Беззащитный Давид.

За окном была ночь, город уже спал, но за одной многоэтажкой, на третьем этаже, горел тусклый свет, за экраном компьютера сидел юноша, и смотрел хорроры, это – Давид. Он любил хорроры, но очень боялся их, но всё равно смотрел, но из за этого не спал ночами, из за страшных снов. –Давид, время уже третий час доходит, ты спать собираешься?– в комнату заходит друг Роменского, Никита. Шатен дёрнулся, но быстро поставив хоррор на паузу, и повернувшись к другу, сказал: –Ааа.. Д-да.. Скоро, пойду спать, ты иди ложись– старший почесал затылок и криво улыбнулся своему другу. –Хм.. Ну давай, я зайду к тебе через 20 минут, если не будешь спать, я не знаю что с тобой сделаю– заявил Берг, смотря на Давида более серьезным взглядом. –ну Никита, чё ты как мама за мной по пятам бегаешь, мне не 5 годиков, и сам о себе позабочусь–сказал каштановый, и скрестив руки на груди. –знаю я твоё "я и сам позабочусь о себе", доходит до того что ты портишь свой режим, и ложишься под утро, ты совсем о себе не заботишься! Поэтому дай мне о тебе побеспокоиться!– Никита закрыл дверь и направился в комнату. Роменский немного погрустнел. –а ведь правда, я не могу о себе позаботиться, я толком еду себе приготовить не могу, я правда как 5-летний мальчик, который нечего не умеет..–проговорив грустно, парень, выключил комп, упал на кровать со вздохом, и закрыв глаза, попытался уснуть. Давид сидит в каком-то месте, хотя не в каком-то, а уже до боли знакомое, не то, которому он рад, а то, которое заставляет его ловить панику, страх и слёзы. В этом месте, все его друзья, родители, были попросту убиты, но Давид каждую ночь смотрел на один и тот же кадр, как убивали его родных. Их просто разрывали на части, кому-то отрывали ноги, руки, даже и голову, или же сжигали тело полностью. Давид не мог уже наблюдать это каждую Божию ночь, но и не хотел высказать этот ужасный сон кому-то, ну подумает совсем с головой не в порядке. Шатен ворочиться во сне, нервно дышет, с глаз уже начинают течь слёзы, но он не может проснуться, ему что-то не даёт.. Двухцветный как и обещал, через 20 минут прийти и проверить шатена. Берг слышит за дверью странные звуки, но всё же открывает двери, и входит в комнату. –Давид?..– шепотом проговаривает Никита, но только видит что Давиду спиться не сладко. Подходя к кровате, и садясь на её край, тот начинает трясти плечо Давида, тихо проговаривая это имя "Давид", но уже более с тихого он переключался на более громкий, но так чтобы не сильно напугать каштанового, тот сначала морщиться и открывает глаза, а после подрывается с кровати хватаясь одной рукой за лицо, и уже понимая что в комнате он не один, поворачивает голову в сторону Берга. –Давид, что случилось? Ты выглядишь напуганным. Страшный сон?– Никита смотрит Роменскому в глаза, как будто пытаясь найти в них ответ. –... Да, он самый страшный сон.. –Давид замолкает, пытаясь осилить себя с просить у Никиты, может ли он высказаться ему про этот сон. –Ааа.. Могу ли я, тебе, ну, высказаться про этот страшный сон? Который мне сниться каждую ночь– шатен отворачивает голову, думая что тот откажет. –конечно, надеюсь, тебе так станет легче– мифоискатель слабо улыбнулся, гладя Давидушку по спине, в качестве успокоения. Давид высказал в подробностях об этом сне, что он сниться ему каждый день, и каждый раз одна и та же картина. Никита внимательно слушал шатена, не переставая гладить того по спине. Закончив свой рассказ о сне, у Никиты не было слов, просто совсем не было, Давиду же стало намного легче, что он высказал этот свой сон, он не ждал поддержки от Никиты, он бы и сам на месте Никиты слов не нашёл. Мифоискатель начал вспоминать, что же ещё успокаивает Давида, призраку стало легче но он продолжал плакать, до такой степени ему было страшно. Потупив ещё минуты 3, двухцветный вспомнил, когда-то пранкер говорил что он очень любит обнимашки и лёгкие поцелуи, но он ни от кого не получал этого. Мифоискатель аккуратно обнял сзади шатена, от чего тот был довольно в шоке, но колебаться сил не было, да и смысл если ты так любишь это, призрачек расслабился и упал на Берга, тот лишь присел на кровать окутав Давида в свои объятия, заключив ноги и руки в замок, Давид выглядит как беззащитный котёнок, которому не хватает тепла и ласки. Мифоискатель начал целовать призрака в макушку, лоб, щеки,делал он это крайне ласково, и аккуратно. А Давид только смущался и жмурился, и начинал успокаиваться, и засыпать. На часах уже идёт 5-ый час утра, Давид уже спит в объятиях Никиты, а тот не отпускает его. Ты так любишь объятия и поцелуи. Но ты их совсем не получаешь. Беззащитный, беззаботный котёнок. Которого так и хочется защитить от всего. –я люблю тебя, Давид–довольно тихо проговаривает тот, и уже кладя голову на голову Роменского, тот закрывает глаза, и отправляется в мир Морфея.