Red blood, green choice and black loneliness

Совершая рядовой обход коридоров замка, или правильнее было бы сказать ночную прогулку с целью поймать пару безмозглых студентов и снять с их факультета (желательно Гриффиндора) десяток баллов, тем самым разбавив свою бессонницу хоть парой веселых событий, профессор Снейп случайно заметил в панорамном окне одинокую белую фигурку, направляющуюся в сторону Запретного леса. Приподняв одну бровь, он оценил человека как довольно миниатюрного, так что это скорее всего какой-то малолетка, начисто лишённый серого вещества, чтобы отправиться на ночной променад по Запретному лесу, чем взрослый волшебник, затевающий что-то темное и опасное. В любом случае профессор был обязан проследить за этой фигурой. Быстро покинув стены замка, Снейп решил перестраховаться, годы заставили его стать параноиком касательно всего, что не вписывалось в стандартные шаблоны потока событий, и вот уже на месте, где пару секунд назад стоял мрачный профессор зельеварения, взмыл ввысь еще более мрачный смоляной ворон. Ветер обтекал черные гладкие перья, помогая плавно парить в воздухе, сохраняя необходимую высоту полета и поддерживая нужную скорость, позволяя при этом ловко маневрировать в случае резкого взлета или смены траектории движения. Ветер направлял, поддерживал, освежал, давал чувство свободы, лёгкости и одновременно защищённости. Это не было похоже на полёты на метле, где ветер, хлестко бьющий по лицу, дарил чувство эйфории, гонки и азарта, напротив, потоки воздуха, создаваемые движением крыльев, успокаивали, почти убаюкивали, словно давали время подумать, перевести дух. Сознание Северуса Снейпа было плавно переплетено с разумом и инстинктами ворона, он был с одной стороны самим собой, с другой же стороны — его телом сейчас управляла иная сущность — сущность птицы. Стараясь нагнать фигуру в белом, Снейп в очередной раз вернулся воспоминаниями к тому моменту, когда он решился стать анимагом. Он помнил, как впервые столкнулся с настоящим оборотнем, как впервые испытал всепоглощающий страх смерти, дышащей в затылок, как был спасен почти в самый последний момент большим оленем (этим заносчивым идиотом Поттером — промелькнуло в голове Снейпа), как, лежа в больничном крыле, он слушал строгие напутствия Дамблдора о необходимости молчания о данном инциденте, о неразглашении тайны Люпина как оборотня и мародёров как незарегистрированных анимагов, как после ухода старого волшебника Снейп не спал всю ночь, вновь и вновь возвращаясь к событиям в Визжащей хижине, глотая слезы боли, обиды и несправедливости, презирая Дамблдора, выгораживающего своих любимчиков, и постоянно слыша в голове его обманчиво мягкий и успокаивающий голос: «Это во имя «всеобщего блага», мальчик мой» (если бы только Северус-подросток знал, сколько еще раз ему придется слышать эти слова). Снейп помнил, как поклялся себе в ту ночь никогда и никому больше не доверять, никогда ни на кого не полагаться, зубами выгрызать себе место в этом мире, с корнем вырывать свою жизнь из лап смерти и никогда не позволять кому-либо помогать себе, так ты выставляешь лишь себя жалким и слабым ничтожеством, особенно если «рука помощи» была протянута твоим врагом. Именно последнее Снейп никогда не мог простить - Джеймс Поттер спас ему жизнь, а быть у кого-то в долгу, тем более в долгу жизни-смерти, тем более у своего заклятого врага, — худшее, что может случится в жизни. Да, Снейп помнил, что как только его выписали из больничного крыла, он, подстегиваемый противоречивыми чувствами, проник в Запретную секцию библиотеки и принялся искать всю возможную информацию о превращении в анимага. Даже обладая хорошими знаниями в области трансфигурации и имея немалый талант в зельях, в этом Снейп превосходил даже своего профессора Слизнорта, весь процесс превращения дался ему нелегко, начиная