Так сильно влюблены

Юнги невольно улыбается, когда ему отдают заказ с большим капучино. В голове сразу появляется образ одного милого страховщика в компании, где работает Мин. Если быть точнее, одного милого Чимини, который всегда пачкает верхнюю губу в пенке, а после, прикрыв глаза от наслаждения, слизывает её так, что у одного влюблённого дурака сердце перестаёт биться. Начало десятого утра, снег маленькими хлопьями ложится на землю и попадает на кончик носа, из-за чего Юнги съëживается и старается как можно скорее добраться до офиса. Каждое утро перед тем, как прийти на работу, он заглядывает в кофейню, чтобы после доставить любимый напиток тому, кто последние полгода сидит глубоко в сердце. Всё случилось неожиданно и так быстро. Они тогда столкнулись лбами в прямом смысле этого слова. Юнги торопился в бухгалтерию, а Чимин — на собеседование, оба, не заметив из-за резкого поворота, врезались друг в друга так, что у одного выпали и разлетелись все документы, а у другого разлился кофе, пачкая свежую рубашку и те самые листы бумаги. Оба присели, чтобы подобрать всё, что упало к ногам, одно неожиданное прикосновение пальцев, а после смущëнная улыбка и всё. Сердце Мин Юнги замерло, а по венам пробежался ток. Парень перед ним снова вежливо извинился и убежал так же быстро, как и появился. На следующее утро Юнги, направляясь к лифту, снова сталкивается с ним. Они дарят друг другу улыбки, и Мин, вспоминая, что разлил вчерашний кофе, отдаёт свой капучино, замечая красные щеки, и сбегает в кабинет, чтобы унять влюбленное и быстро бьющееся сердце. С тех пор проходит полгода, и за это время ни одного утра не случалось без кофе для страховщика и небольшой беседы в его кабинете. Ему казалось, что Чимин отвечал взаимностью, но признаться в своих чувствах не мог, потому что элементарно боялся. Юнги не хотелось терять их общение, поэтому приходилось молча наблюдать и успокаивать влюблённое сердце.

♡♡♡

— Чимин-и, — ласково зовет Юнги, зайдя в кабинет без стука: эти формальности они давно оставили, поэтому Мин проходит к столу, за которым сидит очаровательный мужчина. С широкой улыбкой, светлыми волосами и круглыми очками на кончике носа: он всегда был в них, если много работал. — Большой капучино, карамельный сироп и, как всегда, любимые маршмеллоу, — он ставит стакан на стол и улыбается. — Юнги-хён, — восхищённо тянет Пак, когда делает глоток. — Ты знаешь, как сделать мое утро особенно добрым. — Знаю, — тихо посмеиваясь, сообщает Юнги и чувствует, как его бабочки врезаются в стенки живота, устраивая невероятное торнадо, когда замечает пенку над губой, руки вздрагивают, ему хочется стереть её, и не пальцем. Он закусывает губу, наблюдая, как жадно Чимин пьет кофе. — Сегодня много работы? — Ужасно много, хён! — возмущается страховщик, чем заставляет Юнги умиляться. — Директор Ли опять ждёт аудит, и мне нужно перепроверить всё с 18 года! Я с ума схожу, — грустно улыбается блондин и делает ещё один глоток. — Я могу помочь? — предлагает Мин и присаживается на край стола, отодвинув кучу папок с документами. — Не думаю, у тебя у самого горы работы, — с улыбкой произносит Чимин и засматривается на Юнги, кажется, так долго, что, когда они встречаются взглядом, шея и щëки Пака покрываются слабым румянцем. Он отводит взгляд, утыкаясь в документы. — Тогда я зайду за тобой в обед, как обычно? — Юнги встаёт со стола, направляясь к выходу. — Было бы здорово, но, чувствую, мне сегодня не до обеда, — обречëнно выдыхает Чимин. — Работы непочатый край, хён. — Я тебя понял, — говорит Юнги и выходит из кабинета, тихо прикрывая за собой дверь. Чимин улыбается и откидывается в кресле, делая глоток сладкого напитка, что так приятно обжигает горло, и оставляет приятное послевкусие на языке. Юнги нравится Чимину все полгода, что они знакомы. Сначала они просто общались, Мин помогал освоиться на новом месте, разбирался в запутанной документации, что осталась после старого работника. Всегда был очень добр и внимателен, чем радовал и одновременно смущал страховщика. Месяца не прошло, Пак понял, что влюбился как школьник, но признаться не мог и этому была причина. Его смущение и страх, что всё разрушит. Хотя с каждым днем бушующие чувства было трудно сдержать в себе, казалось, что ещё немного и они вырвутся и собьют с ног своей силой. Тяжело вздохнув, Чимин, поправив очки, приступает к работе, стараясь направить все мысли на скорую проверку.

