Близкий, но чужой...

Обняв Риту одной рукой, я водил по ее предплечью пальцем, когда мы вечером лежали в постели. До сегодняшнего дня мне казалось, что уже забыл о той ошибке с Майей. Оказалось, что это совсем не так. После того как я узнал, что в отпуск я поеду не только с Ритой, меня словно током тряхануло и уже через несколько минут я ворвался в квартиру тремя этажами ниже. Злость затуманила мой разум, и я наговорил того, о чем сильно теперь жалел, когда чуть успокоился. Самое отвратительное, что, когда мы ругались с Майей, единственной моей мыслью было сорвать с нее платье и трахнуть все на том же кухонном столе, как тогда, летом. Теперь я отчетливо понимал, что спокойного отдыха на морском побережье мне не видать. А в добавок мое воображение, которое с мазохистским удовольствием подкидывало мне картинки с Запольской, напрочь отказалось что-то придумать, чтобы не отправляться в эту злосчастную поездку. ― Рит, мне Шаста на работе хватает. Может в другой отель поедем, ― я предпринял жалкую попытку. ― Арсюш, ну, ладно тебе! Я уверена, что вчетвером будет весело. Я уже давно понял, что Ритка любит компании, если бы была возможность, она бы пол офиса взяла с собой. И, положа руку на сердце, я бы с большой радостью отдохнул со всеми техниками, гримерами, операторами и другими участниками нашей команды, главное, чтобы Майи там не было, да еще и в обнимку с Шастом. Самое неприятным было то, что я ревновал. Беспочвенно, иррационально и непозволительно. Каждый раз, когда я видел машину Антона в своем дворе, меня это страшно злило. Я не имел прав на эту темноволосую высокую девушку, да и не променял бы на нее Риту, но мысль о том, что к ней прикасается кто-то другой, меня выводила из себя. Я чувствовал себя человеком с биполярочкой, которого кто-то разрывает изнутри на две противоположные половины и не знал, что с этим делать. *** В общем аргументы у меня закончились и спустя два дня мы Ритой уже стояли в Шереметьево у стойки регистрации и ждали людей, которые станут нашими спутниками на ближайшие десять дней. Рита первой заметила приближающуюся пару и кинулась им навстречу. Из-под глубокого капюшона толстовки выглядывала светившаяся, словно медный пятак физиономия Шастуна. Давно я не видел его таким откровенно довольным жизнью. Честно говоря, я не испытывал воодушевления по поводу совместного отдыха и планировал не выходить из своего бунгало все десять дней. Именно по этой причине меня раздражало удовольствие на лице Антона. Рита по-свойски повисла на шее Шаста, заставив его наклониться, и чмокнула его в щеку. Майю же она стиснула в крепких объятьях, так что девушка аж крякнула и с облегчением выдохнула, когда Рита ее отпустила. Я окинул взглядом нашу четверку. Мы с Шастом были во всем черном, запакованные по самые уши в воротники и капюшоны. Рита надела ярко-розовый плюшевый спортивный костюм. Когда утром она нацепила его, я думал, что у меня глаза вытекут от этого неонового оттенка. Уговорить ее переодеться у меня не получилось. Она надулась и пришлось капитулировать. Майя же была с ног до головы одета в светло бежевое. Тонкие обтягивающие легинсы чуть просвечивали и под ними виднелись острые коленки. На длинную оверсайз толстовку был накинут короткий тонкий пуховик. Из однотонного наряда выбивались только потертые сине-зеленые громадные гриндерсы. Я поймал себя на мысли, что мне нравится, как она одевается. Подозреваю, что я пялился на нее, потому что поймал на себе сосредоточенный взгляд Шаста и понял, что Рита что-то говорит мне и пихает локтем в бок. ― Арсюш, ты чего? Уснул? ― Сорян, ― я пришел в себя и схватился за причину, которую мне сама подарила Рита, ― Совсем не выспался что-то. ― Лететь долго, ― сказал Антон, ― Успеешь. ― Высыпайся на ближайшие десять дней ― хихикнула моя девушка, ― Не думаю, что я тебе дам это сделать на Мальдивах. В этот момент мне стало жутко неловко, то ли перед Антоном, то ли перед Запольской. Но тут я заметил взгляд Майи. Она хмыкнула и поджала губы. Меня сильно выбесило это выражение ее лица, и я с трудом сдержался, чтобы не подать виду. ― Пойдемте сдавать багаж, ― сказала