Проклятый город

Утро в семье Плоткиных никогда не было добрым, и не будет. Вероника каждое утро просыпалась с ненавистью к мужу, но больше всего ненавидела себя. На публике они отыгрывали идеальную семейную пару. Он — карьерист, обожает свою любимую жену, балует её подарками. В таком юном возрасте занимает почётную должность. Она — домохозяйка, прекрасно всегда выглядит, вкусно готовит, убрана до блеска квартира. От восхищений в адрес Саши у неё уши вянут, каждый раз хочется встать и рассказать всем, кто он на самом деле. Не он добился этой должности, а его папочка. Девушка ненавидела его, но себя больше всех. Ненавидела за свою слабость, надо было ещё тогда в лагере не вестись на угрозы, а бежать без оглядки. Теперь в её паспорте стоит фамилия Плоткина. Признаться, пару раз хотелось сжечь его, всегда хотелось свободы. Вероника частенько вспоминала свою интрижку с симпатичным блондином, который как и она приехал вожатым. Игорь. Тот ни к чему её не обязывал, давал ей свободу и любил. Любил по настоящему и чувства были взаимны, как жаль что ничего не вышло. Брюнетка не переживала за себя, её беспокоила семья, особенно младшая сестра. В маленькой девочке души не чаяла, она была действительно копией, их отличали лишь глаза. У Несветовой младшей они были зелёные, в зависимости от настроения могли темнеть или же становиться ярче. Именно ради благополучия семьи она согласилась на брак, иначе бы отец Саши не дал им жить. Родители у неё тоже были не сахар, говорили что в браке не всегда важны чувства, морально давили на неё. А когда будущий муж приезжал свататься, то и вовсе обхаживали и ласкали его, лишь Элла с порога смерила парня презрительным взглядом и ушла в свою комнату. Оттуда не выходила вплоть до того как он не уехал. Ника пыталась поговорить с сестрёнкой, но как можно объяснить ребёнку как правильно поступать, а как неправильно, если она сама не знает ответа. В тот вечер сëстры впервые не нашли общего языка, а прощаться младшая и вовсе не вышла. В машине брюнетка обливалась слезами отвернувшись к окну, в надежде что Александр не увидит её слабости. Не достоин он. Обида на саму себя залегла в душу, но ради счастья Эллы, можно и потерпеть. Саша очень долго возмущался о характере подростка, но в ответ ему было лишь молчание и тихие всхлипы. Конечно он всё слышал,но в какой то мере ему это приносило удовольствия. Нет, он любит её, безумной любовью. По его мнению, если она достанется не ему, то и не кому. Только так, никак иначе не возможно. Затем поездка в лагерь, где всё идёт совершенно не так как хотелось бы Веронике, но она принимала свой грех. Ей нравились эти ночи с Корзухиным, он видел в ней девушку, личность. Стоит отметить , что после того как они поженились с Плоткиным, тот регулярно начал отсылать её семьи приличные суммы,и при каждой ссоре шантажировал этим супругу. Тоска съедала её. Она писала письма родителям и сестре, но последняя не отвечала, наверное разочаровалась в ней окончательно. Было стыдно и обидно. От матери она узнала, что младшая очень сильно изменилась. Из доброй девочки превратилась в невесть что. Стабильно раз в месяц сбегала из дома, а под утро возвращалась потрёпанная и уставшая, несколько раз отец запирал её на огромный замок, или вовсе подпирал дверь большим комодом, но всё тщетно. Всё равно сбегала, чаще всего окна била. Мама очень беспокоилась об аппетите младшей дочери. Она редко садилась за стол с семьёй, и всё чаще её тошнило, но вес не теряла. Поведение совершенно отличалось, а перепады настроения мучали семью. В конечном итоге они устали беспокоиться и волноваться, решили отправить Эллу к старшей сестре. Саша выслушал супругу, думал не долго. Конечно он был поражен, ведь их первая и последняя встреча прошла не очень гладко, но он