Дурка

Стоявший рядом медбрат отключил капельницу и в тот же многострадальный катетер ввёл шприц с жидким адреналином. Пульс пошёл в гору, аппарат рядом запикал, противно разрушая хрупкую тишину реанимационной палаты. Где же Гин? Для Осаму каждая секунда тянулась мучительно долго. Он смотрел на бледное лицо пациента, будто борясь с желанием потрясти его, попытаться разбудить. Смотреть на Чую сейчас, давалось Дазаю огромными усилиями, но всё же, врач отвёл взгляд. Тут, его будто ударило током. Он опустился к каталке, взял стетоскоп со шкафчика, прислушался к дыханию Накахары. Он дышал, но слабо, словно угасая. Осаму наоборот задышал чаще, подозвав медбрата, самолично установил систему вентиляции лёгких, но как же не хотелось этого делать. Вероятно, никто из нас не хочет увидеть дорогого человека под аппаратом. Но был ли Чуя дорогим для Дазая? Однозначно да. Уже почти год рыжий лечился этой больнице, за такой короткий промежуток времени, Осаму привязался к пациенту и никак не хотел отпускать его. За время раздумий шатена, анализ был сделан, благо лаборатория не была загружена. Гин прибежала с бумагами. Анализ показал низковатый уровень натрия, но это можно было исправить с помощью капельниц. Врач облегчённо выдохнул, жизни пациента не грозило ничего серьезного.