Дешёвое вино

***

      Однажды утром Цеппели будят безудержные удары по двери его комнаты, словно желают ее выбить. — Цеза-а-арь-чан!       От громкого протяжного крика Джозефа за дверью, Цезарь поморщился и с тяжелым вздохом накрыл голову подушкой, пытаясь спрятаться от надоедливого соседа по несчастью и от его шума. На пару мгновений выламывание двери прекратилось, Цеппели подумал, что не обращать внимание - решение проблемы.       После молчания в ответ, в разделяющий предмет между комнатой и Джостаром лишь заколотили с новой силой, и казалось, что если Цеппели помедлит, то дверь действительно слетит с петель. — хватит меня игнорировать. – и вновь удар в дверь, возможно, что ногой.       С крайне тяжелым и замученным вздохом Цезарь убирает от лица подушку, смотрит убитым взглядом в потолок. С секунду помолчав, не скрывая раздражение, громко крикнул: — хватит меня так называть, болван!       Вновь удар. — открой ты уже, соня!       Если не откроет - Джозеф действительно может снести к чертям дверь. И главное сделает крайним именно товарища. Порой оба сцеплялись по такой глупой причине, что потом вдвоем удивлялись возникшей ссоре и тупости друг друга, разумеется, считая себя правыми во всем. Благодаря взрывным характерам, у них редко получалось находить общий язык.       Цеппели с гортанным рыком и со сведенными бровями подрывается с кровати и грозно топает босыми ногами до двери, будто желая уже с порога показать, насколько Джозеф его разозлил. Резко открывая, видит перед собой парня, что стоял с поднятой вверх рукой, готовясь вновь к новому шквалу стуков. — чего тебе? – Цезарь упер взгляд на Джостара и скрестил руки на груди. — о-о, Цезарино, не прошло и полгода, – протянул парень, карикатурно кланяясь, – я руку себе отбил, пока пытаться достучаться до вас, милейший. – и драматично потряс ей в доказательство.       Цезарь многозначительно закатил глаза, поднося пальцы к переносице, продолжал прожигать сонным, но от этого не менее испепеляющим взглядом соседа. Как же его раздражала эта гиперактивность Джозефа, причем только в те моменты, когда ему приспичит.       Джостар, не изменившись в лице, протягивает из-за спины бутылку вина и нахально вваливается в чужую комнату, аккуратно проскользнув мимо Цезаря, лишь чуть задевая его.       Цеппели теперь не выглядел рассерженным, он был шокирован чужим поведением. — ты… ты что творишь, ДжоДжо?! — не верещи и закрой дверь. – Джозеф шикнул на него и раскрыл шире глаза, сводя брови к переносице для пущей убедительности.       Цеппели продолжал смотреть то на него, то на бутылку. — только не говори, что ты— — я не стащил ее с кухни! – по глазам было видно, что врет. – я ее позаимствовал. ну… а что добру пропадать, так?       Цезарь все же прикрыл дверь в комнату, перед этим оглядевшись по коридору. Как только она захлопнулась, мужчина быстрым шагом направился обратно к товарищу: — сейчас же верни на место, и я никому не скажу, что ты ее нагло спер. – он быстро, но с расстановкой процедил каждое слово, под конец грозно смерив Джозефа взглядом, указывая на него пальцем.       Парень с бутылкой лишь мечтательно вертел ее в руках, а затем с хитрым смешком ответил: — Лиза-Лиза сэнсей не обеднеет от одной пропавшей маленькой бутылочки, да и вообще, сомневаюсь, что она заме—       Цезарь не стал дослушивать и оборвал Джозефа на полуслове, резко выхватывая бутылку вина из чужой хватки, на что второй широко раскрыл глаза, продолжая держать руку на весу. — эй! — зачем ты ее принес сюда? – выделяя последнее слово произнес итальянец. Любопытство Цеппели все же взяло верх, он тоже покрутил бутылку в руках, осматривая и бегая взглядом по этикетке. — ну, чтобы выпить, конечно же, – заговорческим голосом ответил Джостар, а затем, чуть поразмыслив, добавил уже тише. – с тобой.       