♡♡♡

Чимин был прав, когда сказал, что останется без обеда сегодня из-за тонны работы. У Юнги с самого утра разрывается телефон и почта от писем, но, как бы много не было дел, с ними он справляется куда быстрее, ведь отвечать на письма и рассылать их другим не так сложно, как перепроверять каждую цифру. Он освобождается к двум часам дня и несётся в столовую в надежде, что там осталось хоть что-нибудь. Забрав последнюю порцию лапши с мясом и салат, он направляется по любимому маршруту. За последние месяцы он бывает в этой части офиса чаще, чем в своём кабинете. Секретарь Пака с понимающей улыбкой провожает частого гостя и уже не спрашивает, видно, что понимает. Иногда Юнги кажется, что все всё понимают и давно знают о его влечению к Паку, кроме самого Пака. Зайдя в кабинет и не увидев Чимина на рабочем месте, он хмурит брови и натыкается лишь на кучу бумаг, что были разбросаны в хаотичном порядке. Слева от стола на кожаном диване замечает Чимина, что свернувшись в клубочек, спал под пледом, который ему заботливо подарил Юнги, когда в один из дней в офисе отключили отопление. Мин улыбается, умирая внутри от любви к этому человечку, ставит на стеклянный столик поднос с едой и присаживается на корточки возле спящего Чимина. Рассматривает его лицо и не может перестать улыбаться. Чимин красивый, безумно красивый — его глубокие большие глаза, маленький аккуратный нос, еле заметные веснушки рассыпаны на румяных и, Юнги уверен, мягких щëчках. Хочется дотронуться, что он и делает, совсем не сумев совладать с собой. Кончиком пальца убирает чёлку из мягких волосы, ведёт ниже по щеке, видя, как маленький нос морщится, а сладкие, Юнги просто уверен, что сладкие, губы умилительно и забавно причмокивают. Их тоже хочется попробовать. Мин, не моргая, наблюдает за умиротворëнным лицом страховщика и наклоняется. Пульс громко бьётся в ушах, а руки потеют от нервов. Он опаляет своим дыханием чужие губы, но после невесомо дотрагивается дрожащими губами до мягкой и теплой щеки, не решаясь почувствовать вкус желанных губ. — Карамелька, — шепчет он и встаёт, решая не будить и дать отдохнуть, садится за чужое рабочее место, начиная разбирать бумаги. Ближе к вечеру, когда бесшумная стрелка часов подходит к семи, Юнги, откинувшись на большое удобное кресло, тихо сопит. Чимин, разлепляя глаза, резко вскакивает с дивана, на секунду не понимая, где он находится, сонно моргает, замечает остывший обед и охает, когда видит начальника отдела кадров за своим столом спящим на стуле. Внутри приятно обжигает теплом, видя такую картину. Юнги принёс ему покушать и, не разбудив, начал сам перепроверять все документы. Это почти убивает Чимина, ему хочется расцеловать своего заботливого хёна, но он лишь улыбается, кусая губу, и, подойдя ближе, рассматривает Мина, наклоняясь, аккуратно, даже больше нежно, сжимает его плечо. — Юнги-я, — шепчет Чимин и не успевает удержаться, когда Мин резко дёргается на кресле, что отъезжает на скрипучих колесиках к окну, он путается в ногах и летит прямиком на сонного и ничего не успевшего понять мужчину. Мин ловит Пака за талию, крепко обхватив и не дав упасть на пол. Их лбы снова ударяются, и они тихо шипят. Поднимая голову и крепко схватившись за предплечья Юнги, Чимин встречается с ним взглядом, в котором отчётливо видит то, от чего снизу живота всё скручивается и отдает лёгкой щекоткой. — Ой, прости, — пищит Чимин, вмиг вспыхивая от своей неуклюжести. — Ты прости, — хрипит Юнги и крепче сжимает талию Пака. Так близко