Это чёртово сердце

«Предсказуемо, что ж», — Эл стремительно отдалялся, уходя от алых стрел, летевших за ним, а потом отпустил себя и камнем рухнул вниз. Перья прошили воздух, где мгновение назад был герой, и с нечеловеческой скоростью заложили вираж, устремляясь вслед за целью. Эл закрыл глаза. Снизу стремительно надвигалось море, сверху летела алая смерть, и ящик мешал сосредоточиться, но адреналин помог, немного ускорив реакцию. И ещё герою повезло. На дне, метрах в трёх, лежало много ржавого хлама. Эл со стоном напряжения дернул эту рухлядь на себя, к поверхности. Успевая в последние доли секунды уйти в щель между взметнувшимся вверх фонтаном воды, поднятым обломками кораблей и прочей железной дрянью и смертоносным алым ливнем. Все смешалось в кучу: вода, алые росчерки перьев, ржавчина и прихваченные со дна нити водорослей. «В прятки хочешь сыграть? Тогда я вожу!» — наблюдавший за водяным вихрем Ястреб разогнался, что есть мочи, оттолкнулся от невидимой воздушной стены крыльями и пробив на скорости ржавый металл и воду, резанул когтями по герою. Тот, к удивлению Кейго, смог увернуться. Но и Ястреб не остановился, продолжая вспарывать металлическими когтями воздух, отбиваясь от мокрых железок, которые Вин швырял в него. Распадающися от воды и времени металл, куски деревяшек, прикрученных к ним и в конце концов, попалась и плоть. Ястреб порезал герою грудь, по серой ткани побежали алые струйки. Кровь снова стекала по когтям Алого Ястреба, опьяняя, пробуждая жажду убивать. — Ах ты курица крашеная, щас получишь! Пока Эл уворачивался от атак, не успевая, но стараясь во всю мощь причуды, половиной сознания приводил в действие задумку. И когда когти полоснули таки по груди, четыре вёдра, призванных им с пирса, полных морской воды, опрокинулись на злодея, окатив его с ног до головы. Несколько струй попали и на Вина, раны зверски защипало. Взвыв от боли, он наконец задействовал ящик. Как недавно перья в героя, теперь в злодея полетели корабельные гвозди, длинные, сантиметров двадцать, острые. Он разгонял их так, чтоб доску насквозь прошибали, стараясь направить со всех сторон разом, чтобы хоть парочка достигли цели. А на берегу уже толпился народ. Они, конечно, торопливо доставали телефоны, кричали, придумывая версии, что же происходит. — Эй, тот чёрненький на певца похож, который убился! — А это же Ястреб, Ястреб, тот самый убийца! — Да, это он! — А второй тоже бандит?! — Не знаю, на героя не похож вроде!!! — Ты снимаешь? Да снимай же, скорее! «Твою мать! Он видно решил что лучше будет всё-таки убить меня! С козырей пошёл? — В Ястреба, стремительно, со всех сторон, летели гвозди, от пары он увернулся, другие воткнулись в кусок какой-то древесины, которая удачно попалась под руку, но оставшиеся угодили в бедро и бок, из-за чего над заливом раздался крик. — А ты, я смотрю, заранее готовился?! Крылья теперь сильно тянули вниз, слушались плохо, но кое какие перья, пока вертелся, злодей немного осушил. Это были огромные маховые перья, которые теперь красовались в руках Кейго, как два острейших меча. Покрутив шеей, Ястреб набросился с ними на Эла. «Блять, и что теперь делать?!» Жёлтые глаза врага полыхали яростью, два алых меча в руках сложились в букву Х. «Хана. Мне хана. Прощай, Феррос, ты был хорошим парнем, а в жизни добро всегда проигрывает». Отчаянно оглянувшись, он потянул на себя обломки кровельных листов, но Ястреб резал их пополам, как бумажки, и расстояние между