Бегущая из тьмы

That a heavenly way to die - Troye Sivan

На протяжении нескольких месяцев каменные стены удерживают меня от внешнего мира. И с тех пор каждый день в Глэйде становится для меня всё безнадёжнее. Когда меня подняли сюда, моя голова трещала от боли и паники. Я помню, как руки дрожали от страха перед множеством насмешливых глаз. А парни, которые должны были протянуть руку помощи, только осуждающе окинули меня взглядом. Длинные волосы, низкий рост и ноги, которые нелепо тёрлись друг о друга во время ходьбы. Меня осквернили с самого первого дня, нарекая беспомощной и трудной девчонкой, которая доставит не мало хлопот. С того дня мне запрещали подходить к Лабиринту даже на пару шагов. А если я попытаюсь поучаствовать в общем голосовании, то моя ночь пройдёт где-то в холодной и никому не нужной Яме. Я была зла и напугана. Мне хотелось поговорить с кем-то из старших, разузнать об этом месте или просто секунду побыть рядом в компании. Но я чувствовала себя одинокой. После того, как толпа не смогла принять меня, моим единственным укрытием был Лес. Я гуляла по заросшим травой тропинкам, пытаясь найти ответы на свои проблемы внутри себя. Галли нарушил правила, чтобы Глэйдеры не касались меня во время своей работы. Что же такого может быть во мне, чтобы меня изолировали? Даже сейчас, в общей Берлоге, я старалась не думать о сегодняшнем мрачном вечере. Каждый раз, когда новичок узнавал своё имя, в Глэйде устраивалась вечеринка. Весёлые крики, танцы, радость. Большой костёр согревал всех на протяжении всей поздней ночи. У меня одной были болезненные мысли, которые преследовали меня снова и снова, как кошки, которые скребут по душе. Только солёные слезинки скапливались в уголках глаз. Парни никогда не смогут принять меня. Из-за моего роста, неумения быть выносливой, длинных волос, что лезут в глаза. Из-за того, что я девушка. Это омерзительно. Сидя в гамаке и медленно качаясь, словно маленькая лодочка на штиле, я тихо всхлипывала от потоков моих накатывающих слёз. Холодный ветер медленно развивал мои волосы, обдувая покрасневшие от истерики белки глаз. Горячее от зашедшего солнца тело крайне не соответствовало тому, что на самом деле происходило у меня в груди. У меня в сердце. Несправедливость, словно жалкое поглощение, полностью овладела мной. Постепенно парни стали возвращаться в Берлогу. Весёлые, уставшие, такие беззаботные, они один за другим обессиленно падали в гамаки. Холодный ночной ветерок и звуки животных в Лесу, а также сверчков наполняли пространство. Луна осветила Глэйд, открывая перед нами наши ночные кошмары в новой жизни. Я укуталась в гамаке, тщательно скрывая свои глаза, полные слёз и пустоты. Ночная мгла окутала Глэйдеров, приглашая их в мир сновидений. Зловещие крики Гриверов из Лабиринта становились всё громче с каждой секундой. Ворота ещё не закрылись, и это заставляло мою кожу ощутить леденящий холодок. Громкие звуки, доносящиеся из глубин Лабиринта, сотрясали моё сердце снова и снова. Навязчивые мысли не отпускали меня уже несколько недель. Я устала жить так, как живут Глэйдеры. Вечно мечтая о спасении, но оказавшись в бесконечной тюрьме среди Гриверов. Это не было жизнью. Это было выживанием. Я осталась без помощи друзей, без поддержки старейшин. В полном одиночестве. Почувствовав затруднённое дыхание, я выплеснула горькие слёзы наружу. Оглядевшись по сторонам, я прошлась взглядом по парням, которые уже давно спали в своих гамаках. С вниманием к каждому шагу, я осторожно опустила ноги на землю и поднялась, ощущая прохладу. Сжимая голые плечи руками, чтобы укрыться от ночного холода, я стояла, желая сохранить тепло. Больше нет выбора. Уверена, утром никто не будет ждать моего возвращения. Ночь за ночью я проводила в мучительном одиночестве, замерзая, испытывая страх и отчаяние. Настало время покончить с этим всем. Ведь уже больше не было ничего, чего я боялась. Это было лишено смысла. Мои ноги ступали по травянистой тропинке, встречая острые камни и прохладную землю. Двери Лабиринта были открыты, и, возможно, это был мой последний шанс на свободу - чтобы облегчить и свою жизнь, и жизнь Глэйдеров. Подходя к самым входным воротам Лабиринта, я всё сильнее теряла опору под ногами. Слёзы несуразно скатывались по моим щекам, а губы трепетали от грусти. Я пыталась вспомнить своих родителей, своих маму и папу. Интересно, есть ли кто-то, кто на самом деле нуждается во мне? Кто меня ждёт за стенами Лабиринта? Остановившись перед