Под покровом ночи

Когда Луна восходит на небо и являет свой чистый лик на эту землю, существа, выбравшиеся из преисподней, не знающие жалости, грехоподобные с самых низов, спешат осквернить его. Лишь показав своё истинное лицо, Монстры бесчинствуют и насыщаются на своих пьедесталах, выстроенных на костях и плоти несчастных, чья кровь стекает в их кровожадные глотки и утоляет животную жажду. И казалось, кто сможет усмирить чуждых существ этого бренного мира, название которым - Вампиры? Свирепые убийцы, забывшие что такое человечность и погрязшие в своих инстинктах. И сие мракобесие продолжиться, покуда за ними не придёт "Ангел мести", что с необыкновенной нежностью раскроет свои смертельные объятья и заставит существ биться в агонии, дабы упокоить несчастные души. И имя этому "Ангелу" - Эмма. Блеск гранатовых глаз, сияющих в прекрасной ночи, и развевающиеся на ветру короткие чёрные пряди, глаголят об скорейшей кончине. Она несёт возмездие и придёт по душу каждого. Вопрос лишь во времени... И отчего глаза, цвета спелого граната, красоту которых обрамляют бархатные ресницы, так печальны и пусты? Ответ прост, в них таиться жгучая боль и нескончаемое отчаянье, которые не сокрыть за каменной маской безразличия. Огонёк надежды давно погас в них, оставляя лишь потухшую дымку. Много ли вы видели смертей? Эмма - бесчисленное количество, ей даже "посчастливилось" стать палачом, который с необыкновенной лёгкостью и тонкостью лишает кровопийц их жизни. Могла бы она, когда была ещё пятилетней малюткой, вообразить, что подобная ужасная судьба настигает её так скоро? Нет конечно. Она была всего лишь ребёнком, что как и многие любила своих родителей, играла с друзьями и радовалась всяким пустякам, вроде вымоленной у папы конфеты до обеда или похода с мамой на ярмарку. И всё кажется таким лёгким и счастливым, пока в один момент кардинально не меняется. Казалось, будто это произошло только вчера. Воспоминание той злосчастной ночи до сих пор преследует её в ночных кошмарах, которые заставляют задыхаться и с криком вскакивать, нервно оглядываясь по сторонам в надежде не узреть эти налитые кровью глаза. Отрывки из прошлого возвращали её в ту комнату, когда за окном бушевал ветер, а капли с сумасшествием барабанили по окну, будто пытаясь предупредить о приближающейся опасности. * * * На тумбочке стоит ночник, что избавит ребёнка от кошмаров и защитит от всех монстров, что прячутся по тёмным углам, рассеивая их своим тёплым светом. Словно лучик в непроглядной тьме. Рядом сидит мама, её мелодичный тихий голос музыкой разливается по комнате, увлекая с собой в чудесное приключение из сказки, которую она читает. - Так храбрая лучница спасла принца и освободила жителей от злого волшебника, став великим героем. И жила она долго и счастливо, - закончив рассказ, женщина подняла карие глаза на сонную девочку и отложила книгу в сторону. Рука мягко прошлась по растрёпанным кудрям, убирая их назад. - Я тоже хочу быть храброй и сильной, как лучница, - воодушевлённо пролепетала девочка, не сдержав сладкий зевок. На губах женщины расплылась добрая улыбка, - Будешь, а теперь пора спать. Большой палец мягко огладил пухлую детскую щёчку. Скользнув к вороней копне кудрей, мама ласково смахнула чёлку со лба, оставив на нём короткий поцелуй. - Спокойной ночи милая. Пусть тебе сняться самые чудесные сны. Укрыв кроху одеялом, женщина направилась к окну, намереваясь закрыть его шторами. Только пальцы сомкнулись на ткани, как раздался грохот и через мгновение, по всему небу скользнула молния, озарив непроглядную тьму. Чей-то размытый силуэт на долю секунды мелькнул неподалёку от старого дерева. Всего в нескольких метрах от крыльца. Сердце пропустило удар. Зрачки расширились. Скомкав штору в кулаке, мама резко захлопнула их, спешно выбежав из комнаты. Девочка же лишь проводила её взглядом и натянула одеяло повыше. Вопрос вертевшийся на языке, она так и не озвучила. Не