надеялся, что за три года она поумнела и начнёт уважать его. К тому же Веронике будет чем себя занять, и он не станет волноваться, что его жена гуляет на стороне. На том и порешили, в большой квартире нашлась комната для Эллы,чему молодая жена была рада. Были и неприятные детали, Плоткин заговорил о детях, услуга за услугу как говорится. В ту ночь Плоткина исполнила супружеский долг, а следующее утро проплакала в ванной. Ненависть к самой себе ещё больше съедала, хотелось повешатся на новой люстре. Дальше повествование пойдёт от лица Эллы: Куйбышев встретил меня весьма мрачно, но это по своему было плюсом и для меня. После трёх дней проведённых в поезде я желала лишь принять ванную. Боже, как же это отвратительно было, этот запах курицы, яиц, пота. Надеюсь, от меня не пахнет сейчас так дико. Новость о переезд к сестре не так меня обрадовала. Нет, я очень люблю Веронику, но этот её напыщенный петух Саша вообще мне ни туда, ни сюда не сдался. Мой мозг отказывался верить в их "искренние" чувства. Бред да и только. Тем более в письмах сестра писала о необычном парне, Игоре. Даже фото его присылала, лгать не стану, очень симпатичный. Отвечать на них я отказывалась наотрез, так случилось. На платформе уже стояла моя сестра вместе со своим индюком. Три года прошло, а краше не стал. Ох и не нравится он мне. Сжимаю крепко сумку и медленно плетусь к ним. Кажется Сашу это раздражает, судя по тому как поджал губы и нахмурился. Вероника с улыбкой встречает меня и я стараюсь как можно искреннее улыбнуться а ответ. —Элла, привет, — брюнетка наклоняется ко мне обняться, но я быстро отступаю назад и мотаю головой. —Извини, пахнет наверное от меня не очень. Да и я больше не терплю прикосновения, — ровным тоном сообщаю, в глазах сестры мелькает обида, но быстро хлопает ресницами. —Здравствуй Элла, — черт, Плоткин, а я почти о тебе забыла. — Разреши помочь тебе. Парень в костюме хочет забрать мою сумку, но я всё так же спокойно отвожу руку в сторону, как бы отказываясь от помощи. Саша тяжело вздыхает, недовольство косится на жену, но старается сказать как можно вежливее. —Пройдемте к машине, — берёт под руку Нику и ведёт нас в сторону парковки. На вокзале действительно оказывается очень много людей, а их запах дурманит, такой сладкий, от чего голова начинается кружиться. Голод даёт о себе знать, и я краем глаза вижу простующие когти. Лёгкая паника охватывает моё тело, и я задерживаю дыхание, дабы выдержать эту пытку. Такое ощущение будто на этом вокзале людей больше, чем у нас в городе. И этот запах. Он другой. Глаза начинают неприятно болеть, и я тру их когтистой ладонью забывая что могу ранить себя. В секунды на пальцы попадают пару капель крови, и я смахиваю их о чёрную кофту. Ранка возле глаза быстро, но болезненно затягивается. Вероника оборачивается на меня и странно косится. —С тобой всё хорошо? Ты кажется побледнела... — Александр кидает на меня косой взгляд, а я мотаю головой. —Нет, Ника, всё чудесно. Хочу как можно скорее оказаться в вашей квартире, — последние слова пропитаны сарказмом, и брюнетка слегка улыбается мне. Квартира оказывается мне ещё больше противна, всё такое чистое идеальное. У Саши точно не синдром чистюли? Такое ощущение, что на дню тут моют полы и прочее раз десять не меньше. И разве тут пахнет уютом. Как по мне, обычные сожители. И тут ни ребёнка, ни котёнка. Но вкус у Плоткина есть, не поспоришь. Меня с детства привлекает антиквариат, и тёмное дерево. Глаза цепляются за книжный шкаф, в миг оказываюсь подле него, кончиками пальцев трогаю корешки книг. —Тебе нравится литература? — голос парня приводит меня в себя и я поворачиваюсь в его сторону. —Да, разве литература это скучно? — моя бровь выгибается, ищу подвоха, но блондин впервые улыбается. —Нет, я покупал