они ещё не были, понимая, в какой позе находятся, Мин неловко поджимает губы и бегает взглядом по лицу напротив, молясь богу, чтобы руки перестали дрожать, а сердце так быстро биться. Они продолжают смотреть друг на друга, тихо, но тяжело дышат, чувствуя, как дыхание обоих обжигает губы. В этот момент кажется, мир перестаёт существовать вовсе. — Чимин-и, — шепчет Юнги и сглатывает, когда видит юркий язык страховщика, что облизнул свои пересохшие губы. Тело окатывает словно кипятком, и он понимает, что, если сейчас не поможет подняться Чимину, сорвётся и поцелует. Как бы ему не хотелось это сделать, он приподнимается, всë-таки помогает встать — выходит это слишком неуклюже и неловко. Чимин быстро отскакивает от Юнги и поправляет волосы, делая вид, что всё нормально. — Почему не разбудил? — пытается перейти на другую тему, чтобы скрыть неловкую ситуацию. — Принёс тебе обед, — откашливается Юнги и освобождает кресло. — Увидел, что ты спишь и решил помочь, — быстро говорит и гуляет взглядом по кабинету, боясь посмотреть ему в глаза. — Спасибо, — тихо благодарит. — Уже так много времени, думаю, остальное оставлю на завтра, — он жмурится и прикладывает указательные пальцы к вискам. — Голова болит, думаю, нам нужно хорошенько поспать. — Да, я… я тогда пойду, буду ждать в машине, — улыбнувшись уголками губ, говорит Мин и скрывается за дверью, уходя как можно скорее, чтобы унять дрожь в теле. Чимин кусает губы и, падая на спинку кресла, хнычет. Черт возьми, с ним такого никогда не было, эти чувства стали необъяснимо сильными, больше держать их в себе он не может. Быстро свернув все файлы, выключает компьютер, забирает сумку и выходит из кабинета, оставляя так и не тронутый обед. В машине возле дома Чимина, они сидят в полной тишине, хотя обычно разговаривают всю дорогу и после задерживаясь на час точно. Сейчас же атмосфера между ними поменялась, и они оба это заметили. После того маленького, смутившего обоих момента. Быть настолько близко к друг другу им ещё не приходилось, поэтому та ситуация сильно взволновала их влюбленные сердца. Юнги всё время, пока ждал в машине, вспоминал взгляд страховщика и точно видел там, кроме смущения, ещё что-то. Фантомно чувствовал дыхание на губах и узкую талию на ладонях, которую не хотелось выпускать, а лишь прижать ближе. Мин прикрывает глаза, стуча пальцами по рулю, и слышит, как ручка двери щёлкает, он поворачивает голову на пассажирское сидение, встречаясь со слегка взволнованным взглядом, и решает, либо сейчас, либо никогда, и будь что будет. — Спасибо, что подвез, хён. Я по… — Чимин, пойдёшь со мной на свидание? — быстро тараторит Юнги и пялится в удивлённые глаза, чувствуя, как кончики ушей горят, а по спине бегут мурашки. Пак растерянно хлопает ресничками, пытаясь осмыслить заданный вопрос, он точно всё правильно услышал. — Прости, я… Я не должен был, извини, — говорит Юнги. — Увид… — Я хочу, — перебивает его Чимин, и Юнги замолкает. Они смотрят друг на друга в удивлении, будто не могут поверить в то, что говорят друг другу. Юнги заторможено кивает и слабо улыбается, неловко чешет нос, и нервный смешок слетает с губ. — Эм… Да, я рад. То есть… Я, да, я рад, — он начинает мямлить и старается отвести взгляд, но заставляет себя посмотреть в лицо напротив. — Тогда завтра может в шесть? — Да, может быть, в шесть отлично, да, я свободен, — кивает Чимин, слабо улыбаясь, чувствуя, как неловкость затапливает его вместе со смущением. Он не ожидал услышать то, что жаждал уже несколько