Двое грязных мальчишек

      Босые ноги паренька рассекали под собой лужи, коленки были изодраны в кровь от постоянных падений на камни, горло раздирала боль, а лёгкие выворачивались наизнанку. Он бежал со всех ног не различая местность, в которой он оказался: незнакомые разваливающиеся дома, горы мусора и мертвая ночная тишина, где одна только полная луна меж туч хоть как-то освещала дорогу.       Казалось ещё мгновение назад его обжигало железо и рвали кожу хлысты. Сейчас же он далеко от тех мрачных четырех стен и глаз, полные презрения и ненависти к нему.       Звенело в ушах и мерещилось, что где-то позади за ним всё ещё бегут люди, что кричат и бранят его, стремительно приближаясь. Глаза с золотым отливом полные страха, судорожно бегали в поисках укрытия. Словно в собственных объятьях, руки мертвой хваткой вцепились в лохмотья, пока ткань скрывала от дождя ноющие раны пастушечьего кнута и ожоги раскаленной кочерги.       Никому не ведомо, как долго он отчаянно бежал и насколько далеко отдалился от злосчастного приюта. Он петлял по улицам трущоб, мелькая белыми волосами в каждом переулке, и всё не останавливался.       Ещё немного и его схватят. Только раз оступись и тебя настигнут, уведут обратно и запрут в курятнике.       Поворот.       Ещё поворот.       Тупик...       Наконец мальцу пришлось остановиться. Стены домов сузились и стыковались друг с другом, отрезая путь. Но в этом закоулке он оказался не один. Серые глаза, как ещё две яркие луны, смотрели прямо на него не моргая и не отводя взгляд от вторженца. Это был такой же мальчик, грязный и болезненно худой, житель этих трущоб. Черные волосы и порванные ткани сливались с темнотой, одна бледная кожа мерцала вместе с глазами. Он притаился, словно черный кот в своих владениях, увидевший чужака.       Перед ним самим предстала необычная картина. В его переулок забежал мальчишка, с волосами пепла, оборванной одеждой и с выпученными глазами, как у безумца.       Завидев кого-то необычного в тупике, вторженец тотчас остановился и начал пялится на единственного живого человека, которого он увидел в этих ночных трущобах.       Темноволосый с осторожностью осмотрел его. Тот долго не мог выровнять дыхание, тело, что он только мог разглядеть, было в ранах, покрытые кровавой коркой вперемежку с грязью дорог, были глубокие ожоги в причудливых линиях, а самое главное его выражение лица. На нем читался животный страх, плечи слегка дрожали, а глаза молили о помощи.       Сам же вторженец не ожидал никакго спасения. Разорвав собственное оцепенение, он резко обернулся назад, словно прислушиваясь, но ничего, кроме шума дождя, слышно небыло. За ним уже давно никто не бежал. То было иллюзией страха.       Наблюдать такое поведение было необычно даже для выходца их трущоб. Наконец, хозяин этого переулка сам подошёл к нарушителю спокойствия. Своим приближением он вновь привлёк всё внимание белобрысого на себя. Глаза того так же были широко открыты и сияли золотом, а лицо выражало полное непонимание происходящего вокруг.       Черноволосый положил руку тому на плечо и поманил за собой чужака. Тот послушно последовал за ним, не смея перечить.       Ему было все равно куда и кто его ведёт. Главное то были не воспитатели и тащат его не обратно в приют.       Черный кот вел за собой чумазого пса в глубь трущоб, чтобы спрятать его и утолить свое любопытство.