эти книги и для Вероники, но как видишь, ни одну она не прочла, а могла бы, — как бы издеваясь над моей сестрой отвечает, а рукой проводит по её плечу. Брюнетка вздрагивает,заставляя меня ещё больше усомниться в искренности их чувств. Она облизывает обветренные губы, мои глаза улавливают маленькую капельку крови. Чувство тошноты настигает меня. Я узнаю этот запах. Гниль. Я снимаю руки в кулаки и склоняю набок голову не отрывая взгляда от Ники, которая теперь тоже бледнеет и старается отойти от мужа подальше. —Меня больше привлекает рукоделие, — силится улыбнуться та, но я лишь фыркаю на её слова. —Чтож, —этот индюк смеет насмехаться над моей сестрой. — Элла располагайся. Повествование автора: Вероника с трудом выбирается из крепкой хватки супруга, стараясь не издавать шума встаёт и надевает лёгкий халат. Саша по сне хмурится, но отворачивается на другую сторону кровати. Дева выдыхает и выходит в гостинную. Шторы широко распахнуты, а на подоконнике восседает сестра. Лицо той безмятежно, расслаблено, словно только тело её тут, а мыслями она в другом месте. Несветова старшая завидовала длине волос. У Эллы они были очень длинные и гладкие как шёлк. Подросток улавливает ухом движение и поворачивает голову. В темноте глаза на секунду кажутся кровавыми, но быстро проходит. Младшая стучит ногтями по окну. —Ты чего не спишь? — хрипит Ника,подходя к подоконнику. Она усаживается рядом, только сейчас замечает два кольца на тонких пальчиках сестры, в лунном свете они красиво переливаются. Зелёные глаза внимательно рассматривают лицо старшей сестры, а рука накрывают другую. —Скажи, — лицо Эллы абсолютно бесстрастно, почти восковое. Сейчас она вполне сошла бы за фигуру из музея. — Ты счастлива ? Вероника прикусывает губу,чувствует солоноватый привкус на кончике языке. Теперь от ответов не уйти. Сестра уже далеко не маленький ребёнок, а глаза её абсолютно осознанные. Умнее её выглядит даже. —Ты и сама знаешь ответ, — ногтями руки она царапает оголенное бедро, как бы приводя себя в чувства. Несветова убирает ладонь, поправляет длинные волосы и тяжело вздыхает. Взгляд снова устремляется в окно, а руки сжимаются сами собой. —Много времени прошло, —острый подбородок девушки дрожит, а руки крепче сжимаются. — Мы изменились. Глаза Вероники намокают, тёплой ладонью едва касается щеки сестры. Это так странно, внешне Элла выглядит на свой возраст, но её зелёные глаза смотрят слишком осознанно, так по взрослому. На мгновение девочка вздрагивает от неожиданного прикосновения, хочет отстраниться, но поддаётся ближе, позволяя гладить мягкую кожу. —Иногда мне кажется, что ты старше меня, — тихо отвечает старшая, на что получает утвердительный кивок. Так они и сидят на холодном подоконнике до самого рассвета, обмениваясь какими то историями за прошедшие три года. Конечно главные их тайны остались с ними. С первым лучем тёплого солнца Ника как прекрасная нимфа покинула подростка, оставляя со своими мыслями. Вот и наступил сентябрь, пришла пора отправляться в школу. Ранним утром они втроём завтракали. Саша сам давал указания жене что готовить, и сегодня это овсянка. Элла ещё два дня назад испила чужой крови, но дабы не вызывать подозрений соглашалась разделять трапезу с ними. Металлической ложкой она бесстрастно размешивала кашу, явно не проявляя особого интересна. Старшая сестра то и дело кидала обеспокоенные взгляды. Плоткин в свою очередь с большим удовольствием завтракал, изредка что-то рассказывая. Наконец юная вампирша набирается смелости и зачерпывает субстанцию из тарелки. Открывает пересохшие губы, которые сразу же трескаются и кладет в рот. Языком она слизывает овсянку, и старательно жуёт. Зелёные глаза видят свежую газету в мужских руках. —Ох, очередное убийство, предаставляете в пару домах от