Вишневая настойка

Глаза приоткрываю от того, что ощущаю холод. Совсем в себя придя понимаю, что лежим с Лордом довольно близко. Я его за руку держу. От того холод идет. Странный он Дракон. Все другие горячие, как огонь, а у этого почти всегда руки были ледяные. На локтях приподнимаюсь и обнаруживаю, что тот был в моей черной рубахе. А я вот в его голубой с белыми журавлями. У нас оказывается один размер. -Ваше благородие. Лорд нос морщит сквозь сон. -Ваше благородие, вы мне рубаху то верните. На бок переворачивается, так что оказывается на мне лежащим. Я тихо вздыхаю. Ясно. Аристократы спят до обеда. Взглядом хоть кого нибудь бодрствующего ищу, но все спали. Даже мой Птенец. Придется самому освобождаться из Драконьего плена. Аккуратно его с себя перекатываю. -Это еще что за новости?! - Звучит не сильно довольный голос Волка с рычащими нотками. -Самому бы вспомнить. Кажется, мы выпивали. -Это заметно... Показывается, сидящим рядом. Глаза янтарные горят в полутьме. -Ты не видел что происходило часом? -Нет. Я в другой части Дома был. Только сейчас и пришел. -Хммм... -Давай буди это недоразумение и меняйтесь назад. -Сейчас. Уйди пока. Не будет тебе стриптиза. -Какая ж ты сволочь... Блядь, даже после смерти тебе титьки не помну! -Сгинь, пока амулетом не прогнал. -Ладно-Ладно! Ломаешься хуже девки. Исчезает. Склоняюсь и вновь пытаюсь Дракона разбудить, уже легонько за плечо потреся. -Мил человек, давай поднимайся. Лорд хмурится и приоткрывает глаза серебряные. Ну какова красота. Лежит эльф со страниц книг сошедший. Только вот характер самого настоящего демона. -Табаки, иди к черту... -Не угадал. Глаза шире открывает, когда с моими встречается взглядом. Назад на первых порывах отползает, но быстро в себя приходит. -Святые угодники... Историк, какого?! -Мы немного перебрали, судя по всему. Взглядом уже трезвым меня окидывает. Потом на себя опускает. Про возмущения Волка ему говорить не стал. Да и не спрашивал, собственно. Лишних слов не нужно. -Назад вернемся или решил остаться таким? -Оставь траур себе. - Глаза закатывает и пуговицы расстегивает. - Она у тебя Лимонкой воняет. -Я в ней обычно алкоголь делаю. - Усмехаюсь, тоже начав расстегиваться. - Неподобающе для благородных кровей? -Ой, не начинай свои фамильярности... -Тебе нравится. Не отрицай. Молча мне рубашку кидает. Свою забирает. Тоже без каких либо комментариев одеваюсь. -Давно хотел спросить. -Я уже боялся, что не надумаешь. -Можно? -Почему нет? -Этот вопрос вскроет что-то старое, как мне кажется. -Тебе не кажется. Но раз интересно, то давай. -От чего у тебя взгляд такой? Будто не человеческий. Я усмехаюсь, укладываясь удобнее. Лапу увечную вытягиваю. Пальцы на ней сжимаю разжимаю. -Для этого много причин. Цвет глаз сам по себе. Его с нежитью связывают часто. Силы мои не самые обычные. Ну и Выпуск Кровавый, что застал. -Потому с собой везде нож складной таскаешь? -Да. Верни его, будь добр. В руку протянутую вкладывает нож. Обратно его в руках убираю. -В любом случае, в них страшно смотреть. -Лучше и правда не заглядывай. Такое себе не каждый может позволить. -Типа Волка? -Ага... -У вас с ним довольно тесные отношения были? -Вроде того. Шарю рукой в кармане. Добываю из портсигара самокрутку и закуриваю. -Я утолил твое любопытство? -Вполне. -Это хорошо. -Что мы вообще пили? Голова даже не раскалывается. Я хмыкаю. Беру к нему принюхиваюсь. Различаю среди запаха табака и приятных духов нотки вишни на спирту. -Вишневую настойку. Кажется, я ее и принес. Мы вроде как что-то отмечали. Лорд на Шакала покосился. После опять на меня посмотрел. -Чье-то день рождения, но точно не Табаки. -Знать бы число, так у вас времени нет. -Ладно. Все равно. Киваю. Молча