Взрослые люди

Мягкая ночь ложится на уставшие плечи города. Последние отблески солнца торопливо убегают с позолоченных куполов, стираются мягкие цветные тени витражных окон. Город накрывает душная, усталая ночь. Кавех потянулся. Проекты шли один за другим, не было лишней минуты отдохнуть и размяться. Наступил тот момент, когда работы так много, что одной бессонной ночью не обойтись: надо спать достаточное количество часов, чтобы хрупкий домик графика работ не развалился под головной болью и свинцовыми мыслями. - "Ванна готова!", - послышался крик с другого конца дома, удаляющиеся шаги и щелчок закрытой двери. Плюс устойчивого режима дня - все вокруг знают что от тебя ждать, а значит, если люди хотят сделать тебе приятное, то они точно знают когда и что будет уместно. - "Спасибо, принеси ещё фруктов, пожалуйста!", - прокричал Кавех в сторону. "Не перетрудится", подумал он, "что ему, сложно что-ли? Я бы с такой работой ещё две нашёл. Спит до обеда, перебирает три бумажки и в зал. Ужасно скучно, вся жизнь в режиме сбережения энергии". С этими мыслями он ходил по комнате, прибирая рабочие инструменты, вытаскивая заколки и завязывая волосы в высокий пучок. "Непонятно зачем такому человеку отношения, конечно, только нервы трепать попусту". Контейнер под линзы выпал из потрясывающихся рук, через тихое шипение маленькая лужица была растерта тапком, а линзы благополучно сменили круглые очки в тонкой золотой оправе. Кави вышел из комнаты в пестром шёлковом халате и ,шеркая расшитыми тапками с загнутыми носками, пошёл в комнату Хайтама. - "Я надолго, надо хорошо отдохнуть, а то уже руки трясутся и в глазах двоится. Кажется, ещё зрение начало падать...", - Кавех устало облокотился на косяк двери и вздохнул. - "Не удивлён, но я не стану в сотый раз говорить тебе одно и то же", - Хайтам сказал не оборачиваясь за очередной книгой. - "Легко говорить человеку на полном жаловании ректора университета, что всех денег мира не заработать.", - Кави состроил недовольную мину, - "И вообще, почему я просто по-человечески не могу поныть и при этом ничего не делать для изменения ситуации? Просто выговориться". - " Можешь, но сам же знаешь что я тебя жалеть не буду. Ты взрослый человек и сам ...." - " Все-все-все, умник, я пошёл ответственно и по-взрослому отмокать в ванной с перламутровой солью, а ты и дальше можешь игнорировать нормальное человеческое общение", - дверь закрылась с резким звуком, и недовольный Кавех пошёл к ванной. "Сколько можно, одно и тоже каждый день. Все нормально, меня никто не упрекает, но мы собачимся с трех предложений и я одинаково хлопаю дверью и ухожу, а он потом каждый раз приносит тарелку персиков и извиняется." Халат упал пестрой лужицей на пол, изящная лодыжка аккуратно коснулась воды, замерла и погрузилась целиком. "Не то чтобы мне сильно нравилось вариться в ванной, но надо хотя бы 30 минут посидеть чтобы отпустило", - он положил обмотанную полотенцем голову на бортик и расслабленно сполз ниже. Разводы перламутровой пыли плавно распускались в воде, пахло личи и малиной, слабо поблескивали бока персиков рядом со свечами. Спустя некоторое время, которого хватило чтобы успеть заснуть,в коридоре заскрипели половицы и послышался лёгкий стук в дверь. -"Можно войти?" В ответ раздались какие-то мычащие звуки, означающие "Да" на усталом, и в ванную зашёл Хайтам. - "Я сейчас задохнусь. Мало того что душно, так ещё и твои аромаштуки воняют. ", - он сполз по стене спиной и сел на пол. "Извини", - прозвучало совсем другим тоном, - "я правда переживаю что ты очень устаёшь." - "Я знаю, но почему то мне пришлось десять минут дышать по квадрату и пытаться успокоиться что ты меня не ненавидишь и не терпишь моё присутствие из жалости", - прозвучало в ответ усталое и безэмоциональное. Послышался долгий вздох и шуршание одежды. -"Мне лень открывать глаза, поэтому просто скажи что ты