ｗᵢ𝑡ⲏₒᵤ𝑡 𝑠ᵤ𝑔ₐᵣ, 𝒑Լₑₐ𝑠ₑ

_ ｗᵢ𝑡ⲏₒᵤ𝑡 𝑠ᵤ𝑔ₐᵣ, 𝒑Լₑₐ𝑠ₑ _

— Это всего лишь… Это ничего такого, понимаешь, Тэхён? Нет, Тэхён не понимал. Нет, Тэхён не хотел понимать. И да, Тэхёна на части должно было разрывать, но. — Я… Прости, я правда… Это… Случилось… Я не знаю, как объяснить, Тэхён, поэтому… Тэхён тоже не знал. Не знал, что бывает так. Что так пусто внутри становится от одного лишь: — Я люблю тебя, Тэхён, а это… это ошибка… Просто ошибка, я к ней ничего не чувствую и... Ощущает. Тэхён ощущает, как в песках египетской пустыни утопает. Исчезает. Призраком в потерянных землях теряется. — Я… же дорог тебе, да? Мы же любим друг друга, Тэхён, и одна эта ошибка… Она ничто! Наша связь… Наши чувства…! — Вещи. Тэхён думает. Думает, а стоило ли встречаться в этом кафе уютном, что рядом с работой? И почему не замечал он местечко это до сих пор? Иронично находить что-то новое, заканчивая в нём что-то старое. Тэхён глоток чая чёрного делает. Без сахара чай. Он не любит сладости. Он не любит… Не любит. Не любит. Не любит… Сладкое так горчит на языка кончике. Почему? Казалось бы, что облегчением для рецепторов вкусовых служить должно. Но Ким иначе считает. В завтраке. В обеде. В ужине. На работе. В квартире. Среди друзей. В спортивном зале. В лесу. На даче. Сладость эта воздушная… и касания её едва ли заметные… они Тэхёном ощущаются в е з д е. Тэхёна враг и там, и тут, и здесь, и here, и there, и… Тошнит. Тэхёна тошнит. От этой сладости притворной, от лжи и фальши. Она, эта сладкая пытка, между губ осколками опыта застревает. Проглотить или нет? Проглотить или нет? Но и чай! В последнее время обжигает вкуса резкого и мерзкого прохладой. Жестокий. Чёрный. Чай. Тэхён ненавидит и его. Но пьёт. — Вещи, мой дорогой, — на дне чашки только от капель нескольких след. Тэхён мягко, нет, с пониманием улыбается. А в глазах одна лишь сталь. — увлекательная у нас с тобой беседа, да, самое настоящее чаепитие, но всё-таки, не обессудь, чтобы через час ни тебя, ни твоих вещей в моей квартире не было. Будь хорошим мальчиком, ладно? Мой дорогой, да? Его накрывают слов волной, но Тэхён не слушает. Заказывает новую порцию чая. И ждёт. Его уговаривают. Его умоляют. Его ругают. Его проклинают. На него обижаются? И… Его ненавидят. Тот, кто настоящим ещё вчера был, уходит через минут десять в прошлого портал. Гневно изрекает, что Тэхён жалеть будет, что такого, как он, Тэхён никогда не найдёт. А Тэхён лишь надеется, что и правда не. У Тэхёна ни сердца, ни чувств, ему говорят, его уверяют, а Тэхён… наконец к Тэхёну официант с чаем подходит. Ким сначала и не замечает, что тот не уходит. Всё стоит рядом с Тэхёна столиком и под нос себе что-то бормочет. — Прошу прощения? Мальчуган от неожиданности вздрагивает. Недовольно брови хмурит, на Тэхёна наконец обращая внимание. Смотрит. И то ли гнев в глазах его сверкает молниями, то ли осуждение тучами грозовыми в кучу собралось, но Кима будто током ударяет. Официанта взгляд… яснее дня солнечного. Такой пронзительно яркий. Он Тэхёна ослепляет. — Напиток в подарок от заведения, — произносит мальчишка. Будто фразу эту повторял уже раз сто в уме. Пытается невозмутимым быть. Пытается Тэхёну в глаза не заглядывать. Дёргает пальцами себя за галстук чёрно-белый нервно. И губы жуёт. Как ребёнок. И Тэхёну это почему-то очаровательным кажется. — Не беспокойтесь, Вам не нужно ничего пла… Ким взгляд свой, что любопытства полон, в чашку опускает. Не чай. Этот мальчишка принёс ему совсем не чай. — Вы видели. И слышали, да? — Тэхёну стоило бы поблагодарить этого мальчика, но ему гадко. Ему гадко от одной только мысли, что его пожалели. У Тэхёна аллергия на жалость. И на людей. Грубые и острые нотки в Кима голосе в воздухе парят. Тэхёну стыдно даже. Стыдно. Но официант… — Надеюсь, Вам понравится напиток. Мой любимый, — кивком головы на чашку указал, столкновение с Тэхёном взглядов избегая. Его тёмные кудри такими мягкими кажутся. Пушистыми. У всех официантов волосы из разряда <волшебные>? Или только у этого? Ким задумался, логику отключая. — И… хорошего Вам дня! Не…не грустите, пожалуйста. И сбежал. За дверью <только для персонала> спрятался. А Тэхён… Не спрятался. Не сбежал. Напиток, что в подарок, что <мой любимый>, пробует. Капучино. Настолько сладкое, что Тэхён зубами лишь скрипит и. Пьёт. Всё пьёт, пьёт, пьёт. Глоток за глотком. До последней капли этой гадкой сладости. — Не грустить? — сам себя Тэхён спрашивает, напиток допивая. И смеётся. Горько. Надрывно. Несколько раз рот ладонью закрывает. Уж слишком звучит он болезненно. И с облегчением каким-то усталым выдыхает через минуту или две. Платит за всё. Поднимается, зонтик не забывает и уходит. А завтра, послезавтра, послепослезавтра, послепослепослезавтра вернётся опять. Ведь только у этого всё-таки, да, думает, только у этого. Официанта. Волосы волшебные.

_ ₐ𝑛𝑑 ｗᵢ𝑡ⲏ ᵤ, 𝒑Լₑₐ𝑠ₑ _