от листа мандрагоры во рту на протяжении целого месяца и заканчивая самим моментом первого перевоплощения - ощущением сильной обжигающей боли по всему телу и гулкого двойного сердцебиения в груди. Сложно было не сопротивляться неминуемой трансформации и не поддаваться панике, ведь в случае ошибки разум животного мог возобладать, а человеческий разум оказался бы навсегда заточенным в теле магического существа. Однако все прошло более чем успешно, и вот теперь чёрный ворон уверенно рассекал ночное небо. Догнав белую фигуру, птица приземлилась на толстый сук одного из деревьев, наблюдая и выслеживая подозрительную личность немного издалека. Еще в полете Снейп отметил, что фигурой в белом оказалась миниатюрная девушка в белом воздушном платьице, что, впрочем, нисколько не успокоило его, а только сильнее обескуражило и насторожило. Её хрупкий стан, белоснежная тонкая ткань и какая-то играючи-летящая походка резко контрастировали с тьмой Запретного леса и чернотой массивных деревьев. В этом было что-то неправильное, абсурдно противоречивое, оттого пугающее до дрожи по всему телу и пробирающее до самых костей. Однако настоящий ужас наводила не абсолютная беззащитность этой белой «бабочки», будто сбившейся с пути и теперь отчаянно ищущей дорогу к свету, напротив, это «бабочка» была центром этого всеобъемлющего страха, это она излучала смертоносные лучи опасности вокруг себя, и любого, кто увидит во тьме её белоснежное сияние и возжелает заманить в свои сети, она запутает в его же сетях, обернув трижды. «Бабочка» не трепыхалась в силках Тьмы, она обнимала Ее как свою подругу, она танцевала со Тьмой, она растворялась в Ней, она была Тьмой. Снейп не осознавал всего этого, он лишь улавливал часть беспокойных эмоций ворона, чувствовал, как разум птицы мечется в нем в панике, он пытался успокоить разбушевавшуюся животную сущность, но всё же ему не удалось сдержать ворона и его отчаянного вопля-мольбы о спасении: «Карр!». В ту же секунду девушка стремительно обернулась и вонзилась взглядом в то место, где сидел ворон. «Алия! Какого Мордера она здесь забыла!?» - пронеслось в голове у Снейпа. Девушка слегка склонилась в приветственном поклоне, будто узнав птицу, и, снова развернувшись, уверенно зашагала дальше. «Она поняла, кто я? Нет, это невозможно, скорее всего за сколько-то там лет своего существования она стала такой же сумасшедшей, как и Полумна Лавгуд, и здоровается с любым живым и неживым существом, что увидит на своем пути или выдумает у себя в голове. Но что она действительно делает тут в такое время? И почему мне показалось, что её глаза светились прозрачно голубым светом, когда мы встретились взглядом? Отчего ворон настолько занервничал, что почти вышел из-под моего контроля? Неужели она гораздо более опасный вампир, а старый интриган Дамблдор как обычно решил умолчать об этом и скрыть часть правды от меня?» - вопросов было немало, и ответы на них хотелось получить как можно скорее, и хоть сущность ворона все еще немного волновалась, Снейп смог заставить птицу полететь вслед за девушкой. Ворон остановился на ветви дерева у кромки поляны с небольшим озером. Мысли Снейпа по-прежнему лихорадочно метались в голове, но он продолжал неотрывно следить за Алией, направляющейся прямо к озеру. «Неужели задумала искупаться на ночь глядя?» - усмехнулся Снейп, - «Что ж, наверно стоит тогда пожелать приятного ужина здешним морским обита...» - поток мыслей профессора резко оборвался, как только он увидел, что девушка скинула платье. Снейп еще пребывал в неком оцепенении, а Алия тем временем, находясь в воде по пояс, в который раз за ночь молниеносно обернулась и вновь уставилась прямо в глаза ворона-Снейпа, громко сказав: - Доброй ночи, профессор. Не желаете ли искупаться? Снейп потерял дар речи, а точнее дар мыслей. Впрочем всего на несколько мгновений. Северус