Майя и зашагала в сторону стоек регистрации. Все пошли за ней. Я смотрел на ее ноги в бежевых леггинсах, на распущенные волосы покачивающиеся в так ее шагов и тяжело вздохнул. Просто так все это не кончится, я чувствовал это, но не мог решить, чего же я хочу. *** ― Мы что, в бизнес-классе летим? ― искренне удивилась Майя, когда бортпроводница проводила нашу компанию к креслам. Она бросила неодобрительный взгляд на Шаста, и я понял, что он платил за все. Это меня порадовало. Оказывается, не такая она святая, как хотела показаться и вполне может брать деньги у своего любовника. Настроение значительно улучшилось от одной этой мысли. Но тут же я себя одернул. «Когда я превратился в этого человека, который злорадствует в своей голове?!» Я не знал, что со мной происходило. Мой внутренний монолог прервала Рита. ― Конечно! Мы же на Мальдивы летим! ― ее выражение лица было крайне довольное, а вот Майя нахмурилась. ― Мне очень хотелось с комфортом лететь, ― виновато сказал Антон, обращаясь к Запольской. Я посмотрел на Майю, ее ноздри раздувались, губы были поджаты. Она явно решала стоит ли ей высказаться или нет. А мне неожиданно мне захотелось разрядить обстановку. ― Ты бы видела, как он крючится в экономе, когда мы на гастроли летим, ― сказал я. Мои слова все проигнорировали. Шаст подталкивал Майю к окну. Но она остановила его движением руки, попросила его наклониться и что-то сказала на ухо. Он кивнул и, обхватив за талию, поцеловал ее… Он просто касался ее губ, но делал это так нежно и проникновенно, что я не мог оторвать взгляд. Майя прижалась к нему всем телом, растворяясь в нем. Я пытался найти хоть один изъян в этот картинке, но не получалось. Я опять неистово злился и ревновал, хотя абсолютно не имел на это право. Мне захотелось подойти и оттолкнуть Антона. Мысленно выматерившись, я отвернулся и устроился в самолетном кресле рядом с Ритой. К середине полета девушки распили бутылку шампанского, мы с Шастом налегали на виски, и в итоге обстановка разрядилась. Мы шутили и смеялись, играли в города. Да, вот так незамысловато проводили время. В итоге все уснули, а у меня никак не получалось отправиться в царство Морфея. Я встал, прошелся по салону, сфотографировался со стюардессой. Попросил еще виски, вновь прошелся по проходу со стаканом и остановился рядом со спящим Шастом. Но интересовал меня не он. Я смотрел как Майя свернулась в кресле клубочком и подложив ладонь между щекой и подушкой сладко дремала. Я вспоминал те двое суток, когда она болела, а я сидел рядом с ней и прикладывал к ее лбу влажные полотенца, чтобы хоть немного сбить температуру. Она была такой беззащитной, когда спала. Ведь, когда она открывала глаза, ее острый колючий взгляд стирал всю эту нежность, наружу вылезала сильная девчонка, которой море по колено. Ее чайно-ореховые глаза… В этот момент я понял, что они смотрят на меня в упор. Бежать и скрывать, что я пялился на нее спящую не было уже никакого смысла. ― Я поговорить хотел, ― сказал я шепотом, боясь, что разбужу Антона, а потом добавил, ― Пожалуйста. Майя колебалась, а я совершенно не знал, о чем буду с ней говорить. Сказал на автомате, чтобы не выглядеть полным идиотом. Но она явно приняла мое предложение, потому что начала осторожно выбираться со своего места мимо Шаста. Когда она оказалась в проходе рядом со мной, я взял ее за руку и повел к шторке, которая отделяла салон от туалетов. Я почувствовал, что она вздрогнула, когда я коснулся ее руки, но сопротивляться не стала. Когда мы остались одни, я отпустил ее руку и посмотрел на нее. Она стояла, прижавшись спиной к какому-то техническому шкафу и теребила в пальцах край своей толстовки. ― Я хотел поговорить, ― повторил я, совершенно не представляя, о чем именно мы будем разговаривать. ― Говори. ― Я хотел извиниться… ну, за то, что наговорил тебе тогда, последний раз… Прости, я вышел из себя и это было невежливо. ― Прощаю. Она явно не собиралась мне помогать, а помощь мне была, ой как нужна. ― Я правда сожалею. ― Арс, я же сказала, прощаю. Повисла невыносимая пауза. Я понимал, что должен еще что-то сказать, но все мысли совершенно