Сага об Эйнаре Беловолосом

Сага об Эйнаре Беловолосом. Глава I «Прошлое рода и нынешнее уходящего» Меня зовут Эйнар Беловолосый, и я всю свою жизнь нахожусь в погоне за врагом. Внимайте саге обо мне. Я из рода Сигурдссонов; мой отец был достаточно знаменитым торговцем, который имел хорошие отношения с ярлом Торульфом Добрым, пока тот был жив. Мое место рождения — крупный торговый город Каупанг, но прожил я там недолго… При рождении, по стечению судьбы, у ярла Торульфа появился враг, его имя было — Хродгейр Острый. Хродгейр при одном из тингов оклеветал ярла, имея доказательства о том, что Торульф верит в христианского бога. Доказательством послужила священная христианская книга, якобы найденная у ярла среди вещей. Очевидно, что ярла ждала участь червя, пришедшего в логово голодных муравьев… Торульф был обезглавлен прямо на тинге и проклят на запрет посещения зала Всеотца. После вступления Хродгейра на престол, все изменилось. Правитель был жадный и не любил свой народ, воинов не уважал, а купцов обворовывал. Зима в том году прогнозировалась холодной, а припасов было мало. Однажды мой отец пришел к Острому с просьбой отправить зов в шведский город Хедебю с просьбой о поддержке в виде припасов, ярл рассердился и заявил: «Ты думаешь, я не знаю своих обязанностей, прихвостень христианина? Ярл здесь я, не ты. Мои земли и мои правила. Ты меня пытаешься оскорбить, а может быть, и свергнуть! Участь твоя и твоей семьи будет обречена. Вы будете изгнаны и приняты в ряды Скогарморов завтра же.» Отец ответил: «Ярл, нам нужны припасы, скоро зима. Вы не должны нас прогонять.» Дальше диалога не было. Моего отца вытащили из длинного дома силой. Я был ребенком, а у отца не было союзников, чтобы переехать к ним на время. Нам пришлось смириться с нашей судьбой… На следующий день нас изгнали, оставив клеймо на отце, исключая меня, так как я слишком мал и вряд ли дожил бы до весны. Так как у нашего народа было правило, что любой увидевший скогарморов мог его безнаказанно убить, это делало ситуацию еще хуже. Мы блуждали по лесу, ночевали в кустах, ели ягоды и пили дождевую воду, пока не нашли обломки старой небольшой хижины и прекрасное озеро неподалеку от нее, примерно 30 километров от Каупанга. В хижине давно никто не жил, и она требовала нужного ухода: гнилые доски, запах сырости, въедающийся в нос, с ужасным запахом гнили — вот что было в хижине. Также протекала крыша и отсутствовала дверь, но мы были ужасно рады. Недолго думая, мы основались там. Отец отремонтировал жилище за неделю. О своей матери я не знал ничего, ибо она была воительницей и пропала. Однако все были уверены в ее смерти. Наконец-то наша жизнь начала нормализоваться по сравнению с прошлыми приключениями. В озере у нового дома было много рыбы, а на берегу росли ягоды. Новый дом становился все уютнее и уютнее. Внутри, посреди хижины, стоял очаг. Над ним — котел. Слева от очага были небольшие полки и точильный камень. В уголке комнаты лежала шкура животного на случай холодов. Справа на полу — небольшой кусок кожи, под которым лежали еловые ветки. То была одна из кроватей. Рядом лежала такая же. Хижина была деревянная с земляным покровом, чтобы было теплее, так как теплом наша Норвегия не балует. Красочной жизни не было, но и мы — изгнанники. Крыша над головой есть. Начали жить… Глава II «Зима» Наступил конец ноября, начало декабря. Морозы уже сели на землю вместе со снегом. Я помогал отцу делать ловушки на зверя, так как нужно было есть и делать одежду. От нашего изгнания прошло мало времени, а жизнь изменилась до неузнаваемости. Мне в конце августа исполнилось 10 лет, и я старался помогать отцу, чем мог. В середине декабря я впервые пошел на охоту и держал лук. Мы сидели на холме, а ниже по пригорку белый олень запутался в ветках. Мне оставалось только его убить. Я натянул тетиву, прицелился. Уже хотел отпустить! Но сердце мое растаяло. Олень посмотрел в мои нежно голубые глаза. Я замер. Сердце билось все сильнее, мне стало жаль его. Через миг я услышал свист стрелы, пролетевшей мимо. То был мой отец, убивший животное. Ты оказался в мире суровом, соответствуй. Тут либо ты, либо тебя. Те люди, которые нас изгнали, не пожалели. Вот и ты не жалей своих врагов, — сказал мне отец. Я тебя понял, отец, — ответил я, создав себе почву для размышления. Наступил вечер. После ужина отец лег спать, а я пошел на холм рядом с озером и хижиной. Ночь была прекрасна. Темно-голубое северное сияние переливалось с кисло-зелеными и бирюзовыми цветами. Я сидел на холме и спрашивал богов: «Один, отец всех отцов, какая у меня судьба? Кем я должен стать по жизни? Поделись своей мудростью…» В ответ — тишина. Только где-то в небе перестала светиться звезда и снова загорелась с еще большими силами. Немного посидев еще, я ушел оттуда в дом, готовясь ко сну. Примерно в январе мой отец тяжело заболел, а к весне умер. Я остался совсем один. Я был сломлен, но знал о нашей встрече с отцом и матерью в Вальхалле. Отец научил меня всему, что только знал: о том, как сшить одежду, до того как варить мед. Я стал главным в доме. С горем похоронил отца в камнях, выбив на многих рунах. Его могила была рядом с хижиной. В тот же вечер я обдумывал свое будущее, думал о том, что я слишком молод, что не мудр и глуп. Я — рано повзрослевший скогамор одиночка. Единственное, что меня спасало бы, но о чем я не думал — отсутствие клейма изгнанника на мне. Время шло, жить становилось все сложнее, но весна была близка. Я молил самого светлого и красивого сына Одина — Бальдра о приходе весны. В конце марта все морозы спали, и снег начал таять. Пришла прекрасная весна, и вдруг у меня появился вопрос: «А что мне делать дальше? Меня ничего не держит в этом мире.» Я думал так, пока не услышал гром и не увидел молнию в небе… «Тор,» подумал я, «если бы не Хродгейр, мой отец был бы жив, и нам не пришлось бы бегать по лесам. Я клянусь на своем священном браслете, что отомщу за смерть своего родного. Боги, вы меня слышали!» — И ушел я в хижину… Глава III «Новые союзники» Спустя 5 лет после смерти отца мне уже исполнилось 15. Я уже не так горевал и полностью смирился со своей судьбой. Я почти каждый день обдумывал месть. Я научился биться топором, тренируясь на дереве, выплавлять железо, перерабатывая украшения или сломанное снаряжение. Убивать животных для меня стало легко, и без угрызений совести, я это делал из раза в раз. Ежедневно, я по вечерам сидел на холме, смотря на звезды и общаясь с богами. Я находился в 6 часах ходьбы от моря, и однажды я решил сходить туда, дабы узнать новости, если кого-то встречу, а также пополнить запас животных, так как в моих краях живности стало мало. После долгого пути я наконец добрался. Отдохнув, я развел костер и приготовил одного кролика из запасов. Его сладкое мясо вместе с хмельным медом радовало меня и отгоняло холод. Я решил переночевать там. На утро я услышал звук рога! Рядом со мной проплывал драккар. Похоже, он плыл с набега, наверняка в Лаврик. Я достал рог и протрубил в ответ. Они остановились, и я подождал, пока они подплывут к берегу. Один темноволосый викинг, с северной внешностью и уставшим видом, спрыгнул с корабля и подошел ко мне, спрашивая: -Случилось что-то? Кто ты? -Я странник, живу в хижине лесной, пришел узнать новости и запастись едой. -Смешной ты, странник, выглядишь молодо. Что ты хочешь знать? -Кто правит Каупангом? -Хитрый как Локи — Конунг Хродгейр Острый. В этот момент я потерял дар речи и еще больше загорелся внутри себя. -Помню, что совсем недавно он был Ярлом после Торульфа, как он стал конунгом? -

Никто не знает. Каким-то образом конунг, что был до Острого, предал наших богов и принял христианство. Немного побеседовав, он предложил: -Слушай, парень, а поплыви с нами? Нам не хватает рук, а сами тебя поселим у нас. Моя хижина стоит одна в лесу, я должен собраться. Тому и быть. Послезавтра встретимся здесь, в это же время. Пожав ему предплечье, мы разошлись… Это мой шанс. Шанс на новую жизнь. Но даже от такого шанса я не забуду о своей клятве. Глава IV «Лаврик» Итак, наступил день моего отплытия в неизвестное мне место. Хоть города и находились рядом, из-за своего юного возраста я не бывал в нем. Моего отца там наверняка знали, ибо, как я рассказал ранее, он был купцом, купцом, которого знали многие. Утром я съел пару вяленых рыбешек, пойманных и завяленных ранее мной. Взял необходимые вещи и поблагодарил место, где я жил этот промежуток времени, а также богов. Уходя, я попрощался с могилой отца, забрав маленький камешек с его места захоронения. Я шел сквозь лес и знал, что уже скоро будет место встречи; мое сердце билось чуть быстрее, а ноги немного дрожали. Когда путь был завершен, я присел и начал ждать новых союзников. Примерно спустя 40 минут я увидел драккар, тот же, что видел вчера. Он пришвартовался, и я снова увидел этого юного воина, чье имя мне пока было неизвестно. Я залез на драккар и поприветствовал дружину. Тогда мы отшвартовались и поплыли в сторону Лаврика. Спустя 20 минут мы причалили к берегу и я увидел маленькие рыбацкие домики расположенные по всему берегу. Дальше дорожка шла выше по холму через дома обычной простолюдины и наконец к длинному дому. Там я должен был познакомиться с ярлом. Я спрыгнул с корабля, поблагодарив новых друзей, и пошел к длинному дому, пока союзники переносили вещи с драккара на берег. Я зашел в длинный дом и увидел длинные дубовые столы и скамьи, тусклый свет настенных факелов, посередине очаг, а в конце трон ярла. На троне сидел ярл и вопросительно бросил на меня взгляд. Дальше завязался диалог, ярл спросил у меня: -Кем ты будешь в моем краю? -Я Эйнар Беловолосый, мне 15 лет. Родом я из Каупанга, но по стечению судьбы жил в лесу 5 лет. Мой отец умер от болезни, а мать, как воительница пала в бою, по крайней мере так говорят. -Лишних рук нам не будет, я ярл Эгиль Видящий, чем поможешь нам? — спросил ярл. -Я научился сражаться с топором в руке и пальцем на тетиве лука. Могу делать работу и в земле и в набеге. Мне сказал ваш воин, что я понадоблюсь вам-ответил я. -Как звали твоего отца? — Торстейн Золото. -Знал я твоего отца. Однажды мы с ним и с ярлом Торульфом обсуждали будущее нашей Норвегии за кубком меда. Видеть его сына для меня счастье. Я выделю тебе небольшую хижину рядом с длинным домом. Мои люди тебя проводят. Сказал ярл и его воины меня отвели к моему новому дому. Зайдя в него я обрадовался, он напоминал мне лесную хижину, но более уютную и целую. Новая жизнь и новые цели. Все новое и никто не знает о моем прошлом. Пусть оно останется так. До поры до времени… Глава V: «Новые люди, места, события» Время близилось к вечеру. Я разложил все вещи у очага и начал греться, готовясь ко сну. Но я услышал шаги за дверью. Это был тот юный воин, что привез меня в Лаврик. Он позвал меня, и я вышел. Привет, друг, — поприветствовал я. Здравствуй, ты уже основался, смотрю? Да. Здесь славное место и люди. Ты мне сильно помог, но я даже не знаю, как тебя зовут, — спросил я. Я — Гуннар Храбрый, мне 17 лет. Ты можешь обращаться ко мне, если возникнут проблемы. Спасибо. Пойдем в длинный дом. Сегодня празднуем удачный набег. Ты не будешь лишним в нашей компании, Эйнар. Я кивнул головой и пошел вслед за Гуннаром. Когда мы пришли и большие, тяжелые двери открылись, передо мной было следующее: музыка и танцы, много мяса, меда и веселья. Моя душа словно начала отогреваться от холодных 5 лет в одиночестве. Я пошел к ярлу и поприветствовал его, а он в свою очередь поприветствовал меня. Мне предложили меда и накормили вкусным мясом. Даже представить сложно, как приятно почувствовать горячий кусок мяса в своем рту, раскусить и почувствовать вытекающий жир с мяса, а позже запить медом. Позже, достаточно выпив, я начал рассказывать о себе и о своей истории, конечно не поднимая того, что я скогармор. Я рассказывал, как скальд, выпивший Поэтический мед и закусивший Трангиостром — одним из козлов Тора. Длинный дом слушал мою сагу о тяжести жизни и историях о богах. Позже я решил посоревноваться с Гуннаром в выпивох. Это, когда два храбрых викинга пьют много и на скорость. Итак, мы встали и держали кубки в руках. Гуннар сказал мне: Эйнар, я не люблю проигрывать! Придется полюбить, после этого выпивоха. Сказал я, и мы засмеялись. Готовы? — спросила светловолосая девушка. Да! — ответили мы. После крика «начали» началась битва, битва о которой еще бы описали в сагах, будь это Рагнарек. Мы выпили по полтора кубка, и я заметил, как Гуннар начинает падать. Я засмеялся так, что подавился медом и сам упал. Мы были пьяны настолько, что лежали неподвижно и смеялись во все горла. Длинный дом смеялся и веселился. Пир продолжился, а мы лежали там до утра. Самая тяжелая битва после алкоголя — это так называемое похмелье. Я проснулся, а в длинном доме никого не было. Я почувствовал комок в горле и быстро устроился у рога меда, дабы похмелиться. После этого я вышел на улицу и пошел смотреть новый город. Я спустился к берегу, чтобы пообщаться с рыбаками. Они мирно меня поприветствовали и предложили с ними сплавать на другой конец фьорда. Я согласился, взяв с собой топор и не успев доесть кусок мяса, сел в их рыбацкую лодку. На каждой лодке могли плыть по трое. Нас отправилось 5 лодок. Почему так много? А потому, что ходила история о разбойниках, таких же скогарморов как и я, которые грабят путников и рыбаков. Поэтому на пятой лодке сидели трое достаточно внушительных воинов. Через полчаса мы приплыли и расставили сети. Сети расставлялись по всему берегу, поэтому мы не всегда могли связаться друг с другом. После 20 минут у сетей должен был раздаться глухой звук рога, но его не оказалось… Рядом с нами была еще одна лодка, но она была у берега. Мы решили подплыть к ней и сойти с берега. Мы втроем шли по берегу и кричали наших союзников. Но в ответ тишина. Мы уже взялись за топоры, как вдруг! Вдруг стрела угодила в одного из наших. Я схватил раненого и потащил за дерево, где сам укрылся. Я услышал неподалеку голос одного из наших воинов и затрубил три раза в рог, что означало об опасности. Нападавшие закричали и побежали в сторону моих союзников — воинов. Нападавших было пятеро. Битва была четверо на пятерых. Я решил подойти с тыла. Тихо подкрался и вскрыл одному из врагов горло. Я почувствовал, как его багряная кровь стекает по моей руке, и у меня появилось странное невиданное желание. Желание взять еще чью-то жизнь. Я взял топор и зарубил еще одного. На меня напали двое, положив меня на землю и уже было вспороли бы мне брюхо, как один из наших бросил топор в его голову. Я быстро встал и вытащил окровавленный топор из головы мёртвого. Дальше я еще больше озверел и бился с двух орудий. Мне 15 лет, а я бьюсь свирепее медведя. Убивая каждого, я вспоминал, как нас предали в Каупанге. Мы победили без потерь, но с травмами. Мы подняли раненого и поместили на лодку. Стрела торчала из его плеча. Через полчаса мы вернулись, и раненого забрали для лечения. Я узнал, что такое убивать, я узнал, какого это отбирать жизнь того, что доставляет гнев и негатив. Мы пришли в длинный дом и рассказали все ярлу Эгилю. После нашего рассказа нам налили выпить, и мы начали уже уходить, как тут ярл просит меня остаться. Все ушли, и ярл у меня спросил: Тебе всего 15 лет, а говорят, дрался ты как сильнейший воин. Я думаю, тебе нет места в земледелии или строительстве. Когда тебе исполнится 16, ты пойдешь в набег. Я уверен, что мы многого добьемся. Спасибо, Ярл Эгиль. Я вышел из длинного дома в предвкушении и радости. Я зашел в избу, перекусил печенью и выпил пару кубков меда, чтобы лучше уснуть. День был насыщенный и сложный… Поскольку времени было не совсем поздно, я проснулся посреди ночи и пошел прогуляться. Я дошел до верха фьорда и передо мной открылся прекрасный вид. Высокий фьорд, красивый водоем, от которого отражался лунный свет. В небе зелено-синие северные сияния, ветер обдувающий мои белые волосы. Но позади себя я услышал странные шаги. Они были мелкие, но достаточно громкие. Я сел спиной к фьорду и смотрел над шуршанием кустов, как тут я увидел то, что заставило мою кровь кипеть. Я увидел, как из кустов выходят четверо гномов, один из них был с рыжими волосами, а другие были со светлыми. У них были большие и пышные бороды, заплетенные в косу. Тот, что был рыжеволосый, подошел ко мне и сказал. Здравствуй, Эйнар Беловолосый. Всеотец видел твою ярость и попросил нас сковать тебе кольцо. Мое имя — Торин, имена моих братьев: Текк, Фили и Кили. Это кольцо было создано из ярости, силы рун и памяти о твоем отце. Я поблагодарил гномов и надел кольцо на средний палец. Через несколько секунд моя голова закружилась, и я упал. Я проснулся у себя в хижине утром с кольцом на пальце. Это была невероятная ночь, и еще весь следующий день я думал об этой ситуации. Я никому не стал говорить о произошедшем, но навсегда запомнил Торина, Текка, Фили и Кили. Утром я восславил Одина и начал завтракать. Лаврик меня радует все больше и больше, то ли еще будет. Глава VI «Долгожданное время» Целый год я наслаждался жизнью в Лаврике и уже привык ко всему тут. Но больше я ждал дня, когда наконец отправлюсь в набег на Англию. Уже почти кончилась зима, и мы начали готовиться к набегам. Мы бились друг с другом в разных условиях, как погодных, так и количественных. Я уже чувствовал, как моя кровь кипит, и я представлял, как буду биться с христианами. Наступил тот день. Нас отправилось четыре драккара, ибо ожидалась большая добыча. Но перед отплывом мы сделали обязательные ритуальные элементы. Мы принесли жертву богам, а перед самим отплывом высморкались в деревянную чашу и умыли этим лица. Даже представить трудно то чувство, когда отплываешь от берега родной земли, а позади себя слышишь глухой рог. Ты понимаешь, что можешь больше не вернуться и вовсе. Серьезный путь предстоит… Спустя примерно шесть часов стало вечереть и холодать. Мы решили выпить хмельного напитка, чтобы согреться. На одном из драккаров плыл отряд берсеркеров, готовых биться в любых условиях и с любыми врагами. Честно говоря, я всегда им завидовал и хотел стать таким, как они. Я представлял те чувства под отваром и бой без защиты с яростью Тора. Ветер обдувал парус, а пьяные мы легли спать. На утро поднялся ветер, и мы поняли, что сбились с курса. Используя солнечный камень и деревянный круг, отбрасывающий тень в сторону направления, мы вернулись на курс и поплыли дальше. Долгие дни длились неделями, но я все равно не оставлял своих желаний. Через несколько дней мы приплыли к берегам северо-восточной Англии и вышли на берег. Твердая земля под ногами была прекрасна. Теплый воздух и зеленые растения покоряли мой северный характер. Мы решили разбить лагерь неподалеку от кораблей. Мы установили лежаки из шкур и развели костры. Я решил посмотреть окрестности и пошел в сторону от лагеря. Я шел и наслаждался видами. «Да, мой отец бы возрадовался, увидев это», подумал я. Но что-то помешало моим мыслям, а именно дым, и он был не от нашего лагеря. Аккуратно подкравшись и увидев небольшую деревушку из нескольких хижин, я сразу побежал к лагерю и все рассказал дружине. Мы подумали, что это приглашение, и решили нанести визит вежливости на следующий день. На следующий день четверть воинов осталась в лагере, а мы с остальными пошли к деревушке. Предвкушая добычу, мы подошли к домам и без разговоров начали бойню. Против нас были обычные крестьяне и шестеро людей с оружием. Мы убивали всех, наслаждаясь криками врагов. Мы принесли им очередную весть о том, что их бог ложный раб своих исповедей. Нескольких женщин мы забрали с собой, а всех остальных жителей убили. Я горел все сильнее, ведь знал, что это только начало великой саги о себе. Из домов мы забрали все украшения, а также разграбили их никчемную церковку с золотой атрибутикой их веры. Мы вернулись довольные и с небольшой добычей, но даже не думали останавливаться. Одну женщину мы допросили и узнали, где находится ближайший монастырь и городок. Так как Гуннар знал немного их языка, нам повезло. Решили, что пойдем в сторону монастыря завтра, а городком займемся позже. На следующий день мы собрались и пошли в сторону монастыря. Добычу прошлую поместили на один из драккаров. Мы шли больше двух часов и наконец увидели это место. Христианский монастырь стоял почти без охраны. Всего мы увидели семерых вооруженных. Мы выстроились в одну шеренгу и побежали на монастырь. Мы рубили и убивали, били и отрубали. Мы с легкостью убили шестерых, ведь нас было 30 человек. Но один из стражей ускакал на лошади, и мы бы его не догнали. Мы забыли о нем и ворвались в христианскую святыню. Их кровь стекала с моих рук и топора. Я был весь в крови, но я хотел большего, хоть уже и устал. Мы грабили и глумились достаточно долго, но тут случилось неожиданное. Мы увидели отряд всадников из примерно 30 человек. Битва намечалась серьезная. Похоже, тот человек сдал нас. Я услышал резкий крик подопечного Эгиля. -Стена щитов! Мы все встали плечом к плечу, а всадники уже были рядом. Наши ребята стреляли из луков по лошадям. Враги сблизились, и мы начали рубить и колоть лошадей. Позже битва перешла в кучу перемешанных людей. Я был напуган, но готов к встрече с залом Высокого. Я прорубил голову воину, другому воткнул нож в шею, я не видел, кого убивал, пока не упал на землю. Посмотрев на свою ногу, я увидел льющуюся кровь из рваной раны. В глазах стало темнеть, и я потерял сознание. Открыв глаза, я оказался на середине фьорда и увидел приближающихся Торина, Текка, Фили и Кили. Торин подошел ко мне и спросил. -Разве ты не обещал мести? -Обещал… -Один не примет пока, если ты умрешь, не выполнив свое обещание. Я очнулся и отбивался лежа. Я бил со всей ярости. Рубил врагов по ногам и валил их на землю. Я плевал в них кровью и рычал. Но резко противники стали убегать. Я услышал радостный рев наших воинов и бессильно положил голову на землю. Ко мне подбежал Гуннар, а дальше я вырубился. Я очнулся на лежаке с обожженной ногой от кинжала, которым мне прижигали рану. Нога болела, но я радовался. Ко мне подошла темноволосая девушка и сказала. -Ты жив! Это так необычно и радостно! Ты желаешь чего-то? -Не жужжи, прошу лишь меда. Она мне налила в рог меда, и я уснул. На следующий день воины стали собираться и грузиться на корабли. Оказывается, нас осталось всего 15-20 человек. Город мы точно не взяли и должны были уезжать, пока на нас не напали. Двое сильных воинов подняли меня и отнесли на корабль. Мы стали отплывать с хорошей добычей, но сильными потерями. Мой первый набег и первый серьезный шрам. Я погладил кольцо гномов и общался с друзьями, попивая мед. Дальше долгий путь домой. Глава VII «Берсеркеры» … В Англии я упомянул о берсеркерах, но не рассказал, кто они на самом деле. Так вот, берсеркеры — это монахи Всеотца. Это свирепые воины, которые употребляют священный напиток для получения силы и ярости. Сам Один их снабжает им. 10 берсеркеров способны уничтожить десятки саксов без особых потерь. Но почему же в Англии нас разбили так легко? Дело в том, что после употребления отвара нужно время и правильное применение. Отвар не подействовал должным образом, поэтому мы были разбиты. Мы не ожидали серьезной битвы. Честно говоря, я всегда мечтал быть таким, как они — сильнейший среди всех. Отданный Одину, и я с радостью бы отдал себя ему. Возможно, когда-то судьба приведет меня в те чары и чувства… -Что за шум? Где мы плывем? — спросил я, проснувшись на драккаре из-за странного шума. -Это Гуннар точит топор камнем от гнева. -От чего он гневается? Его отец должен был вернуться с Каупанга после переговоров, но его жестоко убили. Я подошел, хромая, к Гуннару и сел рядом. -Я думаю, стоит рассказать тебе о себе. — сказал я. -Не время. — ответил рассеянный Гуннар. -Ты должен знать обо мне. Я родился в Каупанге и знаю кое-что о нем. Гуннар взглянул на меня и произнес. -Если ты родился в Каупанге, то почему жил в лесу? Сильная волна ударила в борт драккара, и корабль чуть не перевернулся на бок. Молния ударила где-то в небе, и гром прогремел. -Шторм начинается, готовьтесь! — крикнул один из воинов. Мы не продолжили разговор с Гуннаром и стали готовиться к буре. Спустя полчаса наш драккар уже был потрепан волнами, а парус почти порвался. Молнии сверкали, а гром гремел, мы все просили Тора и Йормунганда позволить нам доплыть до дома. Мы все были в изнеможении, шторм продолжался. Сильная волна накатила и ударила меня по голове, я уже начал падать с корабля, как Гуннар схватил меня за руку. От удара я потерял сознание. Проснулся я уже подплывая к Лаврику. -Что случилось? — спросил я. -Мы приплыли. Шторм был яростный, но боги сжалились над нами. Я обрадовался и с сильной усталостью, а также головной болью встал у носа драккара и затрубил в рог, чтобы были силы. Мы пришвартовались, и обеспокоенные жены, матери и остальные родственники встретили нас. Люди стали относить награбленное к ярлу Эгилю. Сам я тоже пошел в длинный дом. То было утро. С сильной усталостью я вошел в длинный дом. Там мне прижгли некоторые раны и напоили медом. Ярл Эгиль спрашивал про Англию, а я отвечал. Сошлись на том, что когда-то вернемся и возьмем тот город, до которого не дошли тогда, но с еще большей армией. Я пошел в свою хижину и лег спать. Проснулся я вечером от веселого крика и музыки. Я встал, накинул шерстяную накидку и пошел в длинный дом. Большие дубовые двери открылись передо мной, и я вошел в длинный дом. Меня встречали, будто я всех спас от голода или нападения врагов. Мне предложили меда, и я отправился в хромой пляс. Я слушал, как скальд сочиняет мою историю. Тускловатый, но приятный свет, песни, танцы, мед, рог, топоры, щиты, флютинг — все это было. Но тут я увидел Гуннара, он сидел и печалился за кубком меда. Я подошел к нему и сказал. Гуннар, нам нужно обсудить то, о чем заговорили на корабле. Он кивнул, и мы пошли на улицу. Прошли дальше по дороге и поднялись на холм, где я встречал гномов. Гуннар спросил: -Так что ты хотел обсудить? -Гуннар, до того как я встретил вашу команду, я жил в хижине. Ты это знаешь. Но на самом деле я хочу вернуться в Каупанг и отомстить Хродгейру за изгнание меня и моего отца с земель Каупанга. — сказал я. -Ты хочешь сказать, что ты скогармор? — ответил он. -Я не хочу, чтобы кто-то еще об этом узнал. Из-за моего возраста меня не клеймили, и вот так я попал к вам. Я тебе это рассказал, потому что ты и сам думаешь о мести за своего отца. — поникнув, ответил я. -Ты прав. Но это не соответствует нашим традициям. — сказал он. -Ты должен сохранить это в тайне, иначе мне придется убить тебя. — пригрозил я. -Не волнуйся, Беловолосый. Это будет между нами, пока мы не убьем Хродгейра. А там посмотрим. Я запомнил, кто ты, но ты мой друг, и я не хочу, чтобы у тебя были проблемы еще. Когда-то мы решим этот вопрос. Ну а пока, пошли обратно. — Сказал он, и я обрадовался. Появился человек, который поможет мне исполнить свой план. Глава VIII «Зализывание ран и планы о большем» После хорошего пира мы вернулись к обычной жизни. Точнее жизнь продолжалась у обычного люда, но у узкого круга людей строились планы и намерения. Если быть еще точнее, мы с Эгилем, Гуннаром и еще парой незнакомых мне людей из Каупанга вели переговоры. Тому была причина смерть отца Гуннара в Каупанге на переговорах. Разговор шел на повышенных тонах из-за острого нрава Гуннара. -Да что вы несете? Мой отец ехал налаживать связи с вашим гнилым конунгом Острым. -восклицал Гуннар. -То что твой отец пал была лишь его проблема. Он слишком неуважительно общался с Хродгейром.-отвечал один из незнакомцев. -Как ты смеешь? -Гуннар схватился за топор- Твой мозг щас оголю, падаль! Эгиль попытался вмешаться, но топор Гуннара уже торчал из головы недоброжелателя. Второй незнакомец занервничал, когда Гуннар бросил на него свой горящий взгляд. Эгиль сказал мне увезти Гуннара из длинного дома, и я это сделал. Через несколько минут еще один незнакомец вышел из длинного дома и ускакал на лошади. Эгиль вышел за ним и похлопав Гуннара по плечу сообщил весть, которая звучала у меня в ушах как раскат грома. -Война с Каупангом. Мы готовимся к войне. Конунг Хродгейр силен, но и мы позовем ближних союзников. Для нас с Гуннаром это была отличная новость. -Ярл, нужно сообщить жителям о войне. Они должны знать.-Сказал я. -Я объявлю на тинге завтра вечером. Тому и быть. Вечером я пошел гулять с Гуннаром по округе и вдоль фьорда. Мы вели обычный диалог, который не нес ничего экстраординарного. Пока мы проходили один из холмов Гуннар смотрел в траву, а пеньки проверял на наличие каких-то растений. -Что ищешь? -спросил я -Если найду-узнаешь. Через несколько минут такой суеты он заулыбался и чуть ли не прыгал от счастья. -Чего радуешься? -попутно спрашивая я подошел. -Смотри-указывает он на грибы. -И что? Грибы как грибы. -Ты не понял. Это особые грибы-сказал он. Он протянул мне четыре шляпки неизвестного мне гриба и сказал съесть их. Я съел и потребовал, чтобы он сам съел тоже. Он рассмеялся и съел тоже несколько шляпок. -Что будет дальше? -спросил я. -Ты почувствуешь. Мы начали идти дальше Гуннар достал флягу типа рога, но с деревянной крышкой и дал мне. Я запил медом и чуток опьянев понял красоту грибов, я сильно расслабился, а перед глазами стало мерцать. И вдруг в моих глазах стало темно, я будто упал. Я забыл где Гуннар. — Я не помню где я. Где Гуннар? Я вижу свет, то не свет зала Одина, то свет иной. Я вижу будто огонь и Богиня Солнца Соль близятся ко мне. Она близко. Лес, окружающий нас, стал светлым. Когда свет стал совсем слепить глаза, я их закрыл. Я проснулся в Длинном доме. Вместо воинов в длинном доме сидели великаны с богами. В моей руке была лира, и я пошел вдоль длинного дома. Я перебирал струны и пел про богов. Я был скальдом. Будто я играл на пире всех существ, и они позвали меня петь им саги. Проходя стол, где сидели Тор и Хеймдалль, я пел о Гьяллархорн и Мьёльнир. Дальше я шел мимо стола Локи и Фрейра. Я пел об их связи и о важности в мире людей. Дальше был большой стол, там на трех тронах сидели: Тюр, Фрейя и еще один богоподобный в капюшоне. Я спел о Тюре и Фрейе и попытался снять капюшон третьего бога. Сняв капюшон в глазах начинало темнеть… За капюшоном сидел мой отец. -Тебя здесь не ждут! -отец сказал Все в зале зарычали и напряглись, Тор взял молот, а Тюр достал меч. -Отец? Я же твой сын. -Ты клятвопреступник-крикнул он-и прогремел гром. Ко мне подошел великан, и сказал чтобы я выметался. Я отказался и достав топор начал бить его по большим ногам. Все начали смеяться, а я резал его. Он взял меня и мощным броском кинул о стену. Очутившись в тёмном дворце я понял, что нахожусь в царстве Хель и испугался. Но ненадолго. Я увидел там красивую девушку, но мне казалось, что она сильнее всего в том мире. Я подошел к ней хромая. -Эйнар? -Откуда ты меня знаешь? — удивился я. -По всем мирам ходит сага о том, что молодой скогармор стал великим воином в 16 лет. -Я не великий. Ты путаешь. — еще больше ошарашил я -Кто знает — сказала она повернувшись ко мне другим боком. — я бы проверила твою силу и воинственность в битве со славными воинами. Я уже было раскатал губу в надежде заполучить ее выиграв бой и спросил. -В какой битве? Удар по голове. -Где я. Сплошной крик. -Где я. Открылись глаза, я в крови. Мои братья лезут на стены какого то города. И тут я вижу его. Я вижу свирепого воина. Повернувшись на меня он крикнул. -Ты что не лезешь на стены, струсил? -Я не знаю за что биться? После этого вопроса все воины упали, город завис, а бой остановился. Только тот воин спустился с лестницы и предложил устроить хольмганг, рассмотрев меня. Я согласился. О правилах не было и речи, собственно как и самих правил. Я взял два топора, а воин топор и щит. Он побежал и замахнулся на меня топором, я перехватил его топор своим и мощным ударом оставил другой топор в животе легендарного конунга. Я снова упал. Я вырубился. Я проснулся. -Где же я? Когда меня отпустит… Я стою на поляне, отпустило ли меня? Вряд ли, из кустов уже кто-то выходит. Это был я. Я буквально видел себя и подошел к себе: -Кто ты? -Ты меня знаешь. Ну и судьба у тебя. -Как мы встретились? Верно боги прислали. -Я тебе хочу рассказать. Наша мать жива. Вот как она выглядит. Он показал на девушку с которой я виделся в Хельхейме. -К сожалению она задержалась в Мидгарде, но скоро ты это исправишь. -Что? В глазах темнота. Я открыл глаза в слезах. Но я уже был у себя в хижине. Гуннар лежал рядом и пускал пену со рта. Я облил его водой и он очнулся. Он сразу начал мне что-то рассказывать о богах и где он был, а я рассказал про свое. -Моя мать жива, брат. Она где-то рядом, и судьба нас сведет. -Это всего лишь грезы. Если ты им веришь, то я не буду тревожить твой мир сказок. Гуннар ушел, а я сидел и думал о том, как бы найти мать. Она близка и она жива… Глава IX «Подготовка» Следующее утро я проводил отходя от всего, что было вечером. Вечером должен был быть тинг. Я встал и пошел прогуляться по Лаврику. Пока я шел, я решил познакомиться с симпатичной девушкой моих лет. У нее длинные светлые волосы, голубые глаза, ухоженная одежда. -Здравствуй, девушка. Я хочу познакомиться с тобой-сказал я -Эйнар Беловолосый значит. Приятно познакомиться, о тебе все говорят. Я- Инге. -Пойдем может в длинный дом? Выпьем, да поговорим. Еще есть время до тинга.