nightmares

      Кошмары преследуют Казутору с того самого злополучного дня. С той самой битвы, в последствии названой кровавым хэллоуинном, и с той самой минуты, когда самый близкий человек закрыл глаза раз и уже навсегда.       Даже в таком, далеко не выгодном, положении Кейске заботился о друзьях. В попытке уберечь всех и сразу не уберёг себя. Резкий и грубый снаружи, видимо так он проявляет привязанность к товарищам, банально не умея сказать всё напрямую. Такая бескорыстная самоотверженность порождала не мало вопросов на пару с недоумением, но не могла не вызывать уважения.       Именно эта и ещё множество причин по которой Тора винил во всём только себя - уже нет смысла перекладывать всё на Майки. Винил себя постоянно, оставаясь наедине, погружаясь в собственные мысли. Тонул в них словно в тёмных водах глубочайшего океана, без возможности выплыть на поверхность. Некуда больше всплывать, да и незачем. Нет больше ничего кроме ненависти к себе - единственный островок спасения пошел под воду вместе с чёрной ленточкой на фотографии парня, затопленный слезами его матери.       Ханемия был эгоистом до последнего, не осознавая плачевность последствий, не желая брать ответственность, за что теперь тяжко расплачивается. Регулярные кошмары пробирают до дрожи и холодного пота при пробуждении, задевают самую больную тему. И без того не сладкое нахождение в колонии усугубляется перманентным недосыпом. Заслужил и полностью смирился с пытками подкидываемыми собственным сознанием. Если не жуткие картины, то просто беспокойный непродолжительный сон, да бессонница после, в довесок. И лучше уж не спать, чем.. это.

***

      Самая тёмная зимняя ночь которую можно представить, которую он только видел. Нещадно сыпет снег, огромными хлопьями ложась на землю, оседая на одежду и волосы. Не прикрытые участки кожи тоже попали под раздачу. Слегка саднят разбитые губа и нос от соприкосновения со снежинками - неприятно, но не смертельно. Расцветает багрово-фиолетовый синяк на ледяной щеке, ещё пару на ключицах и ниже, под футболкой.       Холод совсем не ощущается, или же просто не до него сейчас. Есть более насущные проблемы - силуэт далеко впереди, смутно знакомый, от чего только хуже. Тяжелые ботинки оставляют глубокие следы на пути к причине его вечных терзаний. Единственной надежде и главному страху.       Каждый шаг даётся с тяжестью, под взглядом таких спокойных глаз. И не понятно, что, чёрт возьми, в них отражается. Страшнее всего найти там презрение, разочарование к своей персоне. Это добьёт его окончательно. Растопчет и без того жалкие остатки надежды. Тогда уже ничего не поможет. Но смотрят эти тёмные омуты всё с той же теплотой и пониманием. Баджи снова ему всё прощает, хоть тот и не заслужил совершенно. В этом весь он?       Брюнет всё остаётся на месте, освещённый единственный на сотни метров фонарём. Стоит достаточно долго, чтобы тёмные пряди запорошило снегом. В одной лишь белой форменной куртке поверх футболки, в такую то погоду. Сам выглядит не лучше - тоже ввязался с кем-то в потасовку, и порядочно отхватил, однако совершенно спокоен. Лёгкая ухмылка на лице, очень в его стиле.        Сложив руки в карманы ждёт товарища, однако стоит тому подойти ближе раскрывает их для объятий. Он ждёт Казутору. Снова. Готовый принять и молчаливо поддержать. Как всегда, как раньше. Будто и не было разногласий и того побоища на Хеллоуин. От этого сердце сжимает тисками, разрываясь от осознания всей ситуации. В груди щемит от смешанных чувств. Ком в горле не позволяет больше вдохнуть, только глупо пялиться перед собой. Так больно ещё не было никогда, ни разу в жизни. Ни один удар по лицу не вызывает таких ощущений.       Тяжёлый шаг на встречу, вплотную к нему. Устоять на ногах удается с трудом, но сильные руки аккуратно придерживают. Дрожащими пальцами Ханемия сжимает ветровку прижимая парня ближе к себе, как можно сильнее, будто от этого зависит его жизнь. Может и не только его. Горячие слёзы растираются по лицу, размазывая запёкшуюся кровь, а ладонь брюнета гладит по волосам успокаивая. В его объятиях тепло.       Сейчас всё так правильно, так и должно быть. Мгновение кажущееся вечностью. Под этим самым фонарём, тёмной снежной ночью. Забывая, что это всё сладкий сон с утра обернувшийся худшим кошмаром.       Это его наказание, расплата за всё.