месяцев. Думалось, это будет куда более легко, но нет. — Да, тогда до завтра, — говорит Юнги, чувствуя невероятное облегчение и волнение, от чего улыбка растягивается на пол лица, и он начинает чувствовать себя настоящим дураком. Неловким и смущённым. — До завтра, хён, — говорит Чимин, дарит светлую улыбку и выскакивает из машины. Юнги наблюдает через приоткрытое окно за тем, кто сделал его сейчас счастливее одним только своим «да» и тут же порывается выскочить вслед, увидев, как Чимин поскальзывается и чуть ли не падает на свою прекрасную пятую точку. — Всё нормально, — отмахивается Чимин и снова улыбается, всё ещё смотря на Юнги. Он открывает сумку и роется в ней, чтобы найти ключи и что-то тихо бубнит себе под нос, то и дело кидая взгляд на машину. Достаёт связку ключей, показывая Юнги, и, открыв домофон, уносится маленьким ураганчиком. Сердце бешено бьётся, он, прислонившись к стенке лифта, широко улыбается и почти прыгает на месте, не веря в то, что сейчас произошло. Юнги смеётся и врубает громко музыку, отъезжая от дома своего прелестного коллеги. Чувствуя, как по телу растекается радость, что так приятно давит на грудь и заставляет улыбаться от уха до уха.

♡♡♡

Утром Юнги как обычно несётся в кабинет Чимина с горячим капучино со сладко приторным вкусом карамели. От предстоящего свидания он весь светится, радостно здороваясь с коллегами, отчего те удивленно шепчутся: не всегда Мин Юнги можно было видеть настолько счастливым. Ему так хочется увидеть сейчас своего прелестного страховщика, что он не замечает, как перед дверью появляется секретарь Пака. — Господин Мин, господина Пака нет на месте, — предупреждает его девушка и мило улыбается, увидев в руке мужчины любимый напиток её начальника. Юнги переводит взгляд на часы и хмурится. Чимин никогда не опаздывает. — Когда будет? — Дело в том, что я не могу дозвониться до господина Пака, обычно он никогда не приходит так поздно. — Ну позвоните ещё раз! — резче, чем положено, выдаёт Юнги. Секретарь набирает номер, но остаётся без ответа как и все пятнадцать раз, что пыталась позвонить с самого утра. Юнги достаёт телефон, набирая номер Чимина. — Если выйдет на связь, свяжитесь со мной, — бросает Юнги и выходит из приёмной. Зайдя в свой кабинет, он скидывает пиджак на диванчик и плюхается рядом, всё ещё пытаясь дозвониться до Чимина. После восьмого звонка, не сдаётся и продолжает слушать противные гудки. Мин начинает не на шутку волноваться, когда ближе к обеду Чимин всё ещё не появляется, так и не ответив на звонки и сообщения. Что могло случиться за одну ночь? В голову проникает неприятная мысль о том, что Пак избегает его, поэтому не явился на работу и не берёт трубки, но Юнги старается не думать в таком ключе, поэтому, даже не начав работу, срывается из офиса и, запрыгивая в машину, мчится домой к страховщику. Не дождавшись лифта, Юнги добегает до нужного этажа и сразу начинает звонить в звонок, почти не убирая с него палец. Он бывал у Чимина в гостях пару раз, и сейчас, стоя перед дверью, испытывает совсем иные чувства: кроме дикой влюбленности, в нём плещется сильное беспокойство, заставляя продолжать трезвонить, почти выдавливая большим пальцем маленькую кнопочку. Терпения почти не остаётся, и Мин начинает стучать так громко, что кажется или соседи выйдут, или дверь слетит с петель. Буквально через минуту замок двери щёлкает, и из-за неё выглядывает сонный Чимин с бледным лицом и красными глазами. — Юнги? — хрипит и не успевает опомнится, как его, бережно