-предложил я. Она кивнула и мы пошли до длинного дома. По дороге туда мы увиделись с Гуннаром. Я пожал ему запястье и многозначаще кивнул. Он пошел дальше, а мы отправились пить. Зайдя в длинный дом я достал рог, а она свой. Мы начали набирать медом рога и приступили к знакомству. Оказалось, что это старшая дочь Эгиля. Мы пообщались, обсудили тинг. В общем она была своим человеком. Не то чтобы другие люди не свои, просто обычный люд должен узнать о тинге позже. Еще чуть-чуть пообщавшись я узнал где она живет. -Ладно, мне пора. Увидимся на тинге! Сказал я и пошел в сторону хижины Гуннара. Дойдя до его хижины я никого не увидел. Но заметил странные следы на траве. Будто Гуннар тащил что-то тяжелое. Пойдя по его следам я увидел трех человек, которые бьют Гуннара и держат острие топора у его шеи. Подкравшись я подслушал. -…Ярлу он вряд-ли нужен. До него дошли слухи о скогарморе среди грязи Лаврика.-Сказал один из них. -Тогда кончать надо с ним.-подхватил другой. Я занервничал и вышел из куста. И крикнул -Вот он-я. -Ты то нам и нужен, беловолосый. Они отвлеклись от Гуннара и начали втроем идти в мою сторону. Оценив ситуацию я решил дать знак Гуннару, действовать убив двух и оставив одного для допроса. Так и сложилось. Я достал топор, они подхватили. Один из них подошел и попытался меня ударить в бок, но я юрко уклонился и устремил лезвие ему в шею. Другого сзади убил Гуннар ножом. Третьему прилетело по голове от нас двоих. -Ну что, сука. Как там Хродгейр? -спросил я. -Живет, да не жалуется. -Сколько у вас людей? -присоединился Гуннар. -Столько сколько вам не посчитать.-сказал он смеясь. Его смех кончился ровно в тот момент, когда я снял его обувь и разрубил мизинец на ноге, после этого помочившись на него. Воин кричал от дикой боли и унижения. -Ах! Хель!.. Армия Хродгейра больше вашей, но у моего отца есть связи с соседних земель. Отпустите меня и я скажу отцу, чтобы он помогал вам. Мы отнесли воина в длинный дом. Эгиль и Инге подошли к сидевшему на стуле воину без мизинца и спросили про союз. -Я могу поклясться, что буду биться за вас. Острый нас ненавидит и не ценит. Воин встал на колено и поцеловал свой браслет, поклявшись о том, что будет воевать за нас и не предаст. Эгиль по отцовски его поднял обратно на стул, развязал руки и спросил как его зовут. -Мое имя Сигурд. Сигурд Палец, полагаю. Мы рассмеялись и обожгли его рану. Также налили меда и все вместе выпили. Вечером нас ожидал тинг. Поскольку лазутчики Хродгейра уже пробрались за наши стены, нужно было действовать немедленно. Пока вечер тянулся я тянул мед с рога. Я думал обо всем сразу. Об Инге, об Эгиле, о Гуннаре и наших судьбах. Также меня не покидала мысль о моей матери. Возможно она жива. Возможно все то время, что я выживал она где-то преуспевала больше. Она вообще помнит обо мне? Она же родила меня, конечно помнит. Незаметно для себя уже наступил вечер и пора было идти на тинг. Я накинул плащ и побрел до тинга. Я зашел в Длинный дом, все были серьезны и мрачны. -Итак. Мой народ. Сегодня настал важный день в наших жизнях. Быть может это последний тинг. А может мы еще отпразднуем победу. Я хочу вам объявить то, что у нас появился противник. Это конунг-Хродгейр Острый. Он и его город Каупанг готовятся к войне с нами. Вскоре мы позовем своих союзников. Но все равно потери будут жестокие. Возможно многие матери не увидят сыновей вновь. Но вы должны биться за правду! Вы должны биться за народ! Вы должны биться за богов! Мы свергнем Хродгейра и сами станем конунгами всех этих земель! Сколь! Весь длинный дом завопил и застучал. Все были заряжены. Я не буду говорить, насколько я и Гуннар были заряжены по объективным причинам. Все ярче и ярче происходил накал. Люди не боялись смерти. Никто ничего не боялся. К сожалению после тинга мне не удалось встретиться с Гуннаром, к концу речи Эгиля он устремился к себе в хижину, проверив весь округ своего жилья. Весь вечер я думал и пил. Во мне накопилось слишком много яда мыслей. Нужно было расслабиться. Я пил пока не уснул. На утро тяжелое состояние сопровождаемое желанием жить. Глава Х «Буря» Подготовка к войне шла полным ходом. Мы запасались провизией, ковали вооружение, плели кольчуги, собирали целебные травы. Мы были заряжены на эту войну как никогда. Но на удивление все проходило уж слишком легко и быстро. Всем казалось, что мы победили, хотя никто даже не знал настоящей силы Каупанга. Поскольку Хродгейр конунг, он имел большое влияние среди многих ярлов. Но мы решили поступить умнее. У отца Сигурда есть связи. По-крайней мере он так сказал нам. Мы разузнали получше и оказывается отец Сигурда хорошо знает конунга восточной Норвегии- Магнуса Черного. Магнус получил такое прозвище за счет того, что однажды упал в котел с золой и вылез оттуда как кусок древесного угля. Мы позвали отца Сигурда в наш длинный дом, чтобы предложить совместный союз. И через несколько дней он приехал к нам. Мы встретили его, накормили и налили выпить. Позже мы уселись за дубовый стол и начали обсуждать. Очевидно разговор начал ярл Эгиль. -Рады приветствовать тебя в нашей обитель. Как тебя зовут? -Почтенно, что позвали, я ярл северо-западных земель Норвегии- Эйрик Глаз. О чем будем говорить? -спросил отец Сигурда В этом моменте стоит сделать акцент на нахождении северо-западных земель. Наш Лаврик находится на юге, к западу от нас Каупанг, а севернее Каупанга земли Эйрика. -Дело в том, что конунг Каупанга решил развязать с нами подлую войну, а нам нужна поддержка.-сказал Эгиль -Я полагаю вы наслышаны о моих связях с Магнусом Черным. Я готов вам помочь, но нужно обсудить награду. -Вы с Магнусом получите по трети земель. Мы разделим все честно.-предложил Эгиль. Ярл Эйрик согласился и переговоры были окончены. Оставалось ждать помощи новых союзников. Спустя пару дней я проснулся как в обычное утро, но что-то было не так. Погода стала плохой. Пошел сильный дождь и поднялся ветер. Прогремел гром и засверкали молнии. Деревья ломались и падали, наши дома трещали, а паруса кораблей начинали рваться. Я решил пойти в длинный дом, чтобы проверить состояние людей и поздороваться с друзьями. Пока я шел погода становилась хуже. Когда я зашел в длинный дом, я увидел обеспокоенных Инге, Эгиля и спокойно сидящего Сигурда. Я спросил: -В чем дело? Почему вы так не спокойны? -Гуннар пропал. Его видели в последний раз вчера утром, никто не знает где он.-сказал Эгиль. Я увидел спокойное лицо Сигурда и не думая подорвался к нему, схватив за воротник его накидки. -Что ты сделал с Гуннаром? Эгиль подошел и толкнул меня, показывая головой в сторону двери. Он звал меня поговорить. Мы вышли за пределы длинного дома и Ярл начал разговор. -Я вижу твой горячий нрав, но нельзя так обрывать наших единственных союзников! Цена одной жизни ничтожна, по сравнению с целым городом. Мы должны готовиться к войне, а не отвлекаться на какого-то человека. Если хочешь- ищи его. Мы заняты другим, но не порть наш союз. Я промолчал и ушел в сторону хижины Гуннара. Ветер трепал мои волосы мокрые от дождя волосы. Я дошел до его хижины и вошел. На полу лежал его оружейный пояс, угли были раскиданы, а на полу были сгустки крови и вмятины. Мне сразу стало ясно в чем дело. Я засомневался в том, что Гуннар вовсе жив. Я вспомнил все что нас связывало. Мне стало страшно за Гуннара, он был мне как брат. Но кто мог напасть на Гуннара? Искать его было невозможно из-за погодных условий. Все оружие осталось в его хижине. Близится война. Я думаю, смог бы найти след Гуннара, если бы не погодные условия. Из-за дождя все следы смыло. Никто не знал где Гуннар. После осмотра его хижины я вернулся к себе. Погода была ужасной, у меня не было выбора в будущих действиях, кроме как думать и запивать горе. Прошла неделя. Я не выходил из хижины и только пил. Больше у меня не было способа расслабиться и забыться. Моя кровь уже превратилась в мед, но я даже не думал заканчивать, до одного момента. Однажды в хижину зашла Инге. -Эйнар! Тебя все ищут. Что с тобой? -Тебе не понять, женщина. -С чего это ты взял, Беловолосый? -Зачем ты пришла? -Тебя все ищут, Эйнар, заканчивай пить. Наши лазутчики сказали, что армия конунга Хродгейра уже на полпути к Лаврику. Мы должны быть готовы. Сигурд выбрал место битвы. Эта новость меня обрадовала, но я все еще был потерян. Инге взяла меня под руку и отвела к причалу. -Зачем ты меня сюда привела? Инге промолчала и толкнула меня с причала в холодную воду, я мигом отрезвел и доплыл до берега. -Что ты творишь? -Тебе нужно было протрезветь, дренг. Я пошел к хижине, чтобы развесить одежду сушиться у огня. Хоть мне и не понравился поступок Инге, она сделала для меня большую услугу. Я вспомнил про войну, месть, битву и кровь. Высушив одежду я пошел в длинный дом. Зайдя внутрь лица людей были шокированы, но обрадованы. Шатаясь я подошел к Эгилю и сказал: -Мой ярл, я прошу прощения за свои выходки. Я раздосадован утратой друга, но готов биться против Острого. Ярл Эгиль был добрым ярлом, он напоминал мне отца. После неловкого молчания ярл, видимо обдумав ответ, сказал мне: -Мы найдем Гуннара, но нужно думать о войне. Больше так не делай. Ярл показал на бочку с медом и предложил мне выпить, но я отказался. -Почему не пьешь? -Мед лишь травит мой разум… -Ну как скажешь, Беловолосый. Но ты должен знать план действий на первую битву. Глава ХI «План» ….Я уселся за стол с другими дренгами и начал обсуждать план войны. Буквально за полчаса у меня уже было представление о предстоящей битве. Место, которое мы предлагаем врагам — поле, окруженное лесом. Но не все так просто. Враги не знают одного. Почти весь лес погряз в болоте, этим мы и воспользуемся. Чтобы обойти болото есть лишь один путь. Там мы установим наших лучников на деревьях и группу людей на земле. А также имея представление о болоте, в голову приходит хорошо горящий материал — торф. Мы установим на деревьях небольшие катапульты, которые будут отправлять горящий торф во врагов. В воздухе торф будет рассыпаться и горящая смесь затронет каждого из них. Остался вопрос, как нам самим не попасть под свой огонь? Об этом мы тоже обговорили и решили обстреливать их воинов пока те бегут в нашу сторону. Пока будет проходить обстрел, мы присядем держа щиты над головами. Затем горящие и кричащие враги получат еще один подарок от нас. Берсеркеры. Разъяренные воины-медведи пойдут на их войско. Но немаловажный факт состоит в том, что у них наверняка есть свои берсеркеры. Возможно придется нарушить традицию и дать волшебного отвара еще и некоторым обычным воинам. Вопрос был только один — кому? Когда-то я говорил о том, что мечтал попробовать действие отвара на себе. Я и еще 20 человек вызвались на употребление отвара, но перед нами стояло особое поручение. Каждый из нас должен был за 9 дней до боя каждый день молиться Одину. Почему 9? А потому что Всеотец провисел прибитый своим же копьем на Иггдрасиль 9 дней. Чтобы не глумиться над традициями мы решили сделать именно так. Это был план на первый бой. Неизвестно сколько битв нам предстояло совершить, но мы были готовы. До начала войны оставался примерно месяц. Неделю спустя… -Я не верю. Мне всего 16 лет, а уже предстоит биться на настоящей войне. -размышлял я, смотря свысока на фьорд. Голубое безоблачное небо и красивые птицы, парящие в нем. Сине-голубая вода фьорда и прекрасные скалы. Я вспоминал саги, которые мне рассказывал отец. То было о скалах. Скалы- это тролли, которых когда-то застало палящее солнце, от которого они застыли. Моим размышлениям помешал глухой рог, доносящийся со стороны города. Я увидел свыше трех десятков кораблей и понял, что это союзники. Я нехотя встал и отправился к Эгилю, чтобы вместе встретить союзников. Когда я спустился союзники уже пришвартовались и оказались в длинном доме. Я зашел в длинный дом и поприветствовал всех. -Это наш юный воин Эйнар Беловолосый, сын Торстейна Золото. -Здравствуй Эйнар. Твой отец знатный купец. Как он кстати? -Здравствуй, конунг Магнус. Моего отца настигла болезнь. -Печально слышать. Но как ты здесь оказался? -После смерти отца мне стало некуда идти. Я наткнулся на драккар воинов Лаврика и отправился с ними. Мы еще пообщались и устроили команде Магнуса спальные места. Вечером всех ждал пир. Всех кроме меня.Я решил не идти, ибо мне не хотелось. Как только стемнело, и заиграла музыка в длинном доме, я пошел на свой любимый холм, где встречал гномов. Я сидел, любовался на фьорд. Я обдумывал свою жизнь и судьбу. Я потерял отца, друга, мать, дом, радость, положение в обществе. Я говорил вслух, ибо не стеснялся тишины и отсутствия людей. Я скогармор-убийца, которого ждет война. Что за судьба? Но вдруг я услышал шорох. Я встал и напрягся. Из-за дерева вышел Сигурд Палец. Меня начало потряхивать, появился ком в горле. Скогармор, говоришь? Интересно будет узнать об этом ярлу и конунгу, наверное. О чем ты? Напился что-ли? Не держи меня за дурака. Все ты знаешь, ты сам проболтался. Я понял, что полностью облажался. У меня не было выбора. Я молча достал топор. Ну все, Беловолосый. Сигурд достал топор и начал приближаться ко мне. Он был огромным и сильным, именно поэтому мы смогли его одолеть в прошлый раз только вдвоем с Гуннаром. Сигурд медленно сблизился. Его топор отсвечивал лунный свет, глаза были спокойны, что не сказать о моих. Сигурду я не понравился с самого начала. Собственно он мне тоже был не по душе. Я встал в боевую стойку, пока он сближался. Резко подорвавшись ко мне он попытался нанести рубящий сверху удар, я увернулся влево и уже замахнулся на удар топором по ноге. Сигурд среагировал и ударил меня по ребрам тупой стороной топора. Я почувствовал как мое ребро треснуло. Отлетев примерно на метр, я быстро поднялся, но уже не так уверенно. Он шел на меня вновь. Я попытался угадать его следующий удар, но было сложно. В его глазах не было эмоций, а в руках лишних движений. Шаг вперед, и он уже возле меня. Кулаком ударил он мне в нос. Я упал на спину и кровь хлынула из моего сломанного носа. В глазах начало темнеть, а координация куда-то делась. Я уже готов был смириться со своим поражением, пока тот не наступил на мое колено всем своим весом. Я завопил от боли, я чувствовал как мое колено начинает дробиться. И случилось чудесное событие. Тор одарил меня яростью. Но я не слышал крыльев валькирий, так как зал Одина был для меня закрыт.Случился последний выброс адреналина, Хель была близка. Я достал из пояса кинжал и воткнул ему в ногу. За долю секунды встал и взял с земли мой топор, который я выронил после удара Сигурда мне в нос. Пока он вытаскивал нож из ноги, я уже подошел сзади и тупой частью топора ударил его по хребту. Теперь завопил он. Следующим действием я рубящим движением ударил его в ногу. Я почувствовал как мой топор дошел до его кости, пройдя жирную ногу. Сигурд упал на колени. Я ударил его в нос, что есть силы. Он упал на живот, но еще пытался встать. Он рычал и плевался кровью. Я стал слабеть. Не было времени на долгие проводы этой туши в царство Хель. Я отобрал топор из его руки, чтобы тот не попал в зал Всеотца и вскрыл ему вены на руках. Позже оставшимся силами столкнул его с фьорда и пройдя несколько метров в сторону Лаврика упал без сил. Я потерял сознание. Глава XII «Спасение утопающего» …-Сынок? Я так рада тебя видеть. Где ты был все это время? -Мама? -Я скучала. Темнота… …-Клятвопреступник -Отец, я отомщу им. Темнота… Я резко открыл глаза в незнакомом для себя месте. Это была чья-то хижина. У меня все плыло перед глазами. Правая часть ребер была видимо сломана от удара Сигурда. Голова болела, а колено было зафиксировано палками и веревками. Я чувствовал, что моя температура тела была выше положенного. Я попытался встать, но тут же рухнул на пол. На грохот послышались шаги, дверь в хижину открылась и я чуть было не закричал когда увидел человека вошедшего в хижину. Это была та женщина из Хельхейма, которую я видел недавно в галлюцинациях от грибов. Судя по рассказу себя из будущего-это была моя мать. -Мама? -сказал я и потерял сознание. Сквозь сон я слышал обрывки предложений знакомого женского голоса. -Он весь горит. У него температура. Я вновь проснулся спустя секунды, по-крайней мере мне так казалось. На деле прошли часы. Рядом со мной сидела спиной светловолосая девушка. Я попытался что-то сказать, но из-за упадка сил промычал неразборчивую ересь. Девушка повернулась, и это оказалась Инге. Она сказала мне: -Ты бредил. Ты говорил, что-то про родителей и клятвопреступников. Я нашла тебя на холме без сознания. Мне пришлось позвать воинов отца, чтобы те тебя донесли. Я вновь потерял сознание. Спустя 2 дня я очнулся. -Инге? Где ты? -Эйнар! Как я рада! -Инге, налей мне воды. Инге налила мне воды. Я сел и выпил глотком рог воды. -Еще Инге налила мне еще воды, и я вновь ее выпил. -Эйнар, расскажи мне, что произошло? Игнорируя вопрос Инге, я повернул голову направо и увидел лежащего молодого человека. Он лежал спиной, похоже спал. -Кто это, Инге? -Эйнар, это Гуннар. Мы нашли его три дня назад в лесу связанного и без левой кисти. -Гуннар? Брат. Я устремился к нему, но Инге меня остановила. -Он еще не пришел в сознание. Его состояние ужасно. Куда-то пропал Сигурд. Ты не знаешь что с ним? -Инге.я. я убил его. Ночью он подкрался и напал на меня. Он кричал, что отомстит за свой мизинец, который я отрезал -Ох отец не обрадуется, Беловолосый. -У меня не было выбора. -А где тело? -Я сбросил его с фьорда. -Я пойду и скажу отцу, он должен знать. Я дернулся в сторону Инге и схватил ее. Я смотрел на нее яростным взглядом, не думая о своих действиях. Но быстро успокоился. -Инге, я сам скажу ему. Прости. Она испуганно посмотрела и ушла из хижины. Я лег обратно на лежанку и уснул. Мне видится сон. Я иду с Гуннаром в битву. Звон железа. Крик воинов. Треснутые щиты и горящие люди. Я вижу свирепую воительницу, которая бьется яростнее любого берсеркера. Я проснулся от странного шума и крика. Это были пьяные воины Магнуса Черного. Они кричали на всю улицу. Я смог встать и рассмотреть Гуннара. Его состояние было хуже моего в несколько раз. Он напоминал мне Тюра. Только какому волку он отдал свою руку? Лицо гуннара было в ссадинах, тело в ожогах и порезах, его спина была синяя из-за многочисленных ударов. В хижину зашла Инге. -Эйнар, тебя ищет Эгиль. Он все знает. Я качаясь и сильно хромая пошел в длинный дом, посмотрев с досадой в глаза Инге. Когда я зашел в длинный дом меня сразу схватили и потащили к Эгилю. -Здравствуй, Эйнар. Смотрю молодая кровь, а силенок достаточно. Ты меня разочаровал. Для твоего же блага ты будешь жить прикованный цепями к столбу в небольшой хижине. Там нет ни котла, ни лежанки, ни еды, ни меда, ничего. -Ярл! Позволь объяснить. Я. Не захотев меня слушать ярл приказал своим людям увезти меня в поганое место. -Ну что, Эйнар, добро пожаловать! -посмеявшись воин привязал мои руки к цепям и поспешил уйти. Меня закрыли. Я совсем один, в темноте. Что же мне делать? Глава XIII «Подготовка и новое жилье» В моем новом месте жительства было совсем некомфортно. Лучи света не пробирались внутрь, не было ничего мне привычного, а из одежды на мне была лишь льняная серая туника и мешковатые штаны. Очевидно, что мой пояс с топором тоже забрали, а из обуви вытащили небольшой нож, который я оставил на случай необходимости, кстати обувь также забрали. -Скоро наступит война, я сижу в темноте и ничего не могу сделать. Дни казались неделями, но совсем скоро мне пришла на ум идея. Я решил, что буду молиться Одину, как было оговорено Ярлом Эгилем перед войной. Вместо 9 дней я буду молиться все время. Мне дважды в день приносили поесть и попить, но пищей назвать это было сложно, я начал слабеть и заметно уменьшился в весе. Несмотря на мой юный возраст, я был достаточно высокий. Это увеличивало мои шансы попасть на войну. Каждый день я молился вслух, пытался общаться с богами, пока в один из дней меня не вызвали воины на выход. -Довольно отсиживаться, Эйнар, тебе пора к Эгилю. Сильным хватом они мне подняли и повели в длинный дом. И как же я рад был увидеть солнечные лучи. Когда мы дошли двери открылись, я вошел в бражный зал. Ярл Эгиль как обычно сидел на троне. -Здравствуй, Эйнар. -Приветствую, ярл Эгиль. -Смотрю ты хорошо изменился, а прошло лишь 2недели. -Ярл, ты и сам наверняка знаешь, что я ежедневно молился богам, чтобы попасть на войну. Я готов сражаться за тебя. Позволь же. -А как я могу быть уверенным в тебе? Ты убил нашего союзника. Благо мы смогли снять с тебя вину перед Магнусом, сказав, что Сигурд сам упал будучи пьяным с высоты фьорда. -У меня не было выбора, он набросился на меня. -Ладно, Эйнар, отпивайся и наедайся, скоро наступит жестокая война, и ты примешь в ней участие. Мне было бы стыдно перед Торстейном-твоим отцом, если бы я не пустил тебя в бой. Я обрадовался и поклонившись перед ярлом уселся на длинную дубовую скамью и начал есть и пить. Как же чудесна еда. Как же чудесен мед! Хоть я и говорил, что больше не пью- то был бред… Глава XIV «Встреча с другом и другом друга» …Пока я наслаждался сытостью, я услышал звук открытия дверей. Силуэт человека начал хромать по бражному залу, я бросил в сторону рог и побежал к этому человеку, я сразу понял кто это. -Гуннар, брат мой, как же я рад! Я обнял Гуннара -Привет, Эйнар. Как ты себя чувствуешь после своего наказания? -В порядке, как твоя рука? -Ну в битву вряд-ли пойду, по крайней мере первую. Мы вместе сели за скамью и начали общаться. Весело было встретить старого друга, ведь я думал, что он умер. До вечера мы общались и пошли уже на знаменитый фьорд. -Гуннар, пока здесь нет лишних ушей. Что с тобой стало? -Я лежал на своей лежанке во время бури, услышал шаги, сам ничего не понял. Крупная личность зашла в хижину и начала размахивать молотом. Я не успел среагировать и взять топор, как уже проснулся в лесу, у лагерного костра. Сидела женщина, а рядом с ней свыше десятка крупных воинов. Я думаю, что это были скогарморы как и ты. Они спрашивали про Эгиля, а также про тебя. Я ничего не отвечал, но не понимаю как ты связан с ними. Я так понял женщина и есть их ярл. -Хмм, занятно. А как она выглядела? -Светлые волосы, туника воительницы, в поясе оружие. Все как у нас. Лицо было потрепано тягостями жизни и многочисленными битвами. -Ладно, Гуннар, кто бы это ни был, мы отомстим. Ты помнишь где это место находится? -Смутно. Они глумились надо мной, отрезали мне кисть. Я ничего не говорил им. Дальше мы продолжили общаться о пустяках, я рассказал как убил здесь Сигурда, а также рассказал за что. Поздно ночью мы разошлись и легли спать. Всю ночь мне снились кошмары, но я был рад вернуться к себе в хижину. На следующее утро я оделся и пошел в сторону леса. Там тренировались воины. Я взял топор и начал отрабатывать ситуацию боя с другими воинами. Звон железа и радостные лица. Как же это чудесно! Совсем скоро война, и я был готов. Я ждал крови жителей Каупанга и его правителя. Мой топор ждет крови Острого. На следующий день нам надо было подготовить место к битве, исходя из нашего плана. Мы приехали вдесятером и начали устанавливать разные сооружения для обороны и нападения. Мы ставили разные деревянные ловушки и небольшие катапульты на деревья. Почти закончив я почувствовал что-то неладное, но не придал этому значения. Когда мы полностью подготовили место, мы стали идти пешим ходом до Лаврика. Идти примерно 2 часа. Мы пели песни и шутили, так как делать нечего, а с песней идти веселее. Пройдя четверть пути я услышал знакомый свист. Рядом со мной пролетела стрела со стороны кустов и угодила в шею воину, идущему рядом. Мы все напряглись, начали бежать за деревья и доставать топоры. Мы не были готовы, даже щитов не взяли. Это могли быть разбойники, грабители, враги, кто угодно. Пока я не услышал женский голос. Моментально вспомнив историю Гуннара я вспотел и затрясся. -Эй, выходи, мальчик. И мы не тронем твоих друзей. Явно обращение было в мою сторону. И чтобы спасти своих воинов я вышел. Я увидел лицо воительницы. Я понял кто это, а она поняла кто я. Меня сжигал гнев. -Пошли с нами, сынок. -Ты вроде должна пировать с богами давным давно. Что ты делаешь в Мидгарде? -Очень смешно. Она ударила меня в нос, видимо сломав его. Кровь хлынула и двое норманнов взяли меня под руки и повели за ней. Мои союзники не дернулись, ведь знали, что их убьют всех. Нападавшие знали, что мы придем сюда. Они следили за нами. Пройдя примерно километр мы остановились. Я увидел все то, что описывал Гуннар. У меня отобрали топор и посадили на поваленное дерево. Моя мать села рядом. -Знаю, сын, что не очень красиво вышло с твоим другом, но я хотела узнать как ты. Я узнала, что ты под хвостом ярла Эгиля Видящего, и мне стало волнительно. -Я обещал богам, что отомщу Хродгейру за изгнание и фактически убийство моего отца. -Торстейн умер? Жалко, хороший был человек. Но как ты выжил? -Чудом. Боги меня спасли и я встретил драккар Гуннара. Они меня подобрали и я оказался здесь. Мать, скоро придет война, я должен биться с Каупангом. -Эйнар, останься с нами. Будь в наших рядах скогарморов. Мы будем биться со всеми сразу, за себя. Ты убьешь Хродгейра и попадешь в Зал Одина. Мы могли бы быть вместе, как мать с сыном. Тебе нет смысла возвращаться к Эгилю. -Я так не могу. Я обещал Эгилю. -Забудь на обещание. Я твоя единственная мать. Боги свели нас. Я понял в какой ситуации оказался. Судьба привела меня на распутье. Я должен выбирать с кем биться. В рядах моей матери против Гуннара, Эгиля и Хродгейра или в рядах Эгиля против матери и Хродгейра. В обоих случаях я мог бы убить Хродгейра. Но мать меня никогда не растила. Я вижу ее впервые. Но она моя кровь. -Нет, мама. Я не могу. Я должен идти. -Тогда ты должен убить меня. Чтобы мы больше не виделись. Или же я убью тебя, Беловолосый. Давай устроим хольмганг. Мои ребята тебя не тронут. Только ты и я. Ну же! -Я не могу так. -Тогда я просто убью тебя. У меня не было выбора. Мне придется драться с матерью. Я сразу вспомнил слова себя, находясь под действием грибов. Там я сказал, что устрою матери уход из Мидгарда. -Хорошо. Хольмганг значит… -Славно. Моя мать уже видно устала от жизни и хотела смерти. Как мне больно это ни было, я должен был отомстить за отца. Пока мы готовились, скогарморы приготовили нам место битвы. Приготовили по два топора и по столько же щитов. Проведя обряды связанные с кровью и умыванием ею мы зашли в священный круг битвы. Взяв оружие ждали команды. Я решил драться двумя топорами. А щит оставить на случай неожиданности. Я вспомнил свой приход подсознания от грибов. Меня начало трясти. Послышался глухой рог. Пора биться. Моя мать резко побежала на меня, но я уже видел все ее движения наперед. Будто я уже прожил это. Она побежала и замахнулась на меня топором, я перехватил ее топор своим и мощным ударом оставил другой топор в животе матери. -О Хель! Точно также я убивал словного воина в своем видении. Неужели все то, что я видел было вещим?! -Промелькнуло у меня в голове. Изо рта моей матери потекла густая кровь и я вместе с ней сел на землю. Крепко ее обняв, я отпустил ее и со слезами на глазах устремился из священного круга. Воины встречали мою победу с возгласами и овациями, но мне было без разницы. -Эй, Эйнар. Остановись! -Крикнул сзади один из воинов. -Что вам нужно? Я победил. Я убил свою мать. -Мы хотим пойти с тобой. Мы поклянемся на священных браслетах в верности тебе. Я подумал, что это хорошее пополнение. Так как эти воины свирепы и профессиональны. -Хорошо. Сначала похороните мою мать и отправимся в Лаврик. Познакомитесь с ярлом Эгилем и извинитесь перед Гуннаром. Ночью мы пришли в Лаврик. Зайдя в длинный дом никто не верил, что я вернулся в целости и сохранности, так еще и с войском из 20 человек. Я рассказал все Эгилю и Гуннару, всячески игнорируя Инге после того, как она меня спасла и предала. -… Я убил свою мать. Это она изуродовала Гуннара. Мне пришлось выбирать с кем остаться, и я решил остаться с вами. Эти воины клялись мне в верности. -Потом разберемся. Отдыхай, Эйнар. Ты молодец. Я побрел по улице, и за мной устремилась Инге. -Эйнар, почему ты меня игнорируешь? Что не так? -Не лезь, женщина. Я сегодня убил свою мать. Мои травмы болят еще после Сигурда. Кстати из-за тебя я и сел на недели в цепи. Спасибо. -Я не хотела… -Довольно. Я дошел до хижины и захлопнул дверь. Моя хижина находилась в начале подъема на фьорд. Она была в отдалении всех других строений. Мне было удобно выходить в лес, идти в длинный дом или подниматься на свое «волшебное» место. Уставший я, выпив, лег спать. Глава XV «Первая кровь» Все остальные дни и недели мы готовились к войне. К нам приплывали воины Магнуса. Вроде бы подготовка шла спокойно. Я не отошел от убийства матери, но знал о своей цели. …Одним утром я проснулся и пошел к берегу. Сняв с себя одежду искупался в взбадривающей холодной воде, немного проплыл и вернулся обратно. Оделся и пошел завтракать. Солнце еще не до конца встало и было видно, как оно потихоньку выглядывает из-за фьорда. -Как же я люблю Норвегию. Какая Англия сравнится с нашей природой? Размышлял я, попутно прогуливаясь по улице. Пока я шел завтракать обдумывал жизнь. Мои мысли стали чище и я больше стал думать не о мести, а наслаждении. Я думал о том, что когда убью Хродгейра спокойно перееду в хижину, рядом с которой похоронен мой отец, и спокойно буду доживать свои деньки. Когда я дошел до длинного дома, то зашел и устремился к остаткам мяса, со вчерашнего пира. Ибо Эгиль решил, что перед войной люди должны устроить пир, который точно будет последним в жизни многих. В ушах до сих пор звучал рев жителей вчера. -Ну же, жители Лаврика! Завоюем земли Хродгейра-ублюдка и устроим пир! Сожжем его трон! Сожжем его длинный дом! Ну же! Братья! Так кричал пьяный Эгиль. Впрочем я впервые видел его настолько пьяным. Мне было приятно видеть Гуннара, который потихоньку отходил от своего горя. Пока я допивал мед меня окликнул Эгиль, у которого было сильное похмелье. -Слушай, Эйнар. Как там дела с подготовкой? -Все в порядке, ярл. Мы готовы. Место готово к первой битве, и наши лазутчики уже устраивают осмотр новых территорий. Бежать с поля боя никто не будет. Те дренги, которых я привел активно пользуются арбалетами. Прям как франки в Париже. Думаю нам тоже надо использовать их и изготавливать -Это будет позже. Щас главное устроить первую битву. Кстати на счет отвара. Я принял решение, ты выпьешь его и выйдешь в бой в шкуре медведя. Я обрадовался-Спасибо, ярл! -Мы приготовили тебе двуручный топор. Иди и познакомься с ним. Мне принесли его и я осмотрел орудие. Черненое кованное лезвие и мощная дубовая рукоять, обвитая вокруг кожей. Поблагодарив ярла я вышел на улицу и пошел к хижине. Встал у точильного камня и заточил лезвие. Взял нож и камень, чтобы аккуратно постукивая камнем по рукояти ножа на лезвии топора выбить руны. Я выбил 3 руны: Тейваз, Одал и Альгиз. Я также решил сделать улучшение своего внешнего вида. У нас в поселении жил один мастер, по рисункам на коже с помощью иглы, черной краски и молоточка. Я отправился к нему и попросил сделать мне Агисхьяльм на всю грудь (Агисхьяльм или же Шлем Ужаса наносили, чтобы напугать врага. Символ приносил силу). Имя мастера было Ивар. Он согласился, я выпил крепкой настойки и лег на шкуру животного, предварительно сняв тунику. Он мокнул иглу в чернила и поднес к моей груди, затем молотком начал бить, вводя чернила мне под кожу. Спустя несколько болезненных часов мы закончили. Моя грудь горела, но я был доволен. Воины наносили его обычно на лоб, но я подумал, что слишком мал для такого. Дома я вырезал на рукояти топора символ Солнечного Колеса, он же Сила воли. Я подготовился к победе, так как знал, что проиграть мне нельзя. На ночь я помолился Одину и поцеловал кольцо гномов. Утром меня разбудили крики, созывающие всех срочно готовиться к битве. -Враг уже близок! Готовьтесь! Я за долю секунды встал с лежанки, оделся и побежал к ярлу. Меня встретили девушки, которые сразу начали одевать меня в нагрудник, но я отказался. -Ярл Эгиль! Где же отвар? Викинг хочет крови! Меня отвели в священный круг, к другим воинам. Их было примерно 5 десятков, если не больше. Каждый разделся и встал на колени. Провидец начал проходить мимо воинов и молясь выдавал нам глоток отвара из деревянной чаши, периодически пополняя ее. Когда очередь дошла до меня, то я слушал провидца и пил отвар. -Всеотец примет тебя. Он благословляет тебя на бой. Валькирии готовятся и жаждут воинов. -О провидец! Я жажду битвы! Я выпил несколько глотков горького отвара и принялся одеваться. Я надел шкуру медведя, стоя в мешковатых штанах, и молился Одину. Взял