Рассвет и оранжевое море

      Стояло раннее утро. Среди облаков затерялась луна, уже готовая уйти за горизонт. Мирное сопение разносилось по палаткам, сливаясь с тихим плеском волн о скалы и шелестом листьев. Походные рюкзаки были свалены в одну кучу Сапнапом, на что так сильно ругался Карл. Джорджу, как и всем остальным, было всё равно, так что тогда он просто посмеивался и подкалывал остальных, стоя в стороне. Сейчас же он мирно спал в своей палатке, которую делил с Карлом.       Трава шуршала под чужими шагами, кажется, направляющимися к одной из палаток. Молния, защищавшая спящих парней от ветра и комаров, расстегнулась, и Джорджа аккуратно потрясли за плечо. — Ммм? — еще не совсем соображая, он повернулся и взглянул на вошедшего. Дрим склонился над ним, приставил палец к своим губам, а затем поманил за собой наружу. В полном недоумении и лёгком раздражении, что его разбудили, Джордж вылез за ним следом, — что происходит? — шёпотом спросил он. — Тише, — ему протянули худи и обувь, — одевайся, там холодно.       Джордж бесшумно оделся и опять спросил: — Куда ты меня потащил? Все ещё спят! — Именно, — Дрим слегка улыбнулся, — хочу показать тебе одно место, пошли за мной.       Он двинулся в сторону небольшого скалистого холма, сквозь который протекала речка. Место было безумно живописным: Над водой нависали скалы, с которых любили нырять туристы, сам же склон зарос плющом, мхом и другой зеленью, а там, куда шёл Дрим, была пещера, через которую река впадала в море. Внутри пещеры любили плавать из стороны в сторону парочки, ведь на выходе из неё открывался сногсшибательный и романтичный вид. Джордж сначала было подумал, что Дрим потащит его в эту пещеру, но оказался не прав: блондин свернул на тропинку, ведущую вдоль скалы и, не оборачиваясь, протянул назад руку с раскрытой ладонью. Дэвидсон смутился, но всё же вложил в неё свою. Кряхтя, ворча и боясь навернуться на скользких камнях, Джордж буркнул: — Надеюсь, это твоё место стоит моих страданий и недосыпа. — Поверь мне, стоит, — тут блондин свернул в проход в скале и начал продвигаться внутрь.       Этот проход настолько слился с камнями и зарос растительностью, что Джордж вначале подумал, что его друг растворился в скале, но после накатила заинтересованность и интрига. Что же на другой стороне? Они уже почти вышли наружу, как Дрим внезапно развернулся к нему лицом, отпустил руку и произнес: — Так, а теперь закрой глаза, я поведу тебя, — его глаза восторженно блестели, как у ребёнка, и Дэвидсон не смог ему отказать, хоть и было страшно. Дрим подхватил его под руки и осторожно повёл, сообщая о каждом выступе. Тут в лицо ударил влажный, морской ветер, запахло морем, и волны шумно разбивались о скалы. Дрим обошёл его, положил обе руки на плечи и вполголоса сказал: — Открывай.       Это было невероятно. Солнце, уже готовившееся выйти из-за горизонта, окрасило небо в мягкий красноватый градиент, волны спокойно накатывали на камни, отливая оранжевым. Горы и холмы на линии горизонта подёрнулись синеватой дымкой, а вершины их будто растворялись. Джордж просто не мог отвести своих глаз, а когда всё же смог, оглянулся и наконец заметил, где они стояли. Это был небольшой выступ в скале, будто балкон без перил, по краям росли кустарники и редкая трава, а вокруг стояли… свечи? Видимо, это Дрим их сюда принёс, тем более он уже расстелил плед, сел на него и приглашающе похлопал рядом. — Вау…. — восхищение до сих пор не покидало его лица. Он опустился справа от парня, скинув обувь, и сел, наискосок согнув ноги, поджав их под себя, оставив ступни с правого боку. Блондин сидя с одной вытянутой ногой и согнутой в колене второй пододвинулся ближе и обнял Джорджа за плечо, надавив на него, вынуждая лечь прямо на парня. Не имея ничего против, он лишь смутился, облокотился на него и сказал: — Даже не представляю, как ты нашёл это место, тем более к самому рассвету. — Да, это было довольно сложно, — Джордж повернулся, и уставился на профиль Дрима. Было невозможно устоять и не полюбоваться, тем более сейчас, когда его освещает теплые лучи восходящего солнца, ветер треплет золотые кудряшки, а сам он смотрит на море и не замечает чужого взгляда, — я долго искал подходящее место, это ведь наш последний день здесь, и мне хотелось провести с тобой время наедине, — тут он улыбнулся и мягко сощурился, — затем наконец нашёл и стал готовить к твоему приходу. Знаешь, столько всего могло пойти не так: я не смог бы тебя разбудить, ты отказался бы выходить или развернулся бы на пол пути, но вот ты здесь, и я безумно рад, что могу разделить с тобой этот рассвет.       Дрим повернулся и они столкнулись взглядами. Блондин в который раз убеждается, насколько легко утонуть в глазах Джорджа. Зрачок обрамлён радужкой, цвета тёмного густого шоколада. Они смотрели снизу вверх и от этого казались ещё больше и очаровательней. Не отводя взгляд, Дрим протянул Джорджу свободную левую руку. Заметив это движение краем глаза, брюнет вложил в нее свою ладонь, кожу которой начал мягко поглаживать чужой большой палец. Дрим наблюдал, как в ответ на это действие, щёки второго начали медленно покрываться нежным, персиковым румянцем. Джордж не планировал говорить это, но слова сами вырвались, прежде чем он понял: — Это ведь свидание, верно? — Верно, — он улыбнулся.       Сердце Дэвидсона сжалось, а взгляд непроизвольно опустился на губы. Дрим заметил это и сделал то же самое. Атмосфера и их близость позволили ему наклониться, едва касаясь мягких розовых губ, и шёпотом спросить: — Я могу…?       Слова были не нужны, и в качестве ответа Джордж слегка качнулся и сам поцеловал его. Рука Дрима, покоившаяся на чужом плече, опустилась на талию, немного сжав её. Неизвестно, сколько они сидели так и целовались, прерываясь лишь чтобы глотнуть воздуха, но взошедшее Солнце уже полностью плыло над морем, озаряя их, облака и весь остальной мир.       Весь оставшийся день они косились друг на друга, улыбаясь и вспоминая то утро. То и дело оказывались рядом друг с другом, разговаривая о чём-то своём и украдкой целуясь. Разумеется, расспросов не удалось избежать, но они утаили правду о том, где пропадали утром, ведь ни один из них не хотел делиться с другими тем рассветом и оранжевым морем.