держа за руку, толкают внутрь. — Чимини! Почему ты не отвечаешь мне на звонки? — нервно спрашивает Юнги, осматриваясь вокруг. — Что ты… Пак громко чихает, сразу же начиная кашлять, и Юнги хочет дать себе по лицу. Он замечал усталый и вялый вид своего коллеги, но сваливал лишь на работу. — Ты заболел! — говорит очевидное Юнги и слышит, как Чимин усмехается. — Есть такое. Прости, я спал и не слышал телефон, — отвечает он и тут же расширяет глаза. — Омо! Проверка, Юнги, я проспал работу, мне нужно в офис, — беспокоится и спешит развернуться, чтобы собраться. — С ума сошел? — хватая за руки и останавливая, громче положенного кричит Юнги. — Дуй в кровать! — Но, Юнги… Я… — Чимин, отправляйся в кровать, я прошу тебя, — уже тише просит Мин, дотрагиваясь до лба. — Боже, ты весь горишь. Не спорь, иди и ложись, я сейчас. Пак, не имея сил спорить, чувствует слабость в теле, лишь кивает и уходит в спальню. Юнги разувается и сразу проходит на кухню, ругаясь на себя за то, что не заметил состояние Чимина. Его коллега всегда был трудолюбив и не уснул бы утром из-за работы. Мин решает остаться здесь до тех пор, пока не вылечит его. Первым делом он звонит на работу, сообщая о том, что Пак приболел, сам же отмазывается делами и просит секретаря Чимина вынести забытый обед из кабинета. Решает приготовить бульон с рисом и заварить чай, добавляя туда мед. Знает, что Чимин не любит пить несладкие напитки. Роясь в шкафчиках, он находит нужные лекарства, удивляясь, что аптечка содержит всё необходимое по сравнению с тем, что дома у Юнги — тут целая аптека. На небольшой поднос выставляет тарелку с ароматным бульоном, рис, чай и лекарства. Он заходит в спальню, Чимин лежит под одеялом закрытыми глазами, и Мин думает, что тот уснул. Юнги ставит поднос на прикроватную тумбочку и присаживается рядом, сразу же прикладывая ладонь ко лбу. Чимин открывает глаза и начинает кашлять. — Ну где тебя так угораздило, — спрашивает Юнги, поджимая губы. Он расстроен, совсем не хочется видеть вечно улыбчивого Чимина таким разбитым. — Может, из окна продуло, я недавно уборку делал, не закрыл. — Ты должен хорошо о себе заботиться, Чимин-и, — говорит Юнги и помогает ему приподняться. — Я приготовил бульон с рисом и чай, выпей, пока горячий. Чимин ласково улыбается и начинает есть, ему до поджатых пальчиков на ногах нравится такая забота. — Спасибо. Юнги улыбается в ответ и выдавливает несколько таблеток. — Это пей сейчас, а эти на ночь. Горло болит? — Нет, — отвечает Пак. — Юнги, я не хочу есть, — морщит свой маленький нос и отодвигает тарелку. — Меня это не волнует, — отвечает Юнги и улыбается, когда видит возмущённое лицо напротив. — Тебе нужно покушать, Чимин-и, чтобы выпить таблетки. — Я не могу. — Я сейчас сам тебя кормить тогда буду, — угрожает Юнги и тянется к ложке. Чимин демонстративно убирает руки под одеяло и открывает рот. — Вот же. Ты как маленький ребенок, Пак Чимин, — он подносит ложку с бульоном ко рту и пытается унять дрожь в руках. — Вот так, — с нежностью в голосе говорит и продолжает кормить. — Правда не могу, хён, — хнычет Чимин и старается отвернуться. — Айщ, Чимин-и, одна ложка. Чимин поджимает губы и мотает головой. — Ради меня? — после этих слов рот Пака резко открывается, и Юнги тихо смеётся. — Ну вот и всё, — убирает поднос обратно и видит, как по губам Чимина стекает капелька, он, не задумываясь, ловит её пальцем и стирает с губ. Чимин перестает дышать и видя, как Юнги быстро убирает руку, покрывается слабым румянцем. — Таблетки, Чимин-и? Чимин