его больше не будет ни в ком другом. Что тебе больше не нужен никто, у кого есть хоть что-то, что я не могу дать тебе. И я готов измениться ради этого. Если ты этого хочешь. — Поясняет он, но не даёт Эдди вставить и слова. — А ты этого хочешь. Поэтому перестань строить из себя принцессу, Уилер, и трахни меня наконец. Первое «Уилер», адресованное только ему, сладко растекается по телу кипятком. — Стиви… Блять. — Эдди просто сдаётся.