Don't love me

Мысли, что всегда тревожили Ветрова, бесследно исчезли. Он не мог ни о чем думать. Снова тоска и грусть, опять те три чувства заполнили тело рыжеволосого парня, а сердце безжалостно сжималось, оставляя громкие стуки. Лицо сразу изменилось с сияющего и  радостного на безэмоциональное и тусклое. Каждый день Володя умирал по кусочкам. Сначала исчез блеск в глазах, потом появились синяки под ними. Потрепанная прическа, синяки, ссадины, шрамы и многие другие элементы дополняли картину умирающего. Но всегда держало на плаву, как говорилось ранее, сердце. Если Ветров потеряет и его, то и самого себя тоже. Из уст испортившего жизнь парня произнесно:«глупый вопрос» почему глупый? Опять он разговаривает своими чертовыми загадками, но как Володя понял, означало это:«Мы снова перестанем общаться, забудем этот день». Денис ушел, оставив  веснушчатого одного. Это была не вся проблема. Бабушка уже полюбила его и верила, что Соколов защищает единственного внука. Ветров взял гитару и начал  играть, только в этот раз музыка не спасла. Она звучала как-то иначе, по-другому. Это раздражало очень сильно. После нескольких неудачных попыток сыграть простую «Восьмиклассницу». Вспоминая все, что происходило и происходит, Володя взял первое, что попалось под руку, а именно гитару и разбил ее об стену. Обломки валялись по всей комнате. Струны порвались, но только две из них были, сжатые вместе, будто неразлучны, и ни что им не помеха. Осознав, что сделал, рыжик собрал обломки и выкинул на улицу. Володя шагал по улице, а под ногами хруст снега ломился, будто сломанные кости. Дошагав, парень сел делать уроки. Но сосредоточиться никак не мог, порванные листы, карандаши, ручки валялись по комнате. С горем по пополам он доделал без единой ошибки домашнюю работу и лег спать. Заснул на удивление очень быстро и проснулся в хорошем настроении, умылся и пошел в школу, конечно же с Бяшей, Рома до сих пор болел. Беззубый взял комок снега и кинул в Ветрова, а юноша, в свою очередь, со смехом отправил ответ снежком. Счастливые мокрые парни зашли в школу. Володя сел с ново-старым другом и весело проводил время. Дениса не было весь первый урок, но потом он появился. Честно, рыжему было плевать, он смог влиться в класс, и это очень радовало... Резвящиеся Бяша и Володя постоянно мельтишили перед глазами Соколова, потому что именно сегодня в ебучий четверг у А-шек и В-шек большую часть дня уроки проходили чуть ли не в соседних кабинетах, так что на одном этаже они находились постоянно. Как же Дениса бесили люди, что пытались восстановить контакт с человеком, которого самолично отдали ему на растязание. А этот рыжий долбоеб им улыбался и вел себя, как будто он с ними помирился после пустякового недопонимания. Как так можно?! Из-за уставшего мозга и обилия собственных спутанных мыслей детально анализировать поведение другого человека не представлялось возможным. Соколову бы с собой разобраться, да вот только хуй поймёшь с чего начать, если изо всех щелей разом полезли подавленные годами эмоции, а безуспешные попытки их откинуть в сторону лишь больше злят. Еще эти многозначительные хищные взгляды, предвкувшающие зрелище, раздражали. Они знали, что обычно чем дольше Денис тянет тем лакомее представление, а сейчас к сожалению или счастью это был далеко не тот случай... Идеи не хотели появляться от слова совсем, поэтому решение принялось само собой. Придётся импровизировать. Так, перед четвертым уроком на парте Ветрова оказалась криво сложенная записка, написанная до боли знакомым почерком. "Возвращаемся в рутину. 