задумал",- все таким же ровным голосом сказал Кавех, когда почувствовал, что рядом с его ногами встают чужие ступни. " С ума сошёл, сейчас вода вся выльется, куда ты лезешь?!" - он резко открыл глаза и взволнованно сел в ванной. Хайтам не спеша встал в воду,а потом сел в противоположный угол ванной. -"Ты, кажется, отдыхал? Я тебе не мешаю, завтра ещё много дел", - спокойно сказал он и расслабленно лёг. -"Если это такое продолжение извинения, то зря стараешься ", - вздохнул Кавех и снова лёг, сложив ноги на борт ванной и закрыв глаза. Хайтам только хмыкнул в ответ и продолжил смотреть из-под опущенных ресниц на него. Даже в таком нелепом виде - махровый тюрбан на голове, мокрые очки, синяки под глазами- Кавех был красив. Сердце невольно сжималось от нежности, когда он смотрел на это шумное, не по силам энергичное создание. Свеча, горящая с двух сторон - это про Кавеха. Постоянная внешняя работа и внутренняя ненависть к себе. Из-за второго этот смешной человек никогда не поймёт, почему он его любит. Для самого себя он всегда будет бракованным и недостойным. Хайтам медленно садится и приближается к лицу Кавеха. Медленно снимает очки, кладет на тумбочку и мягко целует в нос. Кави смешно морщится, но не открывает глаза. Тогда он целует его в щеку, потом в другую, в лоб, висок, веки. Все это медленно и тягуче, чтобы не спугнуть тишину редкого момента мира. Лёгкое касание губ к губам. Вопросительный взгляд, в ответ движение навстречу и вот поцелуй уже углубляется, но остаётся таким же медленным. В этом поцелуе многолетняя усталость от мелких ссор и тысячи примирений, тихий разговор по душам об общей судьбе. Двое в ванной никуда не спешат, они уже нашли все, что искали и просто греются друг другом. Спустя некоторое время Кавех отстраняется. "Не знаю закладывал ли ты в свою аферу секс, но он сейчас случится", - безапелляционно заявляет он, "отказы не принимаются". "Какая ты мелочная язва, конечно, никуда без этого", -усмехается Хайтам и притягивает Кавеха ближе. Воздух становится горячее, движения быстрее. Полотенце падает на пол, руки путаются в волосах, тянут, гладят. Спускаются ниже, проходя по точкам, от которых невольно выгибаешься в спине и резко выдыхаешь. Каждый знает свою партию на отлично - нитка поцелуев в шею - для Хайтама, тонкое касание кончиками пальцев по спине - для Кавеха. Пальцы ложатся на два члена и плотно сжимает. Хайтам вздрагивает и резко втягивает воздух через полуоткрытые алые губы. Мягко оттягивает кожу с головки, подается бедрами вперед и опускает руку. Сплевывает слюну на руку, распределяет вверх-вниз и наращивает темп. Всматривается в лицо напротив, с ярким румянцем и распухшими от долгих поцелуев губами. Оба жарко дышат в шею друг другу и осыпают плечи поцелуями. Темп нарастает, и оба тела напряжённо костенеют в остром ожидании удовольствия, только руки двигаются в унисон. Учащенное дыхание на двоих, и вот Кавех первый содрогается от электрошока оргазма, падая на Хайтама. Он заканчивает вторым, не в силах сдерживаться от вида растрепанного, украшенного похотью Кави с блестящими губами, набухшей алой головкой члена, масляными полузакрытыми глазами. Он мокро и широко целует его, пока последние судороги не стихают и они оба оседают в ванную. Тихо сидят и смотрят на отблески свечи на плитке и персиках, переливы перламутра в воде и друг на друга. ""Всё, развлеклись, пора и баиньки", - тихо говорит Кавех, медленно встаёт и вытирается. Красиво, медленно, со знанием красивых ракурсов и теней, а Хайтам беззастенчиво наслаждается этим представлением для единственного зрителя. Кави протягивает руку, - "Проводишь свою красавицу ко сну, рыцарь-душнила?", - и мягко с усталостью улыбается. ""Конечно, только веретено захвачу", - говорит Хайтам и вышагивает из ванны. Свечки почти догорели, остался едва заметный огонёк, он тушит их и идёт вслед за Кавехом в его спальню.