Молодой человек повернул к нему голову с немым вопросом в глазах, вскидывая одну бровь. Джозеф же начал, словно оправдываясь: — давно ты последний раз пил вино? Цезарь-чан, мы уже тут больше двух недель, а так нормально и не потусили вместе, смекаешь?       Цезарь лишь округлил глаза, а затем тихо рассмеялся, заставляя Джозефа вспыхнуть. Он ведь от всей души, а над ним открыто смеются. — что смешного, коротышка?! – хоть его лицо и было скрыто наполовину дурацкой маской, но выглядел он от этого не менее обиженно. — ДжоДжо, я-то вино пил пару дней назад в ресторанчике неподалеку, и оно было значительно лучше того, что притащил ты. – на самом деле без насмешки проговорил он, даже проигнорировав обзывательство.       Джозеф вздохнул: — а следующее, что ты скажешь: «Джозеф, ты что, не разбираешься в алкоголе», да-да. – в его словах не чувствовалась та прежняя радость. Его настроение резко сменилось, и выглядел он так, словно над ним сейчас появится маленькая грозовая тучка. — Джозеф, ты что, не разб—, – Цезарь осекся и, взглянув на парня, тихо закончил предложение несколько иначе. – ладно, дурень, я согласен выпить с тобой.       Итальянец отвел взгляд, а ДжоДжо заметно повеселел, глаза засияли вновь хитрым блеском, но Цеппели перебил его: — с одним условием. бутылка останется тут до вечера, – пытаясь не улыбаться утвердил он. – а то спалишься еще, потом проблем не оберемся. — Цезарь-чан, с тобой приятно иметь дело. но, эй, когда я нас последний раз подводил? – Джозеф широко улыбнулся под маской, от чего даже глаза чуть сощурились как у лисы.       Молодой человек убрал вино в свой шкаф, плотно закрывая дверь, а затем скрестил руки на груди, одаривая парня многозначительным взглядом, вскидывая брови.       Джозеф вновь вздохнул: — ну, если не брать в счет тот случай, когда учитель Лиза-Лиза заметила меня, когда я нес ночью еду с кухни… — именно, – Цеппели щелкнул пальцами. – а теперь прошу на выход, мне собраться надо.       ДжоДжо тихо посмеялся, не в силах сдержать комментарий: — только не опоздай на два часа, как в тот раз, Цезарь-чан, а то уж слишком долго пудришь носик.       Цезарь на это мгновенно вспыхнул, покрываясь румянцем, буквально вытолкнул хохочущего парня из комнаты, захлопывая за ним дверь, а затем грозно крикнул тому в след: — болван!       И даже через закрытую дверь, он слышал легкий звонкий смех Джозефа, отдаляющийся по коридору.

***

      День пролетел на удивление быстро, даже с учетом нескольких действительно тяжелых и долгих тренировок, после которых болело все тело. Например днем учитель Лиза-Лиза заставила парней пробежать дистанцию в пять десятков километров за пару-тройку часов. И если Цезарь еще держался молодцом, так как он мог правильно поддерживать ритм дыхания, то Джозеф чуть ли не выплюнул легкие после такого забега, лишь под конец выровняв пульс. Затем же ученикам предстояло несколько часов простоять на руках на самой верхушке башни, у обоих по окончанию кружилась голова, и парни, повиснув друг на друге, пытались банально переставлять ноги, даже не отпуская колкие фразочки из-за усталости.       Сначала для вида разошлись по своим комнатам, но это было не надолго: все же та украденная бутылка вина в комнате Цеппели не могла долго ждать.       В полумраке коридоров ДжоДжо добирается до места, наконец, стучит в чужую дверь, Цезарь практически моментально открывает. В следующую секунду итальянец утягивает Джозефа в комнату, закрывая за ним, будто ничего и не было.       У обоих было ощущение, словно они состоят в неком заговоре, словно собираются сделать что-то крайне противозаконное. Но это лишь придавало азарта.       Джозеф нагло плюхнулся на чужую кровать. — ну-с, Цезарино, тащи бутылку! – а затем потянулся. — дурень, кем ты себя возомнил? – вопрос был скорее риторическим и чисто для галочки.       