не был бы двойным шпионом, если бы не его натренированное умение незамедлительно взять себя в руки в любой ситуации, надеть на лицо маску полнейшего равнодушия и мастерски сделать вид, что все так, как и должно быть. Здраво рассудив, что продолжать скрываться уже бессмысленно, а попытаться улететь попросту глупо, Снейп принял единственное оставшееся решение. Поэтому пару секунд спустя после слов Алии черный ворон грациозно спланировал с ветки дерева на ровную землю поляны, и еще через секунду, на месте птицы снова возник профессор зельеварения. Лицо Снейпа было непроницаемо, взгляд его был холоден и безразличен, а обворожительная улыбка Алии становилась только шире и шире, в её глазах мелькало простодушное веселье и почти детский восторг, словно наступило Рождество, и она только что стала свидетельницей невероятного чуда: из-под ёлки из ниоткуда возник большой подарок в яркой праздничной упаковке. - Позвольте поинтересоваться, мисс Кровальди, что вы забыли в Запретном лесу после отбоя? - напрямую спросил профессор своим строгим едким тоном. - У меня аналогичный вопрос к вам, профессор. Не знала, что вы вуайерист. Впрочем я не против, у меня кинк на эксгибиционизм, - парировала Алия, продолжая мило улыбаться. - Как вы узнали меня в обличье ворона? - продолжил свой допрос профессор, пропуская мимо ушей недвусмысленные непристойные намеки девушки. - Вашей язвительностью разит за километры, сэр. Трудно это не заметить. Решив проигнорировать и второй выпад девушки, Снейп продолжил читать ей нотации лекторским голосом, будто она опоздала в класс зельеварения, а не стояла сейчас голая по пояс в озере посреди Запретного леса. - Вы думаете, что раз вы «особый» ученик, вам позволено нарушать все мыслимые и немыслимые школьные правила? С превеликим удовольствием хочу сообщить вам, что это не так. Минус десять очков Когтеврану. Повторю свой вопрос еще раз. Зачем вы сюда пришли? - тут видимо выдержка профессора начала сдавать, и он резко добавил сквозь зубы, - И оденьтесь, вы, наконец. - Ух ты, еще никогда мужчины, увидев мое голое тело, не оценивали его в минус 10 баллов. Это определённо что-то новенькое… - заметив, как все яростнее и яростнее разгорается взгляд профессора Снейпа, Алия поспешно продолжила, - Ответ на ваш вопрос прямо перед вашими глазами, профессор. Я пришла сюда, чтобы поплавать в этом прекрасном прохладном озере в безмятежной тишине Запретного леса. Я не предполагала, что у меня появятся зрители, и мое уединение будет так грубо прервано. - Оденьтесь, и мы продолжим этот разговор, - несмотря на то, что Снейпу хотелось уйти от этого чертова озера и этой несносной девчонки как можно быстрее и как можно дальше, у него все еще было немало вопросов, да и нужно было убедиться, что она никому не расскажет о том, что он является незарегистрированным анимагом, это может иметь не самые приятные последствия. - Но я не хочу одеваться. Мне вполне хорошо и комфортно и так. Если же это вам не комфортно, то наверно тогда вам и стоит раздеться, чтобы вы могли уравнять свое положение со мной, - с этими словами Алия без стеснения опустила руки с груди. Снейп резко развернулся спиной к девушке, и, скрипнув зубами, стал прикидывать каким заклинанием можно насильно надеть на Алию её платье, лежащее в пару метров от него, и лучше сразу приклеить его к ней. Он достал палочку и уже направил её на платье, как вдруг упомянутый белый клочок одежды вспыхнул и почти мгновенно сгорел дотла. - Упс, какая жалость, кажется мне теперь совсем не во что одеться, - в голосе Алии впрочем не звучало ни единой нотки жалости, лишь неприкрытая игривость. Мимолетно удивившись прекрасному владению невербальной магией и стараясь сдерживать все больше и больше растущий гнев, Снейп принялся обдумывать идеи трансфигурации камня и большого пня в одежду, однако трансфигурацию