улетучились из моей головы. Снова взглянув на нее, я увидел, что она прикусила губу, и смотрела на меня не моргая, словно буравя меня взглядом. Что мной двигало в тот момент я просто не знаю. Но в следующую секунду я поставил ладони на шкаф позади Майи и приблизился к ней вплотную. Еще мгновение и я бы коснулся ее губ, но в этот момент мое воображение подкинуло мне воспоминание. Антон нежно целующий Майю… Я тут же отпрянул настолько далеко, насколько это было возможно в этом крошечном самолетном пространстве. В ее глазах читалось пренебрежение. Но я заметил, как часто и неравномерно вздымается ее грудь. Я ее волновал также, как и она меня. И самое обидное, я не мог решить радует меня эта мысль или нет. ― Давай не будем портить друг другу отпуск, ― выпалил я. ― Я этого и не планировала. С этими словами Майя развернулась и ушла, а я как подросток подглядывал в щель между шторками, как она садится в свое кресло, и ненавидел себя за это. *** Двое суток после прилета на остров мы все дружно пытались победить джетлаг. Разница с Москвой там была всего два часа, но полтора дня в дороге изрядно сбили нам ритм сна и бодрствования. С момента прибытия мы только один раз виделись с Антоном и Майей на ужине. Просто поели и разошлись. Майя неистово зевала, Рита залила в себя два коктейля и отказалась есть, а Шаст как обычно поперебирав еду, что-то наспех засунул себе в рот и потащил Запольскую в их бунгало. Я даже не знал, где они живут. Потому что, когда мы приплыли на остров, нас сразу повели в наши домики в разные стороны. Может это было и хорошо. На следующее утро Рита разбудила меня поцелуями. ― Поднимайся, а то весь отпуск проспишь! ― хихикнула она и стащила с меня простынь, которой я был укрыт. ― Не такая уж и плохая перспектива, ― зевнул я. ― Даже не надейся! Иди чисти зубы, пойдем завтракать, а потом на пляж, ― она кидала в свою пляжную сумку вещи, параллельно разговаривая со мной. Я накрыл лицо подушкой. Мне совершенно не хотелось вставать и куда-то идти, единственно, что меня вдохновляло, так это возможность выпить кофе. А еще я второй день хотел курить. На отдыхе я вообще никогда не курю, но тут почему-то мысли о затяжке не покидали меня. ― Если не встретим Майю и Антона на завтраке, то после пляжа, хочу пойти поискать, где они живут, ― сказала Рита, а я убрал подушку с лица. ― Зачем? ― В смысле, зачем? ― она уставилась на меня с непониманием, ― Мы же вместе приехали и даже ни разу не общались! ― Мне тебя достаточно, ― я протянул к ней руки, приглашая вернуться ко мне в постель. ― Даже не надейся! ― она нахмурилась, но я видел, что ее глаза улыбаются. ― Когда ты в аэропорту говорила, что не будешь давать мне высыпаться, я рассчитывал совершенно на другое, ― я посмотрел на нее из-под ресниц, рассчитывая, что она воспримет мою игру и все-таки вернется в постель, но она не поддалась. ― Днем вернемся в бунгало, когда будет совсем жарко на улице, и я не буду давать тебе спать ― строго сказала Рита, ― А теперь подъем! Я неохотно встал с кровати. ― Ладно, найдем Шаста, хоть сигарет у него возьму. Рита надула губы, но промолчала. Ей не нравилось, а когда я курил, и один раз она даже попробовала возмутиться по этому поводу. И мне, в общем-то не составляло труда вообще не курить, реально хотелось сигарету, мне крайне редко. Но сама мысль о том, что кто-то хочет что-то запретить, мне бесила. Что в жизни, что в работе ты вынужден подстраиваться под какие-то правила, под каких-то людей. Именно поэтому, когда дело касалось таких мелочей, меня совершенно не устраивало, что мне указывают. Мы поссорились в тот раз, но поскольку Рита была достаточно проницательной девушкой, она четко поняла, что со мной лучше не спорить, особенно по таким поводам. Я же в свою очередь перестал делать ей замечания по поводу ее одежды, которая мне не всегда нравилась. На том и порешили, я не придираюсь к ее гардеробу, а она к моему курению. Мы позавтракали практически в полном одиночестве, только в углу сидела пожилая пара французов. Я пил кофе и смотрел на океан, вид на который открывался с веранды ресторана. В этом месте было красиво, даже