3-ий этаж после пятого" гласила надпись. Володя посмотрел на бумажку, где была написана не очень приятная вещь. Тяжело вздохнув, юноша смял листок и закинул к себе в рюкзак, конечно, Бяша сразу заметил изменение настроения товарища и положил руку на плечо спросив. —Что случилось? Володя улыбнулся и тихо, но резко проговорил. —Ничего! Урок. Затем столовая. Рыжий и беззубый быстро побежали туда и купили по булочке, которые с огромным аппетитом съели. И вот прошел пятый урок. Володя неохотно пошел по ступенькам и зашёл в туалет. Увидев Дениса, веснушчатый раздражённо выдохнул. —Ага... —И тебе здравствуй...—холодно ответил Соколов, чувствуя неприятный привкус во рту. За его спиной стояло несколько хулиганов из А-шек, что состояли в банде. Обычно они крутились вокруг Рысакова, который сейчас потирал руки перед местью, так как он падок на лесть и мог замолвить словечко перед главарем. Стоит отдать должное. Иван прекрасно пользовался своим положением, поэтому Денису необходимо было присутствовать только на пьянках или крупных рейдах, чтобы участвовать в жизни пешек. Это облегчало контроль и не давало банде распаться. Сейчас в туалете воцарилась напряжённая тишина. Главарь даже спиной ощущал звериный голод у зрителей, от этого становилось неуютно. А как же себя чувствовал Ветров, который видел взгляды? Идея родилась сама собой в хитрой голове. Нагнетающая атмосфера настигла. Толпа людей смотрела на одного Ветрова, сейчас хотелось развернуться и убежать, как маленький ребенок, однако Володя продолжал стоять на одном месте. Глаза разбежались. Неужели снова? Снова эти издёвки, групповые избиения. Рыжий ожидал чего угодно только не следующее. —У меня есть вопрос, не дающий покоя. Насколько сильно ты меня ненавидишь? Продемонстрируешь,... пидорасик со щенячьими глазками или силенок совсем нет? —спросил Соколов, зло насмехаясь. Неожиданно дверь открылась. Ирина Дмитриевна учитель алгебры в «А» класс была в ярости и вскрикнула. —Вы чего тут толпитесь?! Быстро на урок и ты с «В» класса, что тут забыл?! Володя был очень благодарен ей, а сам сделал вид, что нужно перебинтовать ногу. Только вот она уже не болела, а бинты на всякий случай оставались. Взрослая одобрительно кивнула рыжему, а всех остальных начала гнать из туалета. Сначала Соколов даже расстроился, что гнев выплеснуть не получится из-за прихода женщины за сорок. Он стоял на месте, сверля дверцу кабинки недовольным взглядом. Только-только придумал кое-что интересное, а тут все обломали. Обидно и грустно. Когда Денис решил отправиться на урок, то неожиданно получил в больной нос от Ветрова. Удивленно-недовольное  шипение не удалось сдержать. Володя яростно схватил за рубашку и проговорил. —Ты хочешь узнать как я тебя ненавижу?! Рефлекторно потянувшись к месту удара, Соколов произнёс с загорающимися карими зрачками. —Да, хочу. Это же интересно. Володя ударил Денис ногой в живот. Соколов согнулся от боли, отшатываясь назад к окну. Схватившись одной рукой за живот, второй зарядил в скулу оппонента с хищной улыбкой. Да. Это то чего хотелось весь день—выплеснуть эмоции. Немного поморщившись от удара, Володя схватил кудрявые волосы Дениса и так же ударил в лицо. —Неплохо бьешь, но недостаточно —сплюнул с кровью Соколов, ударив в грудь, отталкивая этим Ветрова. Володя удержался на ногах и быстрым шагом подошёл к Денису и со всей силы толкнул к стене, прижимая. —Я тебя ненавижу. Ты поганный... который мне всю жизнь испортил. Если бы не ты, на до мной бы не издевались. И ты, Денис, мог это прекратить, я бы убил тебя, но не могу этого сделать. Ты просто никто! Эти глаза полные отвращения—лучшее средство, чтобы напомнить о том как правильно должно быть. "Убил тебя" отдалось в черепной коробке с особой силой, вызывая моментальную реакцию в виде улыбки от аналогичности желаний. Денис ударил правой рукой в живот, затем левой скулу и, отшатнувшегося Володю повалил на холодный пол. —Теперь моя очередь. Усевшись сверху и прижав руки гада к полу, чтобы никуда не делся, спросил со злостью. —Еще один вопрос...