парнями неумолимо сокращалось. Шарики! Рой сантиметровых металлических шариков из сумочки на поясе, сорвался в полёт, метя по кистям рук, чтобы выбить перья-катаны. Ястреб знал, что убивать героя в целом не обязательно. «У него там, семьяяя, родня, да? Ну помотать-то его надо да, верно? Да и судя по всему не такой уж он и дохлый, вон шарами, сука, бросается!» — Ай!!! Шарик со всей силы ударил по руке, перо выскользнуло. Но осталось второе! Кейго стал ловко отбивать мелкие недояйца и судя по всему, Эл решил воспользоваться этим, кинувшись на врага с ножом в руке. Однако Кейго кувыркнулся, уходя из-под удара и бросил перо-катану в парня. Эл не успел увернуться и оно вонзилось в его плечо. Ястреб продолжал управлять своим пером и оно потащило Шторма высоко в воздух. Тяжело хлопая влажными крыльями, Кейго полетел вслед за героем. Когти были выставлены вперёд, он был готов нанести удар. В глазах Эла потемнело от боли, мир перевернулся, алый меч тащил его вверх, а выдернуть скользкое от крови лезвие пера не получалось, только перчатку изрезал и ладонь. «Боги, помогите. Бой проигран, это ясно». У измученного болью парня не осталось ни сил, ни оружия, кроме ножа, а Ястреб оказался очень близко, комок ярости, непобедимая огромная птица. — Будь нежен, сладкий, ты у меня первый — прошептал Эл, уже не контролируя ни себя, ни полёт, ни свою жизнь. Когтями Ястреб не вонзился в плоть, а лишь ухватился покрепче. Поднял стиснувшего зубы парня ещё выше над морем, чтобы все точно наверняка увидели. Слова Шторма донеслись до затуманенного жаждой крови сознания, словно эхо. Взлетев метров на пять, оба парня замерли в воздухе. Кейго приблизился к уху героя и прошептал. — Как пожелаешь, Вин. Крылья накрыли тело парня, укрыв его и став бритвенно-острыми, впились в кожу. По ушам ударил громкий крик, а вниз полилась кровь. Ястреб не стал вводить их слишком глубоко, лишь поранил поверхностные слои. Разжав крылья и когти он отпустил побежденного врага. «Удачи тебе, герой…» Толпа на берегу замерла, затаив дыхание и предсмертный крик противника Ястреба услышали все. Сначала медленно, а потом все быстрее бездыханное тело полетело вниз. Взлетел фонтан брызг, сомкнулся, и красно-бурое пятно, расплывшееся в волнах, красноречиво подтверждало, что никто не в силах победить Алого Ястреба. Едва успев набрать воздух в лёгкие, Эл пытался не сдохнуть. Ему показалось, что Ястреб всю кожу с него срезал, такой сильной была боль от десятков порезов. Солдатиком погрузился в солёные волны. Ему даже не пришлось тащить себя ко дну. Все силы уходили на то, чтобы оставаться в сознании, чтобы не орать от боли, раны разъедала соль и Эл завертелся волчком, искусал все губы до крови, только чтобы не выть, нельзя было терять воздух. Ястреб пощадил его. Предварительно ранив так, что… «Блять, садист проклятый! Ну хоть не убил совсем. Хвала непобедимому злодею». Нашарив здоровой рукой пакетик с жучками, Вин отпустил его на волю волн, и тот быстро исчез из вида, подхваченный придонным течением, поплыл в открытое море. Лёгкие начинали гореть, как и шкура, и собрав все крохи сил, полуживой парень потащил себя под поверхностью воды подальше от пирса, к пустынной части пляжа. Вынырнул, когда совсем невмоготу стало, быстро наполнил лёгкие воздухом, и снова утащил себя под воду. Ястреб посмотрел как расплывается кровавое пятно на волнах. Затем задрал голову вверх и прикрыл глаза. «Всё… Кончено. Я свободен». Людишки кричали и