Сквозь время

Порой мы не ценим того, что у нас уже есть. Люди сами по себе мерзкие существа, что задумываются только над своим благополучием, не допуская мысли о том, что кто-то вынужден сводить концы с концами из-за их же действий. Для кого-то погубить одного человека, будь то морально или физически, абсолютно нормально. Мол, а что уже терять? Первый и второй был, будет третий, а далее счёт прекращает своё существование, давая волю череде страданий. Вот только заслужили ли несчастные жертвы всех тех бед? Речь не о людях, что действительно получили по заслугам. Что насчёт тех, кто был вынужден биться и сражаться в этом жестоком мире ради признания, а в итоге сломался на полпути, так и не достигнув своей цели?

***

Из-за безалаберности и лености людей, которым поручили присматривать за подземным городом, это место превратилось в самый настоящий притон. Со временем ситуация настолько ухудшилась, что, кажется, пробила двойное дно. И вопреки всему, что там творится, люди продолжают жить и сражаться. Может, они не ведут войну с титанами, как это делают на поверхности, но они борются в первую очередь за своё право жить в лучших условиях. К сожалению, многие погибают прежде, чем успевают взглянуть на такую простую, как казалось, вещь — небо. А кто-то и вовсе не старается, погрянув в отчаянии, затянувшем в глубокую бездну. Надежда. Она — единственное, что способно спасти в этом аду. Лишь вера в лучшее рано или поздно откроет врата, за которыми мерцает свет и выглядывает солнце. Вот только для этого требуется подняться по лестнице, полной препятствий и опасностей.

***

Всем известно, что подземный город — ужасное место для жизни, и по доброй воле туда вряд ли кто-то переедет. На каждом углу собираются барыги, пьянюги, и в отличие от поверхности, где весь этот контингент покидает свои дома, чтобы повеселиться вечером и провести безумную ночь, в подземке день не наступает, а значит ночь длится вечно. Преступность в этом месте превышает любые нормы, поскольку кроме как воровства заниматься толком нечем, а жить на что-то нужно. И если у мужчин есть какой-то альтернативный способ заработка, так для девушек одна дорога — бордель. И то не факт, что торговля своим телом будет приносить стабильный и хороший доход. Родиться девушкой в таком месте — значит по собственной воле подписать смертный приговор. Многие не доживают и до совершеннолетия. Кто-то не может смириться со множеством полученных травм, а кто-то погибает от недостатка витаминов, которые вырабатываются под солнцем, увидеть лучик которого здесь редкость.

***

Расчесывая свои короткие волосы длиной чуть выше плеч перед слегка побитым зеркалом, девушка томно и тяжело вздыхает от безвыходности. Ей предстоит принять важное решение, от которого будет зависеть её дальнейшая жизнь. Мелисса не была из слабых. Она определенно была посильнее многих. Её мать тяжело заболела, в результате погибнув, когда девочке было всего восемь лет. Узнать о диагнозе от врачей не удавалось — те лишь разводили руками, много скрывали. Конечно же, маленькой девочке никто не говорил, что её матери осталось недолго, но где-то в глубине своей души она всё понимала. Смерть самого родного человека не заставила себя долго ждать. Мелисса даже не сразу поняла, что её мать умерла. Долго ходила вокруг её бездыханного и холодного тела, укрытого одеялом, полагая, что она просто замёрзла. Когда отец ей всё объяснил, Мелисса погрузилась в раздумья, которые почти что сожрали её неокрепшую детскую психику. «Неужели я закончу точно так же, как и мамочка?» — думала она. И так, погружаясь в собственные думы, она начала терять связь с реальностью. Не успела и оглянуться, как дом приобрёл серые краски, потерял атмосферу. В нём больше не звучал заливистый смех, не слышались быстрее и краткие шаги и не разносилось постукивание по полу деревянными игрушками. Маленький и укромный мирок перевернулся с ног на голову, разрушая детские мечты и надежды. Отец со временем начал употреблять алкоголь, тратил на него последние сбережения. Он стал грубым и жестоким. Из любящего папы он превратился в тирана.