принимает таблетки, выпивает их и закутывается в одеяло. Тело сковывает от озноба, и ему хочется спрятаться от холода. — Ты спи, я буду здесь, если что-то нужно будет, зови, — Юнги убирает прилипшие волосы со лба Чимина и улыбается. — Останься здесь? Мне холодно. Юнги больше слов не нужно, он мигом снимает пиджак и залезает на кровать, ложась сзади, сразу же крепко обнимая и прижимая к себе Чимина. Тот устраивается удобнее и сам прижимается ближе, обхватив чужую руку, чувствуя, как свою сразу же крепко сжимают. — Поспи, — шепчет Юнги и слышит тихое «ага», а спустя некоторое время такое же тихое сопение. Он сам не замечает, как проваливается в сон, всё теснее прижимаясь к любимому телу. Просыпается он от тихого хихиканья и прикосновения к лицу. Юнги приоткрывает глаза, наблюдая улыбчивое лицо Чимина. — Чимин-и, я уснул? — Да, хён, как и я, — хихикает Пак. — Как ты себя чувствуешь? — он прикладывает ладонь ко лбу и хмурит брови. — Не пойму. — Губами. — А? — растерянно спрашивает Юнги. — Проверь губами, — повторяет Чимин и смотрит так, будто ждёт этого всю жизнь. Мин прижимается губами ко лбу, чувствуя тепло и то, как сжимают его рубашку. Он опускает взгляд, натыкаясь на большие карие глаза, в которые хочется смотреть бесконечно. — Поцелуй меня, — тихо просит Чимин, не сводя взгляда. Когда он проснулся, сначала подумал, что приход Юнги был сном, но когда увидел его рядом лежащего, сердце радостно сжалось, и сомнений в том, что Чимин безумно влюблён, не осталось. Юнги нервно бегает взглядом по лицу и опускает взгляд на пухлые губы своего коллеги. Внутри всё приятно сжимается от предвкушения, и он, не смея спорить, прикасается к ним, даря всю заботу и нежность, что искрилась в нём лишь для одного единственного человека. Чимин прикрывает глаза и ведёт рукой по шее, зарываясь в волосы на затылке, чувствуя, как Юнги начинает урчать в поцелуй, и углубляет его, осторожно дотрагиваясь до языка. Они тихо стонут и сплетаются, словно в танце, языками. Юнги кладёт ладони на щëки Пака и целует со всей любовью, не давая даже сделать вздох. Слишком долго он мечтал об этом и теперь не в силах себя остановить. Поцелуй выходит плавным, но глубоким, таким, что губы начинает покалывать. Они разрывают его, тяжело дыша, и прижимаются лбами. — Я очень сильно влюблён в тебя, карамелька, — шепчет Юнги и гладит щёчку Чимина большим пальцем, видя на его лице счастливую улыбку. — Так же, как и я в тебя, Юнги. Влюблен так сильно, — взаимно отвечает Чимин и снова прижимается к губам. Мин облегчённо выдыхает, отвечая на поцелуй, прижимает младшего к себе и утыкается ему в шею, не веря своему счастью. Он так долго боялся признаться, думал, что может разрушить их отношения. Но всё оказалось куда лучше. Пак Чимин тоже влюблен в него, точно так же сильно влюблен. — Придётся нам провести свидание в постели, — говорит Чимин. — Не самый плохой вариант, — отвечает Юнги. — Я мечтал об этом. — Эй, Мин Юнги, ни капли романтики. Юнги счастливо смеётся, заглядывая в глаза напротив, в которых отчётливо видно озорной огонек. — Кто бы говорил, карамелька. Чимин широко улыбается и наваливается на Юнги, обнимая всеми конечностями, больше не чувствуя себя таким слабым и больным. — Ты выглядишь таким бодрым, у меня чувство, что ты всё спланировал, — шутит Юнги. — Может быть, — отвечает Чимин и хрипло смеётся, когда его лицо начинают покрывать сладкими поцелуями, от которых по телу разливается жар. И этот жар не хочется сбивать ни одним лекарством.