слишком. Смотришь на этот белоснежный песок, пальмы как с картинки и лазурную воду и не веришь, что это реальность. Слишком это походило на отфотошопленные картинки. Остров был всего восемь квадратных километров и его можно было легко обойти прогулочным шагом часа за полтора, чем мы и занялись после завтрака. У берега стояло несколько вилл на воде, но они все пустовали, вообще отель был заполнен только наполовину, как сказал мне администратор, когда я спросил сколько людей отдыхает на острове. Влажный сезон только заканчивался, хотя те два дня, что мы были на острове, дождь шел один раз и закончился, не успев начаться. Основное количество вилл стояло чуть вдалеке от береговой линии, они утопали в зелени и, находясь в своем бунгало, невозможно было услышать соседей. Что, собственно, очень радовало, создавалось ощущение, что ты один на всем острове. Мы Ритой повернули из-за группы каких-то цветущих кустарников, источающих приторный сладко-медовый аромат и заметили пару, лежащую на песке у края воды. Я сразу узнал Шаста. На нем были плавки-шорты ярко-бирюзовые с крупными оранжевыми цветами. Вчера вечером я видел фото, которое он скинул в рабочую группу с надписью «Завидуйте», он был именно в этих шортах. Рита схватила меня за руку и потащила к ним. ― Я уж думала, что придется стучаться в каждое бунгало, чтобы выяснить, где вы живете, ― сказала она, обнимая Майю, которая, заметив нас, встала с песка. Запольская только улыбнулась в ответ и кивнула, приветствуя меня. Когда приветствие было окончено, девушки уселись на песок и Рита без остановки начала рассказывать о том, какой у нас номер, о душе под открытым небом, о балдахине над кроватью и всем остальном, что ее впечатлило в отеле. Майя только кивала и улыбалась. Я попросил у Антона сигарету, и мы отошли в сторонку, чтобы покурить. ― Как сам? ― начал разговор я. ― Шикарно, ― на лице Шаста промелькнула улыбка, ― Здесь даже лучше, чем я мог себе представить! ― Ты же, вроде уже был на Мальдивах, с… ― я осекся, и мысленно себя отругал, ведь он был на островах с девушкой, с которой у него все плохо закончилось. Антон заметил, что я проглотил конец фразы и возможно, даже мое смущенное выражение лица. ― Не парься, эта история уже в прошлом, у меня все отлично, ― сказал он, похлопав меня по плечу. ― Влюблен, смотрю? ― я отчетливо понимал, что не стоит это говорить, но мне безумно хотелось выяснить, какие же у них отношения с Майей. Честно говоря, я не надеялся на честный ответ, но сдержать себя не мог, рассчитывая прочить все по лицу Антона. ― Мне давно не было так хорошо, ― неожиданно откровенно сказал он и посмотрел вдаль, явно предаваясь своим воспоминаниям, ― Я с ней действительно отдыхаю, теплая она, что ли… ― он помолчал, ― А влюблен ли… не знаю. И вот здесь он точно соврал мне, я понял это по его глазам, по его позе, по уголкам губ, которые дрогнули в улыбке, когда он говорил о Майе. Да, он был в нее влюблен… и сильно. А у меня скрутило в районе солнечного сплетения. ― Пойдемте купаться! ― закричала Рита и мы с Антоном обернулись. Она сняла пляжный халатик, а Майя стягивала с себя майку и шорты. Я посмотрел на Майю. Ее купальник практически ничего не прикрывал, настолько откровенным он был, только несколько крошечных тряпочек телесного цвета. Она казалась абсолютно нагой, особенно в лучах яркого тропического солнца. Девушки уже шли к воде. ― Она красивая, ― сказал я. Антон бросил на меня взгляд, но ничего не ответил на мою реплику. ― Пойдем, ― он зашагал к девушкам и в три больших шага оказался возле них. Шаст занырнул в голубую гладь воды, оставив после себя волну брызг. Рита завизжала от восторга. А Майя нырнула в глубину. Антон всплыл на поверхность. А вот Майя не выныривала. Внутри меня что-то екнуло, я быстрым шагом направился в воде. Антон осматривался, явно пытаясь найти свою девушку. ― Где Майя? ― закричал я, заходя в воду. ― Она нырнула… ― растерянно сказала Рита. Я глянул на Шаста, мы встретились глазами, и я увидел в них панику. Через несколько невыносимо долгих секунд тишины мы услышали всплеск воды, и все обернулись на него. Метрах в тридцати, а может в