свой боевой, двуручный топор и побежал к воинам медведя. Начался эффект отвара. Пройдя полпути мы уже рычали и пена шла изо рта. Я ничего не чувствовал. Огромный прилив адреналина и великий гнев Тора. Я жаждал крови. Я теперь не узнаю лиц. Мы пришли к месту битвы. Я увидел своих врагов, и мы все выстроились и уже не могли ждать. -Хродгейр, мы пришли за тобой!. Рыча кричал я. Огромное войско викингов пошло на такое же войско. Я увидел берсеркеров врага и ждал команды Эгиля. Мы все стояли в строю. За нами еще было несколько сотен воинов. Послышался глухой рог, и я услышал голос Одина. -Воины! Пир открыт для вас! Принесите же величайшую жертву! Меня завело еще больше. Я рычал, а пена со рта не переставала течь. Наши воины зажгли торф на катапультах и начали обстрел. Мы все еще стоим и вот вот ярл скажет команду. -Вперед монахи Всеотца! Рубите! Наслаждайтесь! Ведь пировать будете с богами! Расскажите Рагнару о нашей битве! В бой! Мы побежали на наших врагов. Почти сблизились. Боевой рев. Удары о щиты сзади. Ко мне бежит враг-медведь. Я смеюсь. Он замахивается топором, я ловко ныряю вниз и разламываю его ножную кость топором. Поднимаюсь и бью головой, отхожу назад и полным замахом срубаю ему голову. В мою грудь прилетела стрела, почти задев Шлем ужаса. Я смеюсь и враги начинают боятся. Моя грудь в крови, Агисхьяльм в крови, а я смеюсь. Топор бьет во все стороны. В один момент перед моим лицом пролетает нож и я вижу как поранив мой глаз и лоб нож летит дальше. Я начал слабеть и уставать, но все еще убивал. Я разрезал воину руку и добил его топором. Кровь удовлетворила богов. Мне казалось, что я родился в битве как вдруг! Глухой рог с их стороны и рев вражеского воина -Отступаем! Крик радости с нашей стороны. Я ревел как медведь. Все те кто пил отвар упали, дойдя до ярла Эгиля, и я был в том числе. Мы все погрузились в глубокий сон. Во сне я сидел за столом. Со мной сидели уже знакомые лица гномов. Торин как обычно начал диалог. -Хвала тебе, брат наш. -Спасибо, Торин. Спасибо вам всем! Я проснулся в длинном доме вместе с остальными ранеными. Как оказалось мою грудь просто напросто вскрыли ударом топора, благо он прошел вскользь. Мой Шлем Ужаса в шрамах от стрел и топора. Лицо разрезано от лба до носа по щеке, задевая глаз. И единственное, что я хотел сказать было -Хвала Всеотцу. -Эйнар? Ты очнулся. Я перекинулся еще парой фраз с незнакомкой и заснул опять. Битва была настолько великой, что даже боги насладились. Глава XVI «Боевые сводки и бегство» Действие отвара заканчиваясь возвращает все ощущения на место. Боль возвращается и очищается разум. Я понял, что моя жизнь висела буквально на волоске, ведь я бился без какой-либо защиты. Но одно я знал точно- боги решили мою судьбу. Точнее они ее видели и все знают. В истинном мире судьбу плетут священные Норны, которых я благодарю, за свою судьбу. Война продолжалась, хоть я и не знал о нашем текущем положении дел. Каждый день привозили новых раненых, а я оклемался меньше чем за неделю. Кстати, ярл Эгиль был очень удивлен, ибо я уже снова был готов биться. Я знал, что Хродгейр жив, и он находится где-то рядом. Я смогу его убить и спокойно жить. Пару дней спустя… -Эйнар, я не позволю тебе идти в бой, пока ты травмирован. Я не могу тобой рисковать. -Ярл, это мое дело! Я жажду крови. Я викинг! -Через неделю поговорим. Огорченно я вышел из длинного дома и побрел в сторону берега. Усевшись у пирса я вспоминал звон железа. Перед глазами всплывали воспоминания о горящих людях и отрубленных конечностях. Пока я сидел, любуясь красивыми волнами, ко мне подошла сзади Инге. -Эйнар, давай поговорим? -О чем мне говорить с предателем? -Я тебя спасла, имей уважение, Беловолосый. -Чего ты хочешь? -Обсудить наши отношения. Почему ты не хочешь общаться со мной? Мы были бы отличными союзниками. -Инге, нам не о чем разговаривать. Я думаю тебе пора. Я встал и хромая побрел в сторону леса. Мы собирались встретиться там с Гуннаром после полудня. Когда я дошел до леса, то отправился по тропинке, она была достаточно свежей. Услышав звук рубки дерева я понял, что к чему. Гуннар метал ножи и топор в дерево, что то приговаривая. -Эй, дренг. Что ты делаешь? -Пытаюсь не раскиснуть. Быть может когда-то я вернусь на поле брани. Кстати, Эйнар, потренируйся со мной, ударь меня. -Я не буду бить беззащитного. Гуннар подошел ко мне и незаметно для меня ударил куда-то в область лица, задев одну из свежих ран. Я вскрикнул. Гуннар начал отходить, а я пошел за ним. Мне стало весело и я вошел в кураж. Подойдя к Гуннару на среднюю дистанцию, я его ударил ногой в грудь, он упал. Я подошел и помог ему встать, после того как он встал мы посмеялись и отправились вместе бросать оружие в деревья. Мы шутили, смеялись и наслаждались весельем. Бросая оружие в деревья мы улучшали боевые навыки, и это имело также полезный эффект. Пока мы развлекались, я спросил у Гуннара про наше положение в войне. -Эйнар, пока ты лечился выяснилась новость, что Хродгейр перебрался на восток. Никто не знает где он, но они проигрывают. Их жертвы больше наших в разы. Мы не отомстим Хродгейру так. -Значит однажды нам с тобой нужно будет покинуть Лаврик. У меня есть 20 воинов-изгнанников, но этого будет мало. В будущем мы найдем еще людей и отправимся за Хродгейром. Там я его убью и мы спокойно отстроим свои земли. -Я не хочу об этом думать пока, Беловолосый. После неловкого молчания мы еще поразвлекались и отправились по своим делам. Я засомневался в Гуннаре, но знал, что он меня поддержит. Глава XVII «Месть для викинга святое» …В нашем тяжелом мире викингов достаточно много законов, которые являются святыми. Если викинга кто-то обидел, то он должен отомстить, если дал клятву, то ее нужно выполнить. В мире севера человек является полностью частью природы. Наш храм-лес, наши боги-повсюду, наша вера-истина, наш народ-натуральный. Многие люди считают викингов свирепыми животными, но это не так. Мы красиво одеваемся, наши песни великолепны, наш язык безупречен, а боги.Боги бесподобны. Мы пришли в дом христианина, после того как он сказал о том, что мы безбожники. Их бог заявляет о выдуманных людьми исповедях, о человеческой ценности в мире, о том, что если человек святой-то попадет в некий выдуманный рай. Но ведь все относительно. Для человека обидчик кажется плохим, а обидчику и вовсе не кажется, что он обидчик. Мир наполнен ценностями, но наполнены ли ценности миром?.. … Поскольку ярл запретил мне воевать, мне не оставалось ничего кроме простой жизни. Я занимался скотоводством, ловил рыбу, устраивал охоту, и мне нравилось это. Во многом жизнь викинга состоит из простого. В один из простых дней я копал землю и задумался. -Я совсем не помню, когда отмечал Йоль или другие святые праздники. Надо узнать у ярла как мы проведем праздники, ибо народ думает только о войне. Я пошел в длинный дом, бросив садоводство. В конце зала сидел ярл, а рядом с ним Инге. Я подошел и спросил: -Здравствуй, ярл Эгиль, могу я задать вопрос на важную тему? -Конечно, Эйнар. -Я совсем давно не праздновал святые праздники, как в этом году будет проходить Йоль? -Ну поскольку сейчас лето и время не то, я не задумывался. А хотя постой. Этот год особенный. Ты и сам знаешь, что раз в восемь лет конунги и ярлы собираются на собрание. В этом году решили во время Йоля отправиться в шведскую Уппсала, где находится великое капище. Мы распределим людей, и отправимся в путь. Резко в длинный дом забежал наш лазутчик и с максимально громким криком заявил: -Ярл Эгиль, мы победили! Воины Острого покидают позиции! Мы должны забрать остатки их города. -Славная новость, пускай Гуннар займется составлением плана. Осталось совсем ничего. Кстати, Эйнар, пойдем поговорим с глазу на глаз. Мы отправились в спальное место ярла. -Что такое, ярл? -Ты и сам знаешь, что Хродгейр сбежал на восток, а мы пообещали отдать по трети территорий Магнусу и Эйрику после войны. Честно говоря, я не очень то и хочу это делать. Я думаю их обмануть и захватить их земли. -Ярл, у нас нет воинов, да и ты же обещал им. -Плевать на обещанное, мы что-то придумаем! Глаза ярла безумно горели, то ли он устал, то ли устал его разум, и простой отдых ему не поможет. Я молча вышел из длинного дома и вновь пошел к грядкам. Я сел на землю и заметил приближающуюся фигуру. Я понял, что снова придется злиться, ведь это шла Инге. На удивление она молча подошла, села рядом и начала вместе со мной выкапывать ямки и сажать ячмень. Я подумал, что пускай так и будет. Мы сидели молча, копали грядки, а когда закончили я решил начать диалог. -Отличная работа, спасибо за помощь. -Пустяки, мне все равно было нечего делать. -Славно. Может быть прогуляемся по берегу? -Ну давай. Она взяла меня под руку, и прихрамывая мы пошли к воде. Спустя десяток минут мы дошли и спокойно пошли вдоль берега. Мы беседовали обо всем. Я рассказал о том, как убил свою мать, рассказал про Сигурда. Единственным, что я не упомянул был мой статус. Дело шло к вечеру, а мы даже не думали возвращаться. В последние дни я был слишком одинок и нуждался в компании. -Слушай, Инге. Я хотел бы найти подходящий брус дерева, чтобы сделать кое-что. Поможешь мне? -Конечно, а что ты хочешь сделать? -Ты узнаешь в результате. Мы нашли небольшую сосну и срубили ее примерно за 20 минут. Позже с запасом отрубили небольшое бревно и пошли в сторону Лаврика. Я попросил помочь Инге занести брус к себе в хижину, на улице уже совсем стемнело. Мы зашли в хижину и уложили сырье к стене. -Спасибо тебе, Инге. Прости, что не обращал на тебя внимание. -Я все понимаю. -Оставайся может со мной? Выпьем, поговорим, сходим на фьорд, соглашайся. -С радостью. только сначала предупрежу отца. -Я пойду с тобой, попрошу ярла дать нам бочонок меда. Мы вышли на улицу, погода была славная. Звездное небо, приятный ветерок со стороны моря, запах различных растений и самое главное- лето. Мы дошли до длинного дома, взяли приятнейший мед. Ярл на просьбу дочери отреагировал с улыбкой и добротой, а когда мы уходили он подмигнул мне и пожелал приятного времяпровождения. Дойдя до хижины мы поставили бочонок рядом с углем, от догоревшего утром костра. На стене у меня висел топор берсеркера, который я украшал. Шкуру я решил не брать, так как этого медведя убивал не я. Я поставил два низких стула к костру и развел его. -Ты голодна? -Я бы не отказалась от еды. Я посмотрел на смущенное лицо красивой девушки и попросил ее не переживать. На вешалке у костра я снял крольчатину, которая там вялилась и угостил Инге. Также я открыл бочку и стал разливать мед в рога. Я подкидывал хворост в еще слабый огонь и попутно пил мед. Наш диалог с Инге развивал разные темы. Веселье только начиналось, ведь бочонок полон, а желудки пусты. Мед делается очень хмельным, из-за добавления различных ингредиентов. Спустя три рога в глазах уже сильно плыло, а в голове рождались приятные мысли. -Эйнар, так зачем тебе брус? -Ха-ха, думаешь я тебе скажу? Ты сама все увидишь. Инге обидчиво взглянула на меня и сделала еще глоток хмельного. -Слушай, девушка, а пошли на фьорд сходим? Инге кивнула и взяв льняную накидку мы пошли наверх. Чуть не забыл, бочонок меда отправился с нами. Мы сели, продолжили общаться, пили мед. Спустя 10 минут я заметил, что Инге трясется, вероятнее всего от холода. -Инге, почему ты не говоришь, что тебе холодно? -А что ты сделаешь, дренг? Я снял с себя накидку и положил Инге на плечи. -Меня обычно греет мед и боги, но сейчас Инге. сейчас помимо этого меня греет твоя душа, виднеющаяся в твоих очаровательных глазах. Убрав руки с ее плеч и оставив накидку я сел обратно. -Жди здесь, девушка. Я должен сходить в хижину. Я быстро встал и побежал трусцой в сторону хижины. Я хотел взять тлеющий уголь, чтобы развести огонь на фьорде, но когда я зашел внутрь хижины, то увидел улыбающихся отца с матерью. На моих глазах навернулись слезы. -Вы счастливы вместе? Они не ответили и испарились, будто пыль. Я почувствовал спокойствие и радость. Как же я рад, что они снова вместе. Я взял камень и пошел к Инге. Присел и разжег в небольшой ямке, выкопанной палкой, огонь. Хвороста я набрал по пути на фьорд. Мы продолжили пить. В один момент я начал петь саги, которые придумывал на ходу. Вдруг в голову мне пришел Сигурд. Я посмеялся и начал петь о нем. Когда я спел в моей голове уже было мало здравого смысла. -Инге, там же внизу лежит Сигурд! Вот я щас за ним и пойду. Я шатаясь отошел от огня, чтобы разогнаться и прыгнуть, но благо Инге меня остановила. Мы взяли бочонок, который уже был пуст на половину и отправились в хижину. Позже я выпил еще рог и потерял связанную речь. А еще после двух потерял память. Утро. Тяжелейшее утро. Я проснулся в теплых объятиях Инге, могу лишь предположить, что было ночью. До жути знакомый рвотный рефлекс заставил меня вырваться из прекрасных объятий. Выбежал на улицу и начал выпускать мед наружу. Ужасно. После этого я похромал в хижину и понял, что стоит одеться. Я надел мешковатые штаны, выпил меда и лег обратно. Так было несколько раз, и я удивился, почему у женщины даже нет похмелья. Немного поспав я развел огонь, а позже на углях приготовил поесть. Инге проснулась точно вовремя, как я закончил готовку. Я решил не есть и просто лег, слушая рассказ Инге о том что было ночью. О боги… Глава XVIII «Скальд» После тяжелого дня похмелья я вспомнил про брус, все еще лежащий у стены. Утро стало для меня действительно добрым, ведь я мог отвлечься от посторонних мыслей и о том, что между нами с Инге. Встал достаточно рано, перекусил и закинув брус на плечо, понес в сторону леса. Погода была замечательная, было тепло и чище неба могла быть только вода фьорда. Пройдя совсем ничего, я нашел красивое, душевное место. Там я решил основать свой одинокий уголок счастья. Очистил землю от травы и палок, чтобы не мешали под ногами. Даже подумал там отстроить небольшую хижину. Положив бревно на землю начал думать, о том как воплотить свою идею в реальность. -Нужно сделать что-то на чем будет держаться будущая затея. Походил вокруг красивого места и нашел пару поваленных деревьев, они отлично подходили для создания верстака. Я срубил несколько пеньков и отнес к месту. Положил брус на них и приспичило отлить. Отошел в сторону и у корня дерева обнаружил грибы. -Хель, это же такие же как мне давал Гуннар. Нужно взять. Сделав свои дела, я пошел обратно на место, там я уселся и решил, что работа пойдет веселее, если делать ее под чарами грибов. Съев пару шляпок, поставил заготовку поудобнее и достав топор начал срезать кору. Но гриб решил не ждать. Обрезая кору я услышал шорох со стороны густого леса. -Эйнар, нужно поговорить. Из леса я увидел лицо Торина. Он видимо хотел сказать мне что-то важное. Может у богов что-то случилось? Я бросил все вещи и пошел к нему. -Торин, рад тебя видеть. Как ты? -Пойдем, я расскажу тебе красивую историю. -Но я не доделал то, что хотел. -Забудь. Мы же друзья. Торин похлопал мне по корпусу и мы пошли в лес. Я попал во что-то волшебное. Торин что-то рассказывал, но я обращал внимание только на странные стены в конце леса, а в них огромная дверь, высотой метров в шесть. -Торин, что это? -Ты теперь скальд. Нужно что-то делать, а если не справишься-умрешь. Торин засмеялся и убежал. Я пошел к двери и перед моим лицом какая-то личность вышла из помещения. Это был великан. -Хм? Ты что тут делаешь, ребенок с Мидгарда. Вспомнив слова Торина, я сказал: -Я Эйнар Скальд. -Ах скальд? Заходи же! Я зашел в длинный зал, за скамьями сидели великаны и что-то обсуждали. Вдруг меня заметили и поднесли на стол, в руки дали лиру, и у меня не оставалось выбора. И я начал перебирать струны на ней. Язык сам двигался, я лишь подключал голосовые связки. Закончив песнь на странном языке я отправился дальше. Там меня встречал Торин. Ты был в мире великанов, следующий мир будет Хельхейм. Все вновь испарилось, открыв глаза я шел в сторону врат Хельхейма. На троне сидела Хель и попросила спеть ей без инструмента. Я хотел сказать, что не могу, но снова исполнил песнь. Живая половина Хель улыбнулась, и я пошел дальше сквозь туман. Снова Торин меня встретил.Пройдя еще по пяти мирам остался только Асгард и Мидгард. Я вошел в зал Одина и увидел там всех родных, всех тех кого любил, а еще увидел там себя с Инге. Окончив песнь ко мне подошел старец без глаза и сказал: -Ты скальд миров. Честь тебе. Я проснулся в лесу. -О боги, что за сила у грибов. Повернув голову направо, я увидел красивейшую Лиру, струны блестели, а украшена она была рунами. Взяв ее в руки сразу вспомнил все песни, которые пел богам. -Невероятно. Хвала Асгарду! Весь вечер у себя в хижине я пил и пел, играл на лире и наслаждался. В один момент я услышал стук в дверь. Зашедшая Инге злобно начала меня осуждать, за то что я пропал. -Эйнар, тебя видели в лесу, ты с диким лицом что-то активно выпиливал. Я не помнил это, ведь грибы взяли свое. Я не обращая внимания встал с лирой и спел ей о свою сагу. Она слушала и видно растаяла. -Так вот зачем брус. Это великолепно, Эйнар. Она подошла и погладила меня по плечу. -Но как ты сделал такую красоту? -Боги творили моими руками. Я лишь открыл им дверь в себя. Дальше мы общались с Инге, я ей пел, а она танцевала. Еще один подарок от богов. Хвала им. Глава XIX «Волшебство растения» По всему Лаврику я прославился как юный воин и скальд. О моей прошлой жизни уже забыли все, кроме Гуннара, меня и Сигурда. Что стоит сказать о последнем-это то, что он где-то гуляет в туманах Хельхейма. Моя жизнь спокойно продвигается, я пережил многое, даже не каждый провидец переживает такое. Очередным утром я решил заняться уходом оружия. С утра после повседневных процедур я отправился к точильному камню, туда я отнес нож, топор берсеркера и обычный топор с лезвием в форме улыбки. Заточив оружие я задумался о странном действии грибов, каждый раз когда я их употреблял появлялись разные вещие видения, а употреблял я грибы всего дважды. -Посетив зал Всеотца я увидел себя и Инге. Но почему там нет Гуннара? Неужели он умрет позже чем я? Кстати давно я о нем не слышал. Об этом я размышлял вслух и решил не медлить и пойти к Гуннару. Я дошел до его хижины не торопясь, погода была хорошей уже несколько дней. Когда я дошел до хижины друга, то постучал в дубовую дверь. -Гость, заходи если с добром! Поприветствовал голос Гуннара меня, и я зашел. -О, это же скальд! Привет, друг. Лицо Гуннара обрело различные ритуальные кожные рисунки. -Здравствуй, Гуннар. Смотрю ты и сам совершил обновку. Я пришел к тебе, чтобы спросить про грибы. Откуда ты про них знаешь? Почему они оказывают такое действие? -Если ты говоришь про те грибы, которые мы ели, то тебе не ко мне. -А к кому? Я думал, что ты знаешь чем угощаешь друга. -Я то знаю, да только объяснит тебе лучше другой человек. Отправляйся к северу Каупанга. Там есть небольшое поселение, а на холме рядом с ним хижина одной вёльвы. -Ничего не понимаю. Гуннар показал мне на выход и можно сказать выгнал меня из своего жилья. Честно говоря мне совсем не понравилось, то что происходит со всеми в Лаврике, одна Инге ко мне относится хорошо. Поскольку война закончилась я решил послушаться Гуннара и отправиться к вёльве. Дойдя до длинного дома еще раз обдумал свое путешествие, ведь сейчас в Каупанге все еще небезопасно. Но в моей голове родилась неожиданно мысль. -Всеотец провисел девять дней прибитым к Иггдрасилю, пожертвовал глазом, а я не рискну жизнью и не отправлюсь узнать о грибах? Решено, зашел в длинный дом, где все было с виду по старому, единственная проблема-Эгиль. Вид ярла заставлял волноваться, на его лице и руках появились странные наросты, а запах был невыносим. -Ярл, я хочу уехать на месяц из Лаврика. -Бросаешь нас, Эйнар Беловолосый? -Я вернусь. -Ты должен остаться. Ты нравишься моей дочери, а я даже не знаю куда ты едешь. Да что уж тут, я знал только твоего отца. Кто ты на самом деле такой? Я молча вышел из длинного дома и поспешил собирать вещи. Все видели состояние ярла. Как только я начал собираться пришли трое воинов ярла. -Беловолосый, ты никуда не поедешь. Они вошли в мое жилище и оголили топоры. -Вы серьезно втроем будете бить одного? По их лицам было все ясно- они готовы убивать. Они начали жать меня к стене, пока я отходил. -Одумайтесь! Я же пил со многими из вас, бился в одной стене щитов! Их глаза горели, руки не тряслись, а ноги не подкашивались, что не сказать обо мне. Я испугался настолько, что голова закружилась и я упал. Очнулся я в повозке, меня окружали те 20 скогарморов, которые перешли ко мне от матери. -Что произошло? Это не Хельхейм. -О чем ты, Эйнар? Мы спасли тебя. Услышав ваш диалог с ярлом последовали за воинами Эгиля, позже удостоверились, что никто не видит и забежали в хижину, больше половины людей остались на улице, пригоняя повозки. Вся твоя хижина в их крови, но это уже не важно. Куда мы отправляемся, наш ярл? Я пораженно поднял голову и сказал: -Мы едем к северу от Каупанга, там есть небольшое поселение, постараемся предложить свои услуги. Дорога была долгой, каждые восемь часов мы останавливали наши две повозки, которые сделали изгнанники за время пребывания в Лаврике. А останавливались мы, потому что нужно было спать и есть. Путь занимал несколько дней, благо ничего страшнее того, что было в Лаврике не произошло. Я начал задумываться о будущем, о том как нам поселиться у тех людей, насколько они благосклонны, и что они из себя представляют. Спустя пару дней нашего пути мы совсем оголодали, ведь брали с собой лишь немного рыбы, а нас 20 человек. На улице уже поздняя ночь, нужно было что-то делать. У меня не было сил радоваться, но я увидел нечто родное. -Так, воины, сделаем привал в одном месте неподалеку. Я узнал тропинки и срубленные деревья, в 20 минутах от нас находится та самая хижина, в которой я жил маленьким ребенком, и где мой отец похоронен. Мы были измучены, сил ни у кого не было, и тут перед нами появилась картина. Та самая хижина, могила отца, водоем. -Эйнар, откуда ты знаешь это место? -Когда я только стал скогармором мое жилье находилось здесь, в камнях похоронен мой отец. Здесь я учился всему. Крыша хижины уже провалилась, а дверь сгнила. Мы решили разбить здесь лагерь на пару дней, чтобы пойти снова в путь с новыми силами. Развели костер, притащили поваленное дерево, доели последнюю рыбу. Сидя у костра все начали терять боевой дух, пока один из изгнанников не принес из повозки льняной мешок. -Что там? -Эйнар, я успел взять это для тебя из хижины. В сумке лежала моя лира. Я подхватил суть и достал ее из мешка, поблагодарив своего союзника. На улице летняя ночь, в небе в северную сторону несется дым от костра, мы-два десятка скогарморов сидим у костра на поваленном дереве. Хоть сил совсем не было, я решил спеть воинам отважную песню. Взял поудобнее лиру и стал перебирать струны. Сладкие ноты звучали от инструмента, мне вспомнились саги, и стал я их петь. Спев пару песен все легли спать. Я среди своих собратьев-скогарморов, все так как и должно быть. Глава XX «Вёльва» Пару дней спустя нашего привала нужно было двигаться дальше.Мы поохотились и восполнили запасы еды, а я поблагодарил доброе место и велел воинам собираться. Следующие несколько дней мы просто ехали и на девятый день от начала путешествия прибыли в поселение. Это было маленькое поселение не претендующее на какие либо подвиги, все было обычно. Устройство построения домов было в форме Солнечного Круга, то есть поделено на четыре сектора. Въезд в деревню сопровождался наземными факелами по обе стороны, жители поселения нас заприметили и вышли на улицу. Я слез с повозки и поприветствовал жителей. -Здравствуйте, я Эйнар Беловолосый, сын Торстейна Золото. Ближе ко мне вышел крупный мужчина, видимо он был их ярлом. -Здравствуй, Эйнар. Твой отец был знаменит в этих краях до изгнания. Зачем пожаловал со своими скогарморами? -Мы готовы делать любую работу, даже самую тяжелую. Единственное, что мы просим- это жилье на лето. -Ну помощь нам лишней не будет. Мы поселим вас в хлеву. Приходите в наш бражный зал, там и обсудим все условия. -Огромное спасибо. Как твое имя? -Я Арвид Кости. Я подошел и пожал предплечье Арвиду. Нас отвели в хлев, там воины стали раскладывать вещи и готовить места для сна, а я пошел в бражный зал. Вид у него был далеко не как в Лаврике: маленькое помещение, мало людей, никаких украшений. -Итак, Арвид, как я уже сказал- мы готовы выполнять любую работу. Мы можем защищать, охотиться, копать землю, петь, танцевать. -Ну петь и танцевать мы сами умеем. Будем рады, если вы устраните кучку разбойников, которые воруют нашу еду и скот. -Сделаем. Я сюда приехал на самом деле по делу. Я слыхал про вёльву в вашем поселении. В помещении сразу зашептали жители между друг другом, а лицо Арвида изменилось. -Вёльва не выходит из хижины уже несколько лет. Ее жилье находится на холме, с западной стороны. Не знаю зачем тебе это, но держись от нее лучше подальше. Я еще пообщался с ярлом, и он пообещал накормить нас через час. В то время я пошел в хлев. Я сказал воинам о разбойниках и о том, что они должны умереть. Вечер прошел славно, наконец-то мы поели и напились, я развлекал жителей и Арвида играя на лире. На следующее утро поел и сказал воинам, что отправляюсь к вёльве. Выйдя из хлева я пошел к холму, хижину вёльвы было видно даже снизу, впрочем холм был достаточно высокий. Пока я поднимался даже немного устал, но самое интересное ждало впереди. Я подошел к хижине, она была обмотана черной тканью, висели кости и черепа животных. Пахло какими-то травами, а из хижины была слышна знакомая песня, в которой упоминались все руны. Имея достаточную наглость я зашел внутрь, двери не было, вместо нее висели кости и черная ткань. Когда я зашел, то увидел сидящую спиной ко мне девушку, на ней была черная накидка, с рук капала кровь. Везде были расставлены свечи, развешаны травы, лежали ритуальные предметы на шкурах животных. Вдруг ее песня прекратилась. -Эйнар Беловолосый. Скогармор. Юный 16-ти летний убийца. Человек, убивший свою родную мать. Я о тебе знаю. Я ошарашил. Мое сердце заколотилось, со лба полился холодный пот. -Садись же, дренг. -Здравствуй, вёльва. Откуда ты меня знаешь? -Я все о тебе знаю, боги говорят мне об этом. Ты храбрец, ко мне никто не заходит годами. Девушка повернулась ко мне лицом, половина которого была в различных нательных рисунках. Там были различные символы и руны. Другая половина лица была полностью сожжена. Не было ни единого живого места. Кожа глазного века была сожжена, а глаза и вовсе не было. -О боги. -Эйнар, ты приехал сюда ради правды, пожертвовав городом и шансами отомстить Хродгейру, ты бросил любовь. -Вёльва. все видения, которые я вижу от грибов вещие? -Юный воин, ты сам даешь себе эти видения. Грибы просто тебе помогают расслабиться. -Ты мудра, но у меня есть вопрос. Почему в зале славы я не видел Гуннара? -Гуннар не попадет в зал славы Одина, ибо больше никогда не выйдет на поле боя. Тебе нужно будет вернуться в Лаврик в середине осени. -Зачем? -Разве ты не устал? Выпей настойки и поспи. Вёльва протянула мне деревянную кружку с горьким содержимым, и я лег на шкуру волка. Сам не помня снов или чего либо еще проснулся. Было такое ощущение будто я вовсе и не засыпал. Проснувшись, мне было очень холодно. Все свечи были задуты, а по хижине гулял холодный ветер. Я увидел, что вёльва сидит снова ко мне спиной. -Вёльва, что ты мне дала? Ответа не последовало -Ты что не слышишь? Я попытался повернуть ее ко мне лицом, но к моему удивлению в накидке сидел лишь скелет, от некогда жившей вёльвы. Я вышел из хижины и побежал в хлев. Была ночь. Когда я зашел внутрь хлева, то увидел испуганные лица воинов. -Эйнар? Я не верю…-Сказал один из воинов. -Почему вы удивлены? -Где ты был все это время? Мы думали, что ты умер. Тебя не было целый месяц, мы искали тебя везде, но не нашли. -Не может быть… Вы наверняка шутите все. -Эйнар, мы поймали кучу разбойников и казнили при всех. Арвид за это разрешил нам остаться зимовать. -Нет. В середине осени мы вернемся в Лаврик. -Как вернемся? Мы же сбежали оттуда, Эйнар. Чем ты питался все это время? -Мы вернемся в Лаврик. В хлев зашел Арвид из-за того, что услышал шум. -Эйнар Беловолосый? Где ты был? -Арвид, спасибо за теплый прием. Мне нужно было отправиться по делам, отныне все в порядке. -Ну ладно. Мое поселение растет, мне нужна ваша помощь. Я хочу расширить территорию и отстроить дома. Справитесь? -Мы со всем справимся! Сказал мой воин, и диалог закончился. Боги показали мне мою важность в их мире, а я показываю их важность в моем. Глава XXI «Расширение» Я слишком стал задумываться о себе и богах. В то время я вовсе забыл про месть Хродгейру, лишь шел по нити судьбы. Мои собратья видно волновались за мое состояние, но боялись что-либо спросить у меня. Впрочем меня не волновало их мнение. Я вспоминал вёльву, думал о мертвой семье и о том, что из-за меня Гуннар не попадет в зал Одина, а это самое святое, что только может быть. Одним утром, когда все проснулись пришлось обсуждать моменты расширения. -Арвид, сколько хижин нам нужно отстроить? -Ну для начала нужен дуб, причем много. Хижин 5 отстроим, а там посмотрим. -Я думаю нам лучше начать сегодня же, мои ребята готовы. Ярл одобрительно кивнул и позавтракав мы пошли в лес. Добыча дерева достаточно долгая и сложная затея, но выбора не было. Лес Норвегии не хуже фьордов. В красоте ни в чем не уступает. Древнейшие дубы, которые видели кучу смертей и рождений, а мы пришли срубать их. Дуб-идеальное дерево для строительства всего чего угодно: драккары, дома, рукояти для оружия. Капли утренней росы, когда на них светит солнце отсвечивают, будто серебро рассыпанное на земле. Всей нашей компанией мы пришли в лес, не забыв заточить топоры. На каждое дерево приходилось от двух до четырех человек, ибо дубы бывают очень толстые, а прочность у них всегда славная. Рубили несколько часов, в спокойном темпе, позже там же разделили на брусы и потащили до поселения, благо идти было совсем недолго. Самая скучная часть была окончена, и мы принялись за само непосредственно строительство. Предварительно все обдумав начали строить. Гвозди мы выплавляли из стали, которая ржавой может стать лишь от приказа богов. Наша земля уникальна, но сурова. На строительство всех хижин ушла у нас неделя, из-за того, что пришлось рубить еще дрова. Жизнь в этом поселении была приятна. Никого не нужно было убивать, за исключением тех разбойников. Каждый день ощущался все красивее и приятнее, я бы с радостью жил так всегда, да только воина манит кровь и слава, богатства отходят на второй или третий план. Наша жизнь продолжалась, поселение расло, а мне уже наступило 17 лет. Началась осень, а значит скоро нужно вернуться в Лаврик, хоть никто и не хотел, кроме меня возвращаться. В один из обычных приятных дней в сторону поселения прискакал всадник. Он не представился и потребовал разговора со мной с глазу на глаз. Когда я вышел, то он предложил отойти в сторонку, а я не повременил согласиться. -Здравствуй, Эйнар. Я приехал из Лаврика. Он не успел договорить, как я достал топор из пояса и заявил: -Не трогайте этих людей. Мы сами придем к вам если нужно. -Не беспокойся, Беловолосый. Я пришел, чтобы сообщить о том, что ярла Эгиля схватила болезнь, и ты это помнишь. Но ты не знаешь, что Эгиль умер больше недели назад. Гуннар сказал Инге где ты находишься. Она теперь ярл. -Боги. Я вернусь в Лаврик к середине осени. Какие у Инге намерения? -Она сломлена, но и Эгиль был невыносим в последнее время. Она не будет против твоего приезда. -Отправляйся в Лаврик и передай, что Эйнар Беловолосый явится совсем скоро. -Вы даже не пригласите меня к себе? -Эти люди боятся, они не хотят видеть чужака Договорившись с воином Инге, мы разошлись. Я предупредил весь народ, о нашем скором отъезде. Мои друзья-скогарморы вроде бы успокоились и согласились поехать. Дни все еще пролетали славно, только я был в ожидании поездки домой. Мы таскали тяжести, добывали еду, помогали всем и были отблагодарены. В день отъезда нас тепло отпустили, а кто-то даже плакал. -Арвид, спасибо вам всем. Я обещаю вернуться к вам когда-то. -Вам спасибо. Мы будем помнить о Эйнаре и его команде из Лаврика. Я взглянул в последний раз на хижину вёльвы, с которой еще казалось слышалась песнь про руны, и поехали мы в Лаврик. Лишь Богам и Норнам известно, что нас ждет. А теперь нас ждала долгая поездка домой. Глава XXII «Мил ли дом?» Подъезжая к Лаврику меня немного трясло, ибо возможно нас ждет не совсем теплый прием. Впрочем я был прав, и посланник меня обманул. Как только мы въехали в город нас окружили люди с копьями. Они будто пасли нас, как животных. Спустившись с повозок нас всех обезоружили, изгнанников отнесли неизвестно куда, а меня взяли под руки и потащили в длинный дом. Двери передо мной открылись, будто я никуда и не уезжал, только вот ярл изменился. Она сидела на троне своего отца с серьезным выражением лица. -Здравствуй, ярл Инге. Сказал я это с