успела. Что-то не давало покоя, какое-то мрачное предчувствие. Даже ночник никак не мог успокоить её. Перебирая пальцами края ночнушки, гранатовые глаза были направлены в потолок, может быть выискивали что-то. Напрягая слух, маленькая Эмма пыталась прислушаться к тому, что происходит на первом этаже. По торопливым шагам, предположительно, та направилась в гостиную к отцу. Отдалённо доносились родные голоса, но вот разобрать то, о чём идёт речь было невозможно. Хотя девочку сгрызал неподдельный интерес. Впрочем, он не мог сравниться с тем, что родительница могла увидеть в окне. С одной стороны было жуть как страшно, но с другой, детское любопытство брало своё и заставляло подняться с кровати, дабы приоткрыть занавесу неизвестности и заглянуть под неё. Вспоминая недавно прочитанную сказку, малышка водушевилась, представляя себя на месте храброй лучницы. Героиня не боялась никого, значит и она будет такой же. Заместо лука и стрел, девочка вооружилась серебряным крестом, что висел над кроватью, представляя что это острый кинжал. Свесив ноги, та осторожно и как можно тише спустилась на пол, медленно направляясь к окну. Края ночнушки едва покачивались от лёгких и неторопливых шажков. Теперь перед ней возникла новая задача. Дотянуться до подоконника. Благо решение ей нашлось. В скором времени, на глаза попался маленький стульчик, который прекрасно подошёл в качестве своеобразной ступеньки. Осторожно перетащив его к окну, обладательница черных волос благополучно отдёрнула штору и наконец взглянула на улицу. Непроглядная темень. С силой ударяющие по стеклу капли и бушующий ветер размыливали обзор. Раскат грома на мгновение заглушил любой звук. К слову о нём, Эмма и сама как-то не заметила, как голоса родителей стихли. В доме воцарилась гнетущая мёртвая тишина. По спине прошёлся холодок. Даже скрип половиц стих. В груди поселилось чувство неуверенности. Теребя край ночнушки, расстерянный взгляд скользнул к двери, в надежде услышать привычный звук пианино или тихий усталый вздох. Хоть что-нибудь. Раздался оглушающий грохот. Стекла задрожали. Тельце затряслось. Обернувшись к окну, по всему небу расползалась яркая вспышка молнии. Стул пошатнулся под ногами. Пальцы впились в край подоконика. Широко распахнутые глаза уставились в окно. Бледное лицо, искажённое в жуткой гримасе. Хищный оскал обнажал острые словно бритва клыки. Налившиеся кровью глаза, своим вертикальным зрачком впились в маленькую беззащитную фигурку. Истошный визг пионзил тишину. Девчонка грохнулась на пол, выронив крест... * * * Как же то было давно... Хочется зажать уши и закрыть глаза, охрипнуть от крика и провалиться в небытие. Перестать чувствовать почву под ногами и наконец не проснуться. Проклинать жизнь нет смысла. Да и чем это поможет? Она обещала быть сильной и храброй, но остатки её самообладания уже на исходе. — Вот гадство... - гадюко шипит та, сидя в засаде. Жалеть себя не привыкла, как и не привыкла терять дорогих ей людей... Ночь кажется нескончаемой. Полная луна время от времени теряется в облаках играя в прятки. Эмме уже хочется поскорее закончить со своей работой и отправиться "домой". Плюхнуться на кровать с банкой дешёвого пива под какой-нибудь хреновый сериал, чтобы хоть капельку расслабить перегруженный мозг и отпустить прошлое. Да и, к тому же, она это заслужила. Всё равно бросит работу на шиномонтажке и завтра же уедет из этого городка на поиски очередной нечисти. "Хех... Увидь Кэп, что я становлюсь такой же как он, скорее всего расстроился." - отдёрнув себя от лишних мыслей, Вольф нахмурила брови и поправила шляпу. Что ж, за два десятка лет, вечное недосыпание и уже не справляющийся со своей задачей кофе, стали её близкими друзьями. Может когда-нибудь придёт времязадумаесься о своём здоровье, но похоже не в этой жизни. На губах растянулась едкая улыбка. В голове всплыло, как ей казалось, забавное воспоминание. Из-за мешков под глазами