снимали. Как предсказуемо. Так стандартно, аж бесит. Но он не стал тратить на зевак силы. Взмахнул крыльями и стал стал удаляться прочь от этого места. Но уже через пару секунд понял… Что задыхается. Словно стальной раскалённой хваткой лёгкие Ястреба охватила сильнейшая боль, казалось грудь разрывается на части. Кейго схватился за шею и не заметил как начал падать. Это проклятие? Что происходит?! Оно же… Эл. Нужно найти Эла. Срочно. Но кислород всё уходил, Кейго ещё после боя не мог отдышаться. Он выискивал глазами силуэт в воде, уже и гора с теми зеваками скрылась. «Сука. Его всё нет, и нет, и нет! Не могу… Больше… — в глазах потемнело, а потом Ястреб почувствовал удар о воду. — Темно…» «Что это?» — Эл ничего не понимал. Кислород будто испарился из горящих огнем лёгких, герой рванулся к поверхности, вынырнул, открывая рот, но воздух не поступал в грудь. Словно горячий камень забили в глотку, ни вдохнуть ни выдохнуть, в глазах начало темнеть. Тут-то Эл и вспомнил о рассказе Ястреба. «Бляяяяя… Неужели правда?! Я же так сдохну, где он?!» Эл дернул себя вперёд, потом назад, потом вбок, и смог втянуть глоточек воздуха. Продолжив двигаться в этом направлении, он увидел, как что-то тёмное упало в воду. Дышать стало ещё легче и жадно глотая воздух, Эл поплыл к месту падения так, что буруны оставались за спиной. Никого не увидев, герой выругался и нырнул, но в сумерках, в черной воде ничего не разглядеть было. — Черт, черт! Утонет, ведь, утонет! — Эл лихорадочно соображал, как спасти Ястреба, с растущим отчаянием понимая, что шансы найти тонущее тело в темной воде равны нулю. Страх охватил героя. «Что же теперь, как, неужели так погибнем теперь, после всего, из-за какой-то неведомой хрени!» — Неееет! Ястреб!!! Придурок! «Блять, ты тупишь!» Вдохнув побольше воздуха, герой лег на спину, раскинув руки и ноги, чтобы не тонуть и, сосредоточившись, позвал причудой весь металл вокруг. Это сработало! Через несколько мучительно долгих мгновений над водой показались вытянутые вверх, как у зомби из фильмов руки и клюв на бледном лице. Эл выдохнул с облегчением, крепко обхватил тело врага и так же быстро поплыл к назначенной себе заранее точке. На пустынном берегу он выполз на песок и вытащил за собой бездыханное тело. — Какой же ты тяжёлый, гад, центнер дерьма и две тонны наполнителя для подушек! Помогая себе причудой, Эл положил врага на своё колено животом, разжал челюсть Ястреба, надавил на живот. Изо рта хлынул поток воды. И ещё один. И ещё. А потом герой от души отхлестал начавшего подавать признаки жизни злодея по щекам. Кашель вперемешку с водой рвался из его груди, и Эл выдохнул с облегчением. — Добро пожаловать в наш мир обратно, птенчик. Попытка самоубийства не засчитана. «Давит. На меня что-то давит. Нет. Кто-то». С широко открытыми глазами, Кейго хотел выплюнуть нахер и лёгкие и желудок, всё внутри словно горело адским пламенем. Пытаясь опереться на слабые, трясущиеся руки, парень почувствовал, как его подтянули и усадили на задницу, прижимая к себе. Он узнал голос героя. — А… Ага… Только и смог выдавить из себя Ястреб. «Он нашёл меня. Слава всем богам. Я уж подумал всё, конец пташке». Силы покинули злодейское тело. Голова кружилась, и через каждый вдох подкатывал кашель, разрезавший горло. Спину тянуло, крылья очень сильно намокли, просто повертевшись теперь их высушить не получится. Перед глазами всё ещё плыло, но разглядеть местность Кейго смог, хотя и было темно как в