какое то время сидим. Я сигарету тушу в пепельнице. -Хотел вот спросить. -О чем? -Где научился по глазам читать? -Сам не знаю. Просто в какой-то момент стал понимать. - Задумчиво хмыкает. - Кажется, после первого Похода на Ту сторону. Понимающе киваю. Оно обычно так и бывает. Ходоку дается какая нибудь особенность. Иногда даже несколько, если сильно понравился Дому. -Теперь отчасти понимаю, что высматриваешь. Мне при первой встрече еще никогда не говорили, что я Дракон, а не «ты так прекрасен. Аж глаза болят»! -Внешность меня мало интересует. Я смотрю на сущность людей. Душу, если совсем упрощать. -Понял. Угостишь? -Угощу. Почему не угостить? Выдаю ему сигарету и от зажигалки даю прикурить. **** -Закрыта навеки в крошечном своем мирке. Совсем одна была она. Любви Бога всемогущего хотела. Того, кто мечты каждый день занимал. Однако же, Бог от общества устать успел. Людей любил издалека. В груди у него сердце истлело. Не полюбит в ответ тебя никогда. Македонский руками лицо закрыл, слушая песню. Кажется, немного испугался. -Но, вопреки тому, чувства я не отрину, И любить буду с прежнею силой. Бога, про любовь забывшего, преследует она. Дева юная, наивная, решимости полна. Твое желание не сбудется, взаимности не жди. Скоро чувства позабудутся и дальше живи. Как ты свою любовь зовёшь? Снисхожденье. Сильно ли давит вес ноши такой? Меры к нему не применишь людской. -У тебя что ни песня, то заупокой. - Усмехается Лорд, который рядом пасьянс раскладывал, на боку лежа. Голову рукой подпирал. - Исполни чего повеселее. Я отвлекаюсь от того, что фенечку плел. Цветастую потому, что не себе, а Птенцу. -А что ты еще хочешь от Птицы?! - Возмущается Табаки. -Это же старая Птица. Может еще помнит что такое без траура жить? -Хорошо. Будет тебе повеселее. - Прикидываю чего можно исполнить и начинаю петь. - В темпе вальса, в ритме скерцо. Кажется, что бьется сердце. Ночь меня избавит от моих оков. Кандалов. Как атлант расправил плечи — просыпается вся нечисть. Улицы города во власти мертвецов. На меня красиво падал лунный свет, лунный свет. Рассыпался над домами фейерверк, фейерверк. Я не отражался в окнах в чем секрет? В чем секрет? Солнце село — я уже не человек. -Хмм... Я такую еще не слышал не разу. -Ее пока даже не написали. Но я видел пару раз в видениях. Мне понравилось. -Вечно забываю, что ты так далеко смотреть умеешь... Но песня и правда интересная. Шакал взвизгнул. -Просто замечательная! Но моя, конечно же, лучше! - Как заведенный начинает исполнять. - Эгей, эгей – только серый дым да воронье! Эгей, эгей – не осталось ничего! Только пепел да горечь огня. Только серый дым, в котором не осталось ничего что составляло меня. Эгей, эгей — почерневший кулон! Ворона унесет его своим воронятам. Славную игрушку, своим воронятам! Только дым и свист, пробирающий насквозь. Жуткий свист да почерневшая кость. Серебро в оправе из золы. Жжет кожу, обжигая до крови. Эгей, эгей – не осталось ни версты. Чтобы ее пройти. Только серый дым и клекот воронья. Я – не я! Я тихо смеюсь и хлопаю. -Браво! До тебя мне еще, как не Ходоку до Изнанки пешком. -Е-Хе-Хе. -Пххх... Его завывания с твоим пением не сравнятся. -Спасибо. Мне это льстит. Македонский улыбнулся и кивнул. -Когда ты поешь сразу очень спокойно на душе становится. Какой бы текст не был. Улыбаюсь. Слепой тоже самое говорил со Стервятником. Отвлекаюсь на Фазаненка бывшего. Тот опять с альбомом сидел и смотрел на меня. Кого то не учили манерам. -Плохо ты крестника воспитал, старая кошка. Не знает, что так пристально смотреть неприлично. Сфинкс отвлекается от того, что с Горбачом играл в шашки. -Курильщик, блядь... -Ничего страшного. Но на других Птиц пусть так не