Отлично поспособствовать встрече

☔🌪🌂 - то есть ты хочешь сказать, что гулял два часа подряд под холодной мерзопакостной погодой, просто чтобы получить какое-то там вдохновение и простудился? - отчитывал Юнги Чимина. Ему только что написал этот неугомонный поэт, прося позаботиться о нем из-за его эстетичной прогулочки, а Шуга перезвонил. - эм... прости..? - с вопросительной интонацией проговорил Чимин, вот нисколько не каясь, а затем тихо кашлянул куда-то в сторону. Юнги это услышал, естественно. Как бы Чимин не пытался звук этот скрыть. - "прости" - передразнил Юн. - и что теперь мне с тобой делать, а? - ну не знаю, приехать, например, вылечить. Что там делают с такими как я. "Любят и балуют. " - ответил Шуга у себя а голове. - колят уколы и дают молоко с пенкой и маслом. - усмехнулся Юнги, а потом засмеялся на протяжное "эээй" от Чимина. - посмотрю еще, что с тобой делать. У тебя есть дома лекарства какие-нибудь? - должны быть. Мама собирала мне аптечку. - хорошо. Ну жди тогда меня, я скоро приеду. Чимин улыбался до ушей, обнимая телефон. Он болел, все шло к симптомам похуже, но эту радость, что придет Юн и будет ухаживать за ним, не убрать насморком. ☔🌪🌂 На самом деле Чимину было кого пригласить ухаживать за ним. У него есть Тэхен, который с радостью бы окружил его заботой, вниманием и возился бы с ним сколько угодно. У него есть Намджун, который бы сидел и охранял покой болеющего Чимина, читая книгу. Но Шуга... Шуга был намного желаннее, чем все они вместе взятые. И голос мужчины в трубке, низкий, глубокий. Его ни на что не променяешь. Слышится немного хриплое "да?", и по телу бегут мурашки удовольствия. Чимин был влюблен, и, кажется, взаимно. оставалось лишь ждать и способствовать еще более частым встречам. Чимин отлично "поспособствал", прогуляшись по ночному городу в разгар осени. Теперь вот лежит с температурой, и все равно рад, что увидится с Шугой. Мин пришел через два часа после звонка. Как у приличного близкого друга (и, как Чимин уверенно планирует, будущего парня), у него есть ключ от квартиры Чимина. Зашел тихо-тихо, чтобы не дай бог не разбудить, если уснул. Не разбудил, потому что Чимин не спал. - и чего ты не спишь? - скептически глядя на улыбающегося друга, спросил Мин. - юнги хен.. - мурлыкал младший, пока парень подходил к нему и трогал его лоб. - ты горячий. Где твоя аптечка? - серьезно спрашивает старший, специально не реагируя на глазки, что через силу строит Чимин. - в соседней комнате, в шкафу слева. - буркает чимин, перестав мурлыкать вследствии отсутствия реакции. Юнги кивает и уходит, посмеиваясь. Как можно было понять, что он нашел аптечку? Он крикнул: "а я как знал, что в твоей аптечке нет ничего и взял все свое!" Чимин, пытаясь сдержать свой, черезчур уж громкий, кашель, усмехнулся. После того, как Юнги отдал младшему градусник и убедился, что тот держит его хорошо, а главное, правильно, старший ушел на кухню готовить. Как по будильнику, а возможно, и правда по будильнику, Шуга пришел проверять, до какой отметки они дошли на термометре. - я не ожидал, что ты будешь выглядеть таким живым при своих 38 и 3. - говорит скептично Юнги, а после кое-что замечает. - стоп... ты еще и красился сегодня? - Шуга наклоняется ближе, и рассмотрев все вблизи, начинает ругаться. - блять, это один из самых твоих глупых поступков! Даже еще глупее, чем твоя прогулка! Да, Чимин накрасился. Да, может быть, им и руководила влюбленность, а может и не только она, а еще и температура. И да, чимин сейчас носит на лице слой макияжа. Но это не повод кричать на него и называть его поступки глупыми! На чимина давит жар, парню плохо, и он обиженно произносит: - все, юнги-хен, я больше не хочу с тобой говорить. - и поджимает губы. Он отворачивается от парня, пытаясь сдержать слезы. Знал бы он, что его будут обижать, пока он болен, не звал бы Юнги к себе. Хотя, чего он ожидал? Он забыл, что Мин юнги вредный? Мин, видимо, не ожидал, что все так обернется. Но мужчина понимает, что он правда накосячил, и не стоило так бурно реагировать. Юнги тяжело вздохнул, прежде чем извиниться. - чимин-ни, прости. - говорит старший. - Просто, когда болеешь, лучше не краситься. Почему ты накрасился? - уже спокойнее спрашивает Мин. - чтобы быть красивым. - бурча в подушку, отвечает Чимин, а после выдает свой плач с потрохами. Парень жутко ранимый сейчас - одно