заднице. Тут было пусто. «Ни души, это и к лучшему, даже фонарей не было на пустынном куске пляжа. — Ч…что… Теперь? — смог выдавить Кейго и закашлялся. Эл ободряюще похлопал по спине промеж намокших тяжёлых крыльев. — Что теперь? Жить и мучаться, очевидно. Отдышись, я твою тушу тащить не смогу. Сам едва ползаю. Свалился ты на мою голову, бандит недоделанный, теперь мы в расчете. Спасибо, что не убил, хотя мог бы и не резать меня как морковку на карри, во мне крови осталась пара стаканов — и я тебя тоже спас. — Ааа… Проклятие! — Оно самое. Ты видно, не врал. — Но там, в гостинице… — Видно мы не отдалились на те сколько? Пятнадцать метров? Кафешка была на первом этаже, а ты сидел на втором. Придется мне тебя ещё сколько-то терпеть, злодей. Эл стащил со спины рюкзак, покопался в нём. «Хорошо, что непромокаемым обзавелся, а то хана всему». — Поворачивайся и снимай штаны. — …Что? До Кейго не сразу дошел смысл последней фразы. Он думал, что теперь они и правда в расчёте. В целом, их сейчас держала друг с другом только эта причуда, а ведь парни не знали, что будет, если один из них погибнет. Но проверять отчего-то было неохота. —… Мне сделать ЧТО?! — Поворачивайся и штаны снимай. — повторил Эл, снимая колпачок с заранее подготовленного шприца, — будем лечиться. — Что, прямо здесь? — Ястреб снова огляделся. Ладно люди, которых не было, но тут как минимум холодно и сыро. — Я в состоянии дойти до места посуше, — сказал Кейго, попытавшись встать, однако его тело с ним было не согласно и парень сразу же увалился на небольшой выступ. Ойкнув, он посмотрел на лыбу Эла, которая так и кричала: Ну да, ну да, так я и поверил. — Блять… Закатив глаза и что-то прокряхтев Ястреб отстегнул ремень и спустил штаны. Дела и правда были плохи. Плоские головки от гвоздей ровной линией протянулись по ноге до бока, кровоточили и щипали от попадания туда соли. — Ммм, какие булки, потерпите, пациент, будет больно, — Эл вкатил врагу шесть кубиков коктейля из обезболивающего и стимуляторов. Потом пришлось, в свете налобного фонарика, набирать себе такой-же. Руки дрожали от холода и слабости. Эл не рассчитывал лечить кого-то ещё и приготовил только один шприц. «Надеюсь, он СПИДом не болеет» Когда с лечением было покончено, Эл поднялся на нетвёрдые ноги и сориентировавшись по навигатору, побрел вдоль берега. Свернули в квартал непонятных темных складов, и после блуждания по пыльным заваленным хламом заброшенным проулкам, где фонари светили через раз, вышли к мотелю, двухэтажному домику с рядами дверей. Несмотря на обшарпанный вид здания, несколько дверей были прочными и с электронными замками. Эл приложил ладонь к одной из дверей, та открылась, и герой, сделав шаг за порог, со стоном сполз по стенке. — Добрались. Здесь нас никто не должен потревожить. Моемся, лечимся, спим. Как тебе такой план? — Самая ахрененная идея за день. «Укол это конечно было здорово, — думал Ястреб, но после него кружилась голова. Плюс старые и новые раны и потеря крови давали о себе знать, — вот мы снова вдвоём… Славно». Кейго огляделся, комнатка была довольно скромная. «Просто класс, вот, как мы так попадаемся? Снова только одно лежачее место! Ну хотя грех жаловаться, тут оно хотя бы есть». Ястреб уселся рядом с кроватью, чтобы не запачкать её кровью и кивнул головой Элу. Мол, иди ты первый. — Нет, ты, я не могу пока… Эл подтянул колени, уткнулся в них лбом, и наконец отпустил себя, провалившись в черную пустоту без холода, страха, боли. В