усмешкой, за что быстро получил по ребрам. Улыбка ушла моментально. -Эйнар Беловолосый, сбежавший скогармаор, убийца. Мы узнали о тебе достаточно. Поскольку мы забрали Каупанг и все вскрылось, люди все рассказали. Ты обманывал всех на протяжении многих лет. Тут я понял, что попал, а из боковой двери вышел Гуннар. Чернил под кожей у него становилось все больше. -Привет, Эйнар. Я кивнул Гуннару и продолжил диалог с ярлом. -Инге, что ты со мной сделаешь? -Для тебя я ярл, ты больше не поучавствуешь в набегах и войнах. Меня сильно разочаровала эта весть. -Да что ты о себе думаешь? Взяла место отца и думаешь, что я буду слушаться тебя? Инге вскипела и дала приказ хорошенько отбить мне все конечности, что впрочем ее люди и сделали. Пока меня били я терял периодически сознание, проходили секунды, а в моей голове пролетали сотни мыслей. Я думал об обмане, об Инге и покойном Эгиле. Вся проблема в том, что это Гуннар виноват. Это ведь он меня послал к вёльве. -Перестаньте. Эйнар, мы клеймим тебя официально. Больше ты никуда не денешься. Меня совсем это не устраивало. Я плюясь кровью, уже с закрытым от отека глазом, пытался спорить. -Глупая женщина. Окажись в моей руке топор. -Что ты там сказал? Девушка была на эмоциях и следующая фраза прогремела в моих ушах громом, будто Тор ударил Мьёльниром по наковальне. -Кровавый орел тебе! Паршивая падаль! (Здесь стоит сделать пометку. Кровавый орел-это самая страшная казнь в мире викингов. Суть ее заключается в том, что виновник должен не кричать, пока ему разрезают спину вдоль, ломают ребра и вытаскивают легкие наружу, а кричать он не должен, чтобы попасть в зал Одина. Это последний шанс на попадание в зал Всеотца) Меня увели и бросили на улицу, привязав к столбу у входа в длинный дом. Из одежды на мне были лишь порванные штаны, запачканные кровью. Часто я терял сознание от упадка сил и травм, а я даже не знал когда будет казнь. Кровавый орел-это ритуальная казнь, ее нельзя выполнять без обрядов. Осенью уже холодно, ночью ко мне пришел Гуннар и укрыл льняной накидкой. -Эйнар, ты сходил к вёльве? -Гуннар, я умру. -Ответь на мой вопрос. -Сходил я. Кто она такая? Откуда ты ее знаешь? -Я не знаю. Ее лик появлялся у меня в голове, она мне снилась. Мне приснилось поселение, и я почувствовал, что тебе нужно к ней. -Гуннар, она умерла на моих глазах, а тело ее превратилось в скелет. Я не верю, что это возможно. -Не волнуйся, брат. Я сам убью Хродгейра. Боюсь твоя скорая встреча с богами неизбежна. Я ничего не мог ответить. Я чувствовал, что не выполнил клятву на браслете. Спустя несколько дней я заметил вокруг себя странное внимание, будто они готовились, а на следующий день меня выпустили из цепей, вышла ярл и повела меня за собой. Был вечер, уже достаточно темный. Факела стояли по обе стороны начиная с длинного дома, до моего любимого холма гномов. Меня начало трясти. Каждый шаг мне вспоминалась жизнь, я видел отца, видел мать, слышал свою клятву, увидел Лаврик и драккар. Пока мы поднимались к факелам завиднелись копья, торчащие из земли, а на копьях головы 20 скогармаоров, тех самых моих собратьев. Когда мы пришли, то Инге попросила всех уйти. Из моего голубого глаза вырвалась слеза, медленно текущая по щеке. -Я не выполнил, то что обещал богам. -Эйнар, ты действительно думаешь, что я казню тебя? Знал бы ты как мне обидно. Знал бы ты, что я пережила пока тебя не было. Если честно, я счастлива смерти отца, я не могла терпеть его больше. Но то что ты себе позволил просто немыслимо. Ты бросил город, ты бросил меня! Инге начала плакать не контролируя этого и подошла ко мне. Я ее обнял, но ничего не произнес. Я видел на копьях головы тех, кто меня спас. Я знал, что они сейчас где-то в туманах Хельхейма, но не мог не радоваться пощаде, со стороны ярла. -Пойдем выпьем, я накормлю тебя. Мы пошли по той же дороге назад. Лица у голов на копьях были безмятежны. Их душа покинула физическую оболочку. Кстати душа ярла Эгиля улетала вместе с дымом, от костра в погребальном драккаре. Когда мы пришли, то в длинном доме был пир. Все знали, что казнь была поддельной, лишь бы проучить меня. Я сел за скамью, но потерял все эмоции. Мне что-то говорил Гуннар, но я многое не слышал. Не обращая внимание ни на что просто пил мед, пока не вспомнил про то что мне дорого. -Гуннар, где моя лира? Куда она делась? -Она у меня в хижине, не беспокойся. Когда половина народа ушла по домам, а другая половина уснула на полу и скамьях, мне захотелось поговорить с Инге. -Могу ли я участвовать в набегах и войнах? Клеймите ли вы меня? -Воин, я не могу тебе запрещать что-либо. Но я хочу кое-что взамен на твою свободу. -Что же? -Я хочу чтобы ты правил вместе со мной, потому что одна я не справлюсь. По закону править могут лишь муж с женой, ну и я. -Да, Инге. Я согласен. Пусть свадьба будет через 9 дней, и чтоб я еще столько же отходил от нее! Светловолосая девушка улыбнулась, и продолжили мы пить, хоть меня еще и душило то волнение. Глава XXIII «Новая жизнь в старом мире» Я переехал обратно в хижину. Как только я зашел, то увидел сгустки крови на стенах и на полу. Покойные воины не соврали, в крови было все. Целое утро и половину дня я отмывал кровь и прибирался. Все тело болело от ударов, а еще недавние травмы с войны неприятно напоминали о себе. Закончив я пошел хромая к Гуннару. Пока я шел, я ловил на себе косые взгляды. Все знали, что я скогармаор и могли меня безнаказанно меня убить, но кто осмелиться? Все меня уважали даже после отъезда, так я еще и будущий ярл. Было славно оказаться вновь в хижине Гуннара. Его жилье все больше и больше превращалось в хижину как у вёльвы. -Привет, Гуннар. Чем занимаешься? -Да вот осматриваю твою лиру. Может сыграешь? -Ну пожалуй да Я начал как всегда перебирать струны, но мне больше не приносило это удовольствия. Я соскучился по крови и смерти. Сыграл я так себе, на что Гуннар расстроено отреагировал. -Эйнар, что не так? -Вчера я будто умер. Я не испытываю чувств, хочу лишь убивать. Те изгнанники помогли мне, спасли меня. Их руками было построено много чего хорошего. -Давно волнуешься о мертвых? Знаешь, брат, когда мне было 17 лет мы впервые встретились. Сейчас мне 24 года, и я чувствую как силы уходят. Я хотел бы, чтобы ты назначил меня своей правой рукой, когда станешь ярлом. Я не могу воевать, но хочу показать себя в военной стратегии. -Хорошо, брат. Я вышел из хижины Гуннара и пошел гулять по городским дорожкам. Я чувствовал упадок мастерства, почти забыл как держать лук. В голову мне пришла хорошая мысль, я решил пойти в лес потренироваться. Когда я зашел на тренировочное поле, то некоторые воины уже отрабатывали там свое мастерство. Я подошел к ним и предложил принять меня в свою компанию. -Конечно, Эйнар, давайте побьемся будто в стене щитов. Все согласились и разделились на две группы. Похоже от сильных ударов по голове во время избиений появились последствия. Мои любые мысли разжигали во мне огонь, который пожарче температуры Муспельхейма-мира огня. Мы ждали команды, чтобы накинуться стеной щитов на стену. Но никого не убивая. Команда послышалась и начался бой, стена врезалась в стену и все разбежались по сторонам. На меня напал юный парнишка, лет 15. Острием своего топора он почти задел мое лицо, но сделал это случайно. Я не знаю почему, но во мне загорелось желание биться с ним всерьез. Я бросил в сторону топор и щит и налетел на бедного юного дренга с кулаками. Я рычал и из моего рта летели слюни. Парень потерял сознание уже после двух моих ударов. Несколько человек меня пытались оттащить и с трудом у них это получилось. На этом моя тренировка закончилась. Перед моим лицом снова появилась картина моих покойных собратьев и меня накрыла злость на самого себя. -Они же чувствовали, что умрут. Они все знали, поэтому не хотели ехать со мной обратно в Лаврик. Нужно было их оставить. О боги. Я шел и кричал на всю улицу о том, что я ужасен, что мои действия привели к смерти. Я чувствовал, что в голове случился сбой, и я не могу быть тем, кем был до этого. Я пришел в длинный дом, где Инге меня успокоила. Я ей рассказал все, что накопилось в душе. Я рассказал ей о том, кто я на самом деле, о том кто мой отец, о его смерти. Меня сильно бросало из настроения в настроение. Если я пытался уснуть, то видел лица изгнанников, а засыпал я в покоях Инге, ибо не смог бы иначе успокоится. Остаток дня я не помню, но ночью я вспрыгнул из-за дурного сна. Инге тоже проснулась и привела Гуннара. Он дал мне какую то настойку, я лег в кровать и почти моментально уснул. В основе его лекарства был мухомор, который способствует появлению сонливости. Дни проходили и я каждую ночь пил настойку Гуннара, а он ее делал с недельным запасом. Наступил день моей свадьбы. Все собрались у берега и установили праздничные украшения. Тот день был важен, ибо я становился ярлом города Лаврик. Мы стояли с Инге, пока на наши лица брызгали жертвенной кровью. Инге надела красивое льняное платье с необычным узором, а я надел кожаную тунику. По традиции муж и жена должны обмениваться реликвией друг с другом. Инге дала мне цепь покойного отца, а я отдал Инге камень с могилы отца, который я носил с собой уже 7 лет. Предварительно в нем я проделал отверстие для шнура и набил на камне руну Тюр. Традиционные перегонки в лесу, веселые игры, танцы, флютинг. Как же чудесны наши скандинавские свадьбы. Вечер был хмельнее любой настойки. В ход шли грибы, мед, пиво и все, что могло приносить некое удовольствие. Грибы собирались уже в пьяном виде, все их ели. То были обычные галлюциногены, не те что приносят мне видения. Все пили за ярла, за свадьбу, за нас. Большего я не помню. Единственное я точно знаю, что боги видели этот пир, а может даже были на нем. Мои проблемы со сном пропали, паник больше не было. Мне предстояло узнать роль ярла и это делало статус еще интереснее. Глава XXIV «Ярл Хвитхор» Моя история ярла началась. Я был изгнанником, убийцей, скальдом, земледельцем, строителем. Но я никогда не был ярлом. Люди начали называть меня Ярлом Хвитхором, что в переводе с нашего языка означает Беловолосый. Мне предстояло понять всю тяжесть ремесла ярла. После всех праздников и огромного количества выпивки нужно было приступать к важным делам, касающихся создания армии, наращивания связей и так далее. Благо ярл Эгиль не успел развязать войну с Магнусом или Эйриком, с кем у нас был союз. Воевать я пока не собирался, но боевые планы у меня уже были. Мне поставили красивый трон, которых теперь стояло два в бражном зале. Одним вечером мы сидели с Инге и пили мед, обсуждая наши обязанности. Все началось с того, что Инге сообщила о своих планах. Если быть точнее она сказала, что хочет обучиться боевому искусству и идти в бой вместе со мной, но я был против. -Инге, послушай, я понимаю твое желание, но я против. Ты должна быть здесь главной пока я отправлюсь в набеги. Когда-то давно, когда мы были в Англии мы не захватили город. Я до сих пор помню английскую землю и ее обитателей. Мы принесем им в дом топоры, чтобы отобрать город, наши боги заселят те земли. -Я не хочу сидеть здесь, пока ты будешь рисковать жизнью. Я буду с тобой. Гуннар справится с правлением. Я пытался с ней спорить, но все было тщетно, женщина стояла на своем и не планировала отступать. Я сказал, что обсудим эту тему позже, ибо до весны никаких набегов не будет. Скоро придут морозы, ведь уже было начало ноября. Диалог оборвался и продолжился неловким молчанием. Оно продолжалось до того момента, пока я не вспомнил важную вещь. -Слушай, девушка, скоро наступит Йоль. А этот год особенный, мы отправимся в шведскую Уппсала. Там мы сможем познакомиться с другими конунгами и ярлами, то будет отличный шанс совместить приятное, святое и полезное. -А это хорошая идея. На этом прошлая тема забылась и мы стали обсуждать снова различные темы. Поздно ночью, договорившись вдоволь, мы решили отправится спать. Сон был будто младенческий, мне снилась Уппсала и лики богов. Проснулся я с хорошим настроением и отправился к рыбацким домикам. Рыбаки увидев меня подошли и спросили: -Здравствуй, ярл Хвитхор, зачем пожаловал? -Запасайтесь едой побольше, скоро наступят холода и тяжко придется всем. Пока я попробую настроить связи с Каупангом, чтобы быть в союзе Я сам не верил в то, что придется быть в союзе с родным городом, из которого бежал. Однако это все в прошлом, моя история обрела новую ступень. Уйдя от рыбаков я задумал устроить на следующий день тинг, где мы могли бы обсудить планы, и где я бы поставил Гуннара на должность своей правой руки. Улицы Лаврика были такими же, как и при Эгиле, только вот они были моими. Проходя по улицам я решил зайти к Гуннару. Как обычно зашел в хижину, где сидел старый друг и что то вырезал из дерева. Он меня не заметил, и я решил начать диалог. -Привет, Гуннар. Чем занимаешься? -Ох, Эйнар. Неожиданно ты как-то зашел, я даже не обратил внимания. Я тут. да вообщем-то ничем. По лицу Гуннара было видно, что он чем-то обеспокоен. -Что случилось, дренг? -Да ничего. Просто совсем недавно кажется ты был маленький, мы тебя подобрали на берегу, а ты уже мой ярл. -Не волнуйся, для тебя я в первую очередь друг. Завтра на тинге я назначу тебя своей правой рукой, ты будешь заниматься строительством, тренировкой и составлением армии. Я тебе благодарен за все, ты меня много раз спасал и так долго молчал о моем статусе. На глазах Гуннара навернулись слезы и он обнял меня. -Спасибо. Я вышел из хижины Гуннара и дальше пошел по улице. Обычно ярлы так не делают, но я жил жизнью викинга, воина и бесстрашного пьяницы. Впрочем своей старой жизнью. Дальше я пошел в свою хижину, чтобы отнести свои вещи в длинный дом. Я до сих пор не верил в то, что я ярл. К вечеру все собрались в длинном доме, чтобы выпить и повеселиться. Когда собралось побольше людей я встал с кубком и сказал: -Жители Лаврика. Завтра вечером состоится тинг, на котором вы услышите важные новости, прошу всех прийти. Сегодня наедаемся и напиваемся. Сколь! Все довольно принялись пировать. Особой причины не было, просто хотелось сделать людям очередной праздник, а они были и не против. Теперь я сижу на троне и смотрю на пирующих людей. Мне было приятно и одновременно печально. Ярл Эгиль меня принял, а мне пришлось радоваться его смерти. Теперь ярлом стал я. Я помнил о Хродгейре, который находится за Восточным морем и пытается строить там свое жилье, но мне не хотелось думать о мести в тот момент. -Эй, ярл Хвитхор! Сыграешь нам на лире? Это мне кричал пьяный Гуннар, ну а я не хотел расстраивать народ. -Сыграю, только если после этого ты разденешься и побежишь в море! Бражный зал наполнился смехом, а я в свою очередь залпом выпил кубок меда. Честно говоря, я не думал что Гуннар решит согласиться, но мы же знаем его… -Да Хель с тобой! Играй! Я выпил еще два кубка и попросил принести мою лиру. Гуннар очень любил, когда я на ней играл. Он был готов отправиться ночью в холодное море, чтобы повеселить народ и насладиться мелодией. -Вот лира, ярл-сказал пьяный воин, аккуратно отдав мне лиру. Я взял лиру, немного прокашлялся и начал перебирать струны. В этот раз мне вспомнились мелодии о мире Муспельхейм. -Эта сага о том, как огонь и лед встретились, как великая бездна Гиннунгагап появилась, о том как появился гигант Имир и как братья: Один, Вили и Ве создали миры. Люди слушали с открытыми ртами, у кого-то появились слезы на глазах, а в мою кровь попал адреналин. Завершив сагу весь зал зарычал и забил ногами в пол, да что уж говорить, я сделал также. -Эйнар, да я за такую сагу могу не то, что пойти голым в море, я готов выпить его прямо как Тор в одной славной саге. -Ну что, побежишь в море? Гуннар решил не церемониться и скинул одежду сразу в длинном доме. Его тело все покрыто ритуальными орнаментами, там находятся символы и различные переплетения. -Пошли? Весь народ вывалился из длинного дома и отправился к пирсу. Привязав Гуннара толстой веревкой к пирсу, два воина взяли его за руку и за ноги, раскачали и бросили в холодную воду. Гуннар пытался плавать и держаться на воде, но смеялся громче всех. Спустя полминуты мы его вытащили и пошли к очагу. -Славно придумал, Эйнар.-говорил Гуннар трясясь от холода. Все снова засмеялись и продолжили пир, а ближе к полночи кто мог ходить пошел по домам, а те кто не мог лежали уже без сознания. Я был сильно пьян, а у Инге было хорошее настроение. Она что-то говорила, но я совсем не понимал. Позже она меня отвела к кровати, а дальше отрывки памяти закончились. Зато утро мне все напомнило. Мне нужно было оклематься к вечеру, ведь там будет тинг. Начало дня было ужасным. Глава XXV «Кровавый тинг» …В давно потерянном мире викингов на тингах должны были присутствовать все, ибо там озвучивалась важная информация о будущем поселения, суд, обсуждения. Первый тинг для нового ярла всегда большая ответственность… -Когда с утра сидишь уткнувшись лицом в собственную рвоту жалеешь о том, что вчера пил. Все знают о последствиях меда, но все равно обманываем себя, все равно думаем о том, что пронесет и проснемся бодрыми и сильными. За удовольствие надо платить-это говорил я, лежа на шкуре и мучаясь от похмелья. Рядом со мной сидел Гуннар, который видимо простудился после морских пучин. Впрочем его состояние было не на много лучше моего, но по-крайней мере он мог ходить без каких-либо проблем и тяжестей внутри. -Эйнар, ты же когда-то бросал пить! -сказал мне Гуннар смеясь. -А ты. ну.-я пытался придумать что-то обидное для Гуннара, но голова была пуста. -Отдыхай ярл, вечером тинг. Гуннар встал и пошел прочь из покоев, а я пытался заснуть. Живот крутило, а меня выворачивало. Противный ком в горле, неприятный привкус во рту, желание прямиком попасть в Асгард… Наконец я уснул, проснулся после полудня, мое состояние стало лучше и я пошел искать Инге, чтобы показать ей, что я жив. В длинном доме ее не было, на улицах тоже. На встречу мне шел наш кузнец-Вагни. -Ярл, там Инге пришла ко мне и попросила вооружение, я пытался ее остановить! -Где она? -Пошла в лес, на тренировочную площадку. Я похлопал Вагни по плечу и отправился в лес. Мне захотелось проучить жену, и пока я шел придумывал идеи. -Может напрыгнуть и просто повалить? Нет, слишком банально. Проходя мимо одной из хижин я увидел достаточно большой льняной мешок, он висел у входа в жилище. Возле него сидела старая женщина, я подошел и вежливо попросил мешок на одолжение. -Конечно, Эйнар, помню ты был еще маленьким. Я понимал, что добрая старушка начнет щас сагу, длиннее чем все фьорды Норвегии, поэтому аккуратно сменил тему и сказал, что должен готовиться к тингу. На самом деле я побежал в лес, зайдя еще в свою хижину за веревкой. Когда я добежал до леса то убедился, что она одна. Инге пыталась выполнять какие-то силовые приемы против дерева, но дерево же не ответит. Незаметно подкравшись сзади резко прыгнул на спину, натянул мешок на голову, а из рук выбил оружие, после чего связал руки, поднял жену и побежал в лес. Кто бы что ни говорил, но сил мне хватало всегда и на все. Отбежав примерно сотню метров немного выдохся и положил добычу на землю, она пыталась вырваться. Я снял мешок с головы Инге и испуганный взгляд сменился на злой и обиженный. -Что ты творишь? Я чуть сознание не потеряла от страха. -Я тебя проучил, не стоило уходить без моего ведома. -Ты мной не можешь управлять, а ну развяжи меня! Она была злая и готовая разорвать меня на части. Прочитав все вариации будущих события я развязал ее. Ожидаемый удар ногой между ног был перехвачен и ловким движением Инге лежала на земле, а я над ней. -Не нужно так грубо, жена-сказал я с улыбкой. На ее обиженном лице появилась небольшая улыбка, а через десяток секунд мы уже оба заливались смехом. Решив проявить мужество поднял Инге с земли и мы пошли готовиться в сторону Лаврика. По пути мы забрали оружие и занесли мешок старухе. Дело близилось к вечеру, а вечером всех ждал тинг. Когда мы пришли с лиц до сих пор не падала улыбка, мы сели за стол и поели кровяных колбас с овсяной кашей. Потом мы запили и уселись за троны, подготавливая речь для народа. Вечером люди стали собираться. Буквально за полчаса длинный дом был заполнен людьми. Наконец я всех поприветствовал и начал речь. -Люди Лаврика, это мой первый тинг, где я вместе со своей женой нахожусь на месте правящих, нежели смотрящих. Вы все должны знать об изменениях, которые затронут жизни многих. Начну я с назначения людей. Гуннар, подойди сюда-Гуннар подошел с небольшой ухмылкой-тебя я назначаю своей правой рукой, воеводой, законодателем и славным человеком поселения. Обсуждай со мной все изменения, пока не придем к общему мнению-Гуннар поблагодарил и сел на место- Вагни, подойди сюда (Вагни был моим земляком. Его отец знал моего и мы росли на одних улицах, но в разное время. Вагни был старше меня на пять лет). Тебя я назначаю главным кузнецом нашего поселения. Твоя задача-изготовление вооружения-Вагни сам не ожидая того радостно отреагировал-В будущем мы решим дальнейшие вопросы по мере их поступления. Теперь о планах: Нужно нарастить союз с Каупангом, потом отправить приглашение ярлу поселения к северу от Каупанга-Арвиду. Когда мы создадим торговый союз сможем думать о набегах. На Йоль мы отправимся в Уппсала, там познакомимся с ярлами и конунгами. Возможно удастся с кем-то подружиться. Весной будем готовиться к набегам на Англию. На этом новости окончены.-я не успел договорить, ведь Инге встала и перебила меня. -Жители Лаврика, я хочу сделать заявление, касаемое нашего будущего. Я хочу сообщить о пополнении, ведь скоро в нашей семье родится ребенок. Я выпал в осадок, голова закружилась и потянуло сесть обратно на трон. Люди, увидев это, начали поздравлять нас с пополнением. Я встал и обнял свою жену. Длинный дом уже наполнился радостным криком. -Ярл Хвитхор и Инге, дочь Эгиля, не стоит ли в честь этого устроить пир? -кричал Гуннар, который хотел отпраздновать все достижения, даже ему не принадлежавшие. Я хотел отказать, ибо зачастили мы. Мед скоро бы кончился, но моя жена ответила положительно. -Инге, пойдем поговорим, пока люди готовятся к пиру. Мы отошли в покои. -Инге, я не верю в то, что я стану отцом. Но теперь ты точно ни в какие бои не полезешь. -Я хочу стать воительницей. -После рождения ребенка может быть, но не сейчас! Вдруг в бражном зале послышался крик и грохот. Мы вбежали в зал и увидели следующую картину: На столе лежал человек противной внешности, с разбитым носом. На нем сидел Гуннар и бил его. Никто не останавливал его, а только подбадривали. -Что происходит? -Ярл Хвитхор, этот человек принес бочку с медом, от которой уж очень сильно пахнет миндалем, после того как он поставил бочку на стол попытался достать из рукава нож и направился в сторону вашего помещения. -Чертов ярл! Ты ничтожен, смерти твоему ребенку! Смерти твоей жене! Хвала Хродгейру! Мои глаза загорелись, а кулаки зачесались. -Мне не хочется уделять тебе честь кровавым орлом, ведь ты не достоин этой казни. Хеймнар тебя ждет, недоразвитость. Глаза глупца забегали, он быстро изменил свое мнение. -Ярл Хвитхор, я прошу, я был не прав! -Пойдемте казнить недруга. Мне понадобиться Гуннар, Вагни и Инге, а остальные пусть пируют. Подойдя к недругу я спросил его имя. -Я Кристоф. Весь длинный зал загудел от недовольства. -Ах, так ты еще и принес своего бога в наш дом? Он тебя не спасет. Христианин видимо знал о наших казнях, ведь похоже знал Хродгейра. Я отодвинул Гуннара и позволил Кристофу встать, а когда он встал я ударил его в нос, а потом еще и еще. Он потерял сознание и мы вчетвером потащили его в специальное помещение, где решили исполнить ему казнь Хеймнар (Хеймнар-это стыдная казнь, она заключается в том, что жертве отрезают ноги и руки, прижигают раны и человек превращается в беззащитное и немощное существо). В помещении было тускло, ведь свет от факела не такой уж и яркий. Тело человека положили на стол, на котором еще осталась засохшая кровь и начали казнь. Она была долгой, чтобы человек не умер от болевого шока. Спустя пять часов мы закончили. Безсознанное тело лежало, а мы закрыв дверь, пошли пировать с людьми. В длинном доме никто не отреагировал на казнь, все были рады нас приветствовать. Вроде бы все и забыли о Кристофе, но не я. Я думал о том, что все связи Хродгейра как-то связаны с христианством. Я вспомнил как он обвинил ярла Торульфа в исповедании ложного бога. Уже перед сном я лежал, обнимая Инге и думая о своем ребенке, а потом отправился в сон. Глава XXVI «Кристоф» -Эйнар, доброе утро-приветствовала меня Инге. Нет ничего приятнее того, когда ты нужен кому-то. Ты осознаешь, что тебе рады и всегда везде ждут, а если ты умрешь то с горем отпустят тебя. -Доброе. Я встал и надел штаны, спал я долго, ибо лег поздно. Время было примерно за полдень, а живот был пуст. На улице с каждым днем становилось холоднее, снег вот-вот пойдет, а в длинном доме у очага всегда тепло и уютно. После того как я умылся холодной водой я пошел завтракать. Настроение было чудесным, ничего не давило на душу и спокойствие заполняло мой разум. Завтрак состоял из ячменной каши. Аромат свежей каши заполнял длинный дом, люди меня поприветствовали, а я сделал то же самое. Усевшись за длинным столом начал есть кашу. Деревянная ложка лежала в руке как надо, будто ее делали для меня, а в такой же деревянной тарелке было именно столько еды, сколько хватало чтобы наесться. Пока я доедал кашу общался с жителями, все было спокойно и весело, но один из старых жителей сказал: -Ярл Хвитхор, не сочти за наглость, но сегодня ночью я не мог уснуть. Тот христианский юноша проснувшись посреди ночи орал от боли и молился своему богу. -Не волнуйся, мой друг. Я решу эту проблему сейчас же. Взяв льняную накидку я вышел из длинного дома. На улице было прохладно и пасмурно, благо с неба не капало. Пока я шел в сторону жертвы хеймнара на горизонте появился Гуннар. -Привет, Гуннар. Пойдешь со мной до Кристофа? Людям мешает. Гуннар был только рад и уже шли мы вдвоем. Проходя мимо кузницы Вагни позвали и его. Он тоже пошел вместе с нами без каких либо проблем и вопросов. Когда мы приблизились к хижине, где лежит Кристоф, мы убедились в словах старика. Кристоф молился до сих пор. Подойдя к тяжелой дубовой двери мы вошли. На глазах глупца заиграл страх. -Что вы со мной сделаете, черти? -Мы похуже твоих чертей, христианин. А ну давай, пожми мне руку и будешь свободен! -сказал Гуннар, протянув Кристофу свою руку без кисти. В тот момент я чуть не заплакал от смеха, но сдерживался изо всех сил, что нельзя было сказать о Вагни. Он стрелой вылетел из помещения и залился сильнейшим смехом. -Эйнар, что мы с ним сделаем? -Я хочу чтобы он весной поехал с нами в Англию. -Остроумно! -сказал Гуннар и засмеялся-Но как он переживет зиму? -Он будет жить с тобой. Улыбка с лица Гуннара пропала и с досадой он спросил: -Ты же шутишь, так? Повесив Кристофа в хижине у Гуннара я дал приказ накормить его. Меня отвлекли от забот о Кристофе одной новостью: -Ярл, к тебе приехал гость. Я вышел из хижины Гуннара и пошел в длинный дом, там я увидел знакомое лицо. -Арвид, друг мой! -Здравствуй ярл Эйнар. Мы пожали друг другу предплечья. -Здесь люди называют меня Хвитхором. Добро пожаловать. -Эйнар, я пришел за помощью. Мое поселение терзает болезнь. Как только вы уехали в поселении все стали болеть, многих посещала во снах вельва с холма. Если ты не поможешь, люди умрут. -Привози живых сюда, мы примем всех. На лице Арвида появилась улыбка и уже через 12 дней наш город был заполнен почти тремя десятками людей. Оказывается многие люди приехали к ним из Каупанга. Больных положили в большом доме, благо их было не так уж и много. -Эйнар, я не знаю как тебя отблагодарить. -Зато я знаю. Оставайтесь здесь. Ваша земля проклята вёльвой и она просто так вас в покое не оставит. Познакомься с моей женой и друзьями, пойдем. Инге, Гуннар и Вагни находились возле Кристофа. Пока мы шли к хижине Гуннара я рассказал про Лаврик и про то как я стал ярлом. Когда мы зашли в хижину Арвида начало шатать из стороны в сторону. -Что случилось, Арвид? -Хижина напоминает мне о вёльве. -Не волнуйся, это его хижина-сказал я, показывая пальцем на Гуннара. -А кто это такой? -спросил Арвид, показывая на висящего Кристофа. -Забудь о нем, давайте выйдем на улицу. Все прислушались ко мне и вышли на улицу. -Это моя жена Инге, это наш кузнец Вагни, ну а это Гуннар. -Мне очень приятно познакомиться с вами.-сказал Арвид с искренней добротой. -И нам тоже.-ответил Вагни с не менее искренней улыбкой. Немного еще пообщавшись все разошлись, а я пошел показывать Арвиду город. Я рассказал и показал где я жил. Арвид внимательно меня слушали задавал различные вопросы. -Слушай, Арвид, ты можешь жить в моей старой хижине если хочешь. -Конечно, друг. -Тогда я попрошу своих людей устроить тебе славное место. В начале декабря мы уедем в Уппсала, там собираемся нарастить связи и получить благословение богов. -Чудесная затея. Дело уже шло к вечеру. Чем ближе зима, тем темнее на улице. Зима забирает желание жить, длительность дня и пищу, но зато зимой Йоль. Его то мы и будем справлять со всем скоро. Глава XXVII «Уппсала» Начались подготовки к путешествию в дальние свейские (шведские) земли. Капище, которое находится в Уппсала является великим, даже самым величайшим в Скандинавии. В курганах, рядом с главным храмом, есть три королевских. В этих курганах похоронены великие вожди, а сами курганы посвящены Одину, Тору и Фрейру. В Уппсала происходят различные обряды, а по важным датам жертвоприношения достигают отметки 72 существ. Существует также обряд с колодцем, чтобы определить довольны ли боги жертвой или нет. За день до нашего отбытия я попрощался со всеми людьми, кто оставался в городе. То был вечер: -Жители Лаврика, завтра часть поселения уедет и приедем мы возможно только к февралю. Это священные дни и никаких войн не намечается. Наслаждайтесь и пируйте, приветствуйте здесь рождение ребенка-бога солнца и скорбите о его смерти. Сколь! В Уппсала поехали все значимые люди, а из нашего поселения отправились в путешествие: я, Гуннар, Арвид и Вагни, а также их друзья, ибо я дал добро на это. Инге не поехала, потому что ее состояние было не для путешествия. Путь предстоял долгий и тяжелый, но у нас было все необходимое. Мы запаслись едой, водой, медом, подарками богам, желанием. Все ждали праздника, ведь каждый мечтает увидеть хоть раз Уппсала. Весь путь был рассчитан с запасом, чтобы успеть точь в точь к Йолю. Спустя 18 дней мы наконец приехали, до начала Йоля оставалось три дня. Когда мы въехали в город, то увидели оживленные улицы и невероятное количество разных знамен. Даже уму непостижимо, как найти места для всех людей, но ярл Уппсала справился. В длинном доме ждали всю знать, остальных людей селили по всему городу. Моим людям достался хлев. Приехали мы вечером, и я сказал своим людям, чтобы те отправлялись в хлев, пока я посещу длинный дом. Атмосфера была, будто я находился в саге. Везде песни, музыка, танцы. Никого не смущал факт холодной зимы, все ждали праздника. Широкие улицы и много хижин. Уппсала намного больше Лаврика, а люди все приветливы. Никто не дрался и не конфликтовал, все будто бы забыли о своих ранних междоусобицах. Факелов было много, свет наполнял улицы вместе с людьми. Количество людей наверняка превышало несколько тысяч. Длинный дом был украшен различными символами и факелами. Я впервые увидел настолько красивое место, построенное человеком. Двери в длинный дом открыли двое пьяных воина и пригласили меня, а я не повременил и зашел внутрь. За длинным столом сидели различные ярлы, конунги. Среди них были и женщины, но мужчин было больше. За столом сидел также Магнус. -Здравствуйте, ярлы и конунги. Я Эйнар Хвитхор, сын Эйрика Золото и ярл города Лаврик. -Здравствуй, Эйнар. Я Орм, конунг с земель Хедебю-сказал седовласый мужчина и встал, чтобы поздороваться со мной -Привет, Эйнар, не знал о том, что ты стал ярлом-сказал мне Магнус. -Времена меняются. Из-за стола встала девушка и сообщила о том, что она ярл Восточных земель. Эта новость стала для меня приятным сюрпризом. -Если она ярл Восточных земель, то наверняка знает о Хродгейре-думал я-если она ярл, то я могу выйти на Хродгейра. -А как твое имя? -Я Эрна, хоть на моих землях война я не могла пропустить великое событие. -А кто воюет то во время Йоля? -отшутился я Глаза Эрны наполнились сочувствием. -Воюет тот, кто жаждет крови, Хвитхор. Им нет дела до праздника. Во скольких битвах ты участвовал, мальчик? -Таких цифр еще не придумали и вряд ли придумают-ответил я смазливо. Женщина плюнула в мою сторону. -Да не участвовал ты нигде, подстилка-добавила она. -Я не неуважаю себя, чтобы бить такое ничтожество как ты. Давайте праздновать? Все одобрительно кивнули. С остальными людьми я познакомился позже в ходе беседы. Со многими начал завязывать дружелюбные отношения. Магнус предложил сегодня напиться всей знатью, чтобы укрепить союз. Ну а я после долгого пути не мог отказаться, ведь до Йоля еще есть время. В бражный зал принесли бочонок с медом. Всем дали по позолоченному кубку и начался пир. Разогнались быстро и уже через час стали откровенничать. Мы общались о разных бытовых вещах, но в один момент Магнус поднял неприятную для меня тему: -Слушай, Хвитхор, а до меня дошла весть, что ты скогармоар. Правда это? -Да, Эйнар, нам интересно. -Друзья, разве мы не пришли пировать? Давайте насладимся же! -говорил я. -Нет уж-заговорила пьяная Эрна-ну-ка расскажи. Я занервничал, ведь бежать было некуда, но благо в длинный дом забежал пьяный человек. -Всех с наступлением Йоля! После этого он упал и все засмеялись. Позже я аккуратно сменил тему и все подхватили. Спустя еще два часа ко мне стала приставать Эрна. -Отцепись, женщина-хрипел я пьяным голосом-у меня есть жена. Она настаивала на своем, пока я ее не оттолкнул. -Ты что творишь, ребенок? Иди сюда. Замахнувшись она попыталась ударить меня кулаком в лицо, но я даже не почувствовал. У меня не было никаких эмоций. -Тронешь меня еще раз и похороню тебя вместе с Хродгейром на твоих же землях. Женщина резко отрезвела и подорвалась ко мне-Ты знаешь Хродгейра? -заикаясь продолжила-Ты знаешь Острого? Откуда? -Я дважды повторять не стану-после этой фразы я ударил ее обратной стороной ладони и она упала. В трезвом состоянии я бы так не сделал, но будучи пьяным себя не контролировал. Никто никак не отреагировал, кроме еще одной девушки. Она была ярлом северных земель. Она подошла и под руку повела меня на шкуру, которая лежала у очага. -Ляг, ты слишком пьян и устал. -Спасибо. На утро я ничего почти не помнил. Когда я встал мне привиделся старый враг в виде похмелья. После того как я выпустил из себя все лишнее я обратил внимание на лежащего на полу Магнуса, с разбитым носом. Рядом сидела Эрна. -Эрна, извини за тот удар-я говорил о том, что мне вспомнилось-я был пьян. -О чем ты, Эйнар? Тебе перед Магнусом придется извиняться, за то что ты ему все лицо потрепал. -Ну-ка расскажи мне. -Магнус подсел к тебе и начал спрашивать про твой статус, а ты попросил его не лезть. Ты ему начал утверждать, что ты женат и всякую скучную ерунду. Магнус рассердился и толкнул тебя, а ты, встав и потянувшись положил его с точного удара в нос. После этого я поняла, что зря начала вчера тебя оскорблять. Но меня кое-что волнует. -О Хель, как я так.