Почему ты так сильно бесишь!? Почему я хочу задушить тебя прямо здесь и сейчас, но не могу этого сделать!? Почему не могу сломать и уничтожить!? Глаза Володи пылали огнем. Он молчал, ожидая действий Дениса. Но брюнет продолжал. Ярость и недовольство как рукой сняло, осталась лишь ноющая пустота внутри. Опять от нее не получилось избавиться. Глаза с пылающих азартом вернулись к обычному холодному состоянию. —Наверное,... нам обоим было бы легче, если я тебя, действительно, убил—тихо сказал Соколов, завороженно смотря на кадык. Вот он ходит туда сюда, дёргается при каждом судорожном глотке, так и просит, чтобы прошлись ногтем, пальцем, а потом надавили рукой, лишая кислорода. Денис всегда обращал внимание на шеи людей, было в них что-то этакое. А как назло у Ветрова она в меру тонкая и привлекательная. Поймав себя на столь странных мыслях, хулиган сморгнул наваждение. Нет. Таким промышлять уж точно не будет, потому что это слишком маньячно, хоть и заманчиво. Очень... Ладно, просто проведет на пробу один раз. Переместив руки Володи выше рыжей шевелюры и перехватив их правой рукой, медленно прошёлся указательным пальцем от подбородка до основания шеи, задержавшись на кадыке. Выглядел при этом как любопытный маленький ребенок, который заинтересовался новой вещью. Володя просмотрел на Дениса, Володя удивился:«Неужели я попал в самую точку?», но тихий отчаянный голос сказал все сам за себя. Ветров вздохнул, но тяжесть Дениса сверху так и давила, что перекрывала воздух. Затем острые пальцы провели от подбородка до шеи оставляю кровавый след. Несколько капель выступило. Рыжие волосы лежали на грязном полу, а руки крепко сжимались Денисом. Ветров не мог сопротивляться, так как был слабее возвышающегося человека. Переместив взгляд на окровавленный палец Дениса, Володя попытался встать, оттолкнуть Соколова. Выступившая кровь на шее, лишь сильнее притягивала к себе Соколова. Потемневшие карие глаза с особой жаждой следили за выступающими капельками. Хулигана не волновал притихший парень под ним, а вот относительно большая капля крови, которая грозилась скаститься очень даже. Денис, растягивая удовольствие, провел большим пальцем аккурат под ранкой слегка надавливая, не причиняя сильной боли. Так, легонечко. Затем ладонь мягко обвила шею как змея, абсолютно не надавливая. На приятное удивление она идеально легла на горло, а смотрелась ещё лучше. Это была сладостная пытка, так как необходимо сдерживать внутреннего зверя, чтобы сразу не набросится и не разорвать жертву в клочья. Есть что-то этакое в удерживании самого себя. Потерявшись в собственных непонятных ощущениях, он не заметил как перестал дышать или делать вдохи через раз. Начиная наклоняться к манящему кадыку будто околдованный, до воспаленного сознания дошло что и с кем сейчас делал Соколов. На него словно ушап холодной воды вылили, и, отрезвев, резко сел обратно. Моментально убрав руку, что секунду назад интуитивно поглаживала шею, закусил губу. Стало очень стыдно и неловко настолько, что вторая рука перестала