***

Мелиссе было одиннадцать, когда она начала подворовывать. Сначала это была буханка твёрдого хлеба, а потом и более ценные вещи. Она начала заниматься перепродажей украденного. Иногда нарывалась на тех, кого обворовала, но благодаря невысокому росту и хорошей гибкости ей удавалось быстро уносить ноги от нежелательной взбучки. Шли годы, она развивалась и росла, обретала цели и познавала себя. Её тело формировалось и сейчас; в подростковом возрасте у неё была весьма привлекательная, но худощавая внешность. Смерть матери оставила на ней не хилый отпечаток в виде душевого шрама, поэтому она начала увлекаться медициной, мечтая когда-нибудь спасти кого-то и подарить шанс на жизнь. В очередной раз отправляясь на небольшую вылазку за средствами пропитания и прочего, она наткнулась на группу подростков лет шестнадцати-девятнадцати. Заприметив у них весьма крупную сумму денег, следила за ними аж до самого бедного района трущоб. Секунда, и она уже была прижата к стене, а нож находился в опасной близости с её бледной кожей. Одно неверное решение и ей перережут горло.

***

С того момента прошло несколько долгих лет, наполненных выживанием и борьбой. Дни были рутинны, но вечерами их скрашивали разговоры у костра и философское размышление, а также мечты, проговариваемые вслух. Обычный разговор часто заводил в плен игры «а что если.?» и это, наверное, было весело. Было весело мечтать и надеяться, что рано или поздно выдумка станет реальностью, по крайней мере в это хотелось верить. Эта групка бандитов стала для Мелиссы своеобразной семьёй и домом. Это было место, в которое хотелось возвращаться, единственное такое место в этом ужасном мире. Смех этих ребят всегда вызывал улыбку, а бурчание одного из них было роднее некуда. Но к счастью или к сожалению, ничто не вечно.

***

Несколько дней назад у Мелиссы состоялась встреча с мужчиной, который предложил ей весьма выгодную сделку. У неё появился шанс выбраться на поверхность, взамен она должна пойти на службу в военную полицию. Хотя в то же время его сделка была подозрительной. Зачем кому-то брать в отряды преступника из подземелья? Как выяснилось в ходе разговора, ему нужны были люди в отряд для его собственных нужд и целей, которые не соответствовали общепринятым нормам. Как нельзя лучше подходили люди из нижних слоёв общества, которые уже приспособились выживать и имеют навыки. Конечно же, за подобные услуги полагалась особенная плата. У Мелиссы было несколько дней на то, чтобы принять решение. С одной стороны, это шанс один на тысячу. Согласившись, она сможет начать всё с начала. У неё будут деньги и работа, а главное — место под ярким и тёплым солнцем. С другой стороны, ей кажется это неправильным… Она не хочет предавать друзей, покидая их ради собственной выгоды. Это эгоистично, поскольку благодаря им она всё ещё жива. Если бы в их первую встречу они всё же перерезали ей горло, то сейчас она даже не имела бы этого шанса. Они по сути её единственные друзья и единственные близкие люди… разве можно променять их на деньги и место под небом? Принять решение оказалось самым сложным, но, тем не менее, она это сделала, отбросив чувства и жалость.