широко открытыми вратами, я стояла перед полным величия входом. Холодные каменные стены уводили куда-то в глубину, даже дальше, чем сама смерть. Это был единственный путь передо мной. Медленно ступив на неровные камни, я вошла в неизведанный Лабиринт. Я вытерла слёзы, прощаясь с ребятами, прощаясь со всей своей юностью и прежней жизнью. Но как только я решила пройти дальше, чья-то крепкая рука вцепилась в моё запястье, вытягивая оттуда с молниеносной скоростью. Кто-то грубо вытащил меня из Лабиринта, вжимая в холодную стену спиной. — Ты с ума сошла? Жить надоело? — Мои глаза сфокусировались на обладателе сильного и довольно громкого голоса. Минхо выглядел обеспокоенным и очень раздражённым. Мне показалось, что на дне его тёмных и затуманенных глаз плескалась ненависть, а может и гнев. Жжение на руке усилилось, а его крепкая хватка только стала сильнее. — Отпусти. — Процедила я, избегая зрительного контакта с главой бегунов. — Тебя ли это заботит? — Резко и насмешливо ответила я на его вопрос, всё так же пытаясь освободить руку. Я болезненно зашипела, ёрзая рядом с Минхо. Немного успокоившись и придя в себя, он выпустил мою руку на волю. Он был зол и крайне недоволен моим поступком. Но какое ему может быть дело до моих переживаний и решений? — Это из-за парней, верно? Из-за Галли? — Настойчиво спросил он, пытаясь смягчить свой тон до дружелюбного. Я опустила голову, всё ещё не в силах поднять на него глаза. Холодный ветер и грязная земля доставляли мне дискомфорт. Как же хотелось поскорее покончить со всем этим раз и навсегда. — Скажи мне, Шарлотта. — Прошептал он, надвигаясь ко мне всё ближе. Меня смущало то, с каким переживанием он разговаривал со мной. Хотя только он не осуждал меня и не оскорблял за спиной во время моего пребывания здесь. — Ты знаешь, что никто не хочет рисковать здесь жизнями. Шарлотта, парни оберегают тебя. Потому что ты единственная девушка. Для нас ты одна на миллион. Минхо беспокойно взглянул на меня, заметив мою лёгкую одежду. Я только что сняла обувь несколько минут назад в Берлоге, чтобы уверенно не позволить себе сбежать. Чтобы точно не выжить в этом проклятом Лабиринте. — Я не хочу больше выживать. Всем вам так будет лучше. Будь счастлив. — Прошептала я, сделав решительные шаги в направлении Лабиринта. Но больше я не чувствовала уверенности в своих действиях. Минхо снова остановил меня. Он ухватился за мою руку, притягивая к себе. Быстро развернувшись к нему лицом, я чуть не упала, подходя к нему ближе. — Ты никуда не пойдёшь. — Разозлённо вырвалось у него, когда он вытянул меня на тропинку. Резкий оглушительный звук пронзил мои уши, когда массивные двери лабиринта начали закрываться. — Отпусти, Минхо! — Пихнула я его в грудь, отталкивая и вновь отползая назад. Двери лабиринта задвигались, почти перекрывая собой половину прохода. — Пусти меня! Минхо рывком прижал меня к груди, не позволяя пошевелиться даже на сантиметр. Его рука обвилась вокруг моей талии, пока вторая утешающе поглаживала по волосам. И только тогда я поняла, что плачу. — Ты нужна нам, Шарлотта. — Шепнул он, наклонившись ближе к моему уху. — Ты нужна мне. Моё сердце замерло в груди, кажется, переставая биться. Я задрожала в его объятиях, пропуская через свой нос его запах ели и Глэйдовских ягод. От него исходило тепло. Тепло, которое я так стремилась получить за всё это время. Я медленно подняла голову, впервые погружаясь в темноту его глаз. Такой холодный и ответственный Минхо. Что от него осталось? Отдаваясь его рукам, я подняла голову, позволяя ему приблизиться. С небольшой щелочкой в губах я укусила нижнюю, созерцая его привлекательные уста. Он прильнул ко мне, а его голова медленно наклонилась. Мои пальцы нежно скользнули по его груди, лаская его через ткань, полны сомнений и чувственности. Мое дыхание перехватило, когда его губы прикоснулись к моим. Я слегка затянула его верхнюю губу в свой рот, нежно играя с ней языком. Он целовал меня медленно и осторожно, будто боялся разрушить между нами чарующую магию. Он отстранился на мгновение, и я наивно взглянула на него. Его глаза искрились, а его губы расплылись в улыбке. — Ты вся замёрзла. — Ласково сказал он, обогревающе массируя мои плечи. — Пойдём, я тебя согрею. — Улыбнулся Минхо, легко подняв меня на руки. Он схватил меня за ноги и плечи, плотно прижимая моё тело к своему. — Мне страшно. — Прошептала я с дрожащим голосом, обвивая его тёплую шею своими руками. — Скоро всё изменится, Шарлотта.