глазах плыло, но в итоге Кейго смог подняться. «Хоть бы в ванной не рухнуть». Он сперва проверил, дышит ли Эл и убедившись в том, что парень жив, подсунул ему под голову свёрнутую куртку и поплёлся в ванную. Еле стянул с себя мокрую грязную одежду, включил душ и закрыв глаза, прислонился лбом к прохладной поверхности. Как же тяжко… Вода потихоньку, словно создавая купол из струй, понемногу отмывала с тела кровавые потёки, соль моря и грязь с перьев. Приятно это, всё-таки. Резко очнувшись от забытья, Эл поднял голову. Огляделся. После отключки немного полегчало, по крайней мере в голове прояснилось. Мда, потрепали они друг-друга знатно. Надо новости посмотреть, но сначала раны. Стащить одежду не удалось, она присохла намертво, приклеенная солью и кровью. Эл побрел в ванну. — Придется отмачивать, опа! — глаза сразу открылись шире от открывшейся им картины. Высокий и мускулистый, голый, местами грязный, в водопаде темно-вишнёвых от воды перьев, Ястреб, как и тогда, выглядел… «БЛЯТЬ! Я ЧТО, ГЕЙ?!» Выглядел… соблазнительно. — Давай спинку потру, а-то ты до утра. Не вылезешь. И мне воды горячей. Не хватит, — голос прозвучал хрипло. «Еще бы, я так орал, сорвал связки, по любому». — Ммм? — Кейго уже ничего не соображал. В любой другой ситуации он запульнул бы в наглеца чем-нибудь! Но не сейчас. Устало посмотрев на героя, парень снова прислонился лбом к холодной стенке. «Пусть делает что хочет. Мне тяжело». Вода всё лилась, перья тянули вниз. Ноги подрагивали, словно сломанные веточки. Переключив душ на гибкий шланг, Эл окатил полудохлого бандита. — Постой. Гвозди. Пока до Ястреба медленно доходил смысл слов, Эл провел ладонью, создавая контакт, а потом резко выдернул все сразу железки, застрявшие в теле врага. «От поношенного, откровенно говоря, состояния, даже боль не сразу дошла до мозга. Только спустя секунд пять крылатый вскрикнул, согнулся и прижался спиной к… Элу. Оба чуть не полетели на пол, и теперь взвыл уже герой. — Аааууууооо… чтооо?! — Прости… — с одной стороны Кейго извинился за то, что толкнул, пусть не осознанно. Но это «прости» так же было извинением за всё остальное. За раны, за боль. За все… — Ч-что? Ты извинился? Спишем на шок. Давай, вставай, держись, боец! — Эл прислонил врага к стенке, стиснув зубы, помог парню отмыться от крови и грязи, прополоскать перья. Залил его остатками дезинфекции и обмотав имевшимся, к счастью, полотенцем, обнял, поддерживая, отвёл в комнату и сгрузил на кровать. — Спи. Покрепче только, чтоб я тебя мог во сне убить. «Или трахнуть, хах». Момент Эловой заботы в ду́ше потерялся из памяти совсем. Кейго упал плашмя. То ли боком, то ли на живот. Уже было всё равно. Даже боли не ощущалось, только полное истощение организма. Все что он смог выдавить из себя, это — «Уху». Веки тяжело сомкнулись и злодей провалился в темноту забытья. Наконец отскребя и с себя кровь и клочья одежды, Эл невесело усмехнулся, глядя в зеркало. Длинные порезы от перьев делали его на тигра похожим. Или на зебру. На лицо смотреть было страшно. Степлер бы… А может, есть? Оставляя мокрые следы, Эл прошлепал до комнатки и обнаружил в ящике полный канцелярский набор. Старенький принтер и комп тут тоже имелись. «Отличное местечко эти нелегальные ночлежки. Стоят только как Хилтон. Зато никаких документов, свидетелей и все есть». Зацепив пригоршню скобок, Эл, стараясь не обращать внимания на боль, аккуратно стягивая пальцами края ран, втыкал причудой маленькие