нас, — глава семьи кидает газету на стол, демонстрируя фотографию трупа. Взгляд Эллы сам по себе впивается в мёртвое тело. Этого не могло произойти. Да, она пила его, но не убивала. Точно знала сколько ей нужно. Вероника тоже смотрит на разворот, прикрывая рот рукой. Тошнота в одно мгновение подступает к горлу и девочка выбегает из за стола в туалет. —Элла всё хорошо? — Несветова наровится встать из за стола, но рука мужа останавливает её. — Твоя мама говорила про плохой аппетит. Предлагаю сегодня после школы отвезти в больницу её, — взгляд Саши почти безразличный. Веронике ничего не остаётся кроме как кивнуть и продолжить завтрак. Теперь она осталась одна с этим тираном. Сегодня ночью он вновь пытался взыскать с неё супружеский долг, благо менструационный цикл спас её. Элла с грохотом закрывается в ванной, тошнит её ошметками крови в перемешку с кашей . Нет, она не могла убить его, просто не могла. От привкуса горло неприятно саднит, а рвота выступает через нос. Глаза наливаются красным цветом, вены у лица выспутают, словно вот вот взорвутся. Девушка стискивает зубы, тяжело дышит. Зверь внутри неё недоволен, душит её, рвёт на кусочки. Задевает когтями не бьющееся сердце. Когтистой рукой она даёт себе пощёчину, но разум сильнее затуманивается. Эта мука невыносима. Весь унитаз покрыт кровью, запах бьёт в нос. «Ещё, ещё, ещё »— просит тьма, вынуждая задыхаться Несветову. Медленно подходит к зеркалу, отражение пугает её, прямо как в первый раз. У неё отняли детство, забрали счастливые годы. Эллу вновь тошнит, вынуждая с грохотом упасть на кафельный пол. Черт, сегодня первый день в школе. Пытается убрать мешающие волосы у лицо, но выходит плохо. Эти ужасные чёрные когти впиваются с нежную кожу, царапают. Стук в дверь заставляет резко повернуть голову. Как хорошо, что тут есть щеколда. —Элла, поторопись, я понимаю тебе плохо, но сегодня мы идём в школу. Мы с Сашей решили проводить тебя, — голос сестры приводит в чувства,глаза вновь зелёнеют. —Да, конечно. Бегу, — отвечает подросток. Она умывается холодной водой, обещая себе разобраться с сегодняшней новостью. На кровати девы лежит симпатичное чёрное платье с длинным рукавом, украшают его белые манжеты и такой же острый воротник. Ткань на ощупь очень приятная, мягкая. Но это совершенно не похоже на форму, что привёз ей Александр. На полу стоят лакированные туфли, на среднем каблучке. Несветова тяжело вздыхает и принимается наряжаться. Часть волос она убирает назад, завязывая черной лентой в бант. В зеркале на неё смотрит гордая брюнетка, глаза её горят не добрым огоньком. На улице возле машины уже стоят супруги. Плоткин с явным недовольствием смотрит сначала на Эллу, затем на жену. Их образы очень похожи. Даже сейчас в росте идеально сходится всё. —Что-то я не помню такой формы в школе, — начинает тиранию Саша , открывая дверь перед дамами. — А я не помню чтобы ты говорил о строгости закона школы, — язвительно ему отвечает младшая, от чего получает лёгкий шлепок по ляжке от сестры. —Элла, — шикает Вероника. В зеркало она видит как у мужа играют желваки на лице. Она хотела обрадовать сестру, да и к тому же всегда было интересно, как форма может влиять на образование. Вот в чем ещё одно отличие, так это то что младшая Несветова никогда не молчит. Её позиция всегда неприклонна, а характер очень резок. Элла закатывает глаза на замечание, поправляет кольца и отворачивается к окну. Саша же достает из кармана пиджака значок и свободной рукой передает жене. —Раз форма для неё шутки, пусть хотя бы значок носит. Это не обсуждается. — зелёные глаза девы рассматривают побрякушку. Такой значок был на её обратителе, чётко помнит его. То как он заставлял её произнести те слова. Дрожащей рукой Несветова закалывает его на левой стороне платья.