держать Ветрова и прошлась по черным волосам, зачесывая назад. Блядь. Это пиздец. Володя же быстро встал и спросил. —И что это было?! —нервно отходя подальше, но Ветрову удается увидеть состояние Дениса. Юноша ухмыльнулся. —Ты говорил, что на эмоциях ничего не делаешь, а сам то обманщик. Быть может из нас педик именно ты, Денис Соколов? Сразу после этой фразы в туалет прибежал Иван, который, завидев их, сразу убегажал и, конечно же, сдает Ирине, которая моментально оказывается в туалете. —Вы что совсем офигели?! Марш к директору!—Володя и Денис пререглянулись и пришли к кабинету директрисы—Виктории Алексеевны, та со вздохом посмотрела на них и отпустила голову вниз. —Соколов, снова?! Что между вами произошло??! Володя же молчал смотря вниз. —Мы просто повздорили и уже все прояснили. Этого больше не повторится—кратко и без прикрас ответил Денис. Рассказывать о произошедшем никому нельзя, потому что история прозвучит как бред сумасшедшего. Решил поиздеваться на Володькой, так как был в отвратительном настроении, вывел на эмоции, а после драки вместо того чтобы задушить залип на шее. Это в голове звучит как полная дикость, а со стороны так вообще лучше не думать... —Ты у меня в кабинете давно не появлялся?! Соскучился? Каждый раз одна и та же песня. Повздорили, больше не повторится, а через месяц ты опять здесь! —выплеснула малую часть недовольства Виктория Алексеевна. В ее школе было два перца Пятифанов и Соколов, которые сведут в могилу раньше времени. Они постоянно доставляли проблемы, а иногда складывалось впечатление, что у парней соревнование кто больше раз посетит ее кабинет. Хорошо, что хоть друг с другом еще не связывались. Недовольно нахмурив брови, женщина обратилась ко второму ученику с явным разочарованием. —Ладно... С этого раздолбая взять нечего, он тут поселился почти. А вот ты, Ветров?... Хороший вроде мальчик. Воспитанный! Учишься на отлично, так как тебя угораздило!? Володя с явным презрением пялился на слегка красного Денис, а затем перевел взгляд на директрису. —Простите, Денис абсолютно прав, больше не повторится — Алексеевна вздохнула и протянула. —Идите.. Парни сразу вышли только вот куда идти никто из них не знал. Оба избитые, не в лучшем виде. —Сейчас мы идем ко мне и ты говоришь моей бабушке, что ты вступил в драку, а я тебе помог—очень холодно произнес Ветров. Это не просьба. Это приказ. После этого двое быстро вышли из школы, молча. Молчание длилось бесконечность, потому что никто не знал, что говорить. Бабушка сразу охнула и чуть не упала, когда увидела их. — Володя, тебя снова избивали? Это вы подрались. Ветров посмотрел на Дениса. —Я ввязался в драку, а Володя пытался помочь. К счастью бабушка поверила. Рыжий взял Дениса за руку и привел в комнату, усадив как маленького ребенка на кровать. —А теперь объясняй, что было в туалете—сказал он это с недовольным лицом. Денис не знал, что ответить. Да, он совершил какую-то хуйню непонятно зачем, которую отчаянно пытался проигнорировать или объяснить логически, но пока в голове царствовал вихрь непонятностей. Какой бес дернул посмотреть на чертов кадык?! После этого дня Соколов точно начнет проклинать все свои заскоки. Пришлось сказать правду. —Я не знаю... —В смысле не знаешь? То есть хочешь сказать, что чуть не засосал меня в шею просто так? Денис всеми силами пытался смотреть в глаза Володи, но слишком яркие воспоминания заставляли нервничать. Черт бы побрал эти туалеты, шеи и Ветрова! —Вообще-то не засосать, а убрать кровь хотел. Это первое, а второе... —пытался оправдаться Денис. —Давай сойдёмся на том, что я просто увлекся? —с надеждой выпалил хулиган. —Только попробуй меня еще раз тронуть так еще или еще каким-то образом! От агрессии Ветров начало еще больше трясти. —Может быть ты педик? Злость Володи была ожидаема, но заявление по поводу пидорства все равно проехалось по самолюбию Дениса, задевая что-то сокровенное. Неловкость тут же ушла на нет. —Я точно не пидр, поэтому не мечтай! Даже если бы и был, то твой пердак точно не заинтересовал!