железки и, чтоб отвлечься, поглядывал на спящего. Лицо Ястреба стало совсем мальчишеским. Странной формы брови приподнялись домиком; ресницы подрагивали; искусанные, как и у него, губы распухли. «Вот свела же меня судьба с тобой, курица красная. Всю жизнь мне поломал. И близким моим… Хотя… Истинный враг все же Ротшильд» Эл никак не мог сообразить, как избавиться от этой суки. Охрана, известность, завязки на правительственном и финансовом уровнях… — Блять! — Скобка встала на место, воткнувшись в кожу, — Как, — новая скобка, — тебя, — новая скобка, — уёбок, — ещё одна, — убрать?! Аааавв, как же больно, садист грёбаный, зачем было меня так резать?! Переждав боль, Эл продолжил, потом домылся и свалился на кровать в чем мать родила, (исключая скобки и пирсинг), рядом с грудой влажных перьев. Ястреба била дрожь. Эл потрогал лоб, показавшийся горячим. «Непонятно все же». Отодвинув светлые пряди с мокрого лба спящего, герой прислонился губами, чтобы точнее понять, есть жар или нет. И тут глаза Ястреба распахнулись, в неярком свете показавшись черными. На границе между сном и сознанием крылатый слышал, как матерился Эл, как он расхаживал, то в одно место, то в другое. И потом импульс от падения тела на кровать, словно во время взлёта. Потом наступила тишина и Кейго подумал, что теперь-то точно наступит долгожданный крепкий сон, но тут снова помеха, прикосновения. Это не была рука. Это… не… рука… Воззрившись на Эла, Ястреб опешил. «Этот придурок дотронулся до моего лба… Губами? Зачем?» — Что ты делаешь? — Кейго не узнал собственный голос, он был хриплым, даже каким-то сдавленным. А ещё внимание привлекал взгляд Шторма. Он был не таким, как раньше, обычно либо напряжённый, серьёзный, либо насмешливый. Сейчас же это было что-то другое. Жалость? Нет, что-то иное. Невольно, от этого взгляда потеплело в груди. Что это, блять, такое? «Опа… Угораздило же его проснуться…» — сил прятаться под маску сарказма не было, и Эл сказал так же хрипло. — Температуру. Проверяю. Ты весь дрожишь, а градусника нет. И я боюсь за тебя. Вдруг сдохнешь, — щеки вспыхнули, Эл, переглотнув, опустил взгляд. Так фигово было показать слабость перед другим мужчиной, особенно врагом, особенно, а, ебать. Они сегодня оба побывали за чертой и сейчас одной ногой в могиле. Ротшильд не успокоится, пока не закопает обоих, а если так — к черту приличия. — Нравишься ты мне. Я ненавижу тебя, и ты мне нравишься. Все, думай что хочешь, но сначала таблетку выпей. У тебя жар. Эл встал с кровати за лекарством, не стесняясь своей наготы, принес воду и четыре белых капсулы. Две сожрал сам, две протянул Ястребу, потом забрался под одеяло и закрыл глаза. «Все. Отсыпаться и начинать соображать». «Жар? Хах, я и не заметил. Правда знобит», — подумал Кейго. Голова раскалывалась. Но смысл слов до него дошел отчётливо… «Нравлюсь? А в каком смысле? Что он имел в виду?» Как-то совсем не соображалось, Кейго не стал обращать внимания на наготу героя. Хотя его мускулистые очертания очень бросались в глаза. Вода показалась нектаром. Теперь прокашляться хотя бы можно было. Кейго допивал воду и смотрел на укрытую одеялом спину Шторма. «Мы столько всего пережили. Пытались друг друга убить, лечили друг друга… Что же будет теперь?» Однако, мысли о будущем Ястреб решил оставить на завтра, сейчас даже думать было больно. И не понятно, то ли по старой памяти, то ли по внутреннему, не до конца осознанному желанию, крыло снова накрыло плечо героя.