сорока от берега над водой появилась голова. Майя поправила свои совсем почерневшие от воды волосы и помахала нам. Я выдохнул так сильно, что аж услышал свист своих легких, а может это была только что выкуренная сигарета. Антон тут же поплыл к Майе. О чем они говорили, я не слышал, но завершилось все это поцелуем, и я отвернулся. Мы с Ритой лежали на песке, когда эта сладкая парочка вышла из воды. ― Простите, я не хотела вас напугать, ― виновато обратилась к нам Запольская. ― Ничего страшного, ― быстро отозвался я. ― Вообще-то страшно! ― сказала Рита даже слегка грубо, ― Мы очень перепугались! Ты, конечно, всегда спортивной была, но плавать не умела! Когда научилась? ― Простите, ― сказала она, переминаясь с ноги на ногу, ― Я в Москву, когда переехала, ты еще в школе доучивалась, пошла в бассейн и занималась с тренером. ― С чего это вдруг? ― не унималась Рита, а мне захотелось ее одернуть, но между нами наклонился Шастун, чтобы взять свое полотенце. Щеки Майи вспыхнули румянцем. ― Да, ладно, расскажи им, ― рассмеялся в голос Антон, протягивая ей один конец полотенца, а вторым вытирая свои волосы. Майя вытерла лицо махровой тканью и смущенно улыбнулась. ― Я познакомилась с парнем, когда приехала и он пригласил меня сплавляться на байдарках по горной речке, ― она говорила в полголоса, пытаясь скрыть неловкость, ― Мне очень хотелось поехать, но я отказалась, потому что не умела плавать. ― Она еще курсы спасателей закончила, ― сказал Антон, он явно был горд этой информацией, ― Так что можно экстремальными видами спорта на воде заниматься, у нас есть личный спасатель! ― Э-э… ― протянула Майя ― Тебя долговязину, она точно не сможет спасти, ― хихикнула Рита, уже явно перестав злиться на подругу. Антон проигнорировал замечание девушки. ― Арс, мы хотим на сапах покататься. Вы с нами? ― обратился он ко мне. С одной стороны, мне нравилась эта идея, я не могу весь отпуск лежать тюленем. Завтра, например, я собирался встать пораньше и побегать по побережью перед завтраком. Но, с другой стороны, мне совершенно не нравилось, что чувствую рядом с этой парой влюбленных. И еще я точно понимал, что этого хочет не Шаст, а Майя. Он бы со спокойной совестью пролежал бы весь отпуск под зонтиком, вливая в себя виски вперемешку с колой и был бы счастлив. К сожалению, Рита не оставила мне выбора. ― Ой, а что это? ― спросила она. — Это как серф, только более устойчивый, с веслом и не по волнам кататься, а просто по воде, ― сказал Шаст, — Это безопасно. ― Я тоже хочу! ― взвизгнула Рита и посмотрела на меня. Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Все пошло не по плану, как я предчувствовал. Рита постоянно падала с сапа, хотя волн практически не было. Шаст тоже разок свалился и неудачно стукнулся лодыжкой об доску. Эти двое ретировались, сказав, что им достаточно спорта на сегодняшний день. В итоге мы остались кататься с Майей вдвоем. Я хотел было пойти с Ритой, но она настояла, что отправится с Антоном в бар, а мы с Запольской должны покататься еще, раз уже заплатили за прокат оборудования. Полчаса, что мы провели на соседних досках в океане, показались мне вечностью. Я то и дело рассматривал фигуру Майи не в силах сдержать себя. Она заливисто смеялась каждый раз, когда я соскальзывал с доски. ― Я вообще против рисунков на теле, но у тебя очень красивая татуировка, ― сказал я, когда мы вернули сапы в прокат, ее феникс на спине притягивал взгляд. ― Спасибо. ― Она что-то значит? ― Конечно. ― Не расскажешь, что именно? ― Не планировала. Вот как-то так мы и общались, когда оставались наедине. А почему-то очень хотелось с ней поговорить, не важно о чем, просто разговаривать. *** В баре мы нашли достаточно пьяных Антона и Риту. Они смеялись, и Рита даже хрюкнула, на какую-то очередную шутку моего коллеги. «Бесшабашные дурынды», ― подумал я, когда мы вошли в бар. В итоге я взял Риту на Руки и понес в наше бунгало, наспех попрощавшись с ребятами. Она тут же отключилась, а я пошел курить на крыльцо, прихватив с собой нагло украденную у Шаста пачку сигарет. Время пролетело незаметно, а пачка уже опустела на треть. Прошло около трех