засматривается. Они клюются. Особенно Вожак. -Он сразу проглатывает не жуя за такую наглость! - Поправляет меня Шакал. - Нашего Курильщик так тем более. -Не пугай его раньше времени. - Успокаиваю его пыл. - А то и носу будет боятся показать, когда Стервятник к вам заглянет в гости. Ах, какие пугливые дети пошли! Курильщик ежится и поспешно отворачивается на другой бок. -Не бойся ты так. Не съем. Рисуешь что ли меня? Тот не сразу отзывается. Потом робко выглядывает. -Ты против? -Нет. Рисуй раз душе угодно. Сразу будто облегчение получает. Ближе подбирается. -У тебя профиль красивый. -Неужели? -Можешь так опять повернуться? Киваю и сажусь так, как просит. Тот сразу начинает карандашом работать. Дракон Красный с интересом заглядывает в альбом. -Красиво. -Еще не готово... Минут десять или пятнадцать так и просидел. Определить точно не могу. В Четвертой времени нет. Спина затекла уже в одном положении сидеть. Но что не сделаешь ради искусства? -Все. Потягиваюсь и смотрю, что вышло. Сфинкс тоже подлез поглядеть. А у мальчика явно талант. Хорошо вышло. -И правда красиво. Молодец. -Когда молча что-то делает вообще цены нет. - Ехидствует кошка, пока обратно уползает к Горбачу. -Мне тоже покажите! Курильщик смущенно взгляд опускает. По волосам его треплю. -Не смущайся. У тебя талант. Развивай его и однажды прославишься. -Угу. Горбач сам приходит, не дожидаясь пока о нем вспомнят. Смотрит что вышло. -Ого. - Взгляд на меня кидает и вновь на бумагу. - Почти как живой! -Ладно вам... -Все-Все. Не смущаем ребенка. Я фенечку доплетаю. Прикидываю на руку Птенца и уже тогда заканчиваю. Тот прямо просиял, ее разглядывая. -Спасибо! -Не за что. Носи на здоровье. Глаз один закрываю, когда в щеку целует. Лучик маленький. **** -И я чувствую, как начинаю тонуть. Благо, проснулся от того, что Конь опять горшок разбил. Валет вздыхает. -Какой страшный кошмар... Лавр усмехнулся. -Тебе противопоказано спать вне Изнанки. Я согласно хмыкаю. Кофе допиваю. Иногда могу увидеть то, что еще хуже, чем в очередной раз пытаться разбудить мертвого близкого. -А у нас сегодня ночью такая хуйня творилась в стайной! -Что-то случилось? - Удивляется Песий бард. - Я просто в Четвертой ночевал. Уже намного внимательнее смотрю на Лавра. -Какая? -Ну я короче сплю спокойно, как вдруг буквально с нихуя слышу — дверь хлопает. И потом Вожак орать начинает, как резаный. Глаза продираю, а там вещи всякие начинают в него хуячить причем так от души. Бровь одну приподнимаю. Это еще что за фокусы? -Ну ка поподробнее. Что еще было? Какой-то силуэт? -Блядь... Да. Он. И еще может мне почудилось, но будто два глаза рыжих горело... -Не почудилось. Это был Призрак. Похоже, Волка. -Рил? Валет чуть побледнел. -Это он наверное после недавнего на него злится... -Не просто злится. Он в бешенстве! Так хуйнул Вожака, что фингал теперь под глазом. Я тихо усмехаюсь, представив. Волк даже после смерти бегает и бьет лица тем, кто на меня просто косо посмотрит. А этот Пес не просто посмотрел: опрокинул с лестницы. Я уже думал, что Призраком стану, но разбудили. Так что живем живем. Надо с ним поговорить вечером... Дождавшись, как настанет время после отбоя, из Третьей выползаю потихоньку, чтобы состайников не будить. Дверь за собой закрываю и к подоконнику подбираюсь. О него оперевшись, добываю из кармана амулет и тру пальцами. -Волк, я хочу поговорить. Приди на мой Зов. Мгновение и чую запах волчьей шерсти. Холодные когтистые руки оказываются у меня на талии. Призрак со спины обнял. -Я тут, мой милый. -Ты чего буянил в Шестой? -Как это чего? Какая-то грязная Псина не смеет даже на коготь твой засматриваться. Тихо хмыкаю. Какой же собственник... -Я понимаю твое недовольство, но больше