неаккуратно движение, слово, и он в слезы. Ведь жар давит так сильно, да и обидно очень. - тебе не нужно быть красивым, когда ты болеешь, к тому же, ты абсолютно нормальный и симпатичный когда угодно. Ну, как по мне, конечно. "Гений комплиментов. Ну, давай надеяться, что Чимин воспримет это хорошо и не будет обижаться" - думает Юнги, разговаривая сам с собой. Чимин не верил, что Мин сейчас буквально напрямую сказал ему, что он, Пак, для него привлекателен в любое время. Но, так как Чимин у нас все еще обижен, парень просто согласно мычит. - так что давай-ка смоем эту химию с твоего лица. Ложись на мои колени. Чимин послушно ложится на колени хена, который сел на край его кровати. В руках у старшего - жидкость для снятия макияжа. Мужественные и красивые руки Юнги, на которые Чимин всегда ловил краш, заботливо и нежно смывали макияж. Лицо хена - непроницаемое, но младшему хочется верить, что Юнги правда хочет быть рядом и ухаживать за ним. - Вот и все. Ложись спать. - Но Шуга-хен! - Никаких возражений. Ты болен, тебе нужно отдыхать. - Но мне так плохо... и я хотел спать с тобой. - Нет уж, один справишься. И вообще - с чего я должен оставаться на ночь? - Но Юнги, пожалуйста. Мужчина закатывает глаза и делает одолжение. - Ладно, расстелю себе на диване. Через полчаса выпьешь жаропонижающее. - На последней фразе Юнги ставит на тумбочку какой-то флакончик и убеждается, что Чимин увидел. - а ты куда? - в аптеку. Не все же я с собой взял. *** Ночью Чимину было очень плохо. Это чувство не описать словами, хотя можно и попытаться. Жар, учащенное сердцебиение, повышенная потливость, ощущение беспомощности и потерянности. Чимину приснился кошмар, и, проснувшись, парень никак не мог отойти от своего видения. Повсюду во мраке спальни Паку мерещились чудовища, которые так и ждут его поглотить. Чимин, буквально панически соображая, бежит в комнату, где спит настоящий живой человек, который точно не поглотит его во тьму, как то чудовище из кошмара. Юнги не сразу понимает, что происходит, когда к нему под бок кто-то ложится и начинает дрожать и всхлипывать там, в закуточке между одеялом и его телом. Немного сообразив, что к чему, Юнги пугается. Перед ним Чимин в кошмарном состоянии, и это заставляет бояться за него так сильно. Юнги поднимается на кровати и берет всхлипывающего Чимина в свои руки. Тот, замечая, что его слезы видны, задыхается в попытке прекратить так громко плакать. - Ох ты, горе мое луковое. Совсем тебе плохо, мм? - Тихо и успокаивающе говорит старший, качая младшего на руках. - Потерпи, лекарство скоро подействует. Мальчик в руках Юнги плачет, но пытается скрыть это, слезы роняя на футболку мужчины и ей же заглушая всхлипы. - Там... там воронка, она меня... в себя... а в ней большой змей... - рассказывает Чимин о своем кошмаре, и голос его неровный, заплаканный. - Сейчас этого нет, Чимин-и, дыши глубже. Единственный змей, который здесь есть, это я, так что не волнуйся. Шутку Чимин не воспринял, но зато хорошо успокоился тоном, которым слова были сказаны. Юнги знает, как говорить. Через некоторое время беспрерывного физического контакта Тепло Мина разморило младшего, и Чимин все же засыпает, но в сон он погружается неспокойный. На следующее утро Чимин просыпается один на диване, где спал Юнги. Парень потихоньку вспоминает, что с ним было ночью, и... он что, спал с Юнги?! Наконец-то! Старший в это время был на кухне, это Чимин понял по звукам. Чимину было лучше - вчерашние кошмары во время падения температуры были не зря. Почистив зубы, Чимин пришел к хену, который колдовал на кухне. Чимин думал, что он никем незамечен, но оказалось с точностью, да наоборот. - какая у тебя температура сейчас? - Интересуется Юнги, и притягивает к себе младшего, чтобы потрогать его лоб губами. Чимин встает в стопор от таких приятных действий и даже дыхание ему спирает. - Слушай, может будем встречаться? - Выпаливает Чимин, смотря на мужчину в растерянности, а после и с грустью. Тот, на удивление, даже не закатывает недовольно глаза. Он наоборот улыбается. - Окей, милый. Только на свидание мы пойдем после того, как ты перестанешь болеть. - спасибо, юни-хен! - детским тоном воскликнул младший и бросился на шею Юнги. - Теперь нам можно нормально обниматься? Юнги одно знает точно - когда Чимин выздоровеет, их губы устанут целоваться. И не только по вине тактильного младшего.