-говорил я, понимая, что Магнус конунг-что тебя волнует? -Ты заговорил о Хродгейре Остром, ты его знаешь? -Пошли выйдем. Надев на себя одежду потеплее мы вышли из длинного дома. На улице людей не было, за исключением тех, что мучился от похмелья. -Эрна, я знаю Хродгейра и хочу его убить. Он изгнал меня и моего отца еще когда я был ребенком. Отца моего настигла болезнь, а я поклялся отомстить Хродгейру. А откуда ты его знаешь? -Это он воюет с моим народом. Он женился на моих землях, его жена противная и жестокая Ауд. Я буду рада, если мы объявим союз. Ты убьешь Хродгейра, а я защищу народ. Его армия больше моей, но не превосходит твою. -Я всего лишь ярл, как и ты. Но твою идею я обдумаю, а пока, пошли завтракать. Глава XXVIII «Связь с Богами» До Йоля оставалось два дня. Но перед праздником мне предстояло отвечать за удар конунгу в нос. Тот удар для меня мог стать смертью впоследствии, но благо все почти обошлось. Конунг Магнус храпел, лежа на полу. Честно говоря, я его никогда не любил. Мне не нравилось его брюхо, которое превышало своим объемом Гиннунгагап. Часто было ощущение, что конунг лживый подонок, который сам может только воровать и губить людей. Я подошел к спящему Магнусу и начал его толкать: -Вставай, тролль, скоро люди начнут искать тебя. -Сам тролль-прохрипел Магнус-лицо болит, что было вчера? -Не помню. Еле-еле подняв Магнуса на ноги я усадил его на скамью: -Ну и славно же пировали вчера-говорил Магнус. -Тебя что, даже похмелье не мучает? -спрашивал я в удивлении. -Похмелье? Тут я почувствовал очередной рвотный рефлекс и выбежал на улицу, пока я опустошал желудок я увидел чуть-ли не падающего Гуннара. -Привет, Эйнар. Смотрю тоже хорошо отдохнул? -И тебе доброго утра, брат. -Знал бы ты какие здесь женщины, Эйнар-это просто загляденье. -Моя женщина ждет меня дома с ребенком в чреве, Гуннар, она получше этих. -Чего такой серьезный? -похлопав меня по плечу спросил Гуннар. -Я ночью вырубил конунга Магнуса. Это может означать вражду, но он вроде этого не помнит. Честно говоря я тоже не помню. -Эйнар, навести наших людей, им бы твоего слова хотелось услышать. Мы похромали к хлеву. На улицах было почти пусто, поразительно, ведь ночью улицы были забиты людьми. Морозное утро и приятный запах различных специй, которые продавались пьяными купцами. Дойдя до хлева в нос ударил аромат недавней пьянки, его нельзя спутать ни с чем. Зайдя в хлев аромат сменился на вонь. На полу лежали незнакомые женщины вместе с нашими жителями: -Народ, ярл пришел-сказал Гуннар. -Ооох, Эйнар Беловолосый! Спасибо тебе, мой ярл, за то что привез сюда. Я будто в Асгарде оказался-говорил Вагни, идя обнимать меня. -Рад, что вас все здесь устроило, несмотря на то что вы в хлеву. -Эйнар, тут такие женщины! Да я такого в жизни не видел. -Да, Вагни, я знаю, Гуннар мне все рассказал-перебил я кузнеца-вы готовы пировать дальше? Йоль уже совсем скоро. -Всегда готовы. Народ скоро проснется, Арвид вчера перепил. Я кивнул и вышел скорее из хлева, ибо вонь намекала на то, что совсем скоро случится снова рвотный позыв. Дальше я пошел обратно в сторону длинного дома, пока не увидел необычное жилище. У входа его лежали пьяные стражники, сама хижина была в черных тонах, а изнутри шла сладкая песнь и приятный аромат всяких пряностей. У меня было желание войти туда, что я и сделал. Увидев внутри висящие кости я сразу понял, что дело буду иметь либо с вёльвой, либо со святыми жрецами, что и оказалось правдой. Жрецы готовились к Йолю и сначала меня не заметили. Они стояли вокруг деревянного лика Одина и выполняли обряды. -Добра вам, жрецы-сказал я, стоя у выхода -Кто тревожит наш обряд? -Я Эйнар Беловолосый, и я не тревожу ваш обряд. Я хочу в нем участвовать. -*смех* ты жрец? -спросил меня один из них, видимо он был старший. -Я имею связь с богами, однажды я смог одолеть вёльву в схватке глубиной мысли. Неужели вы не слыхали обо мне? -Если это правда, то сними тунику и присоединись к нам. Я снял тунику и сквозь тусклый свет подошел к ним. Они были без туник, лица были заполнены орнаментами, а тела полность ритуально шрамированы. Старший взглянул на мою грудь, где был выколот Шлем Ужаса и проявил почтенье: -Ты воин, причем бесстрашный, но здесь ты должен бить не топором, а связью с богами. Я умыл лицо ритуальной кровью и при тишине начал петь саги, что слышал в Асгарде. Я исполнил речи Всеотца, будто это он говорил моим языком. Когда я закончил старший сказал жрецам положить меня животом на стол, что они и сделали: -Что вы делаете? Вам не понравилась сага? -Наоборот. Меня держали вчетвером, но в один момент отпустили: -Лежи и не дергайся-сказал старший. Я почувствовал как холодное лезвие начинает ходить по моей спине, но боли я не чувствовал. Спустя некоторое время я уснул, а проснувшись спина сильно болела. Жрецы вновь стояли вокруг лика Одина и пели: -Что вы сделали со мной, святые? -Все то что ты нам рассказал об Одине мы вырезали рунами на твоей спине. -Почему я не почувствовал боль? -Мы будем ждать тебя у главного алтаря в лесу, во время разгара Йоля. Я поблагодарил всех и вышел наружу, совсем забыв надеть тунику. Мою спину обжигала боль, о холоде я и не думал. Люди смотрели на меня как на безумца, оказывается уже наступил вечер. Пока я шел в длинный дом из моей спину сочилась кровь. Стража у входа в длинный дом меня сразу же впустила внутрь, а в бражном зале я увидел испуганные лица. -Эйнар, где ты был? -спросил у меня Орм. -Общался с богами. Эрна, пойдем выйдем. Эрна встала и пошла ко мне. Я повернулся и пошел к выходу. -Эйнар, твоя спина! -испуганно сказал Магнус. Я проигнорировал его и вышел из длинного дома. -Что случилось, ярл Хвитхор? Что с твоей спиной? -Эрна-ярл Восточных Земель, я согласен объявить союз и убить Хродгейра Острого. Глава XXIX”Приготовление к празднику» Всю ночь лежал я и мучался от боли, сны виделись злые, будто я оскорбил богов. Но я знал, что даже если я их оскорбил то во время праздника попрошу прощения. Я люблю богов, всю жизнь они испытывали меня в разных ситуациях, но я всегда к ним уважительно относился. У меня никогда не было того чувства, будто боги отыгрываются на мне, хоть и судьба моя не легка. Ночью температура тела поднималась и опускалась, я бредил. В ту ночь Эрна не спала и смотрела чтобы мне не стало слишком худо. Наконец переборов ночь я встал… -Эрна, хвала тебе, ночью я мог умереть раньше ребенка Солнца. -Я должна тебя благодарить за союз. Пойдем обсудим кое-что. Накинув тунику и льняной платок я вышел на улицу. В животе было пусто, а на улице поменялось все: тот вечно пьяный народ устремился чистить город и чинить сломанные вещи. На следующий день наступит Йоль, все этот праздник любят и будут любить. -Эрна, что ты хотела обсудить? -Как мы будем иметь связь? Как ты поможешь мне? -После Йоля ты отправишься со мной в Лаврик и дальше. -Я должна ехать к своим людям, война не щадит никого. -Тогда что ты предлагаешь? -угрюмо сказал я, после того как женщина меня перебила. -Ты поедешь на мои земли со своей армией, вы пересечете Восточное море и будете воевать с моими врагами, точнее с нашими. -*смех* такое количество воинов ни один драккар не перевезет. На моих землях тоже может наступить война, а воинов нет. -В твоем случае, ярл Хвитхор, ты потеряешь власть над городом, а я над половиной страны. -Так ты же ярл, откуда у тебя эти земли? Эрна поняла, что проболталась и начала оправдываться: -Я оговорилась. -Откуда у тебя эти земли? -Честно говоря, я дочь конунга Восточных земель- Стюра Жаждущего. Мой отец получил сильное ранение на поле брани, хоть и не должен был воевать. Я приехала сюда за помощью. -Что ты еще скрываешь? Может еще скажешь, что ты и есть жена Острого? -Я не могла сказать правду, просто пойми. Арвид, Вагни и Гуннар в то время подходили к длинному дому, а когда услышали шум сразу ускорились: -Привет, ярл Хвитхор. Что происходит? -спросил Вагни. -Небольшие разборки с новым союзником, но мы уже решили перенести переговоры на неопределенный срок. Эрна ушла в длинный дом, а я подошел к друзьям: -Ну как вы? Готовы пировать дальше? -Всегда. Эйнар, ты просто не представляешь.-начал говорить Арвид, но я его перебил: -Какие тут женщины? Что вы в них нашли все? Компания засмеялась и Гуннар сказал: -Это надо пережить, но ты у нас женатый, поэтому и не узнаешь. Смех вырос еще больше. После завтрака я предложил Гуннару прогуляться, на что он ответил положительно. Мы шли по тихим улицам: -Что-то случилось, Эйнар? -спросил Гуннар серьезно. -Мы поедем на Восточные земли, воевать с Хродгейром. -Что за новости? Как поедем? -На драккарах, Гуннар, на драккарах. Но это после Йоля. Я начал рассказывать Гуннару про жрецов и про то, что в разгар Йоля мы пойдем с Гуннаром вместе к жрецам, на что он радостно согласился. Скоро Йоль. ГлаваXXX”Йоль» Я проснулся рано утром, но столы уже накрывали. Я встал, оделся, выпил кубок пива и пошел из длинного дома. В то утро я не ел, чтобы оставить место в животе на жаркий вечер. То решение было правильным, ибо опыт является лучшим уроком. Пошел я в хлев, чтобы убедиться, что со всеми все хорошо. Пока я шел я думал о том, что впереди несколько пьяных дней. Когда я зашел в хлев передо мной наряжались все друзья и друзья друзей: -Привет, Эйнар. Мы и тебе приготовили одежду-сказала одна из этих «валькирий». Она показала на красную тунику, в которой были золотые вкрапления. -Как вы это сотворили? -Йоль, Эйнар.-погладила меня по щеке девушка с темными волосами и красивым нарядом. Я надел на себя одежду и сразу услышал кучи различных восхищений: -Лесть, друзья, но люблю я вас-говорил я им. -Эйнар, выпей чтобы с утра быть веселее-сказал Вагни и передал мне кубок с очень крепкой настойкой. Я выпил и настойка заставила меня даже встряхнуться. -Это нам передали жрецы, велели выпить Скальду и Гуннару-сказал Вагни. Гуннар ее тоже выпил и мы пошли из хлева. Мигом опьянев я сказал Гуннару идти со мной в лес. В лесу находилось главное капище, где нас должны были ждать жрецы. Мы пришли и перед нами стояли торчащие из земли столбы обмотанные красным золотом. Это был вход в капище. Само строение было окружено деревянным забором. А внутри стояли все лики богов. Великий мастер вырезал эти фигуры. Жрецы стояли возле богов: -Подойдите, божественная кровь, и испейте из этой чаши-говорил старший Мы подошли и начали пить бордовый отвар. на наши лица накапали кровью и скоро начнется ритуал. Спустя 15 минут мы с Гуннаром сидели на земле и слушали жрецов: -Я надеюсь, что мы не ошиблись выбрав вас. Мы хотим чтобы вы провели все обряды вместе с нами-говорил старший-но если вы не оправдаете ожиданий мы принесем вас в жертву Владыке Тайн. -Что нам нужно делать? -спросил Гуннар -Говорить правду-ответил старший- Наслаждайтесь. Вечером, после пира, вы придете сюда и принесете великую жертву. Почувствуйте себя богами. Мы встали и пошли в сторону Уппсала. В городе никто не пил и не ел. Все готовились. -Слушай, Гуннар, а как вести себя как бог? -Ну тебе надо познакомиться с местными женщинами и будет тебе божество. -Мое сердце жаждет другого. Какую жертву мы принесем? -Есть у меня идея-говорил Гуннар-но узнаешь ты ее вместе со всеми. Мне не нравилось, что у Гуннара припрятано множество тайн, но с этим ничего нельзя было поделать. Когда мы дошли до центра города мы увидели высокое строение, оно было украшено щитами и факелами, которые не горели из-за того что был ясный день. Мы зашли туда и увидели различные помещения: в одном готовили на большом вертеле свиней, в другом точили оружие, в третьем шили одежду. Но было еще одно, которое нам с Гуннаром было больше всего по душе. В этом помещении под кожу кололись орнаменты. Хоть у Гуннара уже и не было места оно было у меня: -Слушай, а пойдем к мастеру, сделаем тебе что-нибудь-предлагал Гуннар. Я согласился и мы вошли внутрь. За столом сидел старый дренг и придумывал новые дизайны. Рядом с ним лежала шкура и еще две низких подставки: -Здравствуй, я бы хотел отметить присутствие богов на своем теле. Дренг улыбнулся и спросил: -А достоин ли ты? -Однажды я помог Фрейру с возлюбленной из Ётунхейма, я настоял на том, чтобы она влюбилась в Вана. Я убил последнего дракона.Я протрублю в рог, когда наступит Рагнарёк. -Ты не они-сплюнул дренг-ничего я тебе делать не буду. Я начал злиться, но знал что я в гостях: -А кто ты такой, чтобы решать кто достоин, а кто нет? -Я тот, кто ведал о правилах приличия, кто убил Волка, кто провисел на ясене девять дней. -Ты не он-сплюнул я-Гостю вода нужна и ручник, приглашенье учтивое, надо приветливо речь повести и выслушать гостя. -Что за приятный слог? -По твоим словам ты и есть автор, но не следуешь своему же слову. -Простите, садитесь и расскажите кто вы. -То то же. Мы сели и несколько часов пили пиво и общались. Я узнал, что имя мастера-Ульви, он был когда-то воином, но состарился и топор больше в руке не удержать.Я надеялся не дожить до такого и умереть раньше старости: -Извините меня. Давай я сделаю тебе, что желаешь, бесплатно. Я думал вы пьяницы. -Все мы когда-то станем пьяницами в зале Одина, если попадем к нему. Я хочу, чтобы на моей голове, сбоку был нос драккара, чтоб смотрел он туда, куда падает мой взор. -Достойно. Садись на шкуру. У меня была типичная прическа викинга. Выбритые бока и длинные волосы сверху. В волосы я вплетал кожаные шнуры или железные кольца. Спустя несколько часов работа была сделана. Время близилось к пиру, но Ульви с нами не пошел: -Ты чего, старик, пошли в длинный дом. -Я не знать, мой век окончен-говорил дренг. -Так не пойдет. Ты пойдешь с нами или мы останемся здесь. На глазах старика наворачивались слезы: -Я совсем давно никому не нужен как человек, у меня нет жены и детей. Я не выхожу на улицу почти никогда. -В честь Йоля выйди с нами, встреть рождение ребенка Солнца, а там посмотрим. Он встал и мы пошли на улицу. Наступил уже вечер, из длинного дома доносилась музыка и веселое пение. -Ну что же, пошли внутрь? Двери пришлось открывать самим, ибо все праздновали, даже стража. Длинный дом был забит людьми, были поставлены дополнительные столы, еды было множество. В конце зала были поставлено несколько тронов, но мой пустовал. Оставив оружие на входе я сказал Гуннару, чтобы он не сильно напивался и пошел к нашим людям вместе с Ульви. Когда я сел за трон на меня посмотрела вся знать: -Смешна обновка у дурака, не ведающего что делать-заявил Магнус. -Что за свинячий визг я слышу? -сказал я -Успокойтесь, сегодня святой праздник! -сказал Орм. -Не буду я праздновать с этим псом-продолжил Магнус. -Пошли выйдем, поговорим-сказал я Магнусу. Магнус с большими усилиями поднял себя с трона и устремился к выходу, в это время Орм подошел ко мне и прошептал: -Если это начало войны-то я с тобой, друг. Я пожал ему предплечье и это означало образованием союза. Выйдя на улицу меня уже ждал Магнус и как оказалось два воина. Они накинулись на меня сзади и потащили в одну из пустующих хижин. Я сопротивлялся, но двое человек были сильнее меня. Они посадили меня на стол и держали мне руки: -Что ты о себе возомнил, выскочка? -Ты боишься меня, свинота. Я буду срезать с тебя жир и этого хватит, чтобы накормить целую Норвегию, не будь ты ядовит. Магнус подошел и тяжелой рукой ударил меня в нос. Я почти потерял сознание, но услышал как кто-то начал шуметь возле здания. Руки воинов ослабли из-за того, что они отвлеклись на шум, и я вырвался. Резким движением достал из ботинка длинный клинок, который можно было носить с собой всегда и ударил им воина справа в левый бок, далее я ударил другого воина головой в нос и начал приближаться к Магнусу: -*смех* какой же ты мастер в бою, но дурак на деле. Это война, сынок-говорил он. В этот момент в хижину забежал Ульви и накинулся на Магнуса: -Не убивай его! -крикнул я Магнус пытался вырваться с рук старика, но я уже нанес по лицу толстяка семь ударов кулаком: -Спасибо, Ульви. После Йоля ты поедешь со мной в Лаврик, я тебе найду место. Старик улыбнулся и спросил-а что с этими делать? -Добьем двух и отнесем к речке возле города, а там пустим по воде, а свинью оставим здесь. Похоже нам придется уезжать раньше, чем кончится Йоль. За полчаса мы отнесли мертвых к реке и вернулись в длинный дом. Никто не обратил внимания, кроме знати. -Где Магнус? -спросил Орм. -Лежит без сознания в одной из хижин. -Хвала тебе, мы все уже устали от него и поможем тебе в случае войны. -Давайте создадим общий союз из десяти конунгов и ярлов. Будем торговаться и помогать друг другу-предложил я в честь праздника. Все согласились и мы все обменялись клятвами. Я решил выступить с речью: -Послушайте меня! Но никто не слушал. Я подбежал к большому столу и запрыгнул на него: -Послушайте меня! -на этот раз в зале стихло-Я ярл города Лаврик-Эйнар Беловолосый. Я хочу вас всех поздравить с рождением ребенка Соль и пригласить к жрецам на обряд. Все одобрительно закричали. -Приходите к главному капищу через полчаса. Все продолжили трапезу, а мы с Гуннаром побежали на капище. Вид его изменился, факела горели вокруг, девять жрецов стояли и громко призывали богов, а увидев нас утихли. То была наша судьба. Когда мы подошли к древним они дали нам белые туники длиной до пола. Мы все встали у богов и начали общаться с ними. -О великие, древние, славные, явитесь к нам, молящимся вам. Всеотец Один, позови детей своих праздновать Йоль в Мидгарде. Небо нахмурилось и гром сразил тихое небо. -Поведайте о тайнах, о будущем нашем. -Тайн нет, все на поверхности. Люди начнут ссориться и развяжут войны, клятвопреступниками они станут. Не жаждут они в своих рядах любимцев богов -сказал старший жрец. Люди к тому времени пришли к ограждению. Вышли мы на площадку и начали говорить. -Сегодня мы даруем огромную жертву богам. Ее представят вам Гуннар и Эйнар-говорил жрец. Минута неловкого молчания оборвалась фигурой, которая шатаясь шла в нашу сторону. Подойдя поближе стало ясно-Магнус с разбитой головой и топором в руках: -Где этот ваш жрец? -Я здесь, давай решим все после обряда-сказал я. Он залез на площадку: -Я убью тебя, Эйнар-сказал Магнус приближаясь. Гуннар обошел конунга и резким движением толкнул Магнуса в мою сторону, а затем крикнул: -Вот жертва, которую боги ждут! Эйнар! Я выбил топор из его рук ногой и накинулся на Магнуса. Во время борьбы я был сверху, нащупав длинный нож в своем ботинке я воткнул его в толстую шею Магнуса Черного. Никто не произнес слова. Вдруг жрец сказал: -Ждите и стойте, если в зимнем небе прогремит гром значит все боги довольны-говорил старший. Грома не было. -Нам нужна еще жертва, есть доброволец? -Вобщем-то есть-тихо сказал Гуннар. -Кто? Гуннар снял с себя тунику. -Гуннар постой, ты мой единственный друг-растерялся я. -Брат.Мой брат, я так тебя ценю, но у меня никого нет. Я хочу уже увидеть свою семью, которая пирует в залах Богов, я лишился руки и всего, что любил. Моего отца убили.Но ты, брат, ты отомстишь. -Гуннар. -Убейте меня ритуально. И на глазах у всех. -Брат, кем я был бы без тебя. Ты всегда был рядом со мной. Ты спасал меня всегда, а что сейчас? -Прости. Старший, окажи честь, положи меня на стойку животом вниз. Разрежь спину вдоль, вытащи ребра и внутренности, прошу тебя. Жрец подошел к Гуннару. -Эйнар, останови их-кричал Вагни. -Обряд нельзя нарушать-говорил я уже откровенно плача -Я Гуннар Безрукий, отправляюсь не в Вальхалла, я отправляюсь в залы Тюра. Я отдал свою руку, отдам и душу великому богу чести и войны. -Гуннар… -Режь-сказал Гуннар Не трясущаяся рука, взяв топор, начала разрезать спину друга, ломать им кости. Гуннар молчал, на его лице ликовала безмятежность. Я сидя на коленях смотрел на смерть друга. Я вспоминал все наши совместные похождения. Когда Гуннар почти угас я подполз к нему и сказал: -Я всегда тебя любил, брат. Спасибо тебе за все, что ты мне дал. Мелькнула последняя улыбка на лице Гуннара и больше ни вздоха не произошло. Небо разрывало громом, молнии разили зимнее небо. Я встал и со всех сил кричал: -Больше мы не увидимся, даже после смерти. Но хвала Гуннару, слава великому викингу и божества ребенку. Прощай мой друг! И упал я заливаясь слезами. Глава XXXI «Траур» После ритуала я проливал слезы, держа руки усопшего. Люди ушли дальше пировать, жрецы остались молиться. Снег глушил любой звук, но всхлипы мои слыхали даже боги. Вдруг тишину прервал старший жрец, на руках которого еще была кровь: -Эйнар, твой друг сейчас уходит к богу чести, прощайся. -Из-за моей матери он потерял руку, судьба его была сложной-говорил я -Не сложнее твоей. Тебя ждут твои друзья-указал он на выход из капища. У выхода оказывается стояли: Вагни, Ульви и Арвид. Вагни и Арвид подошли и положив мои руки им на плечи потащили меня в сторону длинного дома. Гуннар все так-же лежал, на лице спокойствие воина. Снежинки падали на лицо мертвеца, но все еще тепло от недавно живого тела растапливало их и каплями они сбегали с лица его. Уходя он будто и не боялся проститься со мной, но все уже в прошлом. Зайдя в длинный дом я увидел обеспокоенные лица новых союзников, но меня это не волновало. Я взял рог и не тормозил наливать больше. Моя память потихоньку начинала уходить, но взгляд Гуннара оставался перед глазами. Уснул я в собственной рвоте, уткнувшись лицом в стол. Когда я проснулся в голову приходила мысль, что Гуннар придет и снова пошутит о том, что у меня похмелье. В те секунды забывался факт его смерти, а когда вспоминался то хотелось пить снова. Я пил без остановок, с утра я напивался чтобы уснуть до вечера, а вечером чтобы уснуть до утра. Несколько дней я лишь пил в таком ритме, друзья и союзники заволновались, но было поздно меня останавливать. Память моя кончилась, я потерял друга. Я уже и не думал встречать рождение ребенка Соль, я мечтал убить Хродгейра и умереть вместе с ним. Мне хотелось, чтобы он пришел в бражный зал и я пустил бы его кишки по полу, а он в свое время перерезал бы мне горло. -Эйнар, прошу тебя, вставай-говорила мне Эрна. -Зачем-говорил я пьяный, сидя на том же месте и закрыв глаза, и дремля лицом в стол. -Ты уже несколько дней пьешь, людям противно праздновать, когда ты рядом. Меня это оскорбило, я попытался встать и сразу же упал на пол. Проснулся я на шкуре у Ульви в мастерской. Сам старик сидел на своем месте и тихо напевал различные саги: -Ты уже проснулся, славно. -Ульви, принеси мне пива. -Ты больше не будешь пить-промолвил он-лучше отдохни. В носу еще оставался запах Гуннара. Он пах различными травами и пряностями. -Эйнар, я должен тебе сказать, что перед ритуалом Гуннар отдал мне свой боевой топор. Сказал передать тебе через девять дней после ритуала, но я не дотерпел. Я не знал, что с ним станет, но вот он. Я сразу подорвался к топору и начал его осматривать. Лезвие было ковано необычным способом, рукоять была обвита кожей, а руны красовались по всему топору, даже на лезвии. -Спасибо. -Через три дня будет последний день Йоля, нужно отпустить ребенка Солнца-сказал Ульви. -Нет желания. -Нельзя нарушать традиции-это обернется плохим. -Ульви, а где Арвид и Вагни? -*смех* убираются в длинном доме после тебя. Я встал и похлопав Ульви по плечу пошел на улицу. Люди смотрели на меня с ужасом, ведь многие думали, что я наконец умер. Мало кто радовался мне в Уппсала, кроме ярлов и конунгов. Кривые взгляды и такие же лица окружали меня. На моем поясе висели два топора: топор Гуннара и мой. Зайдя в длинный дом я увидел всю знать и своих друзей: -Эйнар, переоденься, ты выглядишь ужасно-сказала Эрна. То было правдой, белая и прежде красивая туника была испачкана: -Где мне взять одежду? Эрна показала идти за ней и мы пошли в спальное место конунга Уппланд. Открыв сундук она достала темно-зеленую тунику, коричневые штаны и кожаную обувь: -Это одежда конунга? -Конунг где-то развлекается, поэтому одевайся, давай помогу. Её холодная рука попыталась помочь мне снять тунику, но когда она начала гладить мою шею я отошел: -Я сам. Взяв одежду я пошел к реке, разделся и погрузился в достаточно глубокий водоем. Холодная зимняя вода заставляла мое тело твердеть, но взбадривающе даровала уверенности в себе. Переодевшись я пошел обратно в длинный дом: -Ну как ты? -спросил Арвид. -Я готов править вновь, спасибо вам-сказал я и обнял Арвида, а позже Вагни. Позже я сел за стол и попросил еды. Один из слуг принес мне тарелку ржаной каши и стакан пива. Опустошив две емкости я встал и пошел к Ульви. Зайдя к нему я обнял его и сказал, что рад знакомству. Дальше я пошел на капище, но все фигуры богов уже были убраны, лишь частокол виднелся. Никаких тел не было, и я сам не стал узнавать где похоронен Гуннар. Предстояло прощание с Уппсала и ребенком Солнца. Во мне вновь заиграла месть, только она была сильнее прошлой. Глава XXXII «Домой» За два дня я более-менее оклемался и уже думал о возвращении домой. Сидя в бражном зале вечером пир не угасал. Каждый день люди пировали, а бывало даже не останавливались. Я замечал на себе заигрывающий взгляд Эрны, но твердил себе о том, что скучаю по своей жене. Я никогда не видел чтобы гром разносился в зимнем небе, но во время Йоля нет ничего невозможного. Выйдя из длинного дома, чтобы насладиться свежим воздухом я увидел прекрасное северное сияние. Я вспомнил времена, когда даже не знал о существовании Эгиля и Гуннара, как я сидел один на холме после смерти отца. Точно такое же северное сияние виднелось в небе. Казалось, что Нагльфар плывет прямо по небу Мидгарда, оставляя за собой зеленую воду. Но в мои мысли вмешалась пьяная Эрна, которая вышла за мной: -Почему ты не обращаешь на меня внимания, Беловолосый? -Меня ждет беременная жена. -Да нужен ты ей и Лаврику? Едь со мной. Убьешь своего Хродгейра и мы будем вместе. Целая страна будет под нашими ногами. Любой пир, любые праздники. У нас будут славные дети-говорила она. -Я бы предпочел лучше славный союз и ничего более-отказывался я. -Брось ты, удивительно как Гуннар общался с таким скучным человеком как ты. Глаза мои загорелись, кровь закипела, а руки сами налетели на дочь конунга с востока. Мой взор затуманился взглядом Гуннара. Сам не заметив того, я держал шею Эрны прижав ее к стене и перекрывал воздух: -Ты поднимаешь те темы, о которых даже Локи бы не высказался. Тело ее стало заметно слабеть, и я отпустил руки. Кашляя женщина упала на колени и отдышавшись сказала: -Знаешь, Эйнар, мой отец убил мою мать и брата на моих глазах. Я никогда бы не смогла его задушить из-за широкой шеи этого медведя, но брюхо его бы я пырнула. -Давай соблюдать лишь союз, Эрна-сказал я и ушел обратно в длинный дом. Праздник все еще не кончался, посреди длинного дома на очаге лежало Йольское бревно, украшенное красной тканью. На следующий день намечалось прощание с ребенком Солнца, но я уже собирался домой утром, никого не предупредив кроме своих людей. В ту ночь я хотел покрепче напиться, но настолько чтоб смог ехать домой здраво. Когда я сел на трон то в ушах все затихло и сам не чувствуя того я уснул, проснулся я рано утром и первым делом побежал в хлев. Забежав внутрь там сидели все мои люди: -Собирайтесь, мы уезжаем домой, да поскорее. -Но как-же смерть сына Солнца? -спросил Ульви -Я уверен, что люди Магнуса после Йоля устроят резню прямо здесь. Собирайтесь быстрее, я пока поищу коней с повозкой. Сделать это было несложно и уже через час мы выехали из Уппсала: -Лишь бы боги не гневались, Эйнар-говорил Вагни. -Мы принесли им жертву, все в порядке. По-крайней мере я надеюсь. Глава XXXIII”Мил дом, когда в нем ждут» Спустя долгие дни мы приехали, все истощенные. Лаврик казался пустым, по сравнению со Свейской святой землей. Нас никто не ждал раньше февраля, но мы явились всем назло. Нас сразу побежали все встречать, кроме Инге: -Где моя жена? -Она в своих покоях. А где Гуннар? -спросила женщина -Боюсь он в покоях у богов. На глазах ее появились слезы: -Я его так ждала и хотела признаться в своих чувствах к нему. Они появились еще в детстве. Мое сердце разбито. Я ухмыльнулся про себя и подумал: -А ты говорил, что здесь тебя никто не любит. Зайдя в длинный дом я незаметно зашел в покои, где сидела Инге: -Сильно ждала? -Эйнар! Инге устремилась ко мне и потонули мы в объятиях друг друга: -Почему вы так рано? -Мы не простились с ребенком Солнца. Я убил Магнуса, а Гуннара казнили на ритуале. Но мы привезли старого воина, его имя Ульви-говорил я. -Гуннар. я чувствовала, что больше его не увижу. -Я не просыхал днями, моя печаль была велика. Но я заключил союз со всеми ярлами и конунгами Норвегии, а так-же ввязался в войну с Хродгейром на Восточных землях в лице воина дочери конунга тех мест. Я знаю, что сложная история, но все в порядке. -Эйнар, как же я скучала. Как мы назовем ребенка? -Если это сын, то его будут звать Торвар. -А если дочь? -Ее будут звать Сигрид. -Славные имена. Пойдем готовиться к пиру, ибо ночь будет сегодня длиннее чем Фимбульветр. -Я не выдержу столько лет пить, Инге. -Мы будем хорошо закусывать. Нужно же как-то встретить вас, после долгого отсутствия. Вечером… Я сидел на своем троне, а Инге на своем. Я убедился в том, что уютнее всего может быть только дом, в котором семья тебя ждет. Дом в котором без тебя наступит конец и в котором после твоей смерти будет долгий траур, который смениться желанием встретиться вновь в другом мире, будь то Хельхейм, Ванахейм, Альвхейм или же Асгард. В настоящем доме семья пойдет за тобой даже в горящий Муспельхейм, или в леденящий Нифльхейм. Приятный разговор идущий по всему бражному залу и никакой войны. Все ждут друг друга и в этом и есть наслаждение относительно малой дружины. Все так и продолжалось пока я не вспомнил о госте: -Друзья, а где Кристоф Висящий? Я думаю отдать хижину Гуннара Ульви, а он еще не знаком с христианином. В зале все залились смехом. Оказывается Кристоф праздновал Йоль вместе со всем поселением: -Надеюсь вы его приучили к Асатру? -Ты его просто не видел, муж. Мы большой компанией пошли к хижине Гуннара, вид которой наносил боль. Из хижины вытащили Кристофа. Его тело было все исколото орнаментами, под глазами были рунические ставы: -Ярл Хвитхор! Я прошу! Убейте меня! -Тебе везет, что Гуннара ты больше не увидишь. Жди Англии. Не повезло дураку оказаться на чужой земле, но он пришел со злом. Вот теперь он за это и отвечает. Невозможно просто так оставить обидчика. Месть-вот что движет нами. Мы любим себя и своих богов. -Гуннара больше нет, он больше никогда не увидит Англию, больше никогда не засмеется когда я буду пьяный что-либо творить. Мы больше не привяжем его веревкой и не сбросим пьяного в воду. Он не расскажет мне тайн и не познакомит с грибами, его глаза больше никогда не посмотрят на меня, а язык не промолвит что-то пускай даже дурное. Нрав его вышел вместе с кровью и душой, кровь ушла в землю, а душа устремилась к богам. Сейчас он наверняка смеется с меня или плачет-говорил я, обнимая Инге перед сном. -Эйнар, его больше нет. -Знаю, вместе с ним умерла часть меня. В той части было все самое ценное, другую часть занимали родители, а третью часть ты. Ко мне приставала дочь Восточного конунга, но я не позволил ей. Я не хочу их видеть в своей жизни. Ты спи, а я пойду на важное для себя место. Надев утепленную тунику я пошел с факелом на свой любимый холм. Фьорд все так-же виднелся, в небе переливались холодные цвета северного сияния, а я сидел молча и думал обо всем. Глава XXXIV”Весна» …Для каждого северного жителя одним из самых значимых событий является наступление весны, после долгой и холодной зимы. Далеко не все выживают после зимы. Многих людей зимой терзает голод и другие невзгоды. Когда бог весны Бальдр показывает, что он жив люди устраивают пир. Запах весны северянину можно узнать среди тысячи других. Весна приходит тогда, когда снег начинает таять, перелетные птицы возвращаются с теплого юга, а на месте талого снега появляются первые подснежники. Из туч вырывается солнце, разгоняя все самое плохое и принося ощущение скорого тепла, набегов и славы… Начался апрель, снег почти весь растаял, а лед наконец покинул берега. Я совсем не думал о том, что было во время Йоля ведь то было в прошлом. Ульви периодически напоминал мне, что мы не простились с ребенком солнца, и боги накажут нас, но я на это не обращал внимания. Сидя на холме и любуясь на фьорд я думал об Англии; мне хотелось позвать своих друзей на эти земли, дабы они увидели их и осознали красу другого мира. Мои размышления прервал крик Вагни. Веселый кузнец звал меня к себе, собираясь что-то показать. Я нехотя встал и побрел к нему: -Чего кричишь, Вагни? -Пошли за мной, ярл Хвитхор, пошли со мной в мою кузницу. Он явно торопился, ведь моментами мне приходилось достаточно сильно ускорять свой шаг, чтобы быть на одном уровне с кузнецом. Кузница Вагни выглядела как место рождения наших побед, которые начинаются с оружия. Вагни был очень талантливый персонаж: любой кусок металла превращался в великое создание: -Так что случилось? Я не понимаю. -Это тебе, друг-сказал Вагни, передав мне маленький бронзовый Мьелльнир-я решил сделать тебе подарок, который напоминал бы тебе обо мне всегда. -Спасибо, кузнец-сказал я и крепко пожал предплечье друга. Я повесил молот Защитника Мидгарда себе на пояс и вышел из жаркого помещения. До нашего близкого знакомства Вагни все свое время проводил в кузнице: он там спал, ел, пил и очевидно работал. Руки Вагни были всегда покрыты слоем металлической пыли, которую было невозможно смыть. Выйдя из кузницы я медленно пошел к Инге, но как оказалось ко мне приехал еще один гость. В длинном доме сидела Инге и общалась с человеком в платке, закрывающем полностью его голову: -Разве можно заходить в чужой дом в таком виде? -спросил я, обращаясь к незнакомцу. -Поверь, мне можно.