—заявил, скалясь. —Пошел нахер отсюда—послал Володя. —А что сделаешь, если не отстану? Если продолжу с большим садизмом? Поплачешься Ромке?—ядовито продолжал Соколов, наклоняясь вперёд, нарушая личные границы. —Володенька, ты даже придушить меня не сможешь, так что ты вообще о чем? —спросил с надсмешкой Соколов, улыбаясь. Володя выслушал тираду Дениса, хотя честно не вслушивался. Рыжий озверел, стало так плохо, что от агрессии заболела голова. Глаза стали будто красные изо рта начала идти пена. Озверевший Ветров накинулся на Дениса, усевшись сверху, сжал шею брюнета в своих руках так сильно как только мог. Остановите его и сейчас, ибо Володя был готов к убийству. —Сволочь, ненавижу тебя. Ты самый конченый, ты слабый! Слабее Ромы, даже Бяши, сдохни! Соколов отчаянно хрипел и рычал. Крутился как уж на сковородке, лишь бы ослабить давление хоть на чуть-чуть. Такую яркую проявленную ненависть в свой адрес Денис никогда не видел. По телу прошлась дрожь, а в голове било набатом "смог". Он сумел выпустить зверя Ветрова на свободу и получил доказательства того, что Володя не бесхребетная подстилка. Как же злило хулигана, когда бывший друг описывал своего "парня" как милого тихого пай-мальчика. Разве такие хрупкие отличники умеют смотреть со всепоглощающей ненавистью? Душить так, чтобы тело дрожало, а сознание мутнело?... Может ли человек в принципе ломать одним взглядом? Словом? Соколов нашёл такого...Этот особенный сейчас пытался убить. Теперь воспринимать Володю простой жертвой не выйдет. Это тот кто сможет сломать, разрушить и уничтожить закостенелые опоры, которые ощутимо затряслись. Здесь началась война. Кто-то из них обязан разрушиться в итоге. Схватив ладони Ветрова, Соколов впился в кожу ногтями, царапая. Воздуха уже катастрофически не хватало, и на глазах появилась пара слезинок, однако от этого взгляд сделался свирепее. —Знаю—единственное слово, которое было понятно среди шумных судорожных попыток вздохнуть. Сознание Ветрова не приходило в себя, это был уж точно не тот паренёк которого все знали. Наконец он пришел в себя. Володя увидел слезы на глазах своего заклятого врага и отпустил. —Вали из моего дома... Денис сел, кашляя. Рука массировала горло в надежде уменьшить адскую пульсацию и успокоить расшалившиеся нервы. Сморгнув слезы, Соколов начал успокаиваться. Вот это Володька выдал, конечно. Грудная клетка прерывисто вздымалась, не желая приходить в норму, а мысли отказывались слушаться хозяина. Предложение. Нет. Холодный приказ, что не потерпит неповиновения. Второй раз за день Володя пользуется этими холодными нотками. Где только прятал такое сокровище? Крепкая сталь, а не мягкий пластилин. Вот что увидел Соколов, мельком взглянув на Ветрова с капелькой уважения. —Можешь ведь, когда хочешь...—тихий немного хрипловатый вывод был произнесен. Медленно встав, Денис пошёл к выходу из комнаты, продолжая говорить. —Ухожу я, поэтому не заводись... —Хватка кстати хорошая—открыв дверь и перешагнув порог, добавил, улыбаясь краешком губ. Дверь закрылась, а за ней послышались удаляющиеся шаги.