так не шуми. -Если эта сволочь что-то выкинет опять — я за себя не ручаюсь. Я вздыхаю. Ясно. К здравому смыслу призывать – как со стеной говорить. Пойдем тогда тоже на манипуляции, раз он такой. -Кто-то обещал быть хорошим волчком. Волк ухмыляется клыкасто. -Только для тебя, Птичка. -Так постарайся ради меня. Тот морщится, урча недовольно, но все же согласно кивает. Рукой тянусь и за ушком его чешу, так что сразу недовольство все улетучивается у него. Носом в тыльную часть ладони тычется. -Пахнешь обалденно. Но как-то иначе. -Вишневая настойка. Допиваем остатки. -Ого. Сладенько поди. -Очень. Мы одну из банок переслатили. -Хотел бы я почуять этот вкус. По одним глазам вижу, как именно хочет. Но после смерти не чувствуешь ничего: ни холода, ни голода. Вкусов тоже. Запах только вот как то все равно умудряется чуять, что довольно необычно. -Попробуй. Сразу еще довольнее становится. В губы мои впивается. Руки сжимает сильнее. -Сладко. -Похотливое животное. - Выдыхаю рвано. Чувствую, как лицо гореть начинает. - Не зажимай. -Нужно было быть умнее и разложить тебя еще тогда. -Кто тебе сказал, что я бы это позволил сделать? -Будто сам не хочешь... -Я уже отвечал на этот вопрос. -Да-Да... Черный, мой Черный. Ах, трахнул бы меня на полу ванной! Дрочу вечерами на него. Глаза закатываю. Ни одно, так другое. Как тяжело с ревнивым диким зверем. -Волк. -Чтооо? -Успокойся. -Ай, ладно. Только не говори со мной об этом уроде белобрысом! -Не буду. Носом утыкается мне в макушку. Вновь за ушком его чешу. -Не спится? -Я выспался на пару дней вперед. -Вот как? -Хочешь в карты сыграть? -На раздевание? -В переводного. -Ых. Ну дурака, так дурака! Дикость эта в щеку лижет. Глаз один закрываю. Хотябы слюней теперь у него нет. И на том спасибо. **** -Кха... -Историк, дыши глубже. Рукой трясущейся тянусь и хватаюсь за то, что попалось под руку. Запах Леса ударяет в нос. Слепец? Глаза приоткрываю. Надо мной Слепой склонившись был. За плечи его держался. -Ты уснул. -Ох... -Кричал во сне. -Не смущайся, детка. - Вмешивается Шакал. - Мы не подслушивали! -Я все прекрасно слышал. -О Господи... Слепец. -Не беспокойся. Никому не скажу. Я тихо выдыхаю. На локтях приподнимаюсь и ровно усаживаюсь. Бледный перелезает обратно на Сфинкса. Лысину его лапает. Рядом вырастает Македонский. -Чай, кофе, настоя от головы? -Первое и последнее, будь добр, солнце. -Сейчас. Исчезает из виду. Лорд рядом ногти пилит. -Звуки были адские. -Сильно напугал? -Нас нет. - Он ногти осматривает и продолжает пилкой работать. - Курильщику пришлось давать нашатырь. -Эээх... -Что ты там такого видел? -Мрак кромешный. Ни единого луча света белого. -Живописно... Я потягиваюсь, разминаясь. Вскоре Дракон Красный возвращается с двумя чашками. Принимаю их. -Благодарю. -Может еще поешь? -Даже не знаю... -У нас сегодня пшенка. И рыбу все еще доедаем, которую вы принесли. -Соглашайся, пока Горбач не утащил псам. - Усмехается Сфинкс. -Ладно. Все равно давно не евши. Принимаю и тарелку с пшенной кашей. Та была с укропом. К этому еще и кусок жареной рыбы шел. Сначала настой выпиваю и чуть морщусь. Острый какой. Ух! Шакал явно не поскупился на имбирь. После за еду принимаюсь. Было вкусно. Кажется, в кашу еще и масла сливочного кинули. -Спасибо. Хорошо вышло. Македонский просиял. -Не за что! Тарелки забрал и скрылся по направлению ванной. Я на подушку откинулся, выдыхая. -После сладкого обеда, по закону Архимеда, чтобы жиром не заплыть, надо срочно покурить! - Отзывается со своего места Лэри. -Птице седой это не грозит. -Но от сигареты не откажусь. Я свой портсигар забыл в Гнезде. Лорд усмехнулся. -Уже память подводит? -Старость не в радость. Сигарету мне протягивает. Я немного