puesta de sol carmesí

С поступлением в колледж и параллельно работой Пятый часто был измотан. Сказывалось ещё психическое давление. Он много волновался, что его тайну с «ненастоящим» аттестатом раскроют. Хоть и Пятый отгрохал большую сумму за самую качественную подделку, он не переставал переживать. А нагрузка на работе ещё и поддавала вдогонку. Плюсом к этому — поиск жилья поближе к колледжу, ведь до особняка уж слишком далеко. И ни одного подходящего варианта. С общагой та ещё лажа получилась. Недавно прошли вступительные экзамены, и Пятый хоть чуть-чуть смог выдохнуть в эту субботу. У него, наконец, был выходной в самый загруженный день ресторана и Клаус, к счастью, тоже был дома. С утра, к сожалению, выспаться не получилось. Просто открыл глаза в семь утра и не смог уснуть, завидуя сопящему в его шею Клаусу. А потом пошла рутина, после завтрака, разумеется. Работы было много, ведь теперь их с Клаусом очередь хлопотать по Академии. Только к ужину они были свободны. Клаус был бодрячком: ему хоть вагоны дать разгружать, а Пятый почти спал на ходу. Поэтому они оба пропустили ужин. Номерной засыпал, чувствуя на своём затылке спокойное дыхание и как тепло его руке у Клауса в ладошке. Проснулся мальчик уже один и, почувствовав голод, спустился вниз на кухню. Там и обнаружил Клауса, да и всех остальных Харгривзов. Пятый чувствовал себя как никогда выспавшимся и хорошо. На душе было на удивление спокойно. Может это из-за того, что только недавно проснулся или сон в теплых объятиях так помогает почувствовать себя в порядке. Когда все разошлись по своим делам, парни ещё сидели вдвоём, кушая вкусняшки, но вскоре сами отправились к себе. По главной лестнице поднимались почти молча. Оказавшись на самом верху, Пятый останавливается и поворачивается. Не даёт сделать Клаусу шаг на ещё одну ступеньку, останавливает, уперев ручку в его грудь. Клаус в непонимании поднимает глаза. Он недолго смотрит в его зеленые омуты, перед тем, как почувствовать руки Пятого на своих. Одна рука тянется дальше. Пятый немного тянет Четвертого на себя, нерешительно касаясь его подбородка. Поддаётся на встречу и удивительно робко накрывает губы Клауса. Это были невесомые касания, пока Кудрявый сам не углубил поцелуй. Обвив руками шею мальчика, зарывается в шелковистые волосы, притягивая ближе. Проникает в горячий ротик, шаловливым язычком, сплетаясь. Оглаживает мягкие десна и облизывает мягкие вкусные губы. Уделяет больше внимания на мелодичные и спокойные движения, доставляя удовольствие. Пятый расслабленно мычит в поцелуе, показывая, как ему нравится. Клаус немного прикусывает губу мальчика, перед тем, как снова слиться в тягучий поцелуй. Они отстраняются, каждый задерживая взгляд на глазах напротив. — Это было неожиданно, — Клаус первый прерывает тишину особняка. — Что я поцеловал тебя? — То, как поцеловал, — Клаус поднялся, поравнявшись с Пятым. — В моменте ты был похож на неопытного школьника. — Но, согласись, нам обоим нахватало этой подростковой неловкости? — ухмыляясь, отзывается Пять. — Приятно вспомнить прошлое. Скалясь в ухмылку, Клаус приближается к губам мальчика. Впивается в них, требовательно проникая внутрь. И то, как Пятый отвечал, кардинально отличалось от пяти минут назад. Движений больше, тела ближе, настойчивость сильнее. Пятый не отставал и отвечал на всё, что делает с ним Клаус. В страсти кружил язычком вместе с ним и сжимал короткие волосы Четвертого у корней. — Актёришка ты мой, — напоследок облизывает обкусанную губу Пятого. — Идём уже, пока никто в коридоре не появился.