придется периодически поддерживать, да и сама девушка мгновенно может отменить заклятие; или же можно начать раздеваться самому... в плане снять с себя верхнюю мантию и одолжить ее девушке, надеясь, что её не постигнет та же варварская участь, что и платье. Размышляя, Снейп только сейчас уловил легкий плеск воды за спиной — Алия медленно выходила из озера. Вскоре плеск сменился на мягкий шелест травы, и девушка стала приближаться к самому профессору. Через пару секунд Снейп ощутил легкое дыхание Алии прямо за своей спиной, он же сам с раздражением просто ожидал завершения этого цирка. Алия обошла профессора и остановилась прямо перед ним. Она слегка подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, но профессор продолжал упрямо смотреть куда-то выше головы девушки. - Так о чем вы хотели поговорить, профессор? - тихо спросила Алия, приподнимаясь на носочках к лицу Северуса. Снейпу показалось, что её голос растекается словно патока по его венам, околдовывая разум, как какое-то сильнодействующее любовное зелье, и вместе с тем что-то пытается соприкоснуться с его мыслями, проникнуть внутрь… - Вы пытаетесь очаровать меня своими вампирскими штучками? - отшатываясь от девушки, зло бросил Снейп, мгновенно восстанавливая ментальные барьеры в своей голове и попутно с благоговением осознавая, насколько сильна девчонка, раз смогла так проникнуть в его сознание, незаметно и деликатно расплавляя все его щиты словно воск. - Да, пыталась, хотя и не особо старалась, - ничуть не скрываясь, отозвалась Алия. - Вы кстати неплохой окклюмент. Но поверьте, профессор, если бы я действительно применяла бы к вам мое вампирское внушение, мы бы сейчас не стояли здесь и не обменивались пустыми фразами, а занимались… - голос Алии упал до едва различимого шёпота, - гораздо более интересными вещами. Манящий голос Алии, близость ее обнаженного изящного тела наверняка способны затуманить рассудок любого, свести многих с ума от похоти и жажды обладания… Однако всё, что испытывал Северус, это негодование вперемешку со злостью от невыносимой девчонки, разыгрывающей перед ним как перед дураком сейчас какой-то дешевый заезженный спектакль, исполняемый везде и всеми столько раз подряд, что все это стало вульгарным, пустым, бесцветным, спектакль, завязку, кульминацию и финал которого можно с точностью предугадать до единого вздоха лишь по одному «случайному» взмаху ресниц. Глупо, бессмысленно, примитивно, отвращающе. Руки Снейпа метнулись к его мантии, и он принялся судорожно расстегивать пуговицы, брезгливо морщась промелькнувшим в своей голове мыслям. - Ну наконец-то вы начали делать правильные вещи, профессор, - произнесла Алия низким возбужденным тоном, однако Снейпу почудилось разочарование в голосе девушки. Полностью расстегнув мантию, Снейп резко снял её и также резко накинул её на плечи девушки. Потянувшись к груди Алии, чтобы застегнуть первую пуговицу, он порывисто отдернул руки и, вспомнив о существовании волшебной палочки, применил соответствующее застегивающее заклинание. - Оставьте ваши пустые приемы соблазнения и очарования для ваших глупых однокурсников, мисс Кровальди. Я желаю получить от вас только разговор и внятные объяснения, - сухо отрезал Снейп и взглянул в удивленные и одновременно пронизывающие глаза девушки. Алия напряженно всматривалась в глаза профессора еще несколько секунд, будто пыталась отыскать какие-то ответы, затем, обогнув Снейпа, не спеша зашагала прямо вдоль озера. - Так вы хотите поговорить или нет? - произнесла Алия, оглянувшись через плечо на профессора, по-прежнему стоящему на месте. Вопрос девушки прозвучал без каких-либо ноток игривости или кокетства как несколькими минутами ранее, в её голосе слышалась лишь усталость и некое опустошение. Мимолетно удивившись такой резкой перемене её настроения, Снейп двинулся вслед за Алией.