И юноша на кровати прекрасно это понимал, поэтому пропустил вопрос мимо ушей.       Цезарь достал вино из шкафа, чуть повертев его в руках, а затем передал Джостару. Цеппели крайне не хотелось, чтобы у учителя возникли хоть какие-то подозрения, поэтому он подошел к окну и закрыл шторы для большей безопасности. — ДжоДжо, а бокалы? – внезапно опомнился Цезарь.       Джозеф многозначительно промолчал. Молодой человек на это лишь улыбнулся: — и как ты планировал пить без бокалов? — то есть кроме бутылки мне нужно было еще каким-то чудом спереть и их? – Джостар вскинул бровь. – радуемся тому, что есть. — то есть… ты позвал на свидание и даже не смог все нормально организовать…       ДжоДжо мгновенно метнул взгляд на соседа, что все также стоял с гаденькой улыбкой. Еще секунда - и Джозеф буквально взорвется от возмущения, поэтому Цезарь замял ситуацию: — не кипятись, я просто шучу, Казанова. — еще смешнее слышать это от тебя, малыш Цезарь!       С помощью хамона Джозеф тихо выбил пробку из бутылки, оба парня сидели на кровати. Первый глоток был за ДжоДжо. Терпкий сладкий вкус с нотками винограда и сливы приятно разлился по языку, и хоть Джостар и не ценитель, но ему очень даже понравилось. После чего он делает еще глоток и передает бутылку соседу.       Тот колеблется пару секунд и тоже отпивает из горла. — и как тебе? — вполне не дурно, все же утром я погорячился по поводу твоего выбора.       Джозеф улыбнулся: — да ну, это что, извинение? — заткнись, – Цеппели отвел взгляд, легко засмущавшись. – ну… да, извини.       С гаденьким удовлетворенным смешком Джозеф выхватывает бутылку, но на самом деле он успокоился, так как переживал за то, что его другу не понравится. А затем делает глоток. И так по кругу. Спустя где-то полчаса вино было распито, а языки обоих развязались чуть сильнее. — знаешь, Цезарь, я тебя когда увидел, подумал, что ты полнейший кретин. — я так думаю до сих пор про тебя, – Цеппели хихикнул, глядя в глаза напротив. – ладно, в самом начале я тоже думал, что ты вообще ни в какие ворота. — нет, не подумай, ты меня все еще раздражаешь, но—       Джозеф взглянул мутными глазами на парня, пересекаясь с чистой изумрудной зеленью чужих. Сердце от чего-то пропустило удар, а щеки обдало жаром. Хотя ДжоДжо прекрасно знал почему, но упорно отнекивался от собственных чувств. Не хотелось даже признавать, что Цезарь ему симпатичен.       И Джостар даже сейчас с нетрезвым рассудком пытается убедить себя, что вовсе не планировал выпить вино именно с Цезарем, вовсе не хотел провести с ним время, вовсе не хотел узнать его ближе. Каждый раз он при таких мыслях напоминал себе, что они оба - мужчины. И Цезарю нравятся девушки. Да и Джозефу, вроде, тоже. Но парень все равно не в силах сдержаться, заглядывался на итальянца чуть дольше, чем можно, успешно пытался выводить того на эмоции, чтобы увидеть тот милый рассерженный взгляд, да даже сейчас реально устроил самое нелепое свидание, подбирая вино на кухне в надежде, что Цезарю понравится, хотя в алкоголе ДжоДжо разбирается также, как в самолетах, то есть крайне плохо.       И сейчас, глядя на лицо Цеппели, Джостар лишь подметил, что изумрудные глаза очень элегантно контрастируют и сочетаются с волосами цвета бледного золота, а цветные пятнышки на обеих щеках уже не кажутся такими идиотскими, как при первой встрече.       Но вдруг Джозефа вынимает из транса Цезарь: — ты чего так застыл?       ДжоДжо пару раз моргнул и густо покраснел, так как сам не заметил, как отвлекся от собственного предложения, обрываясь на полуслове и в открытую несколько минут пялился на человека напротив. Отвернул голову, запуская пятерню в каштановые волосы, делая вид, что поправляет прическу.       