-сказал человек, снимая капюшон-у меня послание от дочери конунга Стюра с Востока. Ты обещал ей помочь победить Хродгейра, но в итоге сбежал из Уппланда никого не предупредив. -И зачем ты пришел? -спросил я. -Эрна Стюрдоттир хочет знать когда ты приедешь на Восточные земли. -В моих планах сейчас Англия, пускай ждет лучших времен. Я- ярл города, а не конунг Норвегии. -Неужели ты отказываешься от своего обещания в виде союза? Гость заставил меня занервничать: -Ты вовсе не знаешь моих обещаний и меня в целом. Ты лишь невидимая фигура. Тебе следует покинуть мой дом, пока твоя душа не покинула твое тело-сказал я, показывая топор Гуннара на поясе. -*смех* могу догадаться, чей это топор. Помню как твои слезы проливались на тело мертвеца. В разговор вступила Инге и подорвалась ко мне, но я уже достал топор, а в глазах моих засияла ярость: -Муж, я прошу тебя, не стоит этого делать. -Ты оскорбил моего покойного друга, уходи отсюда.-говорил я еле сдерживаясь. -Ладно, ярл Хвитхор. Передам, что ты отказался сдерживать клятву. В этот момент Инге отошла от меня в сторону: -Ты считаешь моего мужа клятвопреступником? Недруг кивнул: -Вы на Востоке все такого странного нрава? -спросил я. -Какого-же? -Ну как-же? Ловить летящие топоры черепом. Топор вылетел из моей руки, после сильного и быстрого замаха и устремился в голову к гостю. Никакая реакция не помогла бы сблокировать этот бросок. Глухой звук, брызг багряной крови и падение. За доли секунды можно лишить человека жизни. Стража, стоявшая у выхода, начала на меня смотреть: -Унесите и закопайте тело за городом. Желательно чтоб никто не видел. Лошадь заберите в конюшню; мне нужно сходить к Ульви. Вытащив топор, и протерев его лезвие о тунику мертвеца, я просунул его в пояс. Когда я вышел из длинного дома солнце светило мне прямо в глаза, но это меня не могло не радовать. Ульви поселился у берега, ведь шум моря напоминал ему времена, когда он плыл на драккаре за славой. Хижина его была весьма маленькой, а зайдя внутрь я увидел печального старика: -Что печалишься, Ульви? -Я благодарен тебе, за то что ты привез меня сюда, но что мне тут делать? -Тебе хватит сил работать с кораблями? Собирать их вместе с другими мастерами, спускать их на воду, освоить дерево. -А это не сложно организовать? Я махнул головой, предлагая старику идти за мной. Ульви, встав и прохрустев спиной вышел за мной. До команды кораблестроителей было совсем недолго идти, по деревянному пирсу. Мастера сидели на пирсе и о чем-то разговаривали: -Привет, корабельщики. К вам пополнение в виде дренга. Вы не смотрите, что он старый, в нем течет кровь молодого воина. Он хочет работать с вами, обучите его всему и будьте добры с ним, человек приехал из Свеиских земель. -Да не вопрос, ярл Хвитхор. Садись к нам, расскажи кто ты. Я развернулся и ушел в длинный дом. Пока я шел, я думал обо всем. Я был уверен, что Ульви приживется у нас, в любом случае у него тут новые друзья: в виде меня, Арвида, Вагни, Инге и конечно-же Кристофа Висящего. Глава XXXV”Льды отошли; драккар ловит ветер» Одним апрельским вечером на тинге… -Жители Лаврика, воины, друзья и наша община в целом, как вы уже знаете, мы поплывем на английские земли совсем скоро. Вы готовились к битвам с марта, а запасались всем необходимым еще с конца прошлого года. Вопрос к вам- Вы готовы это все потерять, ничего не добившись? -зал отрицательно крикнул-Вы готовы оставить свои жизни ни за что? -зал ответил так-же -Так не позвольте этому случиться! Бейтесь как на последней битве! Рубите так, будто от силы вашего удара зависит вся Норвегия, нет, весь север! Покажите всем саксам, что мы великие! Пусть они называют Лаврик отдельной страной, а жителей его гостями из иного мира! Весь зал кричал и бил ногами об пол: -Зачем нам всем потери, когда можно грабить резко и незаметно? Корабли готовы, воины вооружены, боги жаждят крови! Через неделю мы вновь встречаемся здесь, а через две плывем в Англию. Зал продолжал рычать и ликовать несколько минут, пока я не увидел Ульви, который желал что-то сказать: -Утихните, мой друг хочет выступить. Ульви, говори. -Ярл Хвитхор, я хочу помочь во время битв. Я давно не держал топор в руке и вряд-ли вновь смогу, но все битвы начинаются со стратегии. Поскольку Гуннар отдал себя богам, я хочу быть составлять планы сражений с вашего позволения. -Тому и быть, старик плывет на Англию! Зал вновь заликовал, но спустя десяток секунд успокоился: -Ярл Хвитхор, я бы хотел доказать богам, что я не трус-сказал Арвид. -В Англии и покажешь. Наша армия хорошо оснащена и обучена; в моей памяти до сих пор виднеется тот город. Вечер закончился пиром. Спустя две недели… -Эйнар, я бы поплыла с тобой, но наш еще нерожденный ребенок не позволит-говорила Инге ранним утром, пока я собирал вещи. -Ты не должна, я бы тебя и так не отпустил бы. Кто-то должен править. И еще, Инге, я убил Магнуса, разошли весть по всей Норвегии о том, что Эйнар Беловолосый-конунг Вестфюльке. Инге потеряла дар речи, а я вышел из длинного дома и пошел к драккарам. Я не хотел устраивать долгих прощаний, ибо от них лишь печаль. Наша армия берсеркеров плыла отдельным кораблем; я взял с собой свой двуручный топор, ведь возможно он понадобиться больше чем обычный. На мне была боевая туника, обычные штаны и обувь, а также шлем, покрывавший мою голову и половину лица. Мы поплыли достаточно крепкой дружиной, в которую включало: несколько десятков драккаров, сотни воинов и еще больше оружия. Все это мы получили после захвата Каупанга и подарков из Уппланда. Я понимал, что по возврату я буду конунгом на официальной основе. Встав рядом с носом королевского драккара я прокричал: -За славой идем мы, ветер гонит нас на запад, богов мы осчастливим или сами падем! Протрубил рог, весла зашевелились, вода закачала драккар, а на берегу послышались ритуальные обряды. Не оборачиваясь я смотрел лишь в направление движения. Англия ждет своих завоевателей. Глава XXXVI”Северяне идут, доставай распятие» Долгие и пьяные дни на корабле казались вечностью. Запасы были на исходе, но дорога была в целом спокойная. Штормов почти не было, а Йормунганд, лежащий на дне моря, не бил хвостом и не создавал тем самым волны. В путешествия брались птицы, они помогали определить нахождение суши: если птица вернется на корабль, то суши рядом нет, а если не вернется то суша близко. В очередную такую проверку птицы не вернулись, все обрадовались и стали готовиться к высадке. Спустя 15 минут мы уже видели сушу и возрадовались. Я сразу вспомнил как плавал пару лет назад на эти же земли. Теплый английский воздух и еще ничего не подозревающие жители. Наконец пришвартовавшись и вступив на твердую поверхность все засмеялись: -Ну что, Арвид, как тебе песок английский? -спросил Ульви. -Приятный, но в то же время противный. -Итак, друзья, мы преодолели длинный путь, нам стоит подняться на этот небольшой обрыв-показал я на стену из рельефа позади меня-там мы сделаем лагерь-сказал я. Огромное количество воинов поднялось на небольшой обрыв, обойдя его сбоку. Перед нами открылся славный вид-поляна длинной больше ста метров, а дальше небольшой лес. Открытое небо и пекущее весеннее солнце. Все замерли и наслаждались видом: -Не стоим, братья, разделим обязанности. Половина людей пускай строят лагерь, другую половину разделим на части и отправимся на исследование территории. Не забудьте повесить на столб Кристофа! Все было сделано как я и велел. Я разделил людей на четыре группы по двадцать пять человек- эти люди шли на поиски, и среди них был я: -Так, следуем по всему периметру, но слишком далеко не уходим. Саксы могут быть повсюду, быть может они уже знают о нашем появлении здесь. Я разделил по отрядам также нескольких берсеркеров, которые не пили отвар, ведь не было надобности. В моем отряде был Арвид. Мы пошли в сторону леса за поляной: -Эйнар, тут земля настолько чудесна, что я бы здесь жил. Какой урожай получился бы! -говорил Арвид идя по полю. -Боюсь соседи здесь не совсем гостеприимные. Дойдя до леса я учуял запах костра: -Утихните! Рядом кто-то есть-сказал я шепотом. Все достали оружие и тихо выстроились в шеренгу. В моей левой руке был деревянный щит, а в правой топор: -Идем тихо, если это группа людей, то окружим и нападем. Но никого не убивайте, поняли? -говорил я. -А если это поселение? -спросил воин старше меня. -Если это пара домов, то нападаем. Если нечто большее-отходим. Встретить группу людей в лесу у костра было бы не совсем обычно, я готовился к худшему. Сердце билось все сильнее. В определенный момент я услышал голоса саксов. Мы как Скоге проходили мимо деревьев и вот завиднелся костер, а рядом с ним пятеро саксов. Они были пьяны. Я показал своим, чтобы они окружили незнакомцев: -Я выйду к ним сначала один, а затем по команде выходите вы-прошептал я. Дружина была наготове, я нервничал, но не сильно. Выйдя к костру из-за деревьев я увидел лежащие кожаные фляги, куски мяса, мечи. Саксы увидев меня резко вскочили и рванули к оружию. Я стоял спокойно, молча. Мои руки были опущены. Саксы начали что-то говорить, по их испуганным лицам была видна их почти нулевая готовность к бою. И тут я засвистел. Из леса вышли все мои союзники. Они рычали и смеялись. Саксы перепугались не на шутку. Они бросили оружие и стали кричать, падая к коленям: -Эйнар, что с ними делать? -спросил Арвид. -Мы возьмем их с собой. Четверых продадим дома, а одного разговорим. Собирайте их вещи и тушите костер, мы идем в лагерь. Глава XXXVII”Знакомство» -Тащи их сюда и свяжи покрепче, сейчас мы будем с ними общаться-говорил я Арвиду, показывая на англо-саксов. Арвид выполнил мою просьбу и встал рядом. В путешествии часто нужен переводчик, чтобы узнавать местность было удобнее. Благо с нами был Кристоф Висящий. От вида былого христианина ни оставалось ничего. Рук и ног у него не было, а тело все было забито орнаментами. Пленники сидели и тряслись от страха, но увидев Кристофа страх превратился в ужас: -Кристоф, переведи-ка нашим друзьям пару фраз-попросил я. Кристофа поднесли к пленникам и начался диалог: -Где ближайший город, и где мы находимся? -переводил Кристоф -Мы находимся в Нортумбрии, ближайшее поселение к югу отсюда. Севернее начинается Шотландия. Что с нами будет? -спрашивал английский житель. -Мы в Нортумбрии. Спрашивает об их будущем и просит пощады. -Передай ему, что если он покажет где это поселение, то его пощадим. Кристоф передал и пленник, забыв о своих, сказал, что все расскажет: -Славно, вечером выберем людей, которые осмотрят этот город. Но если этот христианин нас обманул, то не увидит он больше ничего, не скажет ничего и не услышит ничего-сказал я. Все продолжили обустраивать лагерь, а я вспоминал Англию в мой прошлый визит. Мне казалось, что она совсем не изменилась. Казалось, что Гуннар бы обрадовался, увидев это. Моя мечта начала сбываться, но я все равно нервничал. Вечером мы сели у костра и стали распределять обязанности: -Ульви, поскольку ты будешь воеводой тебе нужно увидеть город, а лучше найти карту. Сможешь ли ты пройти со всеми вокруг города? -спрашивал я. -Конечно смогу, я же викинг. -Славно; Вагни, женщины и берсеркеры остаются в лагере. Нам нужно меньше людей, чтобы аккуратно осмотреться. По окончанию всех этих сборов мы отправились туда, куда говорил нам пленник. Кристофа пришлось взять тоже. На улице было темно и тепло, несмотря на отсутствие солнца погода была замечательна. Ветер был теплый. -Кристоф, передай нашему пленнику, что если хоть что нибудь крикнет: умрет. Кристоф перевел это, а путь продолжился. Спустя двадцать минут пути мы не увидели ни города, ни вещей, намекавших на существование города: -Стойте, дружина-сказал Арвид-разве в город не должны быть дороги или что-то еще? Я думаю, что это ловушка. -Но как? Как они связались с кем-то? Я думаю, стоит спросить у этого-плюнул я в сторону пленника-Кристоф, попроси нашего друга объясниться. Кристоф начал говорить что-то длинное, не похожее по длине на нашу просьбу: -Что ты у него спрашиваешь? -спросил наш воин. -Я спрашиваю про город. Христианин начал что-то говорить Кристофу. -Он говорит, что недалеко отсюда монастырь, а рядом с ним город. Тогда меня посетили мурашки и воспоминания. Я понял, что этот монастырь я грабил еще под присмотром Эгиля и Гуннара: -Что думаешь, Эйнар? -разбавил мои мысли вопрос нашего воина. -Он говорит правду, я грабил тот монастырь. Кристоф, спроси, может ли он найти карту города? Кристоф спросил, но ответ не прозвучал. Пленник начал смотреть за наши спины, а на его лице засияла улыбка: -Стена щитов! Ульви, положи пленника на землю и встань за нами. Все выстроились в мгновенье. Я дал приказ на уровне интуиции. Я не знал, что находится на нами, но когда увидел, то побледнел. Из-за ложбины к нам на уровень поднялся крупный отряд людей. Пленник увидел их факела за нашими спинами. Кристоф плакал, наверняка от радости: -Братья, бейтесь! Их отряд был больше нашего. Я вспомнил свой первый бой в Англии: -Арвид, ты нужен живым. Беги скорее к нашему лагерю и зови всех, мы прикроем луками. У нас было пять лучников в том бое. Наши лучники начали стрелять по тому отряду, а Арвид бежал, укрываясь щитом: -Не волнуйтесь, боги смотрят! -заводил я всех-Ульви, в случае чего, уходи в лес. Остальные, в бой! Мы шли шеренгой на них, укрываясь щитами. Стрелы их разили наши щиты, пока наши стрелы разили их. Оказавшись поближе они рванули на нас: -Держите стену! Их воины врезались в нашу стену щитов, а мы били их топорами. Пролилась первая кровь, упали первые тела. -Друзья, разве это наша сила? Мы же шутим над ними! Доставим же корм воронам! Резко стена щитов развалилась и все оказались в рассыпной. Старик Ульви боролся с пленником, который смог развязать себя, Кристоф лежал и смеялся. Враги были испуганы. Казалось, что прошло лишь пять минут от начала боя.Тел было все больше. Против меня оказалось двое. Я сблокировал удар меча щитом и резко пробил топором бок другого. Теперь против меня был один воин с мечем и щитом, а у меня был лишь щит. Вдруг я почувствовал сзади сильный удар в спину. Последнее, что я услышал был рог. На моем лице завиднелась улыбка, ибо я знал, что пришло подкрепление. В глазах потемнело, конунг уснул. Глава XXXVIII”Сила воли» -Эйнар, очнись. -Эйнар, ты нам нужен. -Эйнар, мы без тебя не сможем. -Эйнар, прошу. -Эйнар, пусть боги помогут тебе. Я лежал на своем святом холме. Меня окружали уже знакомые гномы. Периодически я слышал как меня пытаются разбудить люди, но я вовсе не хотел просыпаться. -Эйнар, ты стал конунгом, мы поздравляем тебя-говорил Торин. -Да, ты славный воин-говорил Текк. -Спасибо, гномы. Я рад быть рядом с вами. -Мы тоже. Но только вот беда, взгляни на небо. Я открыл глаза и начал смотреть на небо. Пышные и снежно-белые облака проплывали в одном направлении. Красоты того сказочного мира оборвались в миг тучами. Гром загремел где-то в глубине неба, а через мгновение пролился обжигающий, но в то же время леденящий дождь. -Ты дал клятву, поэтому если останешься с нами здесь, в Свартальвхейме, то позже окажешься в царстве Хель. Скоро мы уйдем обратно под землю, а ты останешься под этим дождем-сказал Торин. -Я не хочу просыпаться-отвечал я. -Ты должен. Твои мать и отец сейчас не пируют, а плачут; Гуннар в залах Тюра задумывается. Боль от дождя становилась невыносимой, дождь будто вколачивал меня в землю. Весь мир начинал темнеть. Я начал пытаться встать, но меня все сильнее притягивало в землю. -Эйнар, нет! -кричал женский голос у меня в голове. Мир стал полностью черным, пока не послышался строгий голос женщины: -Эйнар Беловолосый, только посмотри на это-меня стал окружать светлый туман-ты догадываешься где ты оказался? -Нет, только не это-нервничал я, понимая, что говорю с богиней Царства Мертвых. -Ты оставил их всех. Смотри в туман. В тумане появилось мое лежащее тело, рядом с ним стоял Вагни, Арвид и остальные люди, кто отправлялся в Англию: -Смотри, Эйнар, это происходит сейчас в Мидгарде. Послышался голос Арвида: -Он не дышит. Я не верю-слезы побежали по щекам друга. -Нет, невозможно, что ты говоришь?! -отрицал Вагни. Туман вновь стал обычным: -Взгляни на Лаврик, Эйнар-вновь заговорила Хель своим грубым голосом. За троном сидела моя беременная жена, по ее щекам также бежали слезы. -Что ее печалит? -спросил я. -Знаешь, Эйнар, когда близкий человек умирает ты чувствуешь это даже на расстоянии. -Ты что, Хель, думаешь я останусь здесь? -спросил я. -У тебя нет выбора, в Англии в твоей руке уже лежит топор, только вот, ты не попадешь к Одину. Я закричал, казалось, что мой крик прорывает туман: -Я не отпущу свою клятву, я убью Хродгейра! Я не опускал руки, поверь мне. Позволь мне проснуться. -*Смех* А ты смешной, Беловолосый. Ничего просто так не бывает. Но тому и быть, давай устроим тебе испытание, мое настроение мне позволяет-сказала Хель и вышла из тумана ко мне. Вид ее был устрашающий. Половина тела живая, как у людей, а другая половина костлявая, как у мертвецов. -Какое еще испытание? -У тебя будет одна попытка: ты вернешься на холм с гномами и попытаешься встать, если не выйдет, то останешься у меня. Я не успел сказать и слова, как мои глаза открылись. Меня нежно грело солнце, вокруг было умиротворение и сладкий аромат меда заполнял мой нос. -Эйнар, ты стал конунгом, мы поздравляем тебя-говорил Торин. -Я вас благодарю, но мне нужно встать. -Останься, тебе не нужно этого делать-говорил Текк. -Я встану-уже почти кричал я. Гномы начали держать меня. -Эйнар, посмотри на небо. -Нет! — крикнул я. По всему моему телу появились порезы, я напрягался и уже сел, сильное давление тянуло меня назад. -Я отомщу за отца! Заревел я и будто взлетел на ноги. -Он очнулся! -крикнул Ульви. Перед моими глазами виднелась крыша укрытия из шкуры, рядом со мной сидел Ульви; у старика была рана на лице. В моей руке был топор. Все мигом прибежали ко мне: -Эйнар, у тебя не было дыхания! -крикнул Арвид. -Похоронить меня вздумали, я готов к бою. Ради Англии и своего народа я вернулся в Мидгард. Что со мной случилось на поле боя? -Сначала с тебя сняли шлем и сзади ударили щитом по голове, а затем еще раз, только ты лежал уже: потом он достал топор, благо ударить не успел-говорил Ульви. Тогда то я и почувствовал сильнейшую боль в голове и уже лег удобнее: -Принесите что нибудь, голова болит. Мне принесли горячую настойку прямиком с костра. На вкус она была горькой. -Расскажите мне, где пленник, где Кристоф, что случилось после битвы? Ульви принялся за рассказ. Оказывается Кристофа убили свои же, стрела поразила его череп. Пленник пытался задушить старика, но тот не дал себя в обиду и убил его ножом в шею-моментальная смерть. Отряд разбили, пленных не брали. Глава XXXIX”Город» Следующие два дня я велел устраивать слежку за городом, а сам лежал в лагере и пытался выздороветь. На третий день был готов план взятия города, а я уже ходил и разминался. Позавтракав утром я спросил у Ульви: -Как город брать собираешься? -Во-первых, мы стали перехватывать их конвои, чтобы люди не получали еду и снаряжение. Одну часть людей я думаю распределить по дорогам, чтобы жители не дали никому узнать о нападении. Дальше мы действуем как ты скажешь: либо ждем и атакуем стратегически, либо окружаем город и берем его приступом. -Устал я сидеть здесь тихо. Нападем приступом. Сколько понадобиться времени до нападения? -спросил я с интересом. -Ну мы готовы, осталось до конца проработать план и напасть-улыбнулся Ульви. Я улыбнулся в ответ: -Готовьте отвары берсеркерам, точите оружие и молитесь богам-народ заликовал и начал готовиться. Я сидел за столом и пил мед, мне нужно было немного расслабиться. Скоро предстоит битва, в которой многие падут. Богиня Хельхейма мне ясно дала понять, что еще шанса не будет. Спустя два дня. Армия воинов стояла готовой для пути на город. У того города не было стен и сам по себе он был небольшим. Наша армия должна брать его с небольшим усилием. -Итак, дружина, вновь мы идем с вами в битву и вновь многих вас я не увижу. Я хочу поблагодарить вас всех. Сегодня мы идем брать город. В нашем распоряжении: отряд валькирий, отряд берсеркеров, отважные дренги, славные лучники. Оружие ковал нам лучший кузнец Норвегии, нет, лучший кузнец Мидгарда! Против нас жалкое подобие армии. Забудьте, что было несколько дней назад, мы тогда были вне готовности. Сейчас мы идем мстить. Вперед же! За Всеотца! За наш народ! За Вальхалла! Идем на город, за богатствами. Армия зарычала, забила об щиты и пошла к городу. Спустя несколько минут мы остановились. -Действуем как оговаривалось, первыми идут воительницы через кусты, там они пробираются в дома и устраивают пожар. Вперед, славные валькирии! Женщины рассредоточились и побежали в сторону города, окружая его. -Берсеркеры! Воины самого Одина! Славлю вас и отдаю уважение. Как только увидите огонь, то бегите рвать всех. Окружите город с четырех сторон и нападайте одновременно отрядами. Если увидите кого-то до нападения то убивайте сразу. После берсеркеров идем мы, четыре отряда за берсеркерами и четыре отряда со сторон между воинами Одина. Таким образом мы окружим их со всех сторон света, образуя шлем ужаса. Воины Всеотца особо не слушали, из их ртов лилась пена, а на телах были лишь шкуры. Двуручные и длинные топоры красовались в их руках. -Вперед, дружина! Все действия были хорошо отточены, каждый знал свою задачу. Половина лучников была на дорогах, а другая половина шла в бой со всеми. Мой отряд заходил с лицевой стороны, поэтому нам пришлось лежать на земле до образования пожара. Ульви, Вагни и еще несколько человек находились в лагере. На мне была боевая туника, шлем и мой двуручный топор. -Готовьтесь братья, вы же чувствуете как страх пытается вас остановить, но этому никогда не бывать-заводил я свой отряд еще больше. Вдруг в городе началась суета. Люди начали быстро ходить, а кто то даже побежал. Они передвигались среди улиц. Нас было всех легко заметить, но мы все равно славно сливались с окружением. Берсеркеры уже не могли находиться на месте. Ожидание. И вот он-долгожданный глобальный пожар. -В бой, медведи! Берсеркеры побежали со своих сторон на город. Стал слышаться крик людей в городе и гул рогов вокруг его. Огонь появлялся постепенно и в других домах, но медведи уже побежали. Как только медведи добежали до города за ними побежали и мы. -Один! -кричали воины-мы достойны! Город изнемогал от такого события. Никто из жителей даже не думал о таком. Добежав до города мы принялись сражаться. Стража всего города пыталась отбиваться, но мы были готовы ко всему. Со стороны полей на город полетел град горящих стрел, предварительно вымазанных в смоле. Узкие улицы города были явно не для нашего набега. По улице бежали жители в слезах и в ужасе; посреди города стоял огромный храм. В этом храме скорее всего находился их олдермен. Дома горели, люди кричали. Я рубил людей своим двуручным топором во все стороны, я мстил за свою травму. На улицах я видел мертвых воительниц: проходя мимо них я прощался с ними. Вдруг я увидел как Арвид бьется с тремя стражниками, я мигом оказался рядом и помог другу. Он стоял в окружении трупов, в крови, с огнем в глазах и улыбкой до ушей, он рычал и смотрел на меня. -Арвид, пойдем навестим главу этого города-крикнул я. Арвид кивнул и мы, вместе с другими воинами, пошли выбивать дверь. Внутри молились люди, а посреди помещения стоял епископ вместе с олдерменом. -Эй, олдермен! -крикнул Арвид-Иди сюда! Олдермен стоял спиной и молчал, он смотрел на христианский крест. Арвид пошел в его сторону, попутно рубя всех, кто стоял на его пути. Я медленно шел за ним. Когда Арвид дошел до старейшины, тот развернулся к нему лицом и сказав что-то на своем языке достал из рукава клинок. -Арвид! Нет! -крикнул я. Было поздно, Арвид не успел среагировать и с кинжалом в шее упал на колени, а позже всем телом. Кровь его залила чистый пол. Тогда я обезумел. Я снял шлем и развязал тунику. Христиане смотрели на мое ужасающее тело и крестили себя, нос драккара смотрел туда, куда я смотрю, руны красовались на моем теле, шлем ужаса горел огнем Муспельхейма. -Арвид, Один примет тебя, но я отомщу. Я рубил всех, кто сидел, кто лежал и кто стоял. Дойдя до священника и олдермена я воткнул топор в голову священника, оставив его в черепе. После глухого звука удара и падения тела я взял олдермена за воротник. -Ты меня не понимаешь, но есть язык, который понимают все. Ты не умрешь так ничтожно, это я тебе обещаю-сказал я. В глазах его был испуг, а в моих жаркий огонь. Я хотел причинить ему ужасную боль за друга и вырубил его ударом головой в нос. Я нанес три таких удара, прежде чем он уснул. Дальше я снял кольцо с пальца Арвида и положил его к себе в карман, чтобы в будущем отдать его жене павшего. К этому времени в храм зашли мои люди: -Эйнар, что прикажешь делать? -спросил молодой воин, лет 15. -Убейте здесь всех, если город пуст то грабьте, также заберите тело Арвида в лагерь. А ты подойди сюда. Воин подошел. -Как тебя зовут? -Я Хавр, мой отец был одним из близких друзей Эгиля. Его убили четыре года назад. -Почему я тебя раньше не видел? -Это моя особенность-сказал Хавр-меня редко замечают. У Хавра было доброе лицо, но по нему было видно, что он устал. -Иди грабь, Хавр, потом поговорим. Мальчишка убежал и я осознал, что Арвида убили. Я вспомнил как он боялся, что не попадет в зал Одина из-за того, что боится. Арвид храбрейший человек как оказалось. В голове промелькнуло его поселение с хижиной вёльвы, а также как они приняли меня, когда я бежал из Лаврика. -Хвала тебе, Арвид. Вдруг я вспомнил о человеке, который убил Арвида и велел его унести в лагерь тоже. Забрав свой топор из головы священника я пошел посмотреть на город. Парни постарались и живых почти не осталось. Берсеркеры сильно хотели спать, но им предстоял еще путь в лагерь. Больше половины отряда воительниц выжили и это славно. Больше планов на Англию у меня не было и уже через полчаса все шли уставшие, с полными сундуками золота и серебра. Радость исходила от нашей дружной компании, ибо мы победили. Вечером у костра… -Братья, я знаю, вы устали. Но мы викинги! Мы вновь поставили на колени Англию! За это мы выпьем. Сколь! Все закричали и выпили все рога до дна. -Но еще случилось печальное; многие наши друзья сейчас пируют с богами, но мне удалось оставить в живых одного виновника. Он оставил женщину и ребенка без отца! Он убил Арвида прямо в их святом месте. Он сейчас здесь! -Тащи его сюда, конунг! -кричал пьяный Вагни. -Друзья, я любил Арвида. Перед тем как мы его похороним я хочу устроить олдермену подарок. Раздевайте его и нагрейте железо до красна. Повесьте его руки к столбу, чтобы он стоял. Через пять минут я подошел к олдермену и сказал: -Ну что, молись своему богу. Олдермен не понял, но это было неважно. -Прижгите ему тело братья, пусть это сделают как можно больше людей. Клеймите его по всему телу! Народ ринулся к человеку и началась пытка. Крик убийцы звучал на всю окрестность, но нас это только веселило. -Довольно, дружина, дайте я посмотрю на него. Люди отошли и я увидел олдермена, который был похож на зажаренное мясо. Я подошел и похлопав его по обожженному телу сказал: -Ты чего, друг? Крик продолжился. -Вагни, принеси гвозди подлиннее. Сами думайте, как их использовать. Я пойду спать, а завтра собираемся и уезжаем. Засыпал я под крики и смех, но больше меня трогал факт нашей победы. Я легче перенес смерть друга, не из-за того, что он был мне безразличен, а из-за того что стал сильнее после смерти Гуннара. Наша цель достигнута, скоро поедем домой. ГлаваXXXX «Возрождение конунга» Как и оговаривалось раньше мы решили отправиться домой на следующий день, ибо король Нортумбрии явно разгневался бы, узнав, что мы сделали с его городом. Утром народ крепко спал после ночного пира, но я знал, что пировать мы будем дома по настоящему. Тот город сгорел дотла и не подлежит восстановлению, в этом они убедятся совсем скоро. Рано проснувшись я встал и пошел завтракать, на завтрак были ячменные лепешки, которые мы брали еще в Лаврике и ячменная каша. Тело олдермена того города вовсе не было похоже на олдермена вчерашнего утра: наш народ постарался отомстить за Арвида как следует. Наша жестокость была спровоцирована, ибо они оскорбили нас. -Вставайте, дренги! Домой пора собираться. Эй, Вагни, а ну подъем. Как вы умудрились напиться так сильно вчера? Рядом со спящим Вагни я увидел грибы и все понял. Из более менее бодрых людей был только я и Хавр. -Доброе утро, конунг Хвитхор-поприветствовал меня Хавр. -Доброе. Эй, ты вчера грибами случайно не баловался? -Нет. Ну по твоим глазам видно иное, ладно, пошли, нам надо укрыть камнями тело Арвида, поскольку сжечь мы его не сможем. Хавр кивнул и мы понесли тело усопшего к берегу. Собрав камни в форме очертания драккара мы положили тело, рядом оставили вещи Арвида и попрощались, укрыв само тело крупными камнями. Спустя час мы вернулись к лагерю, но никто до сих пор не проснулся. Тогда я начал действовать решительно. Будить пришлось силой. Я подошел к Ульви и попытался растолкать его, но тот настолько крепко праздновал свою победу, что отвернулся от меня и захрапел. -Хавр, тащи воду и обливай их. Спустя еще полчаса лагерь был заполнен кислыми лицами: -Народ, вы слишком крепко выпили. За такое вас следует проучить, но времени нет. Собирайте вещи и грузитесь на корабли. Дома нас ждут семьи. Сложнее всего было разбудить берсеркеров и Вагни, но эта задача была выполнена. Вскоре мы уже плыли домой. Берсеркеры на отдельном драккаре решили не медлить и сразу же начать продолжать пир. Я не был против, потому что в море холодно, а чтобы не умереть от холода приходиться пить, причем много. Награбленное пришлось размещать по всем драккарам, ибо было так много золота и серебра, что ни один драккар бы столько не унес разом. Долгие дни, выпивка, похмелье, ячменные лепешки. Спустя несколько дней мы наконец увидели родные берега. С каждым поворотом весла на пирсе было все больше