***

Вот она стоит перед зеркалом, вглядываясь в собственные черты, уже сотни раз прокрутив в голове все возможные варианты развития событий. Ей необходимо поговорить с ним, объяснить всё и попрощаться. Вновь проходя по грязным улицам подземного города, Мелисса мысленно прощается со всем этим. Кто бы мог подумать, что подобное место станет для неё настолько родным… Наверное, если бы она не встретила нужных людей, то выбор дался бы в разы проще. Вглядываясь в даль, она заметила парня, что уже стоял, облокотившись к холодной кирпичной стене, и крутил в руке нож, ожидая её прихода. Он чувствовал, что она приближается, не поднимая взгляд. В ней было что-то, что он мог уловить за сотни метров. Когда девушка подошла к нему и произнесла тихое и томное «Здравствуй», он поднял на неё свои тёмные глаза из-под чёлки и спрятал нож в карман. Он сложил руки на груди и стал выжидающе смотреть, словно прожигая дыру. — Что за серьёзный разговор? — соответствующим тоном начал он. — Леви, ты только не ругайся. Ладно? — её голос звучал обеспокоенно и тревожно, она предчувствовала нечто плохое. Парень изогнул бровь, но промолчал. Обычно этот жест означал, что за себя не ручается. — Пожалуйста. — Не обещаю, но постараюсь. Ну? — Я… Мне выпал шанс на миллион. И я хочу им воспользоваться. — Уже более уверенно сказала Мелисса. — Не томи. — Дело в том, что я ухожу. Наверное, навсегда. — Она посмотрела своими зелёными глазами, напоминающими густой хмурый лес с проблесками тумана, в его тёмно-синие, подобные неумолимой буре. — Куда? — спросил Леви, пытаясь скрыть удивление в голосе. — Мне предложили вступить на службу в военную полицию… — Дура что ли? — теперь его голос звучал грубо. — Понимаешь, это же мой единственный шанс выбраться на поверхность и начать всё заново, зажить как нормальный человек! — То есть, по твоей логике, мы тут все ненормальные? — Нет, я не это имею в виду… — Мелисса хотела объяснить свою позицию, но он приставил руку к её рту. — После всего, через что мы прошли вместе, ты уходишь одна? Ты, блять, жива благодаря мне! Я бы мог перерезать тебе тогда горло! И это твоя плата?! — его голос наполнялся гневом с каждой секундой, а рука всё сильнее впечатывалась в её лицо. — Ты неблагодарная эгоистка, — выплюнул он настолько грубо, что у девушки это вызвало слёзы. И когда он увидел, как по её щеке начинает течь крошечная капля, он отстранился, продолжая тяжело дышать. — Думаешь, мне легко? Был бы у меня шанс забрать тебя, Изабель и Фарлана с собой, я бы без раздумий это сделала! Но я не могу! — с покрасневшими глазами она пыталась доказать свою позицию. — Я знаю, что поступаю просто отвратительно, но я устала жить здесь и выживать, борясь за кусок хлеба… — Думаешь, мы не устали? — от злости у Леви заходили желваки, а пальцы сжались в кулаки. — Успокойся. Я хочу нормально тебе объяснить всё, что я думаю. — Успокоиться? Человек, который жил со мной под одной крышей, с которым я делил ужин и тепло возле костра… Как бы ты отреагировала на моём месте? Без лишних слов Мелисса подошла ближе и обвила руки вокруг его талии, головой прижимаясь к его груди. В животе мгновенно вспорхнули бабочки, давая волю чувствам, которые прятались под прочной корой всё это время. Леви незаметно для самого себя расслабился. Его глаза расширились, но он не спешил обнимать её в ответ. — Я сделаю всё возможное, чтобы вытащить вас отсюда, правда… Я постараюсь, вложу все свои силы. Это станет моей платой за твою доброту ко мне. Просто доверься мне, как делал это раньше. Доверься мне в последний раз. — Слёзы быстро текли по щекам, оставляя после себя мокрые следы. Леви стоял молча, не двигаясь и казалось, будто не дыша, боясь спугнуть её. — Я не знаю, как скоро это выйдет и узнаем ли мы друг друга к тому времени, но я постараюсь… — Хорошо. — Он протянул руки и обнял её в ответ, сильно и крепко, как в последний раз. Вдруг к нему в голову пришла глупая идея, но если они сильно изменятся, то это будет единственное, по чему они смогут узнать друг друга. — Повернись плечом. — Скомандовал Леви, доставая нож из кармана. И когда Мелисса встала так, как он попросил, парень опустил её рубашку, оголяя плечо. — Будет больно. — Предупредил он и сделал глубокий порез. Мелисса пискнула, сильно сжав зубы и прищурив глаза. — Зачем? — удивлённо спросила она. — Это будет что-то вроде нашей метки. Держи. — Ответил Леви, передавая нож ей в руки, чтобы она сделала ему точно такой же шрам. И она сделала. Теперь у них на телах красовались очередные шрамы. Однако они были наполнены теплом, в отличие от других, от которых исходило лишь отвращение и холод. Теперь это их особенный знак, ведь кто знает, как обернутся их судьбы через несколько лет… В конце концов, мы все гоняемся за счастьем, хотя совершенно не способны понять, в чем оно состоит.