часов, с тех пор как мы вернулись в домик и на улице совсем стемнело. Как неожиданно я услышал голос за спиной. ― Арсюш, я лишнего выпила, прости пожалуйста. Я встал, подошел к Рите и обнял ее за плечи. — Это я виноват, что оставил тебя с этим алкашом. ― Да, он прикольный, такой на позитиве всегда! ― сказала она. — Он не такой на самом деле. ― Что ты имеешь… Ай! Я взял Риту за плечи в тот момент, когда она говорила, и она осеклась, отпрыгивая от меня. ― Кажется я сгорела, ― сказала она, осматривая свою кожу. ― Давай намажу кремом после загара, ― сказал я и направился в ванную, где я видел его в последний раз. ― Не поможет… ай, ― она коснулась пальцем своего плеча. ― Все равно чуть легче станет. ― Не-а, плавали―знаем, ― она подняла на меня глаза, ― Сходи, возьми, у Запольской есть крем от ожогов, она говорила, что взяла. ― Хорошо, сейчас сбегаю. Мы днем выяснили, что живем через два бунгало друг от друга и теперь я знал, где искать. Я чмокнул Риту в макушку и выскочил за дверь. Только оказавшись на улице меня тряхнуло от того, что мне нужно врываться к этой паре, хотя уже почти наступила ночь. Убедив себя, что это все продиктовано необходимостью, я быстрым шагом направился в нужном направлении. Подойдя к двери, я еще раз убедился, что пришел правильно. Небольшая деревянная табличка на столбике рядом с дверью подтвердила мне это. Я осторожно постучал. В тот момент, мне показалось, что стук эхом разнесется по округе, но влажное дерево двери и заросли деревьев вокруг поглотили звук. Спустя пару минут, я постучал снова, ответа так не последовало. По всей вероятности, они уже спали, как и весь остров. Ночных развлечений здесь не предполагалось. Я соображал, что мне делать. Возвращаться к Рите ни с чем мне не хотелось, будить ребят тоже. Я достал пачку сигарет, которая так и осталась лежать у меня в кармане шорт, и несколько раз чиркнув отсыревшей зажигалкой закурил. Был вариант сходить на ресепшн и спросить если у них что-нибудь в аптечке. Мне эта идея понравилась, и я решил докурить и потом пойти к главному зданию отеля. Присев на ступеньку, я облокотился спиной на дверь и… чуть не упал назад, с трудом удержав тело в вертикальном положении. Обернувшись, я понял, что входная дверь открылась. Ни секунды не колеблясь, я выбросил окурок в песок и зашел в бунгало, намереваясь отчитывать беспечных друзей за то, что они не запирают дверь на ночь. Оказавшись в прихожей, я понял, что помещение выглядит абсолютно как наше с Ритой и уже точно знал, что сейчас я выверну из-за угла и перед моим взором предстанет просторная комната с большим балдахином над кроватью. Увидел я не только это. На белых простынях лежал Шастун. Майя сидела верхом на нем. Он поддерживал ее под ягодицы, а она ритмично двигалась, едва слышно постанывая в такт. Я слышал разносившиеся по комнате поверхностное, но очень громкое дыхание Антона. Он приподнялся на локтях и потянулся к девушке, а она наклонилась к нему и, обвив шею руками, начала жарко целовать его в губы. Он собрал ее волосы и намотал на руку, открыв моему взору ее спину с птицей феникс. Он перевернул ее одним движением и оказался сверху. Закинул ее ноги к себе на плечи, выбивая из нее громкий стон. Я стоял и смотрел, как они занимаются любовью, ненавидел себя, ненавидел их, но не мог оторваться и продолжал смотреть. Дурацкая мысль посетила меня, что именно я должен быть на той кровати с ней, а не Шастун. Хотя было с точностью до наоборот. Я не имел на нее никаких прав, но не мог отделаться от мыслей, что она моя… ну, или хотя бы была моей тот один день, который всплыл в моей памяти, как только я увидел, как другой мужик трахает ее. Эта картинка никак не шла у меня из головы. Я не мог отделаться от этих образов и когда вернулся в свое бунгало, когда рассказывал Рите, что не смог достучаться до наших спутников. Я конечно же, напрочь забыл сходить на ресепшн и в итоге намазывал Ритины плечи обычным кремом после загара, который хоть немного, но все же обещал улучшить положение. Уснул я под утро, и мучимый какими-то непонятными кошмарами проснулся спустя два часа, когда моя девушка все еще спала.