и больше людей. Мы протрубели несколько раз, а когда пришвартовались то нас начали встречать с объятиями и слезами. Каждая жена искала своего мужа, а каждый муж жену. И тут я увидел ее: прекрасная Инге стояла со слезами. -Жена моя, я жив. Тебя дурманили духи, твой муж жив. Инге стояла и даже не подходила. -Инге, ты меня этим оскорбляешь. Обними же мужа, который взял город англов! Спустя еще десять секунд Инге подошла ко мне и погладила меня по щеке: -Ты не видение? -спросила она дрожащим голосом. -Ничего не понимаю, Инге, я вернулся. Я избежал смерти. Судя по всему я мог и не возвращаться-оттолкнув жену отправился я в длинный дом. Меня пробирал гнев и обида. Все это ради счастья жены делалось, а тут такой прием. Я подошел к бочке с медом в длинном доме и полностью опустил свою голову в мед. Позже я сел на трон. Вдруг в длинный дом ворвалась Инге. По щекам ее текли реки из слез: -Муж, я прошу тебя, прости меня. Я не сплю уже несколько недель. Меня пробирает кошмар, и я была уверена в твоей смерти. Инге подбежала ко мне и стала бросаться в ноги. -Знаешь, жена, я столько пережил за это время. Могла бы и устроить хороший прием. Арвид погиб, меня чуть не убили, а ты такое устраиваешь. Я скучал по тебе. Я встал и крепко обнял жену. Ее тело было приятнее любого золота, ибо от него исходила любовь. Через час длинный дом был забит людьми, а Инге все еще обнимала меня. -Жители Лаврика! Как я рад это снова говорить и видеть всех вас. Как вы уже знаете, я теперь конунг наших земель. Вскоре я позову к нам в гости ярлов, чтобы обсудить союз. Хочу вас расстроить, но в то же время обрадовать. Начну с печального, Арвид умер. Человек, который дал мне и моей покойной команде кров и еду. Я знаю, что его жена и родные здесь. Я снял с его пальца кольцо, чтобы отдать его тебе-сказал я, указав на плачущую жену Арвида. Теперь хорошие новости. Англия боится своих хозяев из Лаврика! Мы разбили их город, убив всех живых. Пламя окутало все тела их. Там же похоронены наши воительницы. Они сгорели вместе с городом. Мы забрали все, что было в городе. Также мы привезли жалких рабов. Набег вышел славный, хоть и с потерями. Сегодня вечером мы устроим славный пир, а пока, вы свободны. Длинный дом кричал и ликовал. Это было очень родным. -Инге, я хочу тебе кое-что сказать-обратился я к Инге. -Что? -Я люблю тебя, жена. Меня разбил твой прием, но сейчас я полностью отдан тебе -И я тебя люблю, Эйнар. Вечером… -Сегодня великий пир. Для кого-то это поминки, но для большей части из нас это пир. Помимо меда сегодня я рекомендую поесть грибов. Мы должны уединиться с природой, чтобы получить желанное. Пейте и веселитесь, да так, чтоб павшие в Вальхалла завидовали, сколь! Глава XXXXI «Конунг» Несколько дней пировал наш гордый народ. Похмелье превращалось в очередной пир, а пир в похмелье. Я не думал о своем бытие и только пил. Сначала поминал Арвида, а потом праздновал взятие города. спустя неделю пьянок Инге попросила заканчивать, ибо в ее чреве ребенок и она не могла пить также как мы. В очередное тяжелое утро я решил поднять тему своего статуса среди народа. -Жители Лаврика, нет, семья моя, я славлю свой статус и богов, которые позволили мне стать конунгом. Скоро к нам приедут гости, а через какое-то время я отправлюсь на Восточные Земли. Нас зовут на помощь союзники из Вирланда, которые воюют с Хродгейром Острым! -Эйнар, ты же хотел отомстить этому Острому, так? -крикнул воин. -Хотел и отомщу. Восток достаточно дикий, но нам стоит там побывать. -А зачем нам воевать где-то далеко? -крикнул Вагни. -Я дал обещание. У нас союз. Ладно, сменим тему. Я рад, что вы находитесь здесь даже в состоянии похмелья. Скоро мы будем сражаться и побеждать: вы жаждете этого? -Конечно жаждим! Столько золота после Англии лишь раззадоривает! -крикнул Ульви и народ отреагировал также. -Ну тогда вы должны хорошо показывать себя. Вы должны много тренироваться и побеждать свои недостатки. В бою вы должны думать только о победе, а не о других вещах. Говоря о гостях я имел ввиду знакомых ярлов и конунгов, ибо я уже имел большую роль в жизнях людей. Спустя пару дней. Лаврик был в порядке. Он выглядел великолепно, но необычно тихо. Все это было связано с тем, что к нам едут ярлы и конунги разных земель. Я стоял в свободной льняной рубашке у длинного дома и думал о разговоре, буду честен, я сильно нервничал. Ветер совсем медленно дул, а солнце активно жарило. -Эйнар, скорее, гости приехали-сказала Инге. Я сделал гордый вид и продолжил стоять у входа в длинный дом. На встречу к себе я увидел несколько групп людей, но шли они раздельно. С первой группой ко мне подошел Орм: -Рад тебя видеть у себя, забудь о том, что было в Уппсала-сказал я. -Привет, друг, такое не забыть. Мы думали, что вас убили, как тут, через какое-то время, появляется новость о неком конунге Хвитхоре, который поставил Англию на колени. -Правду говорят, заходи, твоих людей мы определим в хлев-сказал я, пожав предплечье союзнику. Следующим ко мне подошел высокий и крепкий человек, он был похож на берсеркера.Мы стояли молча, никто не проронил ни слова, но в глазах его я видел нечто необычное. Время будто остановилось, остались только мы с ним. Наши глаза ни разу не моргнули, до того момента, пока не подошел Вагни: -Кто это? Чего вы стоите так? Что случилось? -Я вижу в его глазах что-то родное и опасное-сказал я, не отводя глаз. Гость молчал. -Где твой отряд? Гость фыркнул и сказал: -Я один явился. Я посмотрел на Вагни, а затем снова на этого йотуна: -Как тебя зовут? -Торбьорном меня назвали. -Ярл земель каких ты? -спросил Вагни -Я ярл леса, меня изгнали много лет назад и я пришел к тебе-сказал загадочный гость и показал клеймо на лбу, сняв капюшон перед этим. -Итак, Торбьорн, чего ты желаешь? — спросил я -Желаю жить у тебя, возле леса. -А что ты дашь нам? -спросил я с ухмылкой -Я защищу народ от бед, а тебя от поражений. Ладно, потом поговорим. Добро пожаловать ко мне! Дальше шла еще одна особа, которую я отлично знал. Я был готов к многочисленному количеству ударов и слез. -Эйнар! Сволочь ты этакая! -подбежала она и начала меня бить. -Успокойся, гость с востока. Глаза Эрны были залиты слезами, она хотела плакать, но была также зла. -Заходи, познакомься с моей женой. Я продолжил дальше стоять и ждать людей. А когда все пришли, в длинный дом вошел и я. -Здравствуйте гости, кого-то здесь я уже знаю, но большинство лиц мне незнакомы. Вы помните меня мальчиком-воином и волнуетесь, как же этот титул достался мне, ведь ответственность действительно огромная. Начнем же долгий разговор! Глава XXXXII «Тяжелая ноша» В длинном доме было много значимых людей, на длинном столе стояло много еды, но она выступала лишь как дань уважения. Все люди были немного взволнованы, но больше волновался я. В очаге лежали угли, на скамьях сидели люди. -Эйнар, многие из нас считают, что твой титул тебе достался нечестно и по-случайности-говорили люди из севера. -Что же я сделал такого? Я защищался, но в конечном итоге получил то- о чем и не мечтал. -Ты изгнанник, а это уже делает тебя ниже всех остальных. Мы не представляем как тебя люди слушают-плевались и смеялись они. -Всеотец говорил, что люди в гостях должны вести себя культурно. Я не вижу от вас никакого уважения-отвечал я. -Что ты знаешь про Одина? Ты же просто мальчишка изгнанник. Мы с тобой союз вести не станем. -Сдались вы мне.-сказал я про себя- Ну так зачем вы приехали? Вы сами знаете законы, меня изгнали будучи ребенком. Тут в диалог вступил Орм: -Эйнар прав, он ничего не сделал. Главное, что он сейчас конунг. Давайте сменим тему. -Итак, я хотел бы объединиться в союзы с вами, ответ остается за вами-предложил я-поднимите руки, кто желает того же. Из зала, который был наполнен людьми было всего три руки, поднятых в воздух. -А остальные? Мы же с вами общались в Уппсала об этом. Вы все согласились и давали слово на браслетах. -Многого хочешь, Беловолосый-сказал кто-то из длинного дома. Люди стали собираться и резво уходить. Я сидел в длинном доме и просто молчал. Меня обнимала Инге, пытался разговорить Вагни, смотрел Ульви и сидели три особы, которые подняли руки. Эти люди были: Эрна, Торбьорн и Орм. -Знаете, я даже не могу вам ничего сказать. Я опустошен, но давайте обсудим союз-сказал печально я. К вечеру… Орм, Эрна и Торбьорн остались на ночь у нас вместе со своими отрядами. Я хотел чтобы гости были хорошо готовыми к возвращению домой, ибо Эрна вообще приплыла из Восточных Земель. В длинном доме были жители Лаврика и отряды новых союзников, все пили и знакомились. Но я с Инге сидели в нашем спальном месте. -Эйнар, что с тобой? Не стоит расстраиваться из-за всего этого. -Да к Хель их всех. Люди не ценят то, что я делаю. Наша армия разграбила город англов и вернулась в золоте, а они так относятся ко мне. -Забудь о них и расскажи кто такой Торбьорн-спросила Инге, оперевшись об мое плечо. -Эх, знал бы я. Думаю, что Гуннару он бы понравился. Я стал думать не о том. Мне нужен Хродгейр Острый, который прячется на Востоке. Мне нужно стать мудрее. -Как? Я встал и пошел в сторону выхода: -Спокойной ночи, моя любовь-сказал я Инге напоследок. Я шел в сторону выхода, вокруг меня пели и веселились люди, но я будто их не слышал. Я шел, не обращая внимания ни на кого. На улице было комфортно, ведь солнце уже село и не пекло. Все было достаточно светлым, ведь у нас на севере летом ночи белее снега зимой. Я пошел на свой холм и думал. Аромат теплого воздуха заставлял что-то вспоминать и думать. Через двадцать минут раздумий и слабо доносящегося шума людей в длинном доме, я услышал шаги. Я был опустошен, мне было без разницы. Огромная фигура, напоминавшая медведя, близилась ко мне. -Здравствуй, Торбьорн. Он прохрипел и сел рядом. Похоже, что он много лет молчал, ибо речь его была не связанной и странной. -О чем ты думаешь, конунг? -Думаю о том тинге. Торбьорн надменно засмеялся. Его лицо было все в растительности, одежда рваная и грязная. На нем были разные мешочки и фляжки. -Чего смеешься? -Я всю жизнь воевал, всю жизнь искал себе врагов, но никогда не волновался о политике. Мне важно всегда было выпить и подраться. -Сколько же тебе лет, йотун? -Я потерял счет, но в битвах я участвовал во многих. Пару десятков лет назад меня изгнали. Я наблюдал за Лавриком еще с рождения Инге у ярла Эгиля. Я видел как ты убивал Сигурда здесь, видел как ты делал свою лиру после грибов. -Откуда ты знаешь про грибы? Вёльва мне говорила, что они необычные-заволновался я. -Старая тебе могла сказать многое. Главное то, что я видел всю твою жизнь. Я приглядывал за твоим городом, пока ты был у Свеев. -Почему ты сейчас показал себя? Почему не раньше? -Я помогу тебе достичь мудрости. Ты познаешь древность, а быть может станешь ее частью-прозвучал низкий басс великана. После этого диалога не было: либо монолог с моей стороны, либо тишина. Время незаметно пролетело и уже стало светлеть. Спустя часов молчания со стороны гостя он наконец спросил: -Ты организуешь мне жилье? -Помнишь место где я делал лиру? оно было славное, там то мы и построим тебе хижину. Торбьорн кивнул и дал мне фляжку: -Выпей за знакомство. Я недолго думая выпил и через десять минут в глазах стало двоиться. -Это настойка из трав, тебе не навредит-сказал Торбьорн и я отключился. Последнее, что я почувствовал- что-то плоское и теплое было на мне. На утро я проснулся в отличном состоянии. На мне была шкура большого животного. -Доброе утро, Боги. Глава XXXXIII”Решение» После той странной ночи я был в хорошем настроении. Меня ничего не тревожило, ибо настойка, как оказалось, была славная. Я не знал где этот мудрый викинг взял шкуру животного, но было приятно. Когда я пришел в длинный дом гости собирались, но увидев меня прекратили: -Эйнар, где ты был? -спросил Орм. -Гулял-сказал я-прогулка затянулась просто. Я не стал им говорить ничего про Торбьорна, которого, кстати, не видели с вечера. -Удачной дороги вам, союзники, хотя нет. Эрна, останься. Эрна подошла ко мне и я предложил ей отойти в сторону. -Эрна, я сейчас хорошенько подумал. Знаю, это решение должно быть хорошо обдуманным, но все же-заговорил я. -В чем дело? Хочешь извиниться за убитого человека с Востока? -посмеялась Эрна. -Твой смех слетит в миг, как головы саксов в Англии от топора моего. Я собираю армию и отправляюсь воевать на Восток вместе с тобой. Смех действительно закончился. -Если ты шутишь, то я разозлюсь, конунг Хвитхор. -Я осознал многое. Очевидно я не стану отправлять к тебе большую часть армии, но поедут лучшие воины и берсеркеры. Нам помогут также боги-сказал я, погладив молот Защитника Мидгарда, висящий у меня на поясе. -Тогда полагаю, что я остаюсь в Лаврике. Я кивнул и отправился сообщать Инге эту новость. Я не ожидал бурной реакции с ее стороны, а это было зря. -Эйнар, что с тобой происходит? Что за решения? Твой вид бледен, а руки трясутся. Сначала ты уходишь на ночь, затем отправляешься на войну, а что дальше? Примешь христианство? -кричала Инге, попутно бросаясь в меня разными вещами. -Язык-то прикуси, я скорее без головы останусь, чем надену их крест на себя. Со мной все в порядке, просто ты слишком нервная. -Я нервная? Может это тебе пригляделась эта Эрна? Я засмеялся и ушел. Мне вслед слышались оскорбления и разные выражения, но я шел к Ульви. Когда я дошел до пирса, то увидел веселого Ульви, который играл с другими моряками в Хнефатафл. -Эй, Ульви, ты не знаешь где Торбьорн? -Привет, друг, не знаю. Я видел его утром, он шел в лес. Меня сразу же просквозило здравой мыслью и я почти побежал в лес, в то место где я делал лиру. Когда я дошел, то увидел Торбьорна. Он активно делал себе небольшое укрытие. -Ты же знаешь, что мог просто попросить, и я бы дал людей на помощь? -спросил я, опираясь на ствол дерева. -Я привык делать все сам, так больше уверенности в качестве результата-прозвучал скрипучий и басистый голос изгнанника. -Умно. Давай помогу. Торбьорн посмотрел на меня и спросил: -Зачем ты пришел? -Мне нужен совет. Торбьорн фыркнул и заявил: -Ты просишь совета у изгнанника. -А ты попросил жилье у такого-же изгнанника. Взгляд таинственного человека изменился. -Ты сможешь взять вновь двуручный топор, испить отвара и отправиться на войну? -продолжил я. -Что ты задумал, мальчишка? -Война на востоке, отомстить желаю. -Помню я твоего обидчика. Он не так прост каким кажется-посмеялся Торбьорн -А я с ним говорить не собираюсь, мне нужна его кровь. Торбьорн отвернулся и продолжил строить себе жилье. Я стоял и не понимал, что происходит. -Послушай сюда, дренг, я конунг. Ты должен меня слушаться-закричал я и попытался схватить великана со спины. За одно верное движение я оказался на земле, на мне сидел Торбьорн, положив тяжелую руку мне на шею. Я никогда не видел такой реакции и силы, человек явно многое пережил. Он сидел на мне и молчал, смотря мне в глаза. В тот момент меня настиг ужас: я никогда не испытывал такого страха. Глаза Торбьорна были наполнены болью и ненавистью, в них не виднелось души. Воздух верно уходил безвозвратно, но тут гигант произнес: -Я согласен воевать Жутко засмеявшись он отпустил меня и отправился дальше к строительству. Я встал и закашлял, в один момент кровь начала выходить вместе с кашлем. -Отдохни, Эйнар. Глава XXXXIV «Ужас города Лаврик» -Знаешь, а Один ведь отдал свой глаз будучи молодым и красивым воином. Как думаешь, зачем он это сделал? -спрашивал я, сидя вечером у костра, у Торбьорна. -Очевидно же. Он хотел обрести мудрость, а чтобы получить что-то- необходимо что-то отдать. Треск костра заставлял все ощущения обостриться, ибо мы были наедине с природой. У костра сидели два изгнанника с тяжелой судьбой и общались о богах. -Эйнар, что-то ты запозднился. Тебя всяко жена ждет-говорил Торбьорн. -Не ждет она меня. Женщина совсем сдурела из-за ребенка в чреве, я полагаю. -Я многое видел и многого достиг, я общался с природой и приносил жертвы, но никогда не мог понять женщину. Кажется, что это некая стихия, которую невозможно освоить. Она тебя ранит и одновременно ласкает, никогда не знаешь чего ожидать, но исключить их из нашей жизни и мы падем. -Ты мудр и необыкновенно разговорчив сегодня. Ты говоришь о женщинах будто тебя сильно ранило прошлое чувствами-начал я спрашивать дальше, чтобы узнать про прошлое изгнанника. -Я воин, юный конунг, меня ранило лезвие. Ладно, я пойду. Встал Торбьорн и пошел к себе в хижину, точнее, он прошел пару метров и завалился в свою берлогу, ибо мы сидели возле его жилья. Немного посидев и послушав треск костра, смешанный с ощущениями теплого ветра, я встал и пошел в сторону города. Я не ожидал никого встретить, как неожиданно увидел Эрну. Она шла мимо строений и смотрела по сторонам, будто что-то изучая. -Эй, Эрна-окликнул ее я. Девушка резко обернулась и вопросительно на меня посмотрела. Тем вечером я посмотрел на нее с другой стороны. Ее жесткий характер мне показался чем-то необычным, однако я сохранял хладнокровие. -Эйнар, почему ты не спишь? -спросила меня Эрна. -Хочу спросить то же и у тебя. -Я просто гуляю, не могу уснуть. Пойдешь со мной? Я кивнул и повел ее на свой холм. Она стала смотреть свысока на фьорд, будто редко видит их. -Эрна, неужели на Востоке нет таких-же фьордов-спросил я, посмеиваясь. -Ты не поверишь. Мой восток наполнен другим. У нас так-же играют на тальхарпах и пьют эль с медом, но природа другая. Я слушал Эрну достаточно внимательно, отвлекаясь на небольшой озноб. Периодически меня трясло, а затем бросало в жар. -Эйнар, ты меня слушаешь? Твой вид совсем плох. Я сидел на траве и смотрел на Эрну; в моем рту почти не было слюны, а в голове мыслей. -Что с тобой? -Эрна, позови Торбьорна-сказал я и почувствовал сильную пульсацию головы, а также тошноту. Эрна побежала в сторону леса и кричала имя изгнанника, но поскольку не знала где именно он живет, просто бежала куда глядят глаза. В моменте, когда девушка совсем ослабла из-за зарослей вышел Торбьорн: -Что случилось? Эрна, пытаясь отдышаться, наконец сказала: -Эйнару худо, он лежит на холме у фьорда. Он попросил твоей помощи. Буквально за какие-то мгновения они добежали до меня. Я помню лишь отрывки из их диалога. Весь остаток ночи меня мучила лихорадка и бред. Сил моих уже не было к утру, а состояние было хуже. Было принято решение донести меня до длинного дома. В городе была паника, люди кашляли, лежали на земле или сидели дома. Неведомая болезнь настигла наш город и меня она тронула как и многих других жителей. Удивительно, что все заболели в одно время. Периодически я просыпался и слышал голоса разных людей. Я отчетливо помню холодные руки Инге, которые гладили мои щеки, помню голос Вагни и кашель Ульви. Через пару дней люди стали умирать, а мне стало полегче. Инге держалась крепко и даже не простудилась, в то время как я трясся от высокой температуры тела. Одним утром я услышал очень знакомый голос, то был голос Хавра. Того самого парня, который помогал мне будить народ в Англии. Открыв глаза я увидел Хавра, который сидел у тела какого-то человека. Юный воин плакал, а я не мог понять всей ситуации. Хриплым голосом я произнес: -Хавр, кто это лежит? Хавр повернулся ко мне лицом и я увидел лицо усопшего. Старик Ульви покинул нас. Я не мог горевать, ибо не понимал до конца. Хавр подружился с Ульви еще сразу после поездки в Уппсала, но я этого не замечал. Ульви спасал мою жизнь и был славным человеком. Печально осознавать, что такой человек ушел к богам. Глава XXXXV”Мрак» В те печальные и темные дни люди совсем забыли об обязанностях, но оно и неудивительно. Болезнь стала отступать, но оставила после себя осадок из смертей и горя. От меня болезнь ушла так-же быстро, как и пришла, но вот некоторых других людей она забрала с собой: -Старик Ульви, ты был славным человеком. Я смотрю на твое усопшее тело, а на моей голове красуется нос драккара, который ты мне сделал. Я всегда буду помнить о тебе и позабочусь о Хавре. Отправляйся же к богам, славный человек-сказал я и ушел с похорон. Там многих мертвых больных сжигали, а мне не хотелось смотреть на это. В длинном доме была уборка: все грязные шкуры были помыты, столы вытерты, а посуда расставлена. Посреди длинного дома, у очага, сидела моя жена Инге и о чем-то думала. Я подошел к ней и погладил ее по плечу, а затем сел рядом и обнял. Тишину прервал ее необычно грустный голос: -Ульви всегда говорил, что было ошибкой оставить все и уехать из Уппсала, ибо сын богини Соль оказался обижен перед смертью. Он больше всех волновался и больше всех получил. -Неужели ты меня винишь в его смерти? -спросил я, отодвинувшись. -Эйнар, я говорю о том, что умер важный человек. Хватит уже проводить время с этим незнакомцем. Что он тебе дает такое? По нему же все видно! -По мне тоже многое видно, но если узнать меня, то узнаешь правду, которая намного жестче ожиданий. Я не понимаю что происходит между нами. Инге молча на меня смотрела, а через несколько криков ворона заявила: -Убьют тебя на востоке, муж. В горе и слезах тогда захлебнусь я. Оставь ты месть! Не уезжай! -схватилась за мою тунику жена и начала плакать. Я обнял ее вновь и промолчал; в голове у меня были разные мысли. Я решил не оставлять жену и остался с ней в длинном доме до поздней ночи. Когда она уснула я, встав с кровати, оделся и пошел к Торбьорну. Пробираясь через мощные стволы деревьев я услышал мелодию, напоминающую плачущий скрип. У своего жилища сидел Торбьорн и водил смычком по струнам тальхарпы. Рядом с ним горел костер, дым от которого уносился к кронам деревьев, а позже в сумерки. Мудрец сидел и с закрытыми глазами играл на трех струнах. Я прежде не слышал такого, но услышав один раз, отпечаток остается на самой душе. Я молча подошел и сел рядом, чтобы дождаться окончания мелодии. Через несколько минут изгнанник открыл глаза и перестал играть. Без особого удивления он поднес к огню два кубка с какими-то травами и тогда уже обратился ко мне: -Как здоровье? -Сойдет. Меня поражает твоя игра на тальхарпе. Ты будто играешь на струнах души, заставляя просыпаться все эмоции. Я часто играл на лире, но не настолько душевно. -Потому что я не играю, это моя душа вырывается со скрипом струн. Посмотри наверх, сквозь кроны летит дым, а ветви медленно двигаются. На деле, они танцуют своими руками-ветками, дым их украшает, а мелодия дает ритм. -Это очень мудро. Моя жена не хочет чтобы я шел на войну с Хро. -Тише, Эйнар. Смотри на танец природы и испей эти травы. Услышь как птицы подпевают. Волчий вой прорезает эту песнь. Я начал пить горячей отвар, с приятным кислым вкусом, смотреть на кроны, а Торбьорн начал играть на тальхарпе. Песнь звучала чудесно, мрак пропал, разум стал чистым. На моих глазах появились слезы, ведь я почувствовал настоящую радость. Мои чувства были оголены, а мудрец играл на них смычком. Так и началось празднование Мидсоммара (летнего солнцестояния) Глава XXXXVI”Мидсоммар» В моей короткой, но интересной жизни было много разных событий. Судьба моя сложная, но я со всем и всегда справлялся. Я был занят планированием будущего набега на восток. К началу осени должен был родиться мой ребенок, но я об этом не думал. Мне нравилось представлять восточную природу, а не свою семью. Я задумался о своей жизни, о тех видениях и других вещах. Мне показалось, что я вовсе потерял реальность, ибо я не знаю где правда, а где мои грезы. Для своего возраста я слишком много пережил, но я люблю это состояние. Меня тошнит порой от окружения. После смерти Гуннара во мне не осталось позитива, я больше не хочу видеть жену. Мне хочется пользоваться тем, что дает мне жизнь. В моих планах отпраздновать Мидсоммар и отправиться на восток. Я сидел у Торбьорна и смотрел на тлеющие угли, мне просто доставляла удовольствие эта жизнь. В городе уже вовсю шла подготовка к празднику. Мне казалось, что после болезни народ захочет отдохнуть, но они хотят веселья. -Пожалуй, это последний праздник перед переменами-сказал я ненароком вслух. -Я тоже чувствую неладное-проговорил Торбьорн. -Жена сказала, что я умру на востоке в погоне за местью. -Славная смерть, парень, да только печально мне на тебя смотреть. Что ты знаешь о жизни? -Ты сам такой как я, тебе ли не знать эти чувства? Я будто стою между духовностью и миром физическим. Скорее всего я ухожу в себя-сказал я, запив эти слова медом, из принесенной мной бочки. -Я тебя понимаю, но сегодня ты нужен людям. Пускай они не знают о чем ты думаешь, но праздник должен быть. Я нехотя встал и начал отправляться в сторону города, но остановился и спросил: -А ты сам-то придешь? -Меня народ не любит, а я не люблю народ. Я отвернулся и ушел. В голове столько мыслей, но чего-то определенного нет. Похоже я совсем был опустошен. В городе все было сделано под праздник, огромный костер стоял у входа в длинный дом. Натянув улыбку и выпрямив грудь, я пошел в длинный дом. Я поприветствовал всех жителей и пожелал хорошего праздника. В спальне сидела жена, ее живот уже сильно походил на бочку с медом. Я пытался начать диалог, но получалось неловко: -С праздником. Инге кивнула и опустила голову. -Что между нами происходит, Инге? Инге подняла голову и совершенно спокойно заявила: -Если ты уйдешь на восток, то я больше не впущу тебя в Лаврик. Ты разобьешь мне сердце. Я совсем потерял суть происходящего: -О чем ты говоришь? Я всю жизнь шел к этой войне. -Я просто люблю тебя. Я уверена, что ты умрешь на востоке. Хродгейр тебя достанет быстрее чем ты его. -Давай это обсудим после праздника, ладно? -предложил я. Инге ответила: -Навести Хавра, он сидит у пирса совсем один. Я посмотрел на Инге и молча ушел. На пирсе действительно сидел Хавр. Я услышал его всхлипы и тихую речь, а когда подошел, то смог распознать пару предложений. Парень горевал- он скучал по Ульви. Я сел рядом с ним на пирс и сказал: -Нечего тебе делать здесь, пошли со мной. Волны шли в берег, а на улице было достаточно прохладно. Вечер наступал. На Хавре была синяя туника, которая была достаточно большего размера, чем парень. Я повел его к хижине Торбьорна и посадил на бревно, которое мы принесли с Торбьорном, чтобы было удобно сидеть у костра. -Я понимаю твою печаль, Хавр, я помню как умирал Гуннар. Мне пришлось убить свою мать, я потерял Арвида в Англии, а также Ульви здесь, мой отец умер на моих глазах, а я ничего не мог сделать. Я замечательно знаю твои чувства-начал я говорить ему. Хавр вытер слезы с глаз и спросил: -А как мне пережить это? В разговор вмешался Торбьорн, который вышел из своего жилья: -В твоем вопросе уже есть ответ. Тебе нужно просто пережить. На моих глазах убили моих родителей и брата, я жил в пустой берлоге медведя, которую я немного увеличил. До семнадцати лет я придумывал планы мести, но был слишком труслив для действий. Днями я медитировал, добывал еду, молился, а ночью залезал в берлогу, накрывался шкурами и спал. Однажды в берлогу пришел ее владелец, а я в то время сидел и жарил кроличье мясо. Наши взгляды пересеклись, я очень хотел убежать. Рядом со мной лежал топор и нож, но я боялся. Страх прошел, пока зверь не заревел. В моей крови заиграло что-то необычное. Я вскочил, взял нож в левую руку, а топор в правую и налетел на медведя. Бой был страшный: на моем теле шрамы до сих пор, будто свежие порезы. Мы с Хавром сидели и слушали изгнанника, я никогда не слышал эту историю. Я понял почему увидел что-то родное в глазах Торбьорна. -А почему тебя изгнали? -спросил Хавр. -Это достаточно забавная история: я впервые за долгие годы вернулся в родной город на западе Норвегии, где была убита моя семья. Я убил каждого человека, кто лишил жизни моих родителей. За это меня изгнали. Торбьорн никогда не говорил о себе, но вот наконец я узнал о нем. -Хавр, выпей с нами меда. Тебе нужно хорошенько напиться. Я побуду с тобой столько, сколько нужно-добавил Торбьорн. Я вновь не поверил своим ушам. Торбьорн оказался настолько добр к молодому парню, но я не стал вмешиваться. Когда время уже было уходить к народу я попрощался с дренгами и пожелал им хорошего праздника. В городе я чувствовал себя неуютно. Но все же зашел в длинный дом; люди ликовали увидев конунга. Я сел за трон, но был молчалив. В моей руке был рог с медом, который очень быстро пустел и наполнялся вновь. Люди пели и танцевали, а я исполнил шепотом висы богам. Когда я уже почти не мог держать себя на ногах я отправился к Торбьорну, поблагодарив всех за праздник. Ветки деревьев сильно обостряли воображение, но перед глазами уже все плыло настолько, что воображения почти не было. Еле дойдя до костра Торбьорна, я рухнул. Проснулся я утром, ибо меня сильно сушило. Похмелья не было, а вот Хавру повезло меньше. С самого утра парень пил, но мне было радостно на душе: я вспоминал себя. Торбьорн накормил меня кашей и напоил остатками меда. Днем я вернулся в город и объявил при всех жителях следующее: -Мой народ! Мои семья и друзья! Внимайте же конунгу своему! С сегодняшнего дня начинается подготовка к великому набегу. Половина армии всех моих земель отправляется в Вирланд, где мы будем биться и защищать честь конунга Стюра Жаждущего. Тем, кто поедет, будет великая слава, ибо мало кто вернется. Но мы победим врага! Свергнем его! Народ отреагировал как всегда позитивно и принялся готовиться. После моей речи ко мне подошли Эрна и Инге. Инге сказала: -Похоже ты меня ослушался, как только ты сядешь на драккар ты разобьешь мое сердце. -Инге, не дури. Я клялся. Инге резко отвернулась и быстро ушла. Эрна погладила меня по плечу и сказала: -Неужели ты бросаешь жену ради меня? -Не ради тебя-отодвинулся я. Глава XXXXVII”Прощай Норвегия» Описывать подготовку нет смысла, ведь она была самой обычной. Огромное количество драккаров и тысячи воинов. Все знали, что возвращение домой маловероятно. Торбьорн никогда не снимал с себя шкуры и различные сумки с травами, но на этот раз он надел тунику, заплел бороду и волосы. Он, как и я, знал, что мы вряд-ли вернемся. Прощания были достаточно молчаливыми, но трогали они сильнее всех прошлых. Моя жена смотрела на меня как на врага, в ее глазах была ярость. -Я благодарю вас всех за то, что были со мной. Я заявляю сейчас с полной уверенностью о том, что мое возвращение в Норвегию невозможно. Я отомщу своему врагу ценой собственной жизни и отправлюсь в зал Одина. Я оставляю свои земли моей жене Инге Эгильсдоттир и будущему сыну, а может дочери. Прощай Лаврик, прощай Норвегия, прощай моя земля и мой дом! С таким кличем я встал на драккар и впервые в своей жизни смотрел в сторону уходящего города. Мой последний рог в Норвегии трубил я. Люди плакали и смотрели вслед; ветер обдувал мои волосы и гнал наш драккар вперед. Вагни отправился с нами, как и Торбьорн с Хавром. Я не хотел брать Хавра, но Торбьорн настоял. В моей голове было так много мыслей и сожалений, но больше меня грузило предательство собственной жены. Ночью, лежа на драккаре, я смотрел в светлое летнее небо. Звезды напоминали мне детство. Рядом со мной лежал Хавр, который тоже не спал. Вся дружина думала о своей жизни и о последнем путешествии. Эти люди-настоящие викинги. Поразительно, но я счастлив, когда вижу их. Время шло, пролетали дни, пустели бочки с медом, погода менялась и наконец-мы доплыли. Пока мы плыли уже наступил конец августа, учитывая то, что отплыли мы в начале месяца. Мне исполнилось 18 лет, а я еду на собственную смерть. Торбьорн рассказывал о русах из Новгорода и Пскова. Эти города находятся рядом с Вирландом. Я узнал, что русы-это такие же викинги как и мы. Они носят такую же одежду, такие же шлема, закрывающие нос и голову. Я узнал, что они молятся схожим богам. Тем временем мы увидели землю. Тогда весь народ закричал и забил об борты кораблей. Эрна крикнула: -Знакомьтесь с моей землей и домом! Дул сильный холодный ветер и пахло водорослями. Солнце пробивалось сквозь облака, но это не делало окружение теплее. Нам предстояло проплыть до северо-востока этой неизведанной страны, а там уже сойти на берег. Спустя примерно полтора часа мы приблизились к высокому обрыву, тогда Эрна заявила: -Скоро будет берег более плавный-там мы повернем направо и отправимся по реке вглубь страны. Наконец добравшись до места я понял о чем говорила Эрна: здесь совсем нет фьордов и есть земля под ногами, а не камни. В небе летают ласточки, а солнце светит прямо в глаза. Множество комаров и мошек летают вокруг, но мы вышли на берег достойно. Твердая земля под ногами-вот что есть наслаждение. Уместить все драккары было тяжело, но все же мы справились. До города предстояло пройти совсем немного. Народ сразу стал нас встречать и угощать едой. Дойдя до самого города я увидел детей, которые во что-то играли и бегали вокруг маленьких хижин. Внешность людей отличается от норвежской, но все равно в них есть что-то родное. Длинный дом был почти как в Лаврике. Зайдя внутрь него нас сразу осмотрели все присутствующие люди. Эрна пока отвела мою армию в военный лагерь. На троне сидел старый человек, я даже представить не мог, что этот человек еще и воин. -Эйнар Беловолосый, так? -Стюр Жаждущий, рад