и бледноты её кожи, дети в магазинчике, где та закупалась последнее время, испугались, спутав ту с мертвецом или гробовщиком. Она уже точно не вспомнит. От обыденных мыслей, сразу же отвлёк едва уловимый шорох. Размытая высокая фигура показалась из зарослей, учуяв запах свежей крови. "Попался!" - победно возликовала охотница, направляя арбалет на цель. Палец, аккуратно соскользнул на курок. Дротики со святой водой - фишка Эммы. Этакий подарочек отк"Кровавого Ангела". Мучения доставляет просто адские. Создаёт ощущение раскалённой лавы бегущей по венам монстров. Хочется разодрать свою плоть в надежде заглушить эту невыносимую боль, пробирающую до костей. Правда девушке жаль, что подобное не смертельно. Так было бы проще. "Чёртова регенерация." - только и остаётся, что мысленно браниться. Цель, будто предчувствуя опасность, попятилась назад, но было уже поздно. Курок уже спущен. Короткий щелчок. Свист. Дротик попал точно в цель. Бьющаяся от черной крови венка лопнула под иглой. Мучителтный рёв оглушил барабанные перепонки, вынуждая скривиться. Пока монстр вцепился когтями в собственную плоть, бестия пикировала из густой листвы дерева на землю. Ухватив рукоятку кинжала покрепче, девушка бросилась на упыря, обнажая серебряное лезвие из ножн. Первая серия быстрых ударов пришла со спины, окрашивая её чёрной жижей, сочащихся из ран. Не давая опомниться, остриё воткнулось где-то в районе уха. Резко провернув, Эмма выдернула кинжал отскочив от противника. Как раз вовремя, когтистая конечность, едва не задев голень, рассекла воздух. Наконец они столкнулись лицом к лицу. Бледнолицый оскалил пасть и в ярости бросился на девушку, намереваясь искромсать в фарш. Размытые фигуры исчезали в ночной тени, укрытые кронами и стволами деревьев. Казалось, только редкий лунный отблеск и рычание твари выдавали их присутствие в этой мёртвой лесной глуши. Монстр едва уворачиваться от точных ударов. Адское невыносимое жжение растекающееся по телу от шеи, мешало сосредоточиться на особо прыткой добычи. Резкий взмах и когти вот-вот рассекут лицо. Парировав атаку, Вольф выполнила подсечку, рассекая брюхо чудовища. Содержимое с хлюпающим звуком шмякнулось о землю, растекаясь вязкой отвратно пахнущей субстанцией. Отпрыгнув назад, девушка приготовилась к следующему нападению, которое не заставило себя долго ждать. Оскал существа приобрёл более насмешливый вид. Так же быстро ступая, жутко неуклюжей и хромой походкой, он продолжил атаковать, совершенно не заботясь о болтающейся кишке. Раздался низкий, почти рычащий, злорадствующий голос — Так ты и есть тот самый палач? Кажется до этого был кто-то покрепче, а не мелкая девчонка, - насмешливый тон пытался вывести из себя, на что Эмма старалась оставаться равнодушной. Тело подрагивало из-за усталости, ранения ныли и кровоточили, но девушка продолжала молчать, лишь покрепче сжимая рукоятку. - О, погоди, вспомнил,- на его бледных, почти белых губах, растянулась едка улыбка, - Кажется его именовали Коннор? "Знаменитый борец с нечистью!" Хех. Как жаль что не мне довелось оборвать его жизнь. С такой-то ученицей, я бы справился с ним в два счёта! Он специально выводил её на эмоции, словно играя по струнам, давил на самое больное, подводя к совершению ошибки. Хитрый прищур сопроводил вздувшуюся на лбу венку. Губы девушки дрогнули, растягиваясь в прямую линию. "Не смей!" - с силой подавив крик рвущейся наружу, Эмма прикусила язык. Резкий рывок и остриё прошлось по сонной артерии кровососа, рассекая мягкие ткани шеи. Лицо охотницы окрасила чёрная жижа, струящаяся во все стороны. Когти существа вцепились в бедро, разрывая плоть. Невыносимая боль парализовала ногу, повалив на землю вместе с тварью. С уст сорвался душераздирающий крик, который вскоре подавила Вольф, торопившаяся завершить свою миссию, перед тем, как потерять сознание от болевого шока. Тяжело дыша, из последних сил Эмма скрутила полу-отрезанную