удивляюсь. Чтобы от Лорда да сигарету. В Лесу что то умерло? Или с того раза мне отдать решил? Принимаю сие. Зажигалка уже в кармане находится, так что прикуриваю. Летуны на его заказах сигарет поди обогатились. Не самокрутки и не паль, которую курят Крысы. Табак хороший. Голову запрокидываю и дым выдыхаю. -Приход уже словил? -Удовольствие. Хороший табак. -Я пакость не курю. -А я другого и не ожидал, ваше благородие. Я еще затяжку делаю, глаза прикрывая. Дым выдыхаю через нос. Табаки начинает вновь что то исполнять из своего репертуара. **** -Если ты решил утопится, то вали в другую стайную это делать. - Бурчит Дракон. Ну дожили. Уже помыться спокойно нельзя. Вообще то банный день. Ничего не знаю. Красавица испуганно пищит и выбегает из ванной. Я вальяжно лапу вытягиваю и пальцы на ней сжимаю разжимаю. -Лапу увечную грею. Имею право. -Водоплавающим решил стать? - Язвит еще больше. -А ты на голого состайника решил засмотреться? - Ухмыляюсь ядовито. - Прости, но мужчины кавказских кровей меня не интересуют. -Да пошел ты... Дорогуша в дверях вырастает. -Это ты отсюда брысь. Чего к человеку пристал? Заняться больше нечем? Я Стервятнику скажу — быстро дело найдет. -Тц... Чудище укатывается, что то себе под нос бурча. Птица черноволосая за ним дверь закрывает и сразу на бортике ванной устраивается. Глаза голубые так и поблескивают хитро. -Вот я точно пришел засмотреться на голого состайника. -Не удивлен. Он меня по щеке гладит. -Тебе спинку потереть? - Мурчит, а у самого щеки алеют от одних мыслей. -Ну попробуй, если не боишься. Хотя, и правда ведь не боится. Один из немногих. Даже в глаза заглядывает спокойно. Я усаживаюсь ровнее. Почти сразу чувствую как пальцы горячие коснулись спины. Вверх вниз прошлись. По затылку от такого мурашки побежали. Тихо выдыхаю, совсем расслабляясь. Руки у Дорогуши золотые. Сейчас еще больше в этом убеждаюсь. Хорошо то как... Глаза закрываю, наслаждаясь творящимся. Дорогуша совсем близко оказывается и в шею целует. -Это дополнение к массажу? -Это наглость. -Ммм... Ну и Птицы пошли. Голову чуть в бок отклоняю, под губы подставляясь. После сжирающих поцелуев Волка такую ласку непривычно чувствовать, но приятно. Все же не мазохист я, чтобы терпеть подобное долго. -Проклятье... Тот тихо смеется. Руки еще ниже спускает, бока оглаживая. -Разошелся то. - Глаза приоткрываю. - Усмири свой пыл. -Не могу ничего с собой поделать. Больно заманчиво. Я взгляд поднимаю. Встречаюсь с его. -Если продолжишь, то утяну. -Я и сам заберусь. Мне сырость не страшна. Тихо хмыкаю. Все же понимает и отстраняется. Просто сидеть продолжает на бортике, пока голову домываю. Там уже выбираюсь из воды и вытираюсь. Одеваюсь неспешно. -Где пропадал? -На Той стороне. Вышел со Слепым в Четвертую ненадолго, да опять Туда ушел. -Хммм... -Так соскучился? -Соскучился. Был там поди с этой дурацкой Крысой рыжей? Как с таким вообще общаешься? -Спокойно. Рыжий человек хороший. -Он шутит ужасно похабно. -Это не такая и проблема, когда привыкаешь. -Так все же с ним? -Нет. С Лордом. -Ч-Чего? Волосы назад убираю. Штаны с горем пополам надеваю. На носки уже рукой махнул. Потом. -Что тебя так удивляет? Клювом водит недовольно. Так... Чувствуется старая добрая ревность. -Мне льстит, что ревнуешь, но не стоит. Я с ним только в карты играю. Для другого он слишком холодный. -Ему же лучше! Я улыбаюсь и обнимаю его. Ласково целую в висок. -Что ж вы все так меня любите? Лицом я не вышел. -Не знаю как другие, но я тебя люблю за твое отношение. - Улыбается смущенно. - Да и зря говоришь, что не вышел. Очень даже вышел. Глаза вообще что-то невероятное... Как говорил Рыжий: «На вкус все фломастеры разные». Видимо, я просто не в своем вкусе.