тебя увидеть. Стюр встал и подошел ко мне, вокруг встала стража. -Эйнар, я достаточно старый человек, но мне про тебя многое рассказали. Тебе 17 лет, а уже столько сделал. -Мне исполнилось 18 буквально несколько дней назад-сказал я Стюру и пожал его предплечье. -Мне странно относиться к тебе как к конунгу, но видимо боги решили так-засмеялся старик. -Относись ко мне как пожелаешь. Я оставил свои титулы и статусы в Норвегии. Мои люди идут за мной, а остальное не важно. Я мечтаю убить Хродгейра Острого и умереть славной смертью. Взгляд Стюра изменился, я увидел в его глазах уважение: -Похоже правду говорят. Места мало, поэтому ты и твой устрашающий друг поселитесь у Трё Рингена и его сына Снорри. Его жена сейчас уехала решать вопросы на остров Готланд. Там какие-то дела со свеями. К нам подошли двое веселых викинга, по ним было видно, что они заводные, но всегда готовы биться. Трё Ринген имел северную внешность и суровый взгляд, а его сын был старше меня, но в глазах его виднелось что-то отдельное от битв. Их хижина была достаточно большой: стены были красиво оформлены вырезанными узорами, стоял большой стол, а в уголке жилья лежала тальхарпа и один кожаный барабан, на котором была сделана руна Тюр. Было достаточно уютно, несмотря на то, что это была чужая земля. Даже не казалось, что на их земле идет война. Я сказал Торбьорну разложить вещи, на что он прохрипел и принялся за работу. В это время я пошел в длинный дом. Стюр там сидел уже с Эрной, Вагни и Хавром. На столе стояла бочка с элем и они уже активно о чем-то беседовали. -Эйнар, заходи-позвал меня Стюр и налил эля в кубок. Я сел на длинную скамью и сразу опустошил кубок эля, а затем еще и еще. Мы знакомились и беседовали о всех вещах кроме Хродгейра. Под вечер я пошел к Трё Рингену. На улице было холодно, но меня согревал эль. Подойдя к хижине я услышал музыку и пение, мигом я все понял. Внутри сидели пьяные новые друзья и Торбьорн, у Снорри и изгнанника были тальхарпы, а Трё Ринген отбивал ритм на барабане. -О, Эйнар, давай к нам! -воскликнул Снорри. -Секунду-сказал я и побежал к драккарам. Я совсем забыл о том, что я пьяный. Добежав до корабля я полез искать свою лиру. Возвращаясь мне на глаза попалась девушка, на вид ей было лет 19. Я подошел и решил познакомиться-эта девушка оказалась просто замечательной. Она мне напомнила Инге в начале наших отношений. Едва ли узнав ее имя я побежал с ней за руку в хижину. Во время нашей пробежки я сказал ей свое имя и узнал ее. Замечательно звали ее-Бера. В хижине был праздник, а когда мы зашли, все затихли. -Кто это, Эйнар? -спросил Снорри. -А какая разница? Давайте все вместе петь и играть! Все заликовали и я уселся за стол. -Бера, покажи нам вокал северной дамы, а вы, парни, подхватывайте. Я начал перебирать струны на лире, Трё Ринген застучал ритм, а Снорри и Торбьорн заиграли на тальхарпах. Бера запела так, что во рту появилась сладость, а голова поместилась в грезы. До утра мы веселились, пели и играли на струнах души-вот так я и познакомился с эстами. Глава XXXXVIII”Где прячется враг?» Учитывая то веселье Вирланда и наше долгое путешествие, я решил дать народу отдохнуть и развлечься недельку. Для людей это стимул насладиться своими последними месяцами жизни. Я вовсе не ожидал того, что увидел и пережил, ибо я считал, что эсты-озлобленные на всех викинги. Однако все это было ошибочно: люди они хорошие, развлекаются почти как в Норвегии, поют похожие песни и пьют пиво с элем. Мне, на самом деле, очень понравилась моя новая компания и если бы я приехал в Вирланд не на смерть, а просто для смены жилья, то очевидно жил бы у Трё Рингена и Трё Рингенссона. Торбьорн стал совсем другим человеком: здесь он получил настоящие эмоции. Мы ушли с ним из леса и оказались в славной компании. Я поражен преданностью Торбьорна, который покинул дом ради меня, по-крайней мере я так думаю. Он согласился вновь взять двуручный топор и испить отвар. Я считаю это великим поступком. Стюр, Эрна, Хавр и Вагни тоже пили и танцевали, правда я не знаю по какому поводу. Однажды утром я пришел в длинный дом и учуял вонь перегара, я сразу же вспомнил Уппсала и хлев, где жили мои друзья. На полу бражного зала лежали обнаженные девы и воины. Мне даже было страшно представить, что здесь было прошлой ночью. Столько дам и мужей на старика, молодого дренга, кузнеца и дочь старика-просто немыслимо. Эрна, Хавр и остальные лежали на полу в кругу, они были одеты в одежды Стюра, и о чем-то говорили, был точно слышен смех. Я шел без туники, в одних лишь штанах. -Смотрю вам весело-посмеялся я и сел к ним в круг. -О, Эйнар! Я столько лет не веселился с молодыми, просто чудо! -сказал Стюр и обнял меня. -Я пришел доложить о том, что мы в порядке. Нам понравилась новая компания, но мне также интересно знать, где армия Хродгейра? Лица сидящих и лежащих сменились из радости в задумчивость: -Знаешь, а я и сам не знаю. Они где-то на юго-западе страны. Война идет не с самим Хродгейром или Ауд, а с их лагерями, которыми они пытаются забирать нашу территорию. -Эрна мне сказала, что здесь идет ожесточенная война против моего врага, что за неразбериха? Я приехал отомстить и умереть, а не переселился просто так-резко встав сказал я. -Эйнар, ну во-первых, нельзя слушать женщину когда речь идет о чем-то серьезном, ибо они все приукрасят. Во-вторых, ты можешь помочь нам разобраться с лагерями и оттуда мы попадем на земли Хродгейра. Там у него свой город и скорее всего он неприступен. У нас идет война, но она холодная. Я вовсе рассердился и пошел из длинного дома в свое новое жилье. В хижине сидел Торбьорн и Трё Ринген, рядом лежал Снорри с Берой и мучился от похмелья. -Эйнар, просим за стол-сказал Трё Ринген. Я подошел и сел на скамью. В животе было пусто, но благо Трё Ринген сделал ячменной каши для всех. Я взял деревянную ложку и принялся есть, но заметил, что в хижине тишина и только лишь вопросительные взгляды в мою сторону. -Я был у Стюра в длинном доме и узнал, что здесь холодная война. Чтобы сразиться с Хродгейром и его армией придется постараться-сказал я, поднося ложку ко рту. -Конечно холодная, кто будет пить неделями во время войны? -сказал Снорри, поправив свою лежанку. Торбьорн захмурел и начал думать. -Ну тогда мы будем влиять на его благосостояние и вынудим его на большую битву-сказал Торбьорн. -Это все хорошо, да только мы теперь будем с вами жить, возможно, больше ожидаемого-обратился я к хозяевам дома. -Не волнуйтесь, братья, я и Снорри всегда будем вам рады-сказал Трё Ринген-главное чтобы были эль и музыка. Я начал придумывать планы, ломать голову, но меня хватило лишь до того момента, пока Снорри не сказал, что чувствует себя чудесно и жаждет эля. Тогда я решил забыть все планы и просто наслаждаться жизнью. В тот вечер мы пели о боге Тюр, ведь вся наша компания его любит и почитает по разным причинам. При очередном перерыве между музыкой и висами богам, я обратился к Снорри: -Эй, парень, пойдет поговорим. Мы вышли на улицу. Там было светло: белая ночь, пение птиц и небольшой туман. -Снорри, я смотрю тебе нравится Бера. Снорри посмотрел на меня и сказал: -Знаешь, Эйнар, я-настоящий воин и скальд. Я люблю девушек, но они редко мне отвечают взаимностью. Ты прав, брат, Бера мне нравится, но боюсь ломать нашу компанию из-за каких-то невзаимных чувств. Для меня семья ценнее. Я его шутливо толкнул в плечо и сказал: -Бери Беру, брат. Нравишься ты ей, не оставалась бы она с двумя изгнанниками в виде меня и Торбьорна, и с дренгом, который любит топоры и свою семью, в виде Трё Рингена. Это твой шанс. Мы подышали свежим воздухом и пошли снова в хижину. Снорри, выпрямив спину и расправив плечи подошел к Бере, и взял ее за руку, далее он кивнул нам всем и вышел с ней. -Ну что ж, сегодня мы втроем набиваем животы мясом и пивом! -крикнул я и выпил целый рог пива. Трё Ринген тогда предложил: -Ну так может устроим обряд сейчас? Освятим барана, приведем на место, сделаем все священно, затем умоемся и испьем крови. Торбьорн посмотрел на меня, затем на Трё Рингена, выдержал паузу и сказал: -Давайте украдем барана! Мы все встали, допили пиво и разделили обязанности: Торбьорн идет воровать барана, Трё Ринген готовит место, а я все освещаю, приношу тальхарпы и барабан. Мы решили уйти вглубь леса, ибо там не было людей. Нам хотелось быть втроем, чтобы показать богам нашу любовь к ним. Через полчаса Трё Ринген надел белую тунику и подготовил место в лесу; Торбьорн принес живого барана и поставил его на деревянную стойку, под которую Трё Ринген положил жертвенную емкость. Я зажег некоторые травы из сумки Торбьорна и очистил всю территорию дымом. Я ходил от дерева к дереву, приговаривая различные молитвы богам. Позже я попросил Торбьорна снять тунику, что он и сделал. Я не показал то, что я был шокирован, но увидев тело Торбьорна я заметил сотни шрамов. Осветив его тело, я принялся к жертве, к орудию и к Трё Рингену. Также я освятил тальхарпы и барабан. Когда я освещал Трё Рингена, смог увидеть на его теле чернила под кожей. Внешность его была необычно ритуальной. Длинная борода, все уши были в серьгах-кольцах, на лбу был Агисхьяльм. Волосы его были уже седые, но все равно заплетены. Мы втроем были очень похожи друг на друга. Когда дело дошло до жертвы все было сделано уважительно. Я подошел к ней, прошептал вис богам и подошел к тальхарпе. Впервые в своей жизни я держал ее в руках, но я был уверен. Торбьорн также стоял с тальхарпой. -Трё Ринген, отправь же жертву Тюру, Тору и Одину! Викинг вскрыл горло животному, после чего багряная кровь полилась в жертвенную емкость. Мы начали играть разные мелодии, а Трё Ринген стал отбивать ритм. -Один! -кричал я -Один, Один, Один! -кричали братья-викинги. -Тюр! -кричал Трё Ринген. -Тюр, Тюр, Тюр! -кричали мы с Торбьорном. -Тор! -зарычал Торбьорн. -Тор, Тор, Тор! -закричали мы. Начались ритуальные танцы, а затем прибежал Снорри на громкий звук. Он подошел к емкости с кровью и умыл ей лицо, а затем сделал глоток. Мы не стали обращать внимание на Снорри, ибо ритуалу нельзя останавливаться. Под скрип тальхарпы и удары кожанего барабана я подошел, умылся и испил крови. Затем Торбьорн и Трё Ринген. Чувствовалось присутствие богов: будто мы воссоединились в одно целое. По дороге к хижине Снорри сказал мне: -Эйнар, ты был прав, хвала тебе! Жизнь отдам за тебя если потребуется! Я сжал его предплечье и поблагодарил его за верность. В хижине мы сидели в крови, пьяные, но счастливые. Под утро все уже были настолько пьяны, что открывать глаза было сложно. Глава XXXXIX”Первые удары» Я совсем забыл когда был трезвым, ибо просыпаясь с утра я был еще пьяным с прошлого дня, а к вечеру был пьян после нынешнего утра. Дни пролетали так же, как и пустые бочки по хижине Трё Рингена. Я забыл о мести, забыл о жене и скорее всего новорожденном ребенке. Спустя месяц употребления пива и эля мне приснился сон: мой отец стоял и смотрел на меня, не было ни слов, ни каких-либо действий. Того сна мне хватило, чтобы прекратить так много пить и начать заниматься своей задачей. Встав с утра без похмелья и ломоты в теле, я отправился к Стюру. Длинный дом до сих пор гулял, но уже не так активно. Вокруг очага сидела сидела знакомая компания, в которой что-то обсуждалось. Увидев меня они затихли и ждали моих действий. -Я хочу узнать у воеводы по поводу Хродгейра-сказал я. -Тут дело такое, как бы тебе сказать. Нет у меня воеводы больше-отвечал Стюр. -Послушай, старый, ситуация заставляет меня разочаровываться. Мне нужно знать все о Хродгейре-занервничал я. Лицо Стюра стало агрессивным и спустя продолжительный зрительный контакт он сказал: -Ну так стань моим воеводой? Людям будет приятно видеть конунга. Я ожидал любой реакции, но не такой. -Я согласен-сказал я, не показывая своего удивления. Старик похоже совсем выжил из ума. Он мне напомнил ярла Эгиля, в последние его недели жизни. Я попросил Эрну проводить меня в военный лагерь. Нехотя, но стремительно дева со щитом встала, и потянувшись повела меня по улицам города. -Слушай, Хвитхор, не будь таким агрессивным. Мой отец уже не молодой, но он мой отец-заявила Эрна, пока мы шли по улице. -Ты мне сказала, что у вас идет ожесточенная война, Эрна. Эрна остановилась и сказала: -Она шла, пока я тебя звала, но увы, ты ведь был в Англии, убивал моих людей и пытался устроить северный союз. Претензии можешь предъявить только к себе. Я не знал как реагировать, но выбрав лучший вариант, я промолчал. Дойдя до огромного поля, которое было ограждено частоколом, я увидел большие деревянные козырьки. Поблагодарив Эрну, я пошел к большому скоплению воинов. Вокруг длинного стола, на улице, стояло много людей. Я подошел к ним и громко сказал: -Стюр сделал меня новым воеводой. Я был конунгом Лаврика и тех земель, мое имя- Эйнар Беловолосый, или же просто Хвитхор. Люди вокруг стола засмеялись, а затем вновь посмотрели на меня: -Сколько тебе лет, парень? -спросил у меня высокий дренг с рыжими волосами. -По моим заслугам мне лет больше, чем всему твоему роду-отвечал я. Этот человек стал приближаться ко мне, вид его напоминал Сигурда, но только худую версию. -Подойдешь еще ближе и через мгновенье будешь лежать в луже собственной крови-предупредил я спокойным голосом. Моя армия была нацелена защищать меня. Все воины окружили нас и уже было схватились за топоры. Вдруг, в наш разговор влез еще один молодой парень: -К чему эти конфликты? Лучше объяви наши планы, воевода. Ситуация стала полегче и я сказал: -Мы свергнем Хродгейра. У меня тысячи воинов, мы можем разделиться по всей стране и биться с влиянием Хродгейра. Рыжий парень перестал накалять ситуацию и отошел в толпу людей. -Для начала, нужно узнать размеры лагерей Хродгейра. Нам нужно выманить его на большую битву. Я думаю, мы сможем атаковать все лагеря одновременно. Только вопрос для знающих- зачем Хродгейру такие толпы людей по всей стране? Кто-то из толпы крикнул: -Чтобы управлять всей страной. Я тогда подумал, посмотрел на людей, на поле. Нам нужно справиться со всеми осенью, ибо зимой воевать невыгодно. -Разделяемся на равные группы и выбираем каждой группе лидера-крикнул я, и начались долгие выборы командиров и отрядов. К вечеру было готово 10 отрядов по 500 человек. Я объявил, что следующим утром все воины отправятся воевать с влиянием Хродгейра, а сам я хотел узнать как выглядит город врага. Мне не хотелось рисковать жизнью в битвах против каких-то отрядов Хродгейра. Ночью я вернулся в хижину друзей. Там сидела прежняя компания. -Эйнар, где ты был? -спросил Торбьорн. -Я теперь воевода здесь. Торбьорн, прекращай пить, ты нужен мне трезвым. Трё Ринген и Снорри, спасибо вам за компанию. Снорри кивнул мне и заявил: -Мы с отцом тоже хотим пойти на остров Хродгейра. -Остров? -спросил я. -Ну да, я совсем забыл сказать. На острове Эзель город Хродгейра, там и сосредоточена самая главная сила. Ему помогают свеи в борьбе с эстами. В тот момент я и вовсе рассердился. -Почему эта глупая Эрна сразу не сказала мне? Мы могли попасть на остров сразу же. О Хель, забери это недоразумение к себе. -Тише, Эйнар, все в порядке. Скоро мы двинемся на запад, а оттуда на Эзель-сказал Торбьорн. На протяжении следующих двух месяцев ко мне приходили разные вести. В основном это были успешные военные сводки, но одна новость растопила мне сердце. Приплыло знакомое лицо из Лаврика, я его помнил из-за того, что его смех на праздниках всегда заставлял смеяться меня. Инге послала его ко мне, чтобы доложить о рождении моего ребенка. Родился мальчик, а назвали его Торвар. Все как мы с Инге обсуждали. Я любовался природой и думал о своем сыне. Хвойные леса Вирланда отлично сочетались с душевным состоянием. Они были вечно одинакового цвета, но всегда разного оттенка. Мне нравилась роса по утрам и холодные туманы по вечерам. Климат здесь очень своеобразный. С утра может идти снег, а к вечеру светить горячее солнце. Мои отряды почти не несли потерь, ибо никто не ожидал нашего наступления. Все больше времени я проводил с Торбьорном и семьей Трё Рингена, а в длинном доме почти не бывал. Вагни и Хавр будто забыли обо мне. До набега на Эзель осталось совсем немного. Мне нужно было только сказать обо всем Стюру и отправиться на западное побережье страны. Глава XXXXX”Западная земля эстов» В длинном доме… -Стюр Жаждущий, я готов к набегу на Эзель. Моя армия готова, осталось твое одобрение. Хавра и Вагни я оставляю здесь, при первой возможности отправьте их в Лаврик. Они должны рассказать Лаврику о достижениях викингов из их города, а также о смерти Хродгейра Острого и победе великих героев. Стюр сидел на своем троне и внимательно меня слушал. Хавру моя мысль, очевидно, не понравилась. Парень хотел воевать, а в итоге пил, ел и уезжает домой. -Я согласен, Эйнар, собирайтесь, и через три дня вы отправитесь на западное побережье. Моя дочь поедет с тобой. -Эрна? Вы же потеряете дочь-возразил Вагни. -Тише, кузнец, она воин-сказал Стюр. Я вышел из длинного дома и вновь рассмотрел город: Выходя из длинного дома открывается длинная дорога, ведущая к реке. По обе стороны дороги стоят различные хижины и другие постройки. Справа находятся хлева и загоны для животных, а еще дальше три поля грядок. С левой стороны идет тропинка сквозь хвойный лес, а после него большие военные лагеря. Позади длинного дома цветет рапс, который своим ароматом собьет любого воина с толку и заставит вкусить этот сладковато-медовый аромат. Рыбаки обычно плывут по реке в море, там они ловят сельдь и остальную вкуснейшую рыбу. Позже эту рыбу засаливают или жарят. Далее я пошел в хижину Трё Рингена, чтобы всех предупредить о скором уходе. Трё Ринген и Снорри о чем-то говорили, а Торбьорн сидел на шкуре с серьезным видом. Я зашел в хижину и сообщил новость: -Через три дня мы отправляемся на Эзель, следующие два дня мы будем пить до упаду, а потом пойдем на войну, после которой, скорее всего, продолжим пить в Вальхалла. Торбьорн заулыбался, Снорри ухмыльнулся, а Трё Ринген сделал суровый вид. Вечером того же дня мы пили эль. Мы рассказывали друг другу о разных историях из жизни. Я рассказывал о том, как убил Сигурда, Снорри рассказал о своих знакомых саамов, Трё Ринген рассказал о своем визите в Новгород и знакомстве с русами. Торбьорн решил рассказать подробно о схватке с медведем. Примерно в полночь меня покинула память, а утро очевидно было ужасным. К вечеру мы вновь сели за стол. -Друзья, нет. Братья, я хочу вас поблагодарить за все. Но у вас есть еще шансы отказаться от этой битвы. Хродгейр силен-отговаривал я Снорри и его отца. -Нет, я сказал мы идем на войну! -Отвечал Трё Ринген. Еще немного выпив Снорри предложил: -Если мы встретим валькирий, то давайте вобьем последние чернила под кожу! Утром я приведу шамана, который сделает обряды и оставит на каждом из нас Солнечный круг, на шее, ниже затылка. Всех эта идея устроила. На утро, с похмелья, мы сидели и ждали шамана. Игла проходила сквозь нашу кожу, сквозь обреченные тела. А на что же мы обречены? На смерть? Изгнание? Даже смешно думать. На всех нас взглянули боги и, скорее всего, благословили. На третий день мы собрали все свои вещи. Торбьорн оставил все свое военное снаряжение в хижине у Трё Рингена. Он взял с собой лишь шкуру убитого им медведя, о котором он рассказывал, и двуручный топор. Я оставил свою лиру и поблагодарил всех добрых духов и богов. На улице стояла огромная куча людей. Все улицы были забиты людьми. Хавр плакал, впрочем как и Вагни. На моем лбу была сделана углем руна Одал. Когда начались прощания слез сдержать не мог даже я. С глаз моих, подобно секундному ливню, пролилось пару слезинок, но хранили в себе они огромную печаль. -Хавр, мой мальчик, ты ненамного младше меня, но проживи свою жизнь достойно. Стань скальдом, забудь острие топора. Прощай, мой дорогой друг. Расскажи Инге обо мне. Хавр заревел еще сильнее и обнял меня. -Вагни, мой дорогой кузнец. Сколько мы были вместе, сколько набегов. Я оставляю свой топор тебе, ибо биться буду топором Гуннара. Твой Мьёльнир висит на моем поясе и дает мне силу. Вагни подошел ко мне и пожелал славного боя. На его лице была видна печаль. Перед тем как сесть на драккар я крикнул: -Эйнар Хвитхор покидает эти края, прощайте же! Передайте Торвару-моему сыну, что его ждет земля русов, ведь я уверен, он пойдет характером в меня и захочет побить достижения отца! За спиной плакали люди, на душе был огромный камень, который заставлял развернуться и остаться, но было поздно. К вечеру мы доплыли до Эзеля и решили разбить там лагерь. Многотысячная армия была готова ринуться в бой; берсеркеры жаждили отвара. Земля Эзеля была похожа на свейский берег-такой же рельеф и природа. Вокруг лагеря мы поставили часовых и возвели невысокие колья. Вечером мы начали обсуждать план. Никто не знал как брать город, ибо у него были деревянные стены и сильная охрана. Решили действовать резко и одновременно с двух сторон. Я хотел сделать схожий план, что был в Англии. Каждому воину мы пришили красные, льняные капюшоны на туники. Себе я также вшил небольшой клинок в рукав, на случай ближнего боя. Решили нападать с севера и юга, но главным условием был отвлекающий маневр. -С восточной стороны подойду я и еще пару сотен человек. Я бы хотел пообщаться с Хродгейром перед битвой. Ночью молились все. Все просили о победе и славной битве, но лишь я вспоминал отца и мать. Я представлял Гуннара, беседующего с Тюром. Я думал о том, как Арвид смотрит на меня. Ночью я понял, что не хочу умирать, ведь меня дома ждет жена и сын. -Мне всего 18 лет, я даже жизни не вкусил еще. Вот бы можно было все вернуть к хижине у озера, к охоте на оленей, к отцу и матери. Как жаль, что уже поздно. Может мне сбежать? -думал я. -Нет, я дал клятву богам-отвечал я себе. Рано утром никто не спал. Все позавтракали, принесли отвары берсеркерам, заточили оружие и надели шлема. В нашей армии были лучники, шаманы Одина, отряд «валькирий» и обычные воины с топорами и мечами. Все было как в Англии. Оставив ненужные вещи мы отправились к городу. Тысячи воинов готовы рвать врага. Все боги собрались, чтобы увидеть эту битву, ибо о таких битвах опишут в сагах. Эйнар Беловолосый ведет свою армию, против армии заклятого врага. Он мстит о смерти своего отца. Пока он идет, он вспоминает кровь своей матери на его руках. Он вспомнил тело Гуннара, лежащее на холодной земле, а также покойных Арвида и Ульви. Он видит перед собой Инге, но идет без остановок. Город уже виднеется, до него остается еще меньше километра. С каждым шагом, сердца воинов бьются быстрее, а сердце Эйнара уже готово вылететь из груди. Он видит драккары на воде с незнакомыми парусами, но его ничего не останавливает. Торбьорн нахмуренно идет лишь в широких штанах и шкуре медведя, торс его открыт для удара, однако его питает Один силами. Отвар в его жилах заставляет идти дальше. Сотни шрамов и десятки лет ради этого — за стенами города смерть многих, а воины идут туда с радостью. Рядом с ними идут Трё Ринген и Снорри, которые рычат и жаждут попасть на вечный пир. Хвитхор уже видит крыши хижин, он видит длинный дом. Осталось совсем немного до великой битвы, а боги уже наблюдают среди двух армий. Глава XXXXXI”Последняя битва» -Великие воины! В детстве я боялся лишить жизни белого оленя, но мой отец меня научил простой мудрости, он сказал мне «Сын, ты попал в жестокий мир, тут либо ты, либо тебя. Соответствуй. “ И я соответствую! Хродгейр убил всю мою семью, он превратил невинного мальчишку в свирепого воина. Я готов отпустить свою жизнь в свои 18 лет. А вы готовы? Вы желаете накормить морских чаек трупами врагов? А своими? Если да, то пойдемте в логово зверя! Вся армия зарычала и завопила. Наступил момент разделения армии. Эйнар надевает шлем и дает команду двум большим отрядам воинов о том, чтобы они бежали к северным и южным воротам. -Я готов к битве, Хродгейр, жди меня-прошептал он. Подождав десять минут, отряд Эйнара приблизился к восточным воротам. Мигом на людей Эйнара нацелились лучники Хродгейра: -Кто вы? -крикнул вражеский лучник. -Я хочу поговорить с Хродгейром-ответил Хвитхор. Спустя десять минут на мостик башни вышел Хродгейр Острый. Кровь Эйнара превратилась в лаву Муспельхейма, а в глазах заиграла месть. Лицо Хродгейра никак не изменилось: на нем был шрам, проходящий через глаз, задевая губу. Волосы его были рыжего цвета, а телосложение ухоженное. Туника из дорогого льна, меч в ножнах. -Так вот кто пытается свергнуть меня, сын прихвостня христианина! -закричал Хродгейр и все, кто был на стене засмеялись. -Хродгейр, у меня вот вопрос, почему ты всегда связан с христианством? Торульф, Кристоф, конунг, которого ты свергнул: почему всегда христиане? На лице Хродгейра застыла нервная гримаса: -О чем ты говоришь, мальчик? Я жалею, что не пожарил и не съел тебя в Каупанге, когда ты был ребенком. Вновь смех окутал всю стену. Позади меня не было берсеркеров, кроме Торбьорна, но зато, они уже были у южных и северных ворот. -Эйнар, а знаешь, поздно ты явился! Я как раз успел договориться с русами из Новгорода и свеями из Уппланда. Я чувствовал беду, поэтому решил объявить союз. Тебе лучше уходить, ибо твоя сотня воинов даже Лаврик захватить не сможет. Слыхал у тебя сын родился, его-то я и съем после твоей смерти. В тот момент я испугался, но не из-за сына, а из-за русов со свеями. Я не представлял, как они смогли объединиться ради Хродгейра. -Я убью тебя, Острый! -прокричал я. Хродгейр посмеялся и медленно, покачиваясь, побрел со стен в город. -Конунг, что нам делать? -спросил вражеский лучник. Ответа я не услышал, но зато, мой слух пронзил свист града стрел, летящих в нас. -Стена щитов! Мы все стояли и терпели эти напасти, лишь редко нам удавалось стрелять в ответ. -Трубите в рог! -крикнул я. Из нашей стены щитов затрубил рог и спустя пару минут стрельба прекратилась. Лучники врага стали метаться по стенам. Щиты все походили на ежей, из-за количества стрел на них. Эйнар воспользовался моментом и закричал: -Лезьте на стены! Поскольку это были слабые, но высокие стены, на них было несложно забраться. Первыми побежали Торбьорн, Снорри, Трё Ринген и Эйнар. Со стен открывался вид на город, улицы которого были забиты воинами с разными знаменами. Единственное, что меня смутило было отсутствие моих воинов. Но через непродолжительное количество времени началась кровавая бойня на улицах. Воины медведя бились против воинов волка. Русы, свеи, норвежцы, эсты: столько северной крови встретилось в междоусобице. На стенах бился я бок о бок с семьей Трё Рингена и Эрной. Сквозь громкий шум железа и свиста стрел я услышал голос Торбьорна: -Викинг жаждет крови, Эйнар! Я побегу вниз! Я не успел ответить, как на меня навалился огромный соперник. Он наносил удары щитом по моему шлему, а мои руки были бессильны. Но вдруг, с его головы был снят шлем, а вместо шлема торчал топор- Снорри спас меня. Я выскочил из-под огромного врага и увидел улыбку Снорри. -Вот так оно, Эйнар! Позади Снорри стоял вражеский лучник, а парень его не видел. Я увидел натянутую тетиву и закричал: -Снорри, берегись! Но уже было поздно. Вражеская стрела поразило тело воина-скальда прямо в сердце. Я зарычал и побежал к лучнику, которому нанес несколько ударов топором Гуннара, а затем подбежал к телу Снорри. На его лице замерла улыбка. Трё Ринген уже слез со стен и оказался в городе, но увидев своего мертвого сына закричал от горя. Он побежал в толпу викингов, а я слез со стены и побежал искать его. -Трё Ринген?! Где ты? -кричал я. Хижины горели, люди умирали, кровь лилась, брат пошел на брата. -Рагнарёк-промелькнуло у Беловолосого в голове. Эйнар перерезает горло одному воину, а затем бросает чужой топор во врага. Воин жаждет мести. Через огромные толпы Эйнар замечает тело Трё Рингена. -Трё Ринген, вы потеряли жизни ни за что! -кричал я, держа руку на животе друга, который был проткнут копьем. -Я не умираю, я отправляюсь к своему сыну в Вальхалла. Не бросай свою цель, брат-прохрипел Трё Ринген и в последний раз вздохнул. Улыбка на его лице застыла так же как и у сына. -Я отомщу-в этот раз промелькнуло в голове. Приходилось бежать по телам. В переулке я увидел Эрну, которая билась против троих воинов. -Эрна! -крикнул я и побежал к ней. Парировав атаку меча врага, я нанес сокрушительный удар топором в бок, а затем, вытащив окровавленный топор, ударил другого война в голову. Мой топор пробил шлем врага вместе с его черепом. Эрну в тот момент дева со щитом прижала к стене, и я чудом успел воткнуть нож в шею врага. -Спасибо, Эйнар-сказала Эрна, тяжело дыша. -Мы проигрываем, Эрна, тебе нужно возвращаться к отцу. Отыщи живых и веди их к кораблю. -Я не пойду. Я погладил ее по щеке и сказал: -Сделай это ради меня. Расскажи всем о битве, которая здесь была. По щеке Эрны потекла слеза, она кивнула и убежала. Я побежал вновь в самое пекло событий, чтобы найти Торбьорна. Старый берсеркер на моих глазах убил пятерых врагов без каких-либо проблем. Я подбежал к нему и сказал: -Торбьорн! Снорри и Трё Ринген мертвы, Эрна уходит. Мы проиграем в этой битве, но мы должны достать Хродгейра. Торбьорн убил еще одного воина и показал на длинный дом. Мы бежали мимо всех врагов, кого могли, тех убивали. Дождь пролился с туч, молния сверкнула в небе. Свежесть воздуха смешалась с запахом смерти. У входа в длинный дом стоял высокий воин и двое поменьше. Торбьорн занялся высоким, пока я бился с двумя поменьше. Топор Гуннара мстил вместе со мной. Я проливал кровь врагов, но по мне тоже нанесли удар. С моей ноги текла кровь, а я уже почти упал на землю. Ударив одного врага в область плеча я накинулся на другого. Я душил его, пока тот искал нож у себя в ботинке. В моих руках треснула его шея, предсмертный взгляд смотрел в мою душу. Я вспомнил белого оленя, но быстро забыл про грезы. На Торбьорне сидел этот воин, а я, используя последние силы, подполз к нему и перерезал горло ножом. -Эйнар, возьми! -сказал Торбьорн и дал мне что-то похожее на короткий канат. Я наложил канат жгутом на ногу и пошел в длинный дом с Торбьорном. Он шел впереди меня. Как только Эйнар и Торбьорн вошли в длинный дом со стороны очага прилетела стрела в огромного Торбьорна. Воин упал на колени, а затем на бок. Эйнар сел рядом и со слезами на глазах проговорил: -Торбьорн, не уходи. -Встретимся в Вальхалла, Эйнар-ответил Торбьорн. Эйнар встал и увидел улыбающегося Хродгейра с мечом в руках. Хвитхор забыл про хромоту и пошел в сторону заклятого врага. -Эйнар Хвитхор, а я планировал застрелить тебя. Ты, парень, отдал всю свою жизнь за какой-то тупой целью. Поразительно-заговорил Хродгейр. -Я прожил насыщенную жизнь. Перед своим уходом мне осталось лишь покончить с одной проблемой. Хродгейр засмеялся и сказал: -Ну так пойдем на улицу, там и решим все. Предложение Хродгейра поразило Эйнара, но тот не стал спорить. Длинный дом находился на холме, за ним было восточное море. Молнии сверкали в небе, а гром гремел. Дождь перерастал в ливень. Вокруг нас был лишь длинный дом и резкий обрыв. Вид уходил в далекие воды. Если бы не война все могли бы наслаждаться красотой природы тех мест, но в итоге… Бой начался. Эйнар значительно уступал врагу из-за усталости и травмы ноги. Хродгейр имел большую площадь поражения из-за длины лезвия меча. Острый наносил удар за ударом по телу Эйнара. Кровь стала сочиться из порезов. Туника порвалась и стал виден Агисхьяльм на груди Эйнара. Беловолосый был готов упасть, он видел Торина и Текка, отца и мать, Гуннара и Арвида, Ульви и Торбьорна, Снорри и Трё Рингена. Была битва между Асгардом и Хельхеймом, кто же заберет Эйнара Беловолосого? Эйнар уже стоял без сил, из его рук выпал топор. Подошел Хродгейр Острый и поднес острие меча к животу Эйнара, а другой рукой держал его плечо: -Ну все и решили, Эйнар, ты не герой, ты не славный воин, ты не герой саг. Ты лишь мальчишка. На лице Эйнара появилась кровавая улыбка. Сильной рукой Хродгейр сделал движение вперед и проткнул Эйнара Беловолосого, сына изгнанника насквозь. Темнота? Тишина? Смерть? Это движение было мигом, но казалось, что длилось вечно. В голове Эйнара появлялись воспоминания о Инге, которая его однажды чуть не убила, он вспоминал любовь. Не скрывая своей улыбки Эйнар резко вытащил вшитый нож из рукава и замахнулся: лезвие ножа с последними силами Хвитхора угодило в сонную артерию старого врага. Эйнар упал на землю вместе с Хродгейром. Меч торчал из тела Беловолосого и нож из шеи Хродгейра. -Вот.и решили.-прохрипел Эйнар. Смерть конунга наступила. Наконец услышал он звуки летящих валькирий к нему, клятва была сдержана. Отец и мать дождались сына, Гуннар плачет в залах Тюра, праздник в Вальхалла. Армия Эйнара проиграла в той битве, но сам Эйнар победил. Эрна собрала достаточно людей и уплыла обратно домой. Вскоре, весть о смерти Эйнара Беловолосого облетит весь север и Англию. Все будут помнить его как великого викинга, который отомстил за смерть отца. А в длинном доме Лаврика растет продолжение рода Эйнара, а имя его- Торвар Эйнарссон. КОНЕЦ