голову, помогая кинжалом, и отрывала её от шеи трепыхавшегося. Едва уловимый хрип донёсся до ушей. Уже безжизненные глаза закатились вверх, подобно рыбёшке. Губы застыли в немом предсмертном вздохе, а хватка на бедре наконец-то ослабла. Рукавом стерев грязь со своего лица, трясущимися руками, девушка схватилась за торчащую из ноги конечность. Мысленно отсчитав три цифры, черноволосая, не разжимая челюсть, потянула за фаланги, вытаскивая из своей плоти застрявшие когти ублюдка. Собственная кровь непрекращающимся потоком сочилась по внешней стороне ноги, окрашивая почву под собой. В попытках остановить кровотечение, поднажав, девушка поползла к своей сумке, брошенной возле дерева. Мыча, глубоко дыша, проклиная себя за порыв эмоций и стараясь унять дрожь в пальцах, охотница выудила бутыльки со спиртом и святой водой, бинты и сняла ремешок. Бегло обтерев руки о свою майку, та быстро стянула штаны, стараясь затянуть потуже самодельный жгут в основании ноги. Часть спирта была вылита на лежащий рядом труп упыря, остальная же была размешана с водой и использована в качестве обработки раны. Уже не сжимая свои измученные губы, та позволила себе шипеть. Накладывая бинт, девушка скрупулёзно обдумывала свои дальнейшие действия. Вероятно, её могли услышать, а ещё хуже, выдвинуться на поиски источника звука. Надеясь на пофигизм жителей этого городка, Эмма наконец завершила перевязку. Кровь понемногу начала останавливаться, что не могло не радовать. По крайней мере она не умрёт рядом со своей целью. Облокотившись спиной на ствол дерева, девушка позволила себе немного отдохнуть и, устало прикрыв глаза, провалилась в сон. Сколько Вольф провела в отключке неизвестно, но предположительно пару часов. Сменив бинты и натянув ещё мокрые и неприятно прилипающие к ногам штаны, та предприняла попытку встать. Придерживаясь за дерево, девушка, подхватив шляпу и сумку, выпрямилась. Голова жутко болела, взгляд мутнел и не давал сфокусироваться. Всё же чувство безысходности и никчёмности её состояния выбивали последние оставшиеся силы. Который раз ругая себя за поспешность решений, девушка даже вспомнила о забытых словах знакомой. "Послушай. Я знаю, что ты сейчас не в состоянии выходить на миссии, поэтому не упрямься и пережди. Не делай поспешных решений. Мы все сейчас скорбим, поэтому не поддавайся эмоциям... Ладно?" Теперь-то Вольф была добита и физически и морально. Она и в правду повела себя как ребёнок, за что вскоре и поплатилась. Теперь уж точно никого бега до заживления, плюс ещё один шрам в копилку. Но обиднее всего едва не проваленная миссия. Нервно растирая костяшки, охотница полезла в карман потрёпанного плаща, взглянув на место недавней бойни. — Мудак... - с презрением плюнула Вольф, окинув труп презрительным взглядом. Из-за пазухи показалась зажигалка и пачка мальборо. С таким стрессом ей вряд-лихватит сил даже за руль сесть, что уж говорить о дороге. — Всего одна, - заверяла саму себя, Эмма делая первую затяжку. Задумчиво выдыхая дым, девушка охватило приятное чувство умиротворения. Где-то в горле саднило от сизого дыма, пепед гоазами плыло, но на губах медленно расплывалась гаденькая довольная улыбка. За такое, она бы неприменно отхватила бы по шапке, но... Некому опустить тяжёлую руку на плечо, и дать наставление своим прокуренным сиплым голосом. Больше нос не учует приторно-мерзкий запах медового бурбона. Не послышится хриплого кашеля над ухом. Не будет привычных саркастических усмешек и до боли родной брани. Теперь она одна... Взгляд рассеянно опустился вниз. С губ сошла усмешка, выпуская последнюю затяжку. Полупрозрачный дымок рассеялся в лучах восходящего зарева. Недогоревший окурок упал на тело, охваченное языками пламени. Кожа истлевала в считанные секунды, а кости превращались в прах. — Гори в аду, - едко бросила брюнетка, натянув шляпу. Хромой, но гордой походкой, та медленно направилась прочь от исчезающих следов недавней битвы.