Но Цезаря это, к сожалению, не удовлетворило: — настолько налакался, что последние две извилины перестали работать? – после чего слабо посмеялся от своей же шутки.       Но Джозеф все еще не отвечает, приложив руку к лицу. Парня начало это напрягать: — эй, ДжоДжо? – обеспокоено произнес он, чуть ближе подвигаясь к нетрезвому товарищу. – ты в порядке?       Цезарь смерил того взглядом, а затем неуверенно поднес руку к чужому плечу: — посмотри на меня.       Сердце Джостара пропустило удар, но он все еще не подавал виду. Его будто окатило волной стыда, от чего тело перестало слушаться, да еще и вино ударило в голову. Итальянец нахмурился, находя такое поведение более чем странным, а затем недолго думая повернул лицо ДжоДжо к себе за подбородок. Ему нужно было убедиться, что парню не станет плохо, так как потом объясняться перед Элизабет хотелось меньше всего на свете.       Глаза Джостара округлились, а Цезарь заметил красные пятна смущения на щеках, и от этого сжал губы в тонкую полоску. Что-то практически неуловимое разливалось в его груди, что заставляло смотреть на Джостара. Мутный взгляд Джозефа уцепился со странным выражением за зеленые глаза Цеппели.       Последние тормоза отказывают, когда зелень изумрудных глаз с непонятно откуда взявшемся интересом осматривает лицо напротив, а затем на пару мгновений задерживается на чужих губах, будто совершенно случайно, и возвращается в темные мутные радужки. ДжоДжо думает, что это буквально зеленый свет к действию. ДжоДжо думает, что его интерес по отношению к Цезарю взаимен. ДжоДжо думает, что так и должно было произойти.       Резким движением он подрывается к лицу напротив, коротко и сухо касаясь чужих мягких винных губ.       ДжоДжо думает, что пожалеет об этом позже.       Боится вновь встретиться взглядами, до смерти боится увидеть в них то самое разочарование и осуждение.       Цеппели прокашливается легко, пытаясь понять, что вообще произошло, но пазл в голове сложился достаточно быстро, от чего глаза округляются, а смущенный взгляд упирается в Джозефа. Собственное сердце слишком неприлично быстро заколотилось, и Цезарь ловит себя на мысли, что ему даже понравилось.       Но все еще пытаясь сохранять лицо, спрашивает: — объяснишься?       Джостар вздыхает, понимая, что все равно уже сделал это, придется нести ответственность. — ты мне нравишься, чего объясняться. – ватным языком промямлил Джозеф, прикладывая руку к шее в неловком жесте.       Цеппели хмыкнул, отводя взор в сторону пустой бутылки. Если что, все можно спихнуть на алкоголь, утаивая то, что Цезарь трезвый. Половина бутылки практически неощутима. Он не был до конца уверен, что Джозеф говорит это от всего сердца, но в душе все равно расползлось тепло. Он решил, что тоже хочет этого. Они же оба взрослые люди, в конце концов. — ДжоДжо. — м?       Как-только лицо того поворачивается, Цезарь сразу же сминает чужие губы в мягком, но настойчивом поцелуе, чуть наваливаясь на парня сверху. Джозеф отстраняется, смотрит в глаза, быстро тараторит: — ты что творишь? мы оба пьяные, так что не нужно, и вообще мы оба парни…       Цезарь хмурится, а затем хитро улыбается, показывая опасный огонек в своих глазах и расширенные зрачки: — перестанешь нести бред когда-нибудь?       Джозеф смотрит на изменившегося парня, что поудобнее устраивается на его бедрах, сердце обдает жаром, а руки сами тянутся к чужому лицу, очерчивая большим пальцем контуры. С не менее хитрой улыбкой ДжоДжо произносит шепотом перед тем, как впечататься в винные пухлые губы: — не могу без этого.       И только тусклый свет лампы продолжал тихо освещать комнату и двух людей, что говорили друг другу всякие глупости, периодически прерываясь на жаркие поцелуи со вкусом украденного